Новости Искусства@ARTINFO

  Все выпуски  

Новости Искусства@ARTINFO http://www.iCKYCCTBO.ru


Информационный Канал Subscribe.Ru

Новости Искусства@ARTINFO
http://www.iCKYCCTBO.ru
в Сети, в Мире, в России, в Москве, в Питере, Веб навигатор (музеи, ярмарки, фестивали, периодика etc), периодика, фото и аудио репортажи, "АРТикуляция" с Дмитрием Барабановым,  "Theory is Sexy"  с Александром Соколовым, "АРТФон с Оксаной Саркисян", репортажи Михаила Молочникова из Берлина, SUPREMUS Zurich и другие специальные проекты>
Выпускающий редактор - Юрий Пластинин

9.12.2005
N 172: 

<<АРТикуляция 62 с Дмитрием Барабановым (здесь)  Политические манипуляции и деревянный резистанс. Девиации Джоэла-Питера Уиткина. Трупные композиции и искусство. «Березовая революция». Грибы-мутанты и бухгалтер Борисов. Ретроспектива Макаревича & Елагиной. Фрик-шоу и декаданс.

<<АРТФон с Оксаной Саркисян - 7. (здесь)  Диспозиция. Интервью о их политических взглядах с художниками Константином Звездочотовым, Леонидом Тишковым, группой АЭС, Никитой Алексеевым, Андреем Филипповым, Андреем Монастырским, Борисом Орловым, Дмитрием Приговым, Николаем Полисским, Сергеем Шутовым, Александром Савко, группой Синие носы. Разговор с Сергеем Братковым и Сергеем Шеховцовым.

<<9 -13 декабря X Международная ярмарка "Арт-Манеж 2005". 9 декабря в 18:00 вернисаж. 
Художественная ярмарка вновь откроется в залах ЦВЗ Манеж, первый раз после реконструкции здания и в 10-й со дня своего основания.

<<Информация обо всех наиболее интересных событиях мировой арт сцены в наших новостях


<<АРТикуляция 62 с Дмитрием Барабановым  Политические манипуляции и деревянный резистанс. Девиации Джоэла-Питера Уиткина. Трупные композиции и искусство. «Березовая революция». Грибы-мутанты и бухгалтер Борисов. Ретроспектива Макаревича & Елагиной. Фрик-шоу и декаданс.
<<Занимательная танатология
В галерее Гари Татинцяна открылась выставка маэстро некробарокко Джоэла-Питера Уиткина.  Москва обязана содрогнуться!бораториях. Так, озорство одно… 
До 20 декабря. RuArts (1-й Зачатьевский пер., 10)
В качестве своего ноу-хау 66-летний фотограф выдвигает вычурную демонстративность, круто замешанную на некрофилии. Фактически каждый снимок Уиткина – это декларируемое кощунственное нарушение табу, программная регистрация уродства и патологии, инфернальное эстетство и патентованный хоррор. Виртуозная стилизация, в первый момент отвлекающая зрителя от подоплеки создания поражающих воображение композиций, все же не в силах скрыть хеллрейзеровского физиологизма подачи. 
С бесстрашием вивисектора-первопроходца Уиткин самозабвенно смакует элементы распада плоти, сочленяя посмертный тлен с декадансом увядания, а готическую чахоточную сексуальность с ужасающими экзотическими трансмутациями.
Участники его мортидальных кастингов – трупы и их фрагменты, секс-девианты с изломанной психикой, инвалиды, участники цирковых фрик-шоу, в крайнем случае - жертвы собственного пагубного любопытства.
Из всех искусств – главное для Виткина – театр, разумеется, анатомический. Поэтому беззащитные человеческие останки художник воспринимает в качестве вполне уместных частей натюрморта, эффектных аксессуаров или деталей своего апокалиптического конструктора. 
Каждое произведение на выставке сопровождается пространной экспликацией, повествующей о рождении замысла и обстоятельствах его осуществления. Если бы не леденящие кровь подробности, высказывания Уиткина вполне можно было бы счесть обыкновенными рассказами художника о своем творчестве. Однако, отсутствие общепринятых гуманистических ориентиров в сочетании с фиксацией на пограничных состояниях бытия изобличает в Уиткине безудержного демонического иллюзиониста, Вия фототрансплантации, Маркиза де Сада современного искусства. 
Мировоззрение Уиткина как нельзя лучше иллюстрирует состояние экзистенциальной катастрофы. В условиях тотальной девальвации понятия нормы, Уиткин приглашает публику присоединиться к чумным наслаждениям своего пышного кладбищенского балагана, оставив привычную мораль ретроградам и фарисеям.   
Прохождение сквозь кунсткамеру с ее искусно декорированным ассорти из морга гарантированно ошеломляет, вовлекая в преисподнюю мрачных фантазий этого циничного арт-перверта. Однако, завораживающая трепанация зрительского восприятия, производимая Уиткиным под эфирным наркозом истории искусства, оставляет глубокие рубцы на неподготовленной психике. Что ж, memento, как говорится, mori…

