Все выпуски  

Глянцевый журнал "Русский размах"


 

Анонсы журнала "Русский Размах"

438-й выпуск

- Первая обязанность тех, кто хочет искать "путей к человеческому счастью" – не морочить самих себя, иметь смелость признать откровенно то, что есть. "
Владимир Ленин
Александр Балтин КАРТИНЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ


В окопах серая вода,
Земля раскисшая буреет.
А ночью ни одна звезда
Не загорится. Не сумеет.

Атака утренняя зла.
Стреляют наугад солдаты.
Простор подобием стекла
Расколют битв дурные даты.

А воздух порохом смердит.
Совсем измученное тело
Потеет, мается, дрожит,
И сердце бьётся очумело.
Всё кончено. Не ты убит,
Раз пуля мимо пролетела.
Плывут с аэропланов бомбы
Что капли. Вот разрушен дом.
Обломки стен, квадраты, ромбы,
И пыль горячая столбом.

И раненый ползёт, стеная,
Разорвано осколком брюхо.
И смотрит древняя старуха,
Реальность не воспринимая.

Из ружей по аэропланам
Стреляют, в них не попадая,
И упования теряя,
Не веря генеральным планам,
Себе уже не доверяя.
А осень – бездна золотая.




Стоят, потравленные газом,
Лежат, наполненные смертью.
Глаза открыты до отказа
Под нежно-голубою твердью.

Валяется чужая каска,
Полунаполнена водою.
Смерть – нежеланная развязка,
Живому лучше, я не скрою.

Трава пожухлая буреет.
И даже от стволов деревьев
Как будто инферналом веет.
Полуразрушена деревня.
И каждый человек дуреет
От бесполезного движенья.
Пулемёты косили
И чечекали яро.
Если жизнь – форма дара,
То за что погубили

Нашу молодость ныне?
Снова роем окопы.
Воздух горше полыни.
Ярость в сердце Европы.

Вот враждебная масса
Человечьего мяса.
Кто останется целым?
Лица кажутся мелом.
Пуля плоть разрывает.
Аль молитва спасает?





Силы иссякают постепенно –
Выкачала их война.
Захлестнула целую вселенную
Страшная, она.

Жизнь совсем явленье малоценное
В наши времена.
И война идёт едва ль священная –
Адская война.

Гаубица глухо ухает.
Сердце звоном
Пухнет истовым.
Лошадёнка еле трухает.
Всё условно в мире оном
В силу точного и злого выстрела.
Но всё закончится когда-то,
Как утверждает Соломон –
Войною был бы удручён
Такой, тяжёлой и проклятой.

Людей сраженья истрепали.
И беды траурные шли
Сплошной волною – покрывали
Так много уголков земли.

Галиция и Польша рядом,
И Пруссия так близко то ж.
Синеет небо, зреет рожь.
Действительность предстала адом
На неизвестно сколько лет.
И тихо гаснет денный свет.




В Сорокин: Начало биографии



  1. Июль 1941 год. Пушкино
  2. Август 1941 – октябрь 1944 годы. Малынь
  3. 1942
  4. 1943
  5. 1944
Леонид Багмут КНИГА ПРОРОКА ИЕРЕМИИ: ЛЕТОПИСЬ ТОТАЛЬНОЙ ВОЙНЫ 23

Земля, сгоревшая под ногами

Полтора года длилась последняя осада Иерусалима, и всё это время Иеремия провёл в тюрьме – от греха подальше. Говорить ему не давали, да он и сам опасался: убьют ведь за противные слова. Кроме того – говорить уже было нечего, ибо всё было сказано давно. Но вот в один прекрасный весенний день халдейские захватчики пробили оборону и ворвались в город. Руководство давно знало, что надежды нет, но нынче наступил решительный момент. Выбор был сделан в пользу бегства, ибо самая шелудивая собака лучше мёртвого льва по определению. Царь с личной гвардией, оставив ополченцев и далее героически защищаться, поздно ночью вышли за город и поехали в Египет, надеясь получить статус политических беженцев.

Однако ещё не закончился день, как беглецы были настигнуты: солдат перебили, а знать отвели в ставку халдейского владыки. Там Навуходоносор высказал пленникам всё, что он о них думает. Суть его претензий была в том, что израильское царство, жиреющее на транзитной торговле, было яблоком раздора между Египтом и Ираком. Еврейское руководство очень долго и умело сталкивало двух хищников, находясь в позиции третьего радующегося. Однако долго сидеть на двух стульях и обманывать двух хозяев нельзя: нынче пришёл час расплаты. Приговор был суровым, но справедливым: всех князей, что бросили Иеремию в выгребную яму, замучили с чисто восточной изобретательностью. Далее наступил черёд царской семьи. Начали с волчат: всех сыновей царя зарезали по одному у него на глазах. Потом распределили царский гарем среди воинов, наиболее отличившихся во время штурма. А под конец выкололи царю иудейскому глаза – ибо смотреть ему в этой жизни больше было не на что \Иер.39,5-7\.

Сам Иерусалим был лишён всех защитных сооружений, а исторические и культурные памятники разграблены и сожжены. Весь народ оккупанты разделили на две части. Люди, имевшие возможность заплатить за дорогу в Ирак, были депортированы. А рабы и просто беднота, с которых нечего было взять, были оставлены дома. Этот классовый подход был далеко не случаен: оторвать народу голову – самый лучший способ сделать его безопасным для завоевателя. И потому же пролетариям захватчики роздали ненужное им имущество хозяев города – такой подарок создавал массовую базу для коллаборационизма \Иер.39,10\.

Но определённая часть элиты осталась: рабы и нищие сами не смогут организовать никакой жизни. И тут оказалось, что в городе была солидная пятая колонна, рупором которой был Иеремия. Навуходоносор лично приказал своему представителю в Палестине освободить пророка и назначить первосвященником. Более того: Иеремия получил от царя ярлык оспаривать любые решения местной администрации. А во главе этой администрации – юденрата был поставлен сын того князя, который вырвал Иеремию из лап народного трибунала много лет тому назад.

Вроде бы сбылись многолетние предсказания Иеремии: Израиль окончательно потерял независимость, политическую, хозяйственную и идеологическую элиту, улицы устланы трупами, город сожжён и разграблен. На развалинах его как-то пытаются выжить неудачники старого мира. Кто был ничем – тот стал всем. И последние стали первыми: началась новая эпоха.


 

В избранное