Легенды и Были

  Все выпуски  

Легенды и Были


Информационный Канал Subscribe.Ru

2(25)

Легенды и Были

8.04.2005

 

Добрый день дамы и господа!

Великий князь Святослав

Часть 1

«Когда Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых, и легко ходил в походах, как пардус, и много воевал. В походах же не возил за собою ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезав конину, или зверину, или говядину и зажарив на углях, так ел. Не имел он и шатра, но спал, подстелив потник, с седлом в головах, такими же были и все прочие его воины. И посылал в иные земли со словами: «Иду на вы!»— такими словами нарисовал образ легендарного князя Святослава русский летописец.

И этот образ не потускнел с годами. Академик Б. А. Рыбаков так писал о походах князя Святослава: «Походы Святослава 965— 968 гг. представляют собой как бы единый сабельный удар, прочертивший на карте Европы широкий полукруг от Среднего Поволжья до Каспия и далее по Северному Кавказу и Причерноморью до балканских земель Византии. Побеждена была Волжская Болгария, полностью разгромлена Хазария, ослаблена и напугана Византия, бросившая все свои силы на борьбу с могучим и стремительным полководцем. Замки, запиравшие торговые пути русов, были сбиты. Русь получила возможность вести широкую торговлю с Востоком. В двух концах Русского моря (Черного моря) возникли военно-торговые форпосты — Тмутаракань на востоке у Керченского пролива и Преславец на западе близ устья Дуная. Святослав стремился приблизить свою столицу к жизненно важным центрам X в. и придвинул ее вплотную к границе одного из крупнейших государств тогдашнего мира — Византии. Во всех этих действиях мы видим руку полководца и государственного деятеля, заинтересованного в возвышении Руси и упрочении ее международного положения. Серия походов Святослава была мудро задумана и блестяще осуществлена».

Военная биография молодого князя начинается в 964 году с похода на вятичей, которые еще платили дань Хазарскому каганату. Освободить вятичей от власти хазар и включить их, как и другие славянские племена, в состав единого государства русов — вот в чем заключалась непосредственная цель похода. Но эта цель была лишь этапом подготовки разгрома Хазарии, воинственного государства кочевников-хазар на Нижней Волге, которое перекрывало пути торговли с Востоком. Святослав подбирался к границам Хазарии исподволь, собирая союзников, закрепляя каждый пройденный шаг, чтобы еще до войны окружить Хазарию кольцом враждебных ей племен и народов. За походом в землю вятичей последовали поход в Волжскую Болгарию, антихазарский союз с печенегами...

Летописец сообщает о походе предельно кратко: «...пошел Святослав на Оку-реку и на Волгу, и встретил вятичей, и сказал им: «Кому дань даете?» Они же ответили: «Хазарам...»

Земля вятичей была огромна и покрыта дремучими лесами, сами вятичи — многочисленны и воинственны. Немалые военные и дипломатические усилия потребовались, чтобы убедить местных старейшин подчиниться Киеву, обеспечить надежный тыл для хазарского похода. Недаром князь Святослав провел в земле вятичей всю зиму, и только весной следующего, 965 года отправил хазарскому кагану свое знаменитое послание: «Иду на вы!»

Главная битва с хазарами произошла в низовьях Волги, поблизости от столицы Хазарии — города Итиль. Хазарский каган успел собрать войско и, по словам летописца, сам «изыдоша противу» князю Святославу. Хазары были серьезным противником. Кочевые беки привели многочисленные отряды конных лучников — «черных xaзар», быстрых наездников, пастухов и табунщиков. «Каpa-хазары» («черные хазары») не носили доспехов, чтобы не стеснять движений, и были вооружены луками и легкими метательными копьями-дротиками. Они начинали битву первыми, осыпали противника стрелами, расстраивали ряды стремительными нападениями. Конных лучников подпирали сзади «белые хазары» — кочевая знать и их постоянные военные дружины, состоящие из тяжеловооруженных всадников, одетых в железные нагрудники, кольчуги, нарядные шлемы. Длинные копья, мечи, сабли, палицы, боевые топоры составляли их вооружение. Тяжелая конница обрушивалась на врага в тот момент, когда он дрогнет под ливнем стрел конных лучников. Особую опасность представляла гвардия хазарского царя — профессиональные воины, одетые в блестящую броню. Они вмешивались в решительный момент, чтобы переломить ход сражения, сокрушить и преследовать противника до полного уничтожения. Наконец, многолюдный и богатый город Итиль мог выставить пешее ополчение, тоже хорошо вооруженное: в купеческих амбарах и караван-сараях хазарской столицы было достаточно оружия, чтобы снабдить всех способных носить его.

