Читаем с нами. Книги о бизнесе

  Все выпуски  

Читаем с нами. Книжное обозрение.


Евгений Лотош aka Злобный Ых

Михаил Ахманов "Кононов-варвар"

Нелегка и неказиста жизнь простого литературного негра, обрабатывающего конину. Не ту конину, разумеется, что получается из убиенного коня, а ту, которая посвящена приключениям небезызвестного Конана-варвара. Народ радостно расхватывает продолжения саги, выходящие под звучными иностранными фамилиями, и невдомек ему, что под маской, например, Майкла Мэнсона скрывается простой кондовый Ким Кононов, живущий, может быть, прямо в соседнем подъезде. А тот день и ночь стучит на пишущей машинке, обеспечивая к сроку нужный объем в печатных листах, чтобы удовлетворить запросы одновременно и издателя, и читателя.

Впрочем, "день и ночь" - явное преувеличение. Днем не то настроение - все ходят, шебуршатся, чем-то занимаются, пусть даже не в твоей квартире, в общем, действуют на нервы. А вот ночью - совсем другое дело. Вливается в окно свежий ночной воздух из прилегающего к дому леса, тихо, спокойно - твори не хочу. А еще можно по случаю вступиться за честь неизвестной дамы, удирающей от двух личностей явно бандитского вида, получить по башке, упасть и, следуя классической схеме, очнуться с гипсом в больнице. И вот тогда-то начнется самое интересное. Потому что некоторые озабоченные разными странными вещами ментальные инопланетяне имеют тенденцию менять головы носителей как перчатки. А расплачиваются за помощь в ношении достаточно экстравагантным способом: подлечивая и перестраивая тело прямо на ходу.

И начинает крутиться карусель событий, в которой участвует то ли сам негрописатель Кононов, то ли варвар Конон, чью психоматрицу любезно подсадил в усиленное тело услужливый прищелец. И там, где Конану-прототипу приходится преодолевать моря и океаны по наказу своей рыжеволосой возлюбленной, стремясь отомстить далекому серверному колдуну за гибель своих людей, и героически сражается с полчищами превосходящих врагов, преображенному Кононову приходится лавировать в дебрях каменных джунглей, героически сражаясь с полчищами превосходящих врагов, чтобы добраться до злобного мужа своей рыжеволосой (ну а какой еще?) возлюбленной. Ну, о том, что этот муж - тоже колдун, упоминать, наверное, уже излишне...

Достаточно забавная пародия на бесконечную сагу о Конане-варваре. Построить два абсолютно идентичных параллельных сюжета автору, разумеется, не удалось - уж больно различаются декорации, но и то, что вышло, получилось весьма неплохо. В целом текст являет собой весьма приличный образец пародийно-юмористической фантастики и рекомендуется любителям данного жанра.

Жанр: юмористическая фантастика
Оценка (0-10): 6+
Ссылка: "Русская фантастика"
Приблизительный объем чистого текста: 640 kb




Цитаты:

- Не нравится мне этот Гирдеро, - сказал Идрайн. - Не нравится, господин!

Он умел говорить совсем тихо, так, что лишь Конан слышал его, и эта негромкая речь не вязалась с обликом голема, с его чудовищными мышцами, могучими плечами и гигантским ростом. Казалось, горло этого серокожего исполина должно производить совсем иные звуки, громкие и трубные, похожие на грохот горного обвала; однако он предпочитал не сотрясать воздух ревом и рычанием.

Конан выслушал его и кивнул:

- Мне Гирдеро тоже не нравится, клянусь бородой Крома. Ну так что? Спрыгнем за борт, чтоб убраться поскорей с его лоханки?

- Я видел, где хранят оружие, господин, - молвил голем. - В кладовке, в конце гребной палубы, под замком.

- И я видел. Что дальше?

- Этот замок я могу сбить одним ударом.

- А потом?

Идрайн сосредоточенно нахмурился.

- Потом? Потом я возьму секиру, а ты - меч, мой господин.

- Кишки Нергала! Уж не собираешься ли разделаться с командой?

- Конечно, господин. Я должен заботиться о твоей безопасности. А безопасней всего захватить корабль, не дожидаясь предательского удара.

Конан покачал головой. Зингарцы, экипаж "Морского Грома", казались хорошими бойцами, и было их много - не сотня, как он полагал сперва, а целых две. Сотня сидела на веслах, и еще сто составляли абордажную команду - стрелки, копейщики и меченосцы. Все эти парни прошли неплохое обучение в зингарском войске.