До 20 января. Галерея Гари Татинцяна (ул. Ильинка, 3/8, стр. 5)

<<Концепции и перцепции

Ретроспективный бенефис Игоря Макаревича и Елены Елагиной в залах Третьяковской галереи – глория и виктория современного отечественного искусства. И, одновременно с этим, настоящая пытка для неискушенных любителей Шишкина, Айвазовского или Перова, случайно забредших на экспозицию, прельстившись названием «В пределах прекрасного».  Тем не менее, благодарного посвященного зрителя встречают настоящие сокровища Аладдина в виде многочисленных и в высшей степени замысловатых артефактов. Хронологический принцип репрезентации дает возможность последовательно ознакомиться с ранними живописными работами и фотографиями Макаревича, ассамбляжами Елены Елагиной, а также совместными объектами и инсталляциями этого арт-тандема.
Надо сказать, что творчество Макаревича и Елагиной, в контексте концептуалистского наследия, тяготеющего к торжеству содержания над формой, выгодно выделяется своей витальной визуалистичностью. При помощи умелой материализации авторы достигают впечатляющих степеней достоверности избранных замыслов.
С завидной регулярностью предлагая публике новые истории из жизни очередных вымышленных персонажей, художники прибегают к самым разнообразным выразительным средствам, вплоть до сочинения специальных апокрифических текстов, разветвляющихся во времени и пространстве. 
Таким образом, благодаря педантичному, добросовестному и подробному «документированию», неомифологические изыскания М & Е, не теряя живительных элементов абсурдности, облекаются в пугающе убедительные формы.
В качестве одного из доминирующих лейтмотивов в представленной панораме можно выделить тему смерти. Причем, авторов интересует не столько вдумчивое препарирование мортидальных аспектов, сколько театрализованное обыгрывание ситуаций, метафорически связанных с переходом из одного состояния в другое. 
Так, специфическим смысловым метаморфозам подвергаются псевдо-биографические подробности жизнедеятельности того или иного героя, являющегося в свою очередь средоточием тщательно взлелеянных мифов. Из пучин небытия эффектно возникают: призраки забытых советских художников-неудачников 1930-х гг., биолог Ольга Лепешинская, миколог Р.Г.Вессон, и, конечно же, одержимый навязчивой идеей превращения в дерево бухгалтер Николай Иванович Борисов. 
Произведения, щедро генерирующие вокруг себя особую сюрреалистическую атмосферу, в условиях музейной упорядоченности приобретают кафканиански фантасмагорический вид. Этому способствует пристрастие дуэта к головоломным аллегориям и ритуальным аксессуарам. Последовательная разработка сюжетных линий, с вовлечением в процесс культурных аллюзий, исторических и геополитических мистификаций, выстраивается в увлекательную многоуровневую шараду, разгадывать которую одно удовольствие. 
Просмотр рекомендован.