Русское войско наступало клином, прикрываясь большими, почти в рост человека, щитами, выставив вперед длинные копья. Для рукопашного боя у воинов Святослава были прямые длинные мечи и боевые топоры. Кольчуги и железные шлемы защищали их от ударов... И не устояли хазары, обратились в бегство, открыв дорогу к своей столице. Князь Святослав одержал победу, «одолел хазар», как скромно записал летописец. Уцелевшие хазарские воины и жители Итиля искали спасения в бегстве, уплывали на пустынные острова Хвалынского моря (Каспийского моря), а дружины русов вошли в покинутый город. На острове, посередине реки Итиль (реки Волги), где стояли дворцы знати, и в «Желтом городе», месте обитания купцов и ремесленников, они захватили богатейшую добычу. Главная цель похода была достигнута: войско хазар разгромлено, столица Хазарского каганата пала.

Но поход продолжался. Князь Святослав повел свое войско дальше на юг, к древней столице Хазарии — городу Семендеру. Там был свой царь, который подчинялся хазарам, но имел собственное войско и крепости. Хазары не входили в его владения, довольствуясь данью и признанием своей верховной власти. Семендерское войско Святослав разгромил в коротком бою, рассеяв его по укрепленным поселкам. Город Семендер сдался на милость победителей. Сам царь, его вельможи и богатые горожане бежали в горы. Поход продолжался. Впереди были земли аланов и косогов, жителей кавказских предгорий. Река Егорлык, Сальские степи, Маныч...

Штурмом взята сильная хазарская крепость Семикара, построенная для защиты сухопутной дороги к устью реки Дона...

Близился край хазарских владений, ночные ветры уже приносили с запада соленый запах Сурожского моря (Азовского моря).

Правда, на побережье стояли сильные крепости Тму­таракань и Корчев (Керчь), но жители их не хотели ср­жаться с русами. Они лишь вынужденно терпели власть хазар, гарнизоны которых сидели в цитаделях, окруженные морем ненависти. В князе Святославе горожане видели освободителя от хазарского ига и были готовы подняться с оружием в руках против своих угнетателей. В Тму­таракани вспыхнул мятеж, испуганный хазарский тадун (наместник) спешно покинул цитадель и вместе со своими воинами на судах переправился на другую сторону пролива, в Корчев, где тоже была цитадель и тоже сидел хазарский тадун. Но вскоре пал и Корчев. Вместе с русскими воинами на стены цитадели взошли вооруженные горожане.

Хазарский поход закончился. Но еще не была сокрушена главная хазарская крепость на Дону, угрожавшая русским рубежам,—Саркел.

Князь Святослав уходил из Тмутаракани, оставляя позади себя не кровь, дым пожаров и проклятия, но благодарную память жителей. Добрые семена доверия и дружбы, посеянные им в тмутараканской земле, скоро прорастут щедрой нивой. Поднимется на берегу Сурожского моря еще одно русское княжество, и будут править там князья русского рода, пока не сметет их черное половецкое половодье...

Саркел в переводе с хазарского означает «Белый дом». Свое название он перенял у старой крепости, которая была построена когда-то на берегу Дона из белоснежного камня-известняка. Старая крепость давно разрушилась, но название «Белый дом» осталось в памяти людей, и когда на другом берегу реки построили крепость из красно-бурых больших кирпичей, название осталось ей как бы в наследство. Шесть квадратных мощных башен поднялись над степью, еще две башни, самые высокие, стояли за внутренней стеной, в цитадели. С трех сторон мыс, на котором находился Саркел, омывался волнами Дона, а с четвертой — восточной — были прорыты два глубоких рва, заполненные водой. Неприступная твердыня, построенная опытными византийскими градостроителями!

Князь Святослав взял Саркел штурмом, разрушив ходячее представление о русах как о «варварах», не умевших брать укрепленных городов.