- Мне - секиру, тебе - меч, - бубнил Идрайн. - Я буду бить, ты - добивать…

- Что-то ты сегодня разговорился, - оборвал его Конан. - И речи твои мне не нравятся. Одной секирой и одним клинком не положишь две сотни воинов, парень.

- Я положу.

- Может, и так. Но у тебя-то шкура каменная, а мне достанется не один удар. Соображаешь, нелюдь? - Он постучал кулаком по загривку Идрайна. - Прикончат меня, и что ты скажешь госпоже?

- Я сумею защитить тебя, - буркнул гигант. - Госпожа останется довольна. Госпожа меня вознаградит.

- Вознаградит? - Это было для Конана новостью. - Чем вознаградит?

- Даст душу. Сделает человеком.

- А зачем? - Киммериец в удивлении уставился на бледно-серое лицо Идрайна. - Пусть Кром нарежет ремней из моей спины! Не понимаю, зачем тебе становиться человеком?

- Так велела госпожа. Велела, чтобы я этого хотел. И я хочу, - тихо прошелестел голем.

- Ублюдок Нергала! Вот почему ты следишь за мной, словно портовая шлюха за толстым кошельком! Оберегаешь, чтобы заполучить награду? Собственную вонючую душонку?

Идрайн ничего не ответил, разглядывая то море, то небо, то трепетавшие над головой паруса. Они сидели на палубе рядом с лодкой, которых на "Морском Громе" имелось две: побольше, на четыре пары весел, и поменьше, на два весла. Обе эти лодки были укреплены в пространстве между мачтами; каждая, как успел проверить Конан, могла идти под парусом, и в каждой хранился запас продовольствия и пресной воды. Насчет этих суденышек у киммерийца были свои планы.

- Не нравится мне этот Гирдеро, - опять пробубнил Идрайн, навалившись спиной на лодку. Суденышко дрогнуло под его напором и закачалось.

Конан тоже не испытывал приязни к Гирдеро. Этот зингарский петух был заносчив, хитер и скуп; за пять дней плавания зингарец ни разу не пригласил его к своему столу, не оказал почтения, не удостоил беседой. Нет, Гирдеро Конану определенно не нравился! Не только из-за своей жадности, но и потому, что заносчивый зингарец властвовал над телом Зийны. Эту светловолосую стройную девушку Конан заметил еще с берега, а поднявшись на борт, с искусно разыгранным удивлением полюбопытствовал, кто же она.

- Моя невольница из Пуантена, - коротко ответил Гирдеро. - Подстилка!

Но киммериец полагал, что Зийна достойна большего. Она была красива, и красоту ее не портили даже синяки на руках, плечах и шее - следы ночных ласк Гирдеро; она казалась неглупой и, видимо, получила неплохое воспитание; наконец, она не имела отношения к колдовству! Последнее в глазах Конана являлось едва ли не самым важным, и если б он мог выбирать между женщиной-колдуньей и женщиной-рабыней, то колебался бы недолго. К тому же у Зийны были такие прекрасные волосы, такие голубые глаза, такие полные груди! И была она так близка - лишь руку протяни!

Конан улыбался ей, получал в ответ робкие улыбки и думал, что Зийна была бы куда лучшим и более приятным спутником, чем Идрайн. Если бы он мог выменять ее у Гирдеро на этого каменного олуха! Или похитить… с ее согласия, разумеется.

Согласие он получил на следующее утро, потолковав с девушкой в предрассветный час. Она то и дело пугливо посматривала на дверь капитанской каюты - видно, боялась, что Гирдеро проснется и обнаружит ее отсутствие; но страх не мешал ей подставлять Конану губы, мягкие и покорные, совсем не похожие на огненные уста Дайомы. Пользуясь сумраком, Конан устроил девушку у себя на коленях, приподнял ей тунику и уже начал ласкать упругие бедра и трепещущую грудь, как над горизонтом показался краешек солнца. А вместе с ним пришел Идрайн.

Подхватив кувалду, Ким побежал вдоль дороги, прячась за деревьями и нюхая воздух. Чутье его обострилось, слабые запахи дыма и пищи, присущие человеческому жилью, стали внезапно ясными, различимыми; они пробивались сквозь аромат смолы и хвои, указывая направление. Он мчался бесшумно, огибая мохнатые ели, проскальзывая тенью в зарослях подлеска, перепрыгивая кочки и невысокие кусты; казалось, лес раздается перед ним и, точно зеленые морские воды, смыкается за спиной. Он различал шелест листвы, птичьи крики, далекие неясные скрипы и шорохи; потом в лесную симфонию снова врезалась звонкая дробь барабана - солировал дятел.

