Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay
  Все выпуски  

Скурлатов В.И. Философско-политический дневник


Китайский хасавюрт?

 

Похоже, нынешнее руководство Коммунистического Китая во главе с Ху Цзиньтао пребывает в растерянности, столкнувшись с восстанием низовой тибетской субъектности как в самом Тибете, так и за рубежами КНР. Приближается Пекинская олимпиада, а накал тибетского сопротивления, кажется, не спадает. Принимаются неадекватные меры, в том числе по ужесточению правил въезда в Поднебесную и пребывания в ней. И вместо базисного разрешения ситуации - избирается надстроечная косметика. И вот пришло из Пекина сообщение - председатель Комиссии Европейского союза Жозе Мануэл Баррозу уговорил председателя КНР вступить в переговоры с Далай-ламой. Но это – как минимум потеря лица, чреватая «китайским хасавюртом». Поразительно, кто бы ждал!

Пытаюсь давать оценки с позиций «честного маклера», опираясь на практику мудрого Ли Куан Ю – этнического китайца, утихомирившего трехэтнический Сингапур и приведший это островное государство к фантастическому процветанию (во многом глядя на него, его ревнивый визави на материке этнический малаец Махатхир бин Мохамад утихомирил тоже трехэтническую Малайзию и тоже привел её к прорыву и расцвету). Если китайские руководители, по-моему, всё ещё в своей «национальной политике» возлагают много упований на социализацию, то Ли Куан Ю и Махатхир бин Мохамад, не забывая про социализацию, все же основной акцент сделали на низовую субъектизацию – и выиграли!

Ху Цзиньтао несет персональную ответственность за ситуацию в Тибете, которым руководил в ключевые для дальнейшего 1988-1992 годы. При нём приезжие китайцы установили монополию в тибетском бизнесе, заблокировав тем самым тибетскую низовую субъектность. И не удалось Ху Цзиньтао выстроить сильное параллельное ламаистское священноначалие, уравновешивающее авторитет перебравшегося в Индию далай-ламы.

Признать авторитет далай-ламы и вступить с ним в переговоры – значит поощрить тибетских радикалов, что самоочевидно. Я сам низовой субъектник и потому осознаю мотивы действий и типовые ходы субъектников в подобных обстоятельствах. Нам дай палец – мы руку отхватим и вообще загрызем, потому что нормальный субъектник нацелен на максимальную экспансию и полное доминирование на своей территории. Вот лишь если на эту территорию претендуют равнодостойные – можно договариваться.

А Пекину, судя по всему, быстро не удастся превратить тибетских низовых субъектников в своих союзников, даже если очень захочется. Здесь нужна долгая кропотливая работа. Возможно, я недооцениваю способность Ху Цзиньтао учиться на ошибках, и он идёт на переговоры с далай-ламой не только ради выигрыша времени и некоторого успокоения перед Олимпиадой, но и с каким-то дальним прицелом в плане опоры не на тибетских социализированных выдвиженцев, а на низовых тибетских предпринимателей и более продвинуто-модернизированных монахов. Требуется большое политическое искусство, чтобы сменить акцент с социализации на субъектизацию. Поживем – увидим.

Если же подобной стратегии нет, а есть сиюминутная реакция на возникшую неприятную ситуацию, то есть вероятность наблюдать «китайский хасавюрт». Ни к чему хорошему он не приведет ни для Китая, ни для Тибета. А каковы были бы оптимальные шаги Пекина?

Обращаюсь к классике – книгам Ли Куан Ю «Сингапурская история: из третьего мира в первый» и Махатхир бин Мохамад «Малайзия: путь вперед». Само собой, главный стратегический (и даже тактический) рецепт – форсированное взращивание субъектности или малого-среднего бизнеса в малайских низах (аборигенные ранее занюханные малайцы в Малайзии и Сингапуре – аналог русских в России и тибетцев в Тибете). Но сначала и в Сингапуре, и в Малайзии нейтрализовывались радикалы, а переговоры с ними наступали после обретения контрольного пакета. Так, Ли Куан Ю тайком встречался в Пекине с лидерами разгромленных им сингапурских коммунистов, а Махатхир бин Мохамад стал встречаться с разгромленными им китайскими радикалами лишь после того, как загнал их в горы. Ни у сингапурских коммунистов, ни у китайских радикалов к тому времени уже не осталось социальной базы, потому что лидеры Сингапура и Малайзии уже успели открыть светлые перспективы перед низовой субъектностью, а на досубъектных далеко не уедешь. И лидеры разгромленных коммунистов в Сингапуре и китайских радикалов в Малайзии согласились в результате переговоров занять непыльные должностишки и совместно с властями участвовать в дальнейшем процветании этих стран. Ху Цзиньтао далек от этого, ибо тибетскую низовую субъектность он, как показали события, совсем не контролирует.

Возможен эрзац, схожий с ситуацией в Чечне после провала позорного Хасавюртского мира – передать контрольный пакет над территорией тому или иному местному клану, более-менее лояльному центру. Однако такой вариант очень рискованный и чреват рядом проблем вплоть до выхода Чечни из РФ (при некоторых обстоятельствах), а в условиях Тибета, когда приезжих китайцев больше аборигенных тибетцев, и они монополизировали бизнес, и в отличие от нынешних прошкуренных и потому рассыпанных и покинувших Чечню русских способны постоять за себя, - тибетско-ламаистский «кадыров» не только не разрешит, а лишь обострит китайско-тибетский конфликт. Потому поспешное согласие Ху Цзиньтао на переговоры с далай-ламой, на мой взгляд, может усугубить допущенные ранее ошибки. Взлелеять же низовую тибетскую субъектность и опереться на неё, как сделал Ли Куан Ю с аборигенной малайской субъектностью в Сингапуре, - требует не поспешности, а ясного понимания задачи и ювелирного исполнения. Способен ли на это нынешний китайский лидер – мне неясно. Но и того, что произошло, достаточно, чтобы поставить вопрос об отставке Ху Цзиньтао.


В избранное