Взгляд из дюзы: Фантастика

  Все выпуски  

Взгляд из дюзы: Фантастика : Краткая история киновампиризма. Часть 2


Информационный Канал Subscribe.Ru

"Взгляд из дюзы" - Взглянем вместе!

Те, которые всегда возвращаются
(Краткий очерк истории киновампиризма)

© Сергей Бережной, 2002

 

Продолжение. Полностью материал смотрите на сайте "Взгляд из дюзы"

 

 

Балет вурдалаков

В 20-e годы компания "Universal" и ее основатель Карл Лаэмль были главными американскими создателями кинокошмаров, а лицами большинства этих кошмаров были лица Лона Чейни.

Сын глухонемых родителей, он стал одним из самых выдающихся актеров эпохи безмолвного кино. Звезда его вспыхнула на десятом году кинокарьеры, когда за спиной у Чейни было уже более 120 сыгранных ролей: в фантастическом триллере "Сделка вслепую" ("А Blind Bargain", 1922) он сыграл одновременно и уродливого хирурга, и созданное им обезьяноподобное чудовище. С этого момента его собственное лицо почти не появляется на экране - он каждый раз строит для новой роли новую маску.

Лон Чейни в фильме London After Midnight, 1927Только вехи. В 1923 году Лаэмль продюсирует "Горбуна из Нотр-Дам" ("The Hunchback of Notre Dame") - и Лон Чейни играет Квазимодо. В 1925-м Лаэмль и Чейни потрясают зрителей ужасным лицом Эрика из "Призрака Оперы" ("The Phantom of the Opera"). В 1927-м Чейни и его старый приятель Тод Броунинг снимают детективный триллер "Лондон после полуночи" ("London After Midnight"), в котором Чейни предстает перед зрителями в том числе и в маске вампира...

Впрочем, это была именно маска. Но после этого Чейни задумал сняться в роли настоящего вампира. Он предложил экранизировать "Дракулу". Лаэмль и Броунинг идею поддержали, и "Universal" специально для этого проекта приобрела права на бродвейскую сценическую адаптацию романа Стокера.

Этот "Дракула" ("Dracula") должен был звучать. С 1928 года кино обрело голос, а к 1930-му даже Лон Чейни решил предать Великого Немого и в "Несвятой троице" ("The Unholy Three"), очередном своем фильме, заговорил сразу пятью разными голосами. Но Человек Тысячи Лиц не успел стать Человеком Тысячи Голосов: рак сожрал его гортань, отняв у него сначала голос, а затем и жизнь.

Еще одна легенда, не пережившая своей эпохи...

Дракула, 1931Картина вышла на экраны в день Святого Валентина 1931 года. Афиши как будто отбрасывали на мостовую тень человека в плаще с высоким воротником, а под названием значилось, словно предупреждение: "История самой невероятной страсти из всех, известных миру"...

Это был силуэт нового Дракулы.

Он появлялся на экране под аккомпанемент классической музыки (фильм был озвучен музыкой Чайковского, Вагнера и Шуберта) и сам был классичен: строгий аристократический костюм, тщательно подстриженные и уложенные волосы, орден на шее, величавая походка, странный европейский акцент.

- Я - Дракъюла, - сказал он. - Я приглашаю вас войти.

Эта фраза тоже стала классикой.

Бела Лугоши в фильме Дракула, 1931Эмигрант из Венгрии Бела Лугоши был приглашен на эту роль по нескольким причинам. Во-первых, Броунинг уже снимал его в одной из своих лент; во-вторых, именно Лугоши играл Дракулу в той самой бродвейской постановке; в-третьих, кинозвук уже позволял изыски, а Лугоши сохранил восхитительный акцент (первые свои театральные роли в Америке он играл, не успев вообще выучить английский - вызубривал текст наизусть). Выбор исполнителя оказался судьбоносен: в течение многих десятилетий любое появление на экране вампира неизбежно копировало этот знаменитый выход, а высокие воротники, темные плащи и акцент стали верными признаками киновампиров. Да и сам Лугоши так и остался в сознании зрителя - да и своем собственном - Дракулой: он даже похоронить себя завещал в том самом плаще.

Новый Дракула был гораздо более человечен, нежели граф Орлок. Ему не чужда была эстетичность и театральность. Балетное изящество, с которым он взмахивал плащом, его осанка и ироническая усмешка свидетельствовали о благородстве и хорошей породе. Он был органичен и в затянутых паутиной покоях своего замка, и на ночных улицах Лондона, и в театральной ложе. Он ни разу не предстал перед зрителем выползающим из могилы - это могло разрушить образ: сдвигающаяся крышка гроба, камера уходит и возвращается, чтобы показать графа, уже стоящего в полный рост. Лугоши сыграл вампира-актера, который довольно успешно играл смертного перед смертными и совершенно естественно раздражался, когда его игру раскрывал профессор ван Хелсинг.

И еще: у него не было клыков. Лон Чейни непременно сделал бы что-нибудь ужасное со своими зубами, но Лугоши не стал этим озабочиваться. Его крупные планы были выразительны и без бутафории, а когда следовало придать лицу Дракулы особо зловещее выражение, его глаза просто подсвечивали фонариками.

Граф Орлок, словно зверь, прятался в своей норе. Граф Дракула рискнул выйти к людям в образе человека.

У него оказалось много последователей. И некоторым из них повезло больше, чем ему.

 

 

Продолжение в следующем выпуске рассылки и на сайте "Взгляд из дюзы".




http://subscribe.ru/
E-mail: ask@subscribe.ru
Отписаться
Убрать рекламу

В избранное