Все выпуски  

Источник счастья


Дорогие наши читатели! Предлагаем вашему вниманию следующий отрывок из статьи Сергея Лунева "ЦЕРКОВЬ В ПОЛИТИКЕ РОССИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА вперед к феодализму".

Старое вино в молодые мехи

Статья 21 Конституции России говорит: 1. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.

По идее, в демократическом государстве, которое согласно конституции оставило за собой долг стоять на страже прав и свобод граждан, на Церковь должна была возлагаться задача и наделения жизни человека высшим смыслом.

Государство не станет демократическим, пока демократичным не станет сознание. Это эволюционный процесс, который может организованно совершаться при условии, если перестроятся государственные образовательные программы. Власть об этом, похоже, не думает, а формирование общественного сознания доверила Церкви.

Россия передовой в техническом отношении страной не является. Источник богатства здесь сосредоточен не в инновационных технологиях, а в продаже полезных ископаемых и прочих природных ресурсов. Для закрепления источников богатства за собственниками больше подходит авторитарная культура, идеология и организация труда. Очевидно поэтому, вместо того, чтобы вкладывать деньги в образование, новая власть решила сделать своих граждан приверженцами средневековой духовности: «вы, людишки, пока временно потерпите, но зато впереди вас ждёт жизнь вечная. Лазарь, который в струпьях валялся у дома богача, ни за что, ни про что оказался на лоне Аврамове. Тоже будет и с вами».

Вот как излагает учение Церкви наиболее часто выступающий в теле- и радиопередачах московский священник Дмитрий Смирнов, настоятель аж восьми московских храмов: «Никакого христианства без чувства собственного недостоинства быть не может. Когда христианин обижен (многие говорят, вот я не попал - мне обидно). Если тебе обидно, ты должен снять крест. Потому что если тебе обидно, как же ты можешь читать молитву «Отче наш», где сказано: остави нам долги наша, яко же и мы оставляем должникам нашим? Если тебе обидно, ты не христианин. А мы очень часто обижаемся, огромная часть нашей жизни проходит в обиде. На одно или на другое, на человека ли или на обстоятельства, на погоду даже сердимся. Некоторые в безумии своем на самого Господа Бога нашего ропщут. Что ты, грешная тварь, на кого ты вообще поднимаешь пяту? Каким образом ты, человек слепой, разбираешься в бытии? Что, вообще, человек, ты можешь? Ну, вообще, какую-нибудь элементарную вещь? Ты детей своих можешь воспитать, как это делает слониха какая-нибудь или тигрица? Ты и этого не в состоянии? Так что ж ты ропщешь на Бога, что ты вообще в этом понимаешь? В человеке страсти настолько кипят, что здравый смысл отступает. Поэтому очень часто то, от чего мы должны получать благодать Божию, становится нам в осуждение. Потому что мы подспудно мним себя чего-то достойными, будучи грешными. А спасение человека совершается только по милости Божией. И вот усвоить благодать Божию можно только в состоянии понимания своего недостоинства.

Поэтому нам надо очень внимательно, внимая себе, заниматься своим воспитанием, прежде всего воспитанием чувства своего недостоинства. Тогда мы уподобимся сотнику, тогда наше ходатайство за наших ближних или молитва о прощении наших грехов будет услышана Богом. Потому что очень часто мы молимся Богу и не получаем никакого результата. Многие говорят: вот я молюсь, молюсь, когда-то у меня были грехи 20 лет назад, и ничего во мне не изменяется. С чем это связано? Потому что изменить человека может только благодать Божья. Почему она не приходит изменить человека, если он просит? А потому что он считает себя чего-то достойным, он качает какие-то мнимые, несуществующие права.

Ты же грешник? - грешник. Твоё место в аду. А ты живёшь в столичном городе, пользуешься горячей водой, тебе может быть платят пенсию, тебя поздравляет ряд людей с твоим днём рождения - подумаешь, великий Наполеон Бонапарт родился. А если кто-то осмелится этого не сделать, то обида уже на следующий год. А, собственно, человек - кто ты такой? А ты, человек, всего лишь жалкий грешник, который, если и спасётся, то только по милости Божьей. Но вот этого спасительного чувства в нас нет, поэтому христианство наше, оно часто бывает только мнимое по форме, поэтому и к святыне мы ломимся, как на базаре. Потому что мы не понимаем, мы не чувствуем к чему мы идем, у кого мы просим. Мы просим у той, сына которой, мы - человеки распяли. Поэтому из сердца нашего, из ума и внимания уходят очень важные вещи. А остаётся? А остаётся только упорное настаивание на своём, а для этого добиться во что бы то ни стало чего мы хотим.