До 8 января. Государственная Третьяковская галерея. (Крымский Вал, 10)

<<В ельнике родиться, в березняке веселиться, в сосняке удавиться
Новая столичная выставочная площадка под названием галерея «Практика» вступила в борьбу за зрительское внимание со всем возможным усердием бодрого неофита. В настоящий момент на повестке дня – групповая экспозиция «Березовая революция», срежиссированная куратором Василиной Аллахвердиевой. Осмысление трансформации национального достояния в эмблему потенциальной революции демонстрирует тематическую подборку соответствующей древесной направленности.
Ни для кого не секрет, что наши художники довольно давно (с различной степенью интенсивности) подбивали клинья под пресловутый символ. В результате,  публике явлены разнообразные визуальные упражнения, своей причудливостью сопоставимые разве что с ЛСД-шными видениями. Справедливости ради стоит отметить, что большинство экспонируемых работ было изготовлено загодя и совсем по другому поводу, посему иллюстрирование идеологизированных фантазмов средствами contemporary art’a, к счастью, не выглядит натужным, оперативно исполненным кураторским спецзаказом. 
Тем удивительней попытка репрезентировать проект в качестве стружечного резистанса, ответной реакции на политическое манипулирование.
Как бы то ни было, жизнь березовых джунглей передана во всех возможных ракурсах: оживающие на глазах стволы & поленья повсеместно осуществляют беспрецедентные миссии и всячески подчеркивают свою экзистенциально-политическую автономию. 
Здесь трэш-эстетика обрамлена в своего рода берестяное паспарту, а 99% экспонируемых проектов проходят по категории эксцентрики и анекдота. Вместо убаюкивающих славянских мотивов всюду слышится глумливое эхо модернизированной мифологии.
Характерно, что и в рамках этой «узкоколейки» наши эластичные художники обнаруживают изрядную вариативность. Тоскливым гипнотизирующим коловоротом закручивается спиралевидная во-поле-стоящая-береза от Николы Овчинникова под соответствующий саундтрек в стиле психоделического сёрфа. 
Кирилл Рубцов оживляет березового русского киборга, Георгий Острецов от имени «Нового Правительства» с плаката призывает господ «мочиться в сортирах», а участники группы ПГ стилизуют под древесную кору сюжеты кама-сутры. На выставке нет ни одного произведения, где не угадывался бы подобающий случаю характерный черно-белый орнамент, от березового узорочья рябит в глазах и нет никакого спасения.
Идеологически перегруженные березовые кущи навевают воспоминания о перестроечном рашыне-деревяшыне – те же попытки втиснуть искусство в прокрустово ложе национальной самоидентификации в экспортном исполнении, та же погоня за псевдоактуальностью и протезно-гипертрофированный пафос. Увы, все апелляции куратора к анализу структур русского мифотворчества кажутся малоубедительными – уж больно не органичны наши артисты в роли критически настроенных березовых повстанцев. 
До 15 декабря. Галерея «Практика» (Трехпрудный переулок, 11/13, стр. 1 (вход с большого Козихинского переулка, д. 30)