Не успел он закончить, как Ким услышал вопли и, рухнув на землю, пополз к ближайшей елке. За ней открывалась поляна с маленьким хуторком: бревенчатый домик с верандой, пара низких покосившихся сараев с плоскими рубероидными кровлями, штабель дров между ними, колодец, будочка отхожего места и грядки, заросшие травой. Сараи, торчавшие левее домика и ближе к Киму, окружали пятеро мужчин - Гиря в распахнутой ветровке и четверо незнакомых качков, красных, потных и злых, словно быки, узревшие плащ матадора. На крыше сарая стояла женщина в сарафане, не скрывавшем крепких рук и длинных ног; глаза прищурены, губы стиснуты, ветер играет рыжими прядями. "Кажется, та, что на плакате со слоном", - отметил Кононов. Еще ее облик напомнил Киму Дашу, но выглядела она постарше и покрепче: налитая грудь воинственно топорщилась под сарафаном, бедра были шире, а кулаки - заметно увесистей.

Гиря вытер пот со лба, махнул рукой:

- Храпов, ближе к лесу встань, а ты, Шурик, у поленницы. Скакнет, так бей ее по костылям. Можно поленом, я разрешаю.

Пара качков, плотный угрюмый мужчина и темноволосый парень, переместились, куда приказано. Рыжая на крыше подбоченилась, блеснула зубами в недоброй ухмылке.

- По костылям, стервец? А если я пяткой в лобешник врежу? И добавлю в ухо?

- Ничего, оклемается. Шурик у нас молодой, - отдуваясь и почесывая бритый череп, возразил Гиря. - А ты, Варюха, не суетись и раньше времени не скалься. Будь ты хоть дважды Тальрозой и трижды Сидоровой, попрыгаешь еще с полчасика и свалишься с копыт. Копыта ведь не слоновьи! Опять же судороги у тебя… лечиться надо… Вот и полечим. Женщина - не иначе, как Варвара, понял Ким, - топнула ногой.

- Был бы ты один, козлина, я бы тебя полечила, прописала судороги! Катился бы до Питера с голым задом!

Теперь ухмыльнулся бритоголовый:

- Так я, Варюха, не один, а с четырьмя братанами. Не потому, что тебя испугался. Они, считай, сюда рвались, очередь занимали… Баба ты видная, мясистая - почему не позабавиться? И позабавимся! Конечно, если не скажешь, куда сеструху дела.

- Я вам устрою забаву, - пообещала рыжая. - Тебе первому член откушу, гад ублюдочный!

Гиря показал ей кулак с выставленным средним пальцем и распорядился:

- Передохнули и хватит! Храпов и Шурик - на месте, Егор и Щербатый - на сарай! Станет дрыгаться, коленом промеж ляжек! Очень это баб успокаивает, если вломить с чувством, но в меру.

"Выходит, Даши здесь нет, - подумал Ким, глядя, как двое качков шагают к сараю. - И где же она? В лес убежала, бросив сестру? Как-то не в ее характере… Значит, уехала в город, вчера или сегодня утром… А жлобы Пал Палыча сюда приперлись… Ну, как приперлись, так и выпрутся!"

Егор со Щербатым забрались на крышу и, растопырив руки, медленно двинулись к женщине. Ким, не выдержав, фыркнул - сцена напомнила ему ловлю бабочек детишками. Правда, у этих "детишек" не имелось сачков, зато торчали за поясами резиновые милицейские дубинки, а рожи были хмурыми и в то же время плотоядными, словно у пары оголодавших кобелей.

Один из парней - Егор, а может, Щербатый - внезапно подскочил к Варваре, но та, с неженской силой стукнув его в челюсть, выскользнула из расставленных рук, перепрыгнула на поленницу, а с нее - на крышу второго сарая. Видимо, этот фокус делался не раз и был во всех мелочах отработан - по дороге Варвара успела левой ногой выбить полено у Шурика, а правой врезать ему по затылку. Удар оказался неслабый - Шурик охнул, покачнулся, но устоял, откинувшись на груду дров. Потом выхватил дубинку и с угрожающим видом помахал ею в воздухе.

- Ну, падла гребаная, погоди! Я тебе воткну!

- Это и воткнешь, если больше нечем, сучонок вшивый! - откликнулась женщина. Повернувшись к Гире, она приставила ладонь к низу живота, пошевелила пальцами и насмешливо осведомилась: - А правда, что у всех отморозков здесь тоже отморожено? И что причиндалы свои вы держите в холодильнике?

