Все выпуски  

Интерпретация проективных тестов


Rorschach & Psychoanalytic Diagnostics
Быть психологом

Здравствуйте, уважаемые читатели!
Выпуск третьей недели июня 2011.

В 2011 году в выпусках рассылки «Интерпретация проективных тестов» будет перепечатана моя монография «Посттравма: диагностика и терапия», изданная в 2006 году издательством «Речь» тиражом 1500 экземпляров. Как мне неоднократно приходилось слышать, тираж книги давно распродан. Где прочесть издание он-лайн, я не знаю, поэтому опубликую текст здесь, в «Золотой» рассылке, - в книге 248 страниц, неделя за неделей по пять страниц у вас будет возможность прочесть её всю, бесплатно. Книгу я писала в 2005 году, новые статьи, лекции и практические занятия по психодиагностике и психотерапии еженедельно пишу для тех, кто оформил платный абонемент.

Книга на сайте Озон

© О.В. Бермант-Полякова, 2006
Со стр. 105-107

ПРИЗНАКИ ГЛУБОКОЙ ДИССОЦИАЦИИ В ПРОЕКТИВНЫХ ТЕСТАХ

При выводе заключений о пост-травматической картине психодиагносту приходится решать вопрос, идёт ли речь о психологических защитах из континуума диссоциации или материал теста даёт основания для вывода о дисоциированной (чередующейся) структуре личности пациента.

В исследовании по методике ТАТ диссоциированная личность, как было установлено в исследовании М. Рика, Д. Бира и С. Ловингер, не отличается от контрольной группы испытуемых сколько-нибудь значимым кластером признаков. Правда, они чаще сообщают о психологических защитах диссоциативного континуума (герои устали, спят, потеряли сознание). Достоверным оказалось различие в поведении таких пациентов в ситуации психодиагностического исследования. Они спонтанно входили в трансовые состояния, наблюдались резкие переходы в высоте голоса. Рассматривая таблицу, они удаляли её на расстояние вытянутой руки или укладывали на пол. Амнезировалось содержание рассказов, так что пациент в послетестовом интервью выражал удивление, что такое говорил. Наконец, пациенты из этой группы чаще чем другие решительно отвергали некоторые таблицы и отказывались давать рассказы по ним, говоря о том, что боятся рассказывать или по непонятной им самим причине испытывают сильный страх. В историях, сочинённых чередующимися по своей структуре личности людьми, никоим образом не упоминались положительные эмоции. В них достоверно чаще звучал сюжет, когда герой видит сцену из потустороннего мира (пир духов, бал ведьм и прочее). Пациенты, диагностированные как чередующаяся личность, достоверно чаще останавливались в середине повествования и молча смотрели в одну точку на протяжении десятка и более секунд. Эта пауза расценивалась исследователями как диссоциативный феномен, который не наблюдался в контрольной группе.

Признаки глубокой диссоциации в тесте Роршаха. Первым признаком диссоциации служит появление в протоколе двух и более ответов с неопределённой формой (снег, вода, тучи, грязь, тайга, гора, покрытая растительностью, дым, туман, мясо, песок, пролитая краска и т