Хазарский поход закончился. Войско князя Святослава возвращалось в Киев.

Огромной была захваченная добыча, оглушительна и торжественна слава победителя хазар, асов и других народов, населявших земли между Хвалынским и Сурожским морями.

Предстояло трудное противоборство с Византийской империей, которая с опаской смотрела на усиление державы русов. Победа князя Святослава над Хазарией поставила под угрозу всю систему господства византийских императоров над народами Северного Причерноморья.

Византия того времени — самое сильное государство Восточной Европы: император мог вывести в поход сто двадцать тысяч хорошо вооруженных воинов! Византия была единственной страной, где сохраняли традиции римского военного искусства, продолжали изучать теорию военного дела, стратегию и тактику, умели «воевать по правилам». Византийские полководцы отличались опытностью и изощренностью в военных хитростях. Ядро армии составляли катафракты — тяжеловооруженные профессиональные конные воины, одетые в панцири. Пехотные «таксиархии», численность которых достигала тысячи человек, формировались из «оплитов» — тяжеловооруженных воинов, копейщиков и стрелков из лука. Многочисленный отряд императорских телохранителей — «гетерия» — в основном состоял из иностранных наемников. Во время войны к постоянному гвардейскому войску - «тагмам» — присоединялись войска из отдельных областей империи — «фем». В константинопольском Манганском арсенале хранились огромные запасы оружия, осадной техники, различных военных припасов. Военный флот Византии составляли как большие корабли «дромоны», вмещавшие более двухсот гребцов и семьдесят воинов, вооруженных «греческим огнем», так и быстроходные «тахидромы» для разведки и перевозки гонцов. Огромное их количество позволяло быстро перевозить войска в любой район Причерноморья.

Были у византийского войска и свои слабости, которыми блестяще воспользуется князь Святослав. Искусство боя, которым в совершенстве владели полководцы империи, в то же время связывало им руки. Следуя жестким правилам, до мелочей регламентирующим движение войска и взаимодействие его частей, можно избежать случайных поражений, но можно и упустить победу, если для ее достижения требуется самостоятельность и риск. Правила войны постепенно превратились в систему догм, сковывающую инициативу подлинных полководцев и позволяющую посредственностям скрывать свою несостоятельность. Византийские полководцы предпочитали медлительную войну, в которой все было предусмотрено заранее и не оставалось места для неожиданностей. В «правильной войне» византийское войско было неодолимо, как искусный фехтовальщик. Но для такой войны требовалось одно условие: противник тоже должен воевать «по правилам». Святослав же правила войны устанавливал для себя сам...

В дополнение к военной силе у византийского императора было еще одно, почти невидимое для непосвященных, гибкое и коварное оружие — дипломатия. Основы византийской дипломатии заложил император Юстиниан еще в VI веке. Знаменитое римское правило «Разделяй и властвуй!» стало правилом византийских дипломатов. Империю со всех сторон окружали разрозненные, находящиеся в постоянных передвижениях народы, которых греки презрительно называли «варварами». Заставить «варваров» служить империи, натравить вождей друг на друга, расправиться с непокорными чужими руками - вот чего добивались византийцы, и долгое время это им удавалось. Двадцать народов держали в своих сетях ви­зантийские дипломаты! Но на рубеже I и II тысячелетий отлаженная система начала давать сбои. Болгарский царь Симеон, чудом вырвавшийся из византийского плена, начал войну за независимость своей страны и добился крупных успехов. Его сын Петр Короткий, хоть и не воевал с Византией, но на подчинение тоже не соглашался. Независимая позиция Болгарии очень беспокоила византийских дипломатов.

Беспокоила Византию и продолжавшая усиливаться Русь.

Взаимоотношения с кочевыми народами, населявшими причерноморские степи и предгорья Кавказа,— печенегами, хазарами, торками, аланами — представляли собой сложную систему, звенья которой переплетались между собой, удерживая в равновесии соседние страны. Как фигурам на шахматной доске, каждому из кочевых народов была уготована своя роль в политической игре византийских дипломатов.