<<АРТФон с Оксаной Саркисян - 7 - 8 декабря 2005.  Диспозиция. Интервью о их политических взглядах с художниками Константином Звездочотовым, Леонидом Тишковым, группой АЭС, Никитой Алексеевым, Андреем Филипповым, Андреем Монастырским, Борисом Орловым, Дмитрием Приговым, Николаем Полисским, Сергеем Шутовым, Александром Савко, группой Синие носы. Разговор с Сергеем Братковым и Сергеем Шеховцовым.
<<Политическая выставка?
Предлагаю ознакомиться с результатами проведенного мною опроса, который определяет политические взгляды некоторых художников. Этот опрос предваряет проект политической выставки, существующей пока только теоретически. Идея проекта родилась этим летом, когда Алексей Пензин выдвинул свои тезисы «Политика это форма» в частной дружеской рассылке, а сотрудники партии Каспарова предложили мне сделать выставку «Демонтаж Путина». От этой темы я отказалась в силу ряда причин и предложила сделать политическую выставку «Диспозиция». Выставка выстраивалась по принципу политического треугольника левые- правые – либералы на демократической основе. Художникам самим предлагалось определить свое место в экспозиции, высказав свою политическую позицию. Эта выставка была отвергнута партией Каспарова, а для меня показалось принципиальным осуществить этот проект. Он снимает все возможные политические интерпретации и спекуляции творчества художников, которых часто используют для продвижения той или иной идеологии. 
Он демонстрирует зависимость эстетики от идеологии и политики, и надеюсь, способствует политической активности. 
Опрос мы начали с художников, которые не акцентируют свои политические убеждения в художественных практиках. Конечно, не для кого не будут новостью левые взгляды Анатолия Осмоловского и Дмитрия Гутова. В концепции художественных проектов считывается либеральная позиция Олега Кулика, провозглашавшего партию животных. А вот художники, опрошенные по вполне случайному принципу, продемонстрировали весь спектр политических позиций и отразили общую тенденцию неудовлетворенности российской политической ситуацией. А так же отметили ее хаотический, нецивилизованный характер.
<<Политика вне морали. 
Константин Звездочотов отказался давать интервью.
Разговоры о политических убеждениях так же аморальны как разговоры о сексе, по мнению Константина Звездочотова. Это легче всего – сказал «Путин-козел», или сделал публичную мастурбацию и прославился. Именно поэтому он отказался давать мне интервью, правда, в его анти интервью очень последовательно изложена его позиция на сегодняшний день, то есть отказ от нее. 
«Если в 18 лет не коммунист, нет сердца, если в 40 лет коммунист – нет головы. Всем известно. У меня нет политических убеждений, я это уже прошел, у меня есть симпатии и антипатии. Иногда мне не нравятся политические взгляды, а человек симпатичен. Или наоборот. 
Мы совершенно свободны от политики, потому что мы ничего не можем сделать. А бурчать на телевизор, говорить, какие вы там гады, это не политика.
Политика – часть человеческой жизни. Это фракция. Но то, что у людей политика для меня заменяет религия и семья. 20 век слишком политизирован. Все эти идеи не новы и столько раз было. Человечество играет в старые идеи. Я уже окончил определенный жизненный университет, и теперь я изучаю следующий - частную собственность Kiкhen – Kuheng – Kinder(?). У меня поколенческие отношения. Меня более волнует странная связь людей находящихся в кровном родстве. Жизнь-смерть. Это не химерический интерес, а настоящий. А там ты за кого – за фашистов, коммунистов или либералов, - в этом так много равнодушия и схематизма. Не буду я, поэтому про политику говорить. Меня не устраивает современная культурная ситуация, это не шампанское – а брызги». 
<<Утопический космополитизм.
Леонид Тишков: "Я конечно придерживаюсь либеральных взглядов".
