Все выпуски  

Новости Виртуальной Психоаналитической Лаборатории


Информационный Канал Subscribe.Ru


НОВОСТИ ВИРТУАЛЬНОЙ ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЙ ЛАБОРАТОРИИ

www.e-psy.ru

Выпуск 32

НОВЫЕ ПУБЛИКАЦИИ

Бесчеловечность другого: лечение травмы и депрессии



Д. Босе

Межличностное понимание внутреннего мира депрессивного индивида вытекает из качества отношений в его детстве и текущей жизни. Такая точка зрения покоится на убеждении Салливана: "Всему, что можно обнаружить в человеческой психике, мы обязаны межличностным отношениям" (Sullivan, 1948, p.302). Для сторонников межличностного подхода опыт отношений представляется наиболее важными данными о пациенте.

Сторонники межличностного подхода смотрят на взаимодействия пациента и аналитика как на отыгрывание того, что действительно имело место в детстве пациента. Поскольку оно часто переживаются как дефицит или травма, происходящее в аналитическом взаимодействии часто отражает или желание оказать влияние на другого или попытку чего-то избежать. Такое взаимодействие может серьезно усложнить терапевтический процесс, при этом аналитик может чувствовать себя отягощенным, атакованным или покинутым. В результате продолжительной нагрузки такого рода аналитику очень трудно оставаться отстраненным наблюдателем и нейтральным комментатором. Сталкиваясь с такими трудностями, аналитик может отслеживать контртрансферентные чувства, стремясь извлечь из этого опыта инсайты по поводу внутреннего и внешнего мира пациента. Данная позиция не только помогает терапевту справляться со сложностями отношений, но может также способствовать пониманию того, как психическая стабильность, которой недостает прочной внутренней основы, зависит от контекста и сохраняется лишь при определенных условиях в отношениях. Данная модель, основанная на межличностных отношениях, клинически весьма пригодна для понимания и лечения травматических состояний - особенно депрессии. Среди целого ряда различных симптоматических состояые организуют сложное строение посттравматического стрессового расстройства, лечение депрессия является, пожалуй, наиболее трудным.

Я хочу предложить модель депрессии, основанную на межличностном понимании травмы.

Прочитать полностью...



Сказка и психология человека



Карл Густав ЮНГ

Архетип - вид, способ, с которым бессознательное действует на сознание. Эти "виды действия" (паттерны) происходят от инстинктов и заложены в природе человека. При рождении у него уже есть в потенциале все архетипы, поэтому и говорится о коллективном бессознательном - совокупности архетипов. При воздействии на сознание определенного архетипа, действует как бы "все бессознательное", что можно сравнить с движением воздуха - архетип такой то это теплый бриз, архетип такой то - холодный муссон, еще архетип - ураган и т.д. В любом случае, это движение всего воздуха, а не отдельных его частей, также как и каждый архетип - воздействие всего бессознательного. Так как архетипы - бессознательны, то влияние архетипа сознанием полностью не осознается и поэтому проецируется вовне (все бессознательное проецируется, и все, что проецируется - бессознательно) и сопровождается эмоциями (аффектами, как и любая проекция). При осознании "охваченности" архетипом - его влияние сходит на нет и ассимилируется сознанием. При неосознании архетипа его воздействие продолжается, пока не "застывает" в Персоне - очередной маске эго-сознания. Сами архетипы - суть формы, паттерны и наполняются конкретным личным содержанием только при воздействии на определенное сознание. Поэтому и говорится, что наследуются не "архетипические представления", а именно паттерны - пустые формы, сам вид, форма воздействия. Образы, в которые проецируются архетипы, называются архетипическими представлениями, архетипическими образами и т.д. - например мандала, как архетипический образ Самости.

Мои взгляды на "архаические остатки", которые я назвал "архетипами", или "первобытными образами", постоянно критиковались людьми, которые не обладали достаточными знаниями психологии сновидений или мифологии. Термин "архетип" зачастую истолковывается неверно, как некоторый вполне определенный мифологический образ или мотив. Но последние являются не более чем сомнительными репрезентациями; было бы абсурдным утверждать, что такие переменные образы могли бы унаследоваться. Архетип же является тенденцией к образованию таких представлений мотива, - представлений, которые могут значительно колебаться в деталях, не теряя при этом своей базовой схемы. Существует, например, множество представлений о враждебном существе, но сам по себе мотив всегда остается неизменным. Мои критики неверно полагают, что я имею дело с "унаследованными представлениями", и на этом основании отвергают идею архетипа как простое суеверие. Они не принимают во внимание тот факт, что если бы архетипы были представлениями, имеющими свое происхождение в нашем сознании (или были бы приобретены сознанием), мы бы с уверенностью их воспринимали, а не поражались и не удивлялись бы при их возникновении в сознании. В сущности, архетипы являются инстинктивным вектором, направленным трендом, точно таким же, как импульс у птиц вить гнезда, а у муравьев строить муравейники. Здесь я должен пояснить разницу между архетипами и инстинктами. То, что мы называем инстинктами, является физиологическим побуждением и постигается органами чувств. Но в то же самое время инстинкты проявляют себя в фантазиях и часто обнаруживают свое присутствие только посредством символических образов. Эти проявления я и назвал архетипами. Они не имеют определенного происхождения; они воспроизводят себя в любое время и в любой части света, - даже там, где прямая передача или "перекрестное оплодотворение" посредством миграции полностью исключены.

Этот пример иллюстрирует тот путь, по которому архетипы вплывают в наш практический опыт, - они одновременно образы и эмоции. Об архетипе можно говорить только тогда, когда оба эти аспекта одномоментны. Если это просто образ, то перед нами будет лишь словесная картина с малым последствием. Но заряженный эмоцией образ приобретает сакральность (нуминозность) или психическую энергию, он становится динамичным, вызывающим существенное последствие. Я осознаю, что ухватить это понятие нелегко, поскольку я использую слова, дабы описать нечто, что своей природой не дает возможности точного определения. Но поскольку очень многие люди относятся к архетипам как к части механической системы, которую можно вызубрить, не вникая в смысл, то существенно важно настаивать на том, что это не просто имена и даже не философские понятия. Это куски самой жизни, образы, которые через мост эмоций интегрально связаны с живым человеком. Вот почему невозможно дать произвольную (или универсальную) интерпретацию любого архетипа. Его нужно объяснить способом, на который указывает вся жизненная ситуация индивида, которому она принадлежит.

Прочитать полностью...





Вы можете задать свой вопрос специалисту-аналитику здесь или прислать его по e-mail

Ведущая рассылки: Макарова Марина Викторовна


Subscribe.Ru
Поддержка подписчиков
Другие рассылки этой тематики
Другие рассылки этого автора
Подписан адрес:
Код этой рассылки: psychology.epsy
Архив рассылки
Отписаться
Вспомнить пароль

В избранное