Печенегов толкали на войны с русами, потому что знали: русы не могут начать дальний поход, если нет мира с ближайшими соседями. Можно было направить печенегов и на дунайских болгар, чтобы сделать последних сговорчивее. Самих же печенегов держали в страхе конными тысячами хазарского царя, которые вторгались в степи, угоняя стада и захватывая пленников. Если же чаша весов начинала колебаться, уместно было кинуть на нее торков, которые боялись печенегов, но при удобном случае могли и сами нанести им немалый урон. Если же хазары поворачивали коней в сторону, не выгодную императору, то на них можно было двинуть гузов, воинственный кочевой народ из-за Волги. Да и аланы, хотя и считались подданными хазарского царя, были способны причинить большой ущерб Хазарии, если подарками и лестью пробудить честолюбие аланских вождей.

Все народы Причерноморья оказывались завязанными в один клубок, а кончик нити находился в византийских руках...

Однако неожиданный и дерзкий поход князя Святослава, сокрушивший Хазарию, разрубил важнейшее звено в той цепи, которой византийская дипломатия долго и старательно опутывала кочевые народы. Под угрозой оказались византийские владения в Крыму. Труднее стало натравливать кочевников на Болгарию. Тогда император Никифор II Фока задумал сложную дипломатическую операцию: толкнуть князя Святослава на Болгарию, а печенегов — на Русь. Это была хитрая тройная игра. Император надеялся увести князя Святослава подальше от херсонской фемы, жемчужины византийской короны, на Дунай, столкнуть лбами две самые опасные для Византии державы — Русь и Болгарию, чтобы они взаимно обессилели в войне, затем направить печенегов на Русь, заставив Святослава поспешно увести войско с Дуная, а самому тем временем прибрать к рукам ослабленную войной Болгарию.

В Киев поехал с посольством Калокир. В дубовом сундуке с секретными замками он вез киевскому князю пятнадцать центинариев золота — малую часть будущего вознаграждения за согласие на дунайский поход. Разгадал ли князь Святослав хитрую игру императора? Вероятно, да. Но поход на Дунай как нельзя лучше соответствовал его собственным стратегическим планам. Он сам хотел утвердиться на Дунае, чтобы приблизить свои владения к культурным и экономическим центрам тогдашней, Европы. Князь Святослав хотел также предотвратить поглощение Византийской империей единокровной славянской Болгарии, чтобы избежать тем самым непосредственного опасного соседства с империей. По далеко идущим замыслам Святослава дунайская Болгария должна была стать дружественным вассальным царством, союзником в борьбе с византийской экспансией. Но этих замыслов не знал император Никифор II Фока, презиравший «варваров», и торжествовал, получив согласие киевского князя.

Летописцы не сообщили, как готовился киевский князь к будущей войне, но, видимо, подготовка была обстоятельной и хорошо продуманной. На Руси знали о военной силе Византийской империи. Знали от купцов, ежегодно ездивших с товарами в Константинополь и подолгу живших там, от наемников-варягов, служивших в императорской гвардии, от своих соплеменников, проданных печенегами в рабство греческим рабовладельцам и бежавших из плена, еще живы были и старые дружинники князя Игоря, воевавшие с византийцами. По этим сведениям наибольшую опасность представляли катафракты, способные в сомкнутом строю разорвать любые боевые порядки противника. Что противопоставить сокрушительным атакам катафрактов?

Решение было найдено.

Сомкнутый строй русской тяжеловооруженной пехоты, прикрытый длинными щитами! Как крепостная стена! Глубокий несокрушимый строй, о который разобьются волны конных атак!

На Руси знали, что византийские полководцы предпочитают фланговые удары, хитроумные обходы, неожиданные нападения из засад. И против этих опасных приемов было найдено противоядие — многочисленная конница, способная оградить войско от внезапных нападений, обрубить железные клинья катафракторных полков, нацеленные во фланг и в тыл пешему строю. Своей конницы было недостаточно, и опытные в переговорах со степняками бояре отправились к печенегам и венграм, чтобы позвать их на помощь. Печенежские и венгерские вожди дали согласие выступить в поход.


Исторический проект "Летопись"
     Архивариус

Copyright © Letopis ltd legends@inbox.ru

http://subscribe.ru/
http://subscribe.ru/feedback/
Подписан адрес:
Код этой рассылки: history.legends945
Отписаться

В избранное