Сходную позицию занимает Леонид Тишков, который присовокупляет к двум запретам Звездочотова религию: о религиозных взглядах тоже не принято спрашивать. «А у нас, кстати, постоянно спрашивают о политике, как о платформе деятельности, иногда художники определяют политику как способ репрезентации себя. А я занимаюсь вещами подсознательного, интуитивного свойства. Исповедую идеальные ценности, я считаю, что мир прекрасен и поэтичен, только мы не видим этого. В этом мире не существует политики, потому что ее мир двуличен. Удачные политики – самые большие вруны. Я конечно придерживаюсь либеральных взглядов, но российская ситуация вообще вызывает только сожаление. Я занял стороннюю позицию. Мне были ближе Явлинский и иже с ним. Но сейчас тоже я их не очень понимаю… Может нужно книжки какие-то почитать?
Проханов вывел меня как персонажа своей книги «Политолог», как генетика фээсбэшника. Есть такое высказывание, что если ты не интересуешься политикой, то политика займется тобой. Поэтому я пошел на презентацию его книги. И что меня больше всего поразило на этой презентации, – что все эти политики, которые ругаются в СМИ, между собой братались. Политики практически представляют собой художественною тусовку. Но их проект более глобальный, более основательный и там другие немного ставки и произведения искусства – все всерьез.
Моя позиция - осмополитизм. Идеальный мир вне границ. Чтобы не было и религиозного деления мира. Это совершенно идеалистическая позиция, гуманная. Кто их может выразить, – я не знаю, такого лидера нет. 
<<Момент вкуса и интереса. 
АЕС: "Мы культурные левые".
АЕС: «В Германии мы однажды столкнулись с двумя коллекционерами, оба очень богатые человека, но один левый, а другой правый. Так вот нам ближе оказался левый коллекционер. Мы культурные левые. Это не зависит от того бедный ты или богатый. По той простой причине, что мы не можем быть правыми. Мы не являемся националистами, консерваторами. Либерально левая позиция. В России очень размытые позиции. Здесь наверное, разные вещи - убеждения левые бедных и богатых, так же как и правых. В этом проблема определенная. 
Сейчас протестная позиция спекулятивна. Хотя сейчас все художники против Путина и Буша, потому что они создали политически-культурную удушающую некреативную атмосферу. Но любое политическое высказывание в арт мире сейчас непродуктивно. Подобная позиция вызывает лишь иронию. Политкорректность сейчас подвержена ревизии и это более актуально. Провокативность, конечно сейчас тоже дозволена, но есть момент вкуса и интереса».
<<Сочувствие власти.
Никита Алексеев: "Я скорее здесь отношусь к правым".
Свои соболезнование власти принес Никита Алексеев. «Я не политик, как ты понимаешь, и стараюсь, чтобы искусство было как можно дальше от политики. Но я живу в мире, который должен быть политизированным. Иначе нам каюк наступит. Я очень сочувствую крайне не любимому мною Путину. Он со своими ребятами вытоптал все вокруг себя, и теперь он не сможет не отвечать за то, что он натворил. Я не отношусь к супер патриотам, Россия превратилась во что-то типа Венесуэлы. Когда подполковник КГБ становиться президентом страны, это предполагает развитие определенных тенденций, поскольку это определенный психотип. 
Если самоидентифицироваться с партиями, то я скорее здесь отношусь к правым. На второй своей родине (Франция) я симпатизировал умеренным левым. При этом я понимаю, что Жак Ширак, которого я раньше очень не любил, оказался более вменяемым, чем Путин. Консервативная же позиция здесь необходима, как сбережение ценностей, которые, на мой взгляд, существуют. При этом я, конечно же, за социальные программы. Повторяю, мы живем в такой странной стране, где себя трудно кем-нибудь назвать. 
<<Внутренний консерватизм.
Андрей Филлипов: "Я консерватор, но одинокий".
Утопической линии, но в правой ориентации придерживается Андрей Филлипов. «Меня не удовлетворяет ни одна из позиций современных политических партий. Такого, наверное, быть не может, но пока не сформировалась та партия, в которой я мог бы участвовать. Политика – это игра. У меня есть свои игры, которыми я занимаюсь. Это утопия, это никогда не может быть. Теократия, православие, самодержавие, народность -это больше поэтические, чем политические образы. Считается, что патриотизм – прибежище негодяев. Так у нас в политике и получается и сложно с кем-то смыкаться, и с Рагозиным, и еще с кем-то. По политическим позициям мне Тютчев ближе. Но у него тоже были утопические образы. Я консерватор, но одинокий, и не пытаюсь дружить. Моя позиция доставляет мне страдание от несовпадения внешнего хаоса и идеального внутреннего образа. Но Тютчев помогает.
<<Беспочвенный социал-демократизм.
Андрей Монастырский: "Если бы я жил в нормальном обществе, я бы придерживался социал-демократических взглядов".
Неприемлемость форм российской политики отмечает и Андрей Монастырский. «Так как нет серьезных политических сил, которые действуют в России, у меня нет политических взглядов. Я его не понимаю, не чувствую. Нет для меня интриги. Это в какой-то Уганде и Парагвае более отчетливо действуют политические структуры. Здесь нерешенная система власти, какая здесь может быть политика? В развитой демократической стране, возможно, у меня были бы предпочтения. Потому что там культура политическая имеет свою традицию, степень развития. Здесь Хаос политический и никакой интриги. Возникают реликтовые силы: западники – славянофилы. Для меня политическое пространство не существует. Я его не чувствую. Силы, намерения, убеждения должны присутствовать. А потом их можно разделять или не разделять. Нерешенная ситуация на уровне структур государства - все висит в воздухе. Общество должно быть со своей историей. Россия пока этим занимается, но пока все очень невнятно и размыто. Есть тут вообще какие-то границы, территориальные, языковые. Везде диффузные зоны, все непонятно. 
Всякие социальные мотивы государство из политики стремиться удалить. 
Если бы я жил в нормальном обществе, я бы придерживался социал-демократических взглядов. Политика – это взаимодействия общества и государства. Люди сильные по натуре, здесь могут быть либералами. А слабые люди, как я, более склонны к социальной защите и социалистическим моделям. Но мы все, в общем, из советского союза, к этому склонны. Привыкли. А вот либералы – это звери. Закон джунглей – русская модель либерализма. На западе конечно либерал другой. Там действует закон, право, протестантская этика. Но самое главное – здесь нет границ. 
Я вообще не уверен, что здесь существует общество. Нет никакого национального самосознания. Работает бытовая логика по отношению к Кавказу и Чечне, например. Может здесь страдательный путь, жертвенный. 
Протестантская этика- это основа всего. Тут этого как раз нет. Кант сформулировал протестантскую этику - звездное небо надо мной и внутренний закон внутри меня. Он на боге не основывается. Здесь варварство, когда никто не думает о правах человека».
<<В ожидании социал-демократии.
Борис Орлов: "социал-демократ, но по западным меркам".
Ясность и обдуманность позиции, не помогли Борису Орлову занять активную политическую позицию.
«Могу сразу сказать – социал-демократ, но по западным меркам. У нас нет пока никакого социал-демократизма, русская версия еще не сложилась. Но их нужно поддерживать и поощрять, чтобы они появились. Социал-демократы не скоро появятся, так как их все бояться и будут препятствовать. Правые – потому что это главный электорат. Коммунисты – электорат на 60% у них сползет. Центр, единоросы - тоже бояться. Поэтому все будут этому препятствовать. Но я по идее социал-демократ, и если она у нас сложится не карикатурно, я буду с ними. То что сейчас – это прото социал – демократы, их трудно так назвать, да и они сами бояться. Вот Яблоко – кто ты товарищ Явлинский, скажи мне, наконец. А товарищ Явлинский ускользает, не хочет этого сказать».
<<На 20% левее
Дмитрий Александрович Пригов: "20 градусов левее левого".