И очень много чего прочего, что находится за рамками Евангелия. Это и на рынке-то неприятно или в каком-нибудь магазине, когда люди в драку за чем-то. Ага, значит тебе досталось, а мне нет. Ты что, лучше его? Это для людей всегда проблема - кому-то что-то уступить. От места в трамвае до двухрублевой премии на работе. То есть это просто как бы всегда трагично. Некоторые так говорят: надо же он при всех мне сказал. Даже важно не то, что пренебрегли, а важно, что при всех. Чтоб немножко его тщеславие было прижато, чтоб немножко оно потерпело какой-то урон. Потому что на самом деле часто урона никакого не бывает, потому что он просто смешон, но такая болезненно воспаленная гордость часто понуждает нас такие поступки совершать, за которые вообще каждому взрослому человеку должно быть стыдно.

Но дети ёще так себя ведут, потому что мы еще не успели их воспитать, но есть надежда, что они может быть всё-таки поймут, что такое прилично, а что нет. Но нам нужно учиться вести себя так, как прилично званию христианскому, в чем нам Господи и помоги».

Ну чем не Пушкин, чем не сукин сын:

«К чему стадам дары свободы?
Их должно резать или стричь.
Наследство их из рода в роды
Ярмо с гремушками да бич».

По определению Маркса, «страсть — это способность человека прилагать усилия к обретению своей цели». Канонизированные государственной церковью отцы учат, что спасаться нужно через самоосуждение, считая себя самыми грешными. Следуя канонам предания, пастырь учит народ побеждать свои страсти, или, говоря другими словами, пожертвовать любовью к себе. При этом над собой масса оставляет личности, сохранившие эти наклонности даже в преувеличенном виде. Один архиерей даже повесил в своей канцелярии надпись: «п.1 Архиерей всегда прав. п.2 Если Архиерей не прав, смотри п.1». Этот же епископ учил своих духовных чад: «Если у тебя возникнет желание сказать «Я», говори про себя «я – куча дерьма». К заявлениям, подобным этому, в Церкви настолько привыкли, что именно их и считают нормальными. Хотя апостолы учили совсем другому: «пророки пусть говорят двое или трое, а прочие пусть рассуждают» (1 Кор.14,29).

О чем, на самом деле, идет речь. Чувство собственного недостоинства безотносительным не бывает. А относительно кого оно должно быть? Как в любой авторитарной системе - относительно вожаков прайта, который они под себя строят. И все, кто в этот прайт вступает, обязаны в них вожака признавать, а себя считать недостойными. А те, которые это неписаное правило признавать отказываются, говорят, что они, мол, в Церковь пришли, ради Иисуса, в этом прайте не приживаются и рано или поздно его покидают. Сами вожаки себя тоже считают недостойным, но уже относительно тех, кто над ними.

Кто в этом этикете не участвует, тот идет против вожака, в то время как остальные смирились. А поскольку им обидно, что они смирились с властью лица, а не закона, то они будут с внутренним злорадством сочувствовать, как вожак будет смирять выскочку.

Стихийно самоутверждение в авторитарном сознании происходит через подавление. В армии возникает дедовщина. Семьи, в которых женщину оскорбляет диктат мужа, распадаются. Церковь ратует за сохранение семьи, пытается духовно окормлять армию. Но что толку наводить порядок в чужом хозяйстве, когда в приходах и монастырях процветает такая же дедовщина, как и в армии. Рыба гниёт не с хвоста...

Так во что же, действительно, верит русский человек? Похоже, что в авторитарную власть, которая будучи сама по себе несменяема, предлагает ему веровать то в Бога, то в коммунизм, то в демократию.


Витамины

Витаминами называются низкомолекулярные соединения органической природы, не синтезируемые в организме человека, поступающие извне, в составе пищи, не обладающие энергетическими и пластическими свойствами, проявляющие биологическое действие в малых дозах.
Подробнее


В избранное