- Поймаю, узнаешь, - пообещал бритоголовый, затем, хмуря густые брови, оглядел помощников и произнес:

- Так у нас дело не пойдет, братва, так мы до вечера провозимся. Вот что… Ты, Щербатый, останься на крыше, Храпов пусть следит, чтоб в лес не смылась, а мы ее на этом сарае возьмем. С трех сторон!

Под черепом Кима проснулся Трикси:

"Что они делают? Это какая-то игра? Национальный спорт? Такого я в Финляндии не видел!"

"Такого нигде не увидишь, - заметил Ким. - Это Дарьина сестра. Они ее ловят". "Зачем?"

"Хотят узнать, где Даша. А если не скажет, примутся насиловать".

"Ни на одной планете, где дышат метаном… - начал Трикси, но тут же, не закончив фразы, возмутился: - Это мерзость, клянусь квазарами Галактики! Мерзость! Ты собираешься вмешаться?"

"Еще как! Только не вырубай меня из образа, пока я их не успокою. И не давай советов. Советы, они хороши после драки".

С этими словами Ким, извиваясь змеей, пополз в траве, желая подобраться с тыла к Храпову. Гиря с подручными уже залез на крышу, Варвара отступила на самый край и погладывала то на троих противников, то на Щербатого, то на землю - видно, соображала, куда прыгать и куда бежать. Наконец, сделав изящный пируэт, она скакнула на поленницу, Шурик прыгнул вслед за ней, дрова под их тяжестью зашуршали, заскрипели и разъехались, сбросив непосильный груз. Варвара вскочила первой, с увесистым поленом, нацелилась Шурику в темя, но в этот миг с соседней крыши ринулся Щербатый. Он рухнул на женщину, сшиб ее наземь, но тут же дико взвыл - рыжая, похоже, знала, в какое место бить. Но было поздно: сзади на нее навалился Шурик, подбежавший Егор схватил за руки, а Гиря, поставив башмак на затылок, втиснул лицо в землю. Задыхаясь, Варвара билась под ними, как кошка под сворой жадных псов.

До Храпова, с интересом следившего за свалкой, было три шага. Близко, совсем близко! Кононов поднялся с грозным ревом, одним прыжком пересек разделявшее их расстояние, швырнул качка в траву, занес пудовый молот. "Не убивай!" - пискнул Трикси. "Гуманист хренов…" - пробормотал Ким, но молота не опустил, ткнул упавшего носком в живот и, вращая над головой кувалду, направился к сараям, разбросанным поленьям и копошившимся на земле телам.

Гиря его не заметил - увидел Щербатый, сидевший у стены с рукой на причинном месте. - Это что еще за хрен припадочный? Это…

Ким легонько стукнул его в висок, проломил стену ударом молота, сунул обмякшее тело в дыру.

- Этот хрен тебе не по зубам. Полежи, приятель, отдохни…

Он повернулся, перехватил свое оружие посередине рукояти и огрел ею Шурика по хребту. Может быть, не Шурика, а Егора - они стояли радом на коленях, пытаясь связать Варвару, а та сопротивлялась молча и отчаянно. Ким опустил кувалду, схватил насильников за шеи, стукнул лбами, потом, глядя в мертвеющее лицо Гири, медленно произнес:

- Что, узнал фраера с Президентского? Чахоточного спидоносца? Вижу, узнал… Ну, на этот раз я погляжу, какого цвета у тебя печенка! Может, протухла и не годится на паштет… Ты, братан, циррозом не страдаешь?

Он надвигался на бритоголового, усмехаясь, поигрывая мышцами, еще не решив, что сделает с ним - то ли и правда вырвет печень, то ли переломает ноги или оставит без ушей. Достойную кару он еще не выбрал, но был уверен в своей силе, в неуязвимости и в том, что может эту кару совершить. Кровь Нергала! Кто этот хмырь, чтобы тягаться с киммерийским варваром? Прах и пепел - а больше ничего!

Он не увидел, как поднимается сзади Храпов, только услышал тихий щелчок предохранителя. Раздался гром, пуля вошла под лопатку, пробила сердце; с последним выдохом вспух и опал на губах кровавый пузырь, и Ким без звука, молча, повалился в траву.

Отерев со лба холодный пот, Гиря с облегчением выдавил:

- Фраер - он фраер и есть.

Потом вытащил спрятанный под ветровкой пистолет и разрядил в грудь Кима.




Архив рассылки доступен здесь.

Хотите опубликовать свою рецензию? Пришлите ее редактору (в поле Subject укажите "Читаем с нами").




В избранное