Магия от А до Я

  Все выпуски  

Магия от А до Я. Выпуск 48. Человеческая форма


 


В нашей рассылке мы будем публиковать развернутый материал о главных аспектах магического знания и языке видящих, что позволит Вам со всех сторон понять магическую терминологию и глубже осознать тот богатый, красочный, глубокий, наполненный до краев, таинственный мир, в котором мы с Вами и живем.
Присылайте Ваши пожелания, и тот термин или магическое определение, которые вызывают у Вас интерес или Вам непонятны – все это будет раскрыто нами с помощью объяснения магов. 


ЭНЦИКЛОПЕДИЯ МАГИЧЕСКИХ ЗНАНИЙ


Я уже отдан Силе, что правит моей судьбой.
Я не за что не цепляюсь, поэтому мне нечего защищать.
У меня нет мыслей, поэтому я увижу.
Я ничего не боюсь, поэтому я буду помнить себя.
Отрешенный, с легким сердцем 
Я мимо ОРЛА проскользну, и стану свободным…


Человеческая форма – совокупность щитов внимания поддерживающих точку сборки восприятия человека в положении разума (или любом другом положении имеющим разную степень контроля над человеческой глупостью).
 
Человеческая форма принадлежит человеку в течение всей жизни и естественным образом разрушается в момент смерти.
 
Освобождение от человеческой формы в процессе освоения магических искусств до момента встречи со смертью - является одним из поворотных этапов в становлении Человека Знания.
 
«Объяснение магов гласит, что у каждого из нас есть центр, из которого можно быть свидетелем Нагуаля, - это воля. Поэтому мы можем отправляться в Нагуаль и позволять своему пучку энергетических полей складываться и перестраиваться всевозможными способами.

Я уже говорил тебе, что способ выражения Нагуаля – это личное дело. Я имел ввиду, что от самого мага зависит направление изменения этого пучка.

Исходной позицией является человеческая форма или человеческое существо. Быть может, она нам просто всего милее. Однако есть бесчисленное количество других форм, которые может принять пучок. Я говорил тебе, что маг может принять любую форму, какую хочет. Это правда. Маг, владеющий целостностью самого себя, может перераспределить частицы своего пучка любым вообразимым способом. Сила жизни – вот что делает такое достижение возможным».

 

«Сказки о Силе»
Карлос Кастанеда

 

 

Обретение чистого взгляда или потеря человеческой формы.

 
 
Когда я находился в Лос-Анжелесе, я проснулся на рассвете с невыносимой тяжестью в голове. Это не было головной болью. Скорее, это походило на сильное давление в ушах. Я чувствовал тяжесть также на висках и в горле. Я ощущал жар, но только в голове. Я сделал слабую попытку подняться и сесть. Мелькнула мысль, что у меня, должно быть, удар. Поначалу мне хотелось позвать на помощь, но я все же как-то успокоился и попытался преодолеть страх. Через некоторое время давление в голове начало спадать, но усилилось в горле. Я задыхался, хрипел, кашлял. Спустя некоторое время давление постепенно переместилось на грудь, затем на живот, в область паха, пока, наконец, через стопы не ушло из тела.
 
Происходившее со мной, чем бы оно ни было, длилось примерно два часа. В течение этих мучительных часов казалось, будто что-то внутри моего тела действительно движется вниз, выходя из меня. Мне чудилось, будто это что-то сворачивается наподобие ковра. Другое сравнение, пришедшее ко мне в голову, - шарообразная масса, передвигающаяся внутри тела. Первый образ все же был точнее, так как более всего это походило на что-то, сворачивающееся внутри самого себя, ну прямо как скатываемый ковер. Оно становилось все тяжелее и тяжелее, а отсюда - нарастающая боль, ставшая совсем нестерпимой к коленям и ступням, особенно в правой ступне, которая оставалась очень горячей еще с полчаса после того, как вся боль и давление исчезли.
 
Ла Горда, услышав мой рассказ, сказала, что на этот раз я наверняка потерял свою человеческую форму, сбросив все щиты или, по крайней мере, большинство из них. Она была права. Не зная и даже не соображая, что произошло, я оказался в совершенно незнакомом состоянии. Я чувствовал себя отрешенным, не ощущающим воздействий извне. Теперь уже было неважно, как поступила со мной Ла Горда. Это не означало, что я простил ее за предательство; просто чувство было таким, как будто никакого предательства и не было. Во мне не осталось никакой - ни явной, ни скрытой неприязни ни к Ла Горде, ни к кому бы то ни было другому. То, что я ощущал, не было апатией или желанием побыть одному. Скорее, это было незнакомое чувство отстраненности, способности погрузиться в текущий момент, не имея никаких мыслей ни о чем другом. Действия людей больше не влияли на меня, потому что я вообще больше ничего не ждал. Странный покой стал руководящей силой моей жизни. Я чувствовал, что каким-то образом все-таки воспринял одну из концепций жизни воина - отрешенность. Ла Горда сказала, что я сделал больше, чем воспринял ее, - я фактически ее воплотил.
 
Дон Хуан вел со мной долгие беседы о том, что когда-нибудь я добьюсь этого. Он говорил, что отрешенность не означает автоматически мудрости, но, тем не менее, она является преимуществом, потому что позволяет воину делать моментальную паузу для переоценки ситуации и для пересмотра позиции. Для того, чтобы пользоваться этим дополнительным преимуществом адекватно и правильно, необходимо, однако, говорил он, чтобы воин непрестанно сражался за свою жизнь.
 
Я не рассчитывал когда-либо испытать это чувство. Насколько я мог судить, не было способа сымпровизировать его. Мне было бесполезно думать о преимуществах этого чувства или рассуждать о возможности его появления. В течение тех лет, что я знал дона Хуана, я явно испытывал постепенное ослабление внешних связей с миром, но это происходило в интеллектуальном плане. В своей повседневной жизни я не изменился, вплоть до того времени, пока не потерял свою человеческую форму.
 
Я беседовал с Ла Гордой о том, что концепция потери человеческой формы относится к телесным условиям и переживается учеником тогда, когда он достигает определенного порога в ходе обучения. Как бы там ни было, конечным результатом потери человеческой формы для меня и Ла Горды было, как это ни странно, не только скрытое чувство отрешенности, но и решение нашей неясной задачи по вспоминанию. И в этом случае интеллект сыграл минимальную роль.

«Дар Орла»
Карлос Кастанеда

 

Последние добавления:

      Статьи:

 




В избранное