Увлеченный мифологизацией и метафизическими изысканиями Дмитрий Александрович Пригов, выразил неожиданно левую позицию, что в принципе демонстрирует тот факт, что прямой зависимости между политикой и творчеством нет. 
«Моя позиция очень размытая, но на 20 градусов левее левого понимания в России. Коммунистическая партия России – правая. Вот я левее, чем она. Я более пристрастен к радикальным движениям. Но самые радикальные левые хороши как оппозиционный элемент, не дай бог, они к власти приходят. А вот левые, которые левее коммунистической партии – они нормальные, они иногда тоже скучными становятся, тогда еще можно о радикалах говорить. Радикалисты действия, и их террористические проявления мне тяжелы. Я не верю в социальные преобразования, но по психосоматическому типу тот цех мне нравиться. А вот радикалы мне далеки».
<<Анархический социализм. 
Николай Полисский: "Я то вообще анархист".
Счастливое слияние политических взглядов и художественных практик представляет Николай Полисский, который, среди опрошенных единственный представляет активную политическую позицию. «Конкретный ответ трудно дать, это сложная позиция в наше сложное время. Я этого президента не выбирал. Сразу почувствовал активную неприязнь. Брежнев был смешной, Ельцин был какое-то время, уважаем, но потом тоже резкое отчуждение наступило. А к этому я сразу почувствовал - не мой Путин. По ощущению. России, наверное, он сейчас нужен. Той России, которая его выбирала. Глупой, серой России, иначе государству – смерть…
Я то вообще анархист, видал бы я это государство в гробу. У меня анархическое общество, мы создали артель. Типичные бакунинские идеи. Старшой – я, добываю деньги, распределяю справедливо, они мне доверяют. Будучи художником, – это возможно. Мне государство не нужно. Мы без государства справляемся. Социализм мне не очень близок, как идея подачек. Я отчасти понимаю, что французский вариант социализма делает людей слабыми. Идея этих подачек не может быть социализмом. 
Социализм может быть только в маленьком коллективе, как у нас в артели.
Политика? Я уже не хочу на это душевные силы тратить. Я конкретно пытаюсь при помощи этого проекта возрождать Россию. Я конкретно пытаюсь средствами искусства кормить эту деревню, они сами себя кормят. Художник работает не ради искусства, а ради жизни на земле. Это реализованная утопия. Я активен политически, но именно так я поднимаю Россию. Тот же Чубайс, Рузвельт, Черчиль - они же думают о том, как к ним будет относиться история. Наверное, они великие художники, но я вот так….».
<<Стаи ларечников.
Шутов Сергей - "возмущенное недоумение".
Шутов Сергей: «Моя позиция выражается в двух словах –возмущенное недоумение. Революционная молодежь устраивает беспорядки за деньги. Правые, зажравшиеся окончательно, пользуются багажом комсомольских организаций. И господин Глазычев заявляет публично, что войны никакой не происходит, – происходит мирное строительство. В то время когда художники иммигрируют из страны, опасаясь преследований. Я не помню такого, – чтобы было заведено дело на художников. Такого никогда не было, но на это никто не обращает внимания. «Мы живем, под собою ни чуя страны». Посадить могут кого угодно, - общественного мнения не существует. Поэтому меня больше привлекают люди циничные. Я против всех банд, я частное лицо. «Вихри враждебные веют над нами, черные силы нас гнетут»... Когда вот эти неформальные организации предлагают себя под названием партии или общественного комитета, а я же знаю, какая общественность его выбирала. Кастет–то хоть для приличия отложил бы. Есть различие между политикой и существованием на улице. Такого не бывает – политика без права выбора. Это не политика, а часть личной жизни. Так президент решил, что он отвечает за все, и это стало частью его личной жизни. Меня это не устраивает. И меня приводит в недоумение и негодование, что это называется политикой.

В качестве постскриптума хочу отметить, что в связи с отсутствием политическое и экономической свободы люди сбиваются в стаи. Свобода должна подкрепляться законами и правом выбора. Эта картина мира отражается на картине мира искусства. Все сваливается в мятый влажный комок мусора. Нету акцентированной политики и акцентированного бизнеса. Получается продажная политика и политизированный бизнес. Каждый ларечник должен обязательно иметь крышу, так или иначе политическую» - Шутов Сергей.
<<Ностальгия по оппортунизму. 
Георгий Литичевский: "ностальгия по оппортунизму".
Эстетические предпочтения Георгия Литичевского не отражают его политической позиции, потому что ее нет, но в этом утверждении усматривается один из грехов 20 века – эстетизация политики. «Оппортунист. Я обозначил это слово, оно звучит выразительно и вызывающе, потому что так самого себя не принято называть. Вообще–то оппортунист – это попутчик. Но для этого надо представлять, с кем идти по пути, к кому пристроиться. Но тут не очень понимаешь, к кому пристроиться. Я понимаю, что я много на себя взял ради увлечения оригинальностью, но даже в самом цинике остается доля искренности и остается момент вкусовой. Даже при всем желании быть попутчиком Путина, это чисто эстетически меня не устраивает. Как человек он мне симпатичен, но злая судьба заставила его стать лидером политической тенденции, которая мне антипатична… Ведь это же политика без политики. Есть власть, которая ничего не предлагает. Вот если придумать такую власть, согласно книге Негри, ты и приходишь к власти. Власти нечего возразить, потому что она ничего не предлагает. Но суть оппортунизма состоит в особого рода активности, когда человек не располагая собственными идеями, стремиться к чему – либо примкнуть… Да не к чему. Поэтому моя позиция – это ностальгия по оппортунизму».
<<Не верю!
Александр Савко: "У меня критическая позиция ко всем".
Примером вынужденной оппортунистической позиции могут служить и взгляды Александра Савко. «Все скурвились. У меня критическая позиция ко всем политикам. Все из одного корыта кормятся, которое виртуально поделено. Циничная ситуация сейчас, дискредитированы все, профанация всех и левых и правых. Поэтому я считаю что нужно простому человеку остановиться на время. Дискредитировали себя все политики. Не хочу быть ни революционером, ни консерватором. Потому что потом со стороны зрителя посмотришь, и увидишь, что находишься не на вершине, а находишься где-то в самом низу. Все на кого-то работают, на чью то мельницу льют воду. Понятно, все люди. Все вынуждены купаться в этом. Не стоит цели не запачкаться. Химчистки существуют и работают. Хотелось бы надеяться, что естественный человек еще сохранился. Сейчас время второго сорта. На переднем плане находятся люди второго сорта».
<<Выше представлены интервью 12 художников. На этом символическом числе я заканчиваю. Интервью с Синими Носами, Александром Шабуровым и Вячеславом Мизиным, не расшифровано, так как они заявили об абсолютной симмулятивности политических процессов и высказали интерес к исследованию житейских ситуаций под микроскопом. Разговор о политике и ее эстетических проявлениях с художниками Сергеем Братковым и Сергеем Шеховцовым невозможно расшифровать так как разговор утратит свою непосредственность.

Прямое политическое высказывание не свойственно большинству художников. Они балансируют на той грани, где политическая позиция находит свое воплощение в эстетических концепциях, а эстетические идеи формируют политические взгляды. Поэтому их позиция приобретает поэтическое звучание. Неопределенность позиции художника, тем не менее, вызвана в первую очередь неопределенностью политической системы.

*Вообще же нельзя не учитывать, что политические позиции меняются, особенно в наше сложное время. 

Все авторские рубрики в иллюстрированной версии смотрите на сайте>

Еще больше нового и интересного в ЕЖЕДневных Новостях Искусства@ARTINFO - http://www.iCKYCCTBO.ru
Пополнение 3-4 раза в день.

Юрий Пластинин
Дмитрий Барабанов
Оксана Саркисян
Александр Соколов
Андрей Ковалев
Андрей Великанов
Сергей Тетерин  


Subscribe.Ru
Поддержка подписчиков
Другие рассылки этой тематики
Другие рассылки этого автора
Подписан адрес:
Код этой рассылки: culture.artinfo
Архив рассылки
Отписаться
Вспомнить пароль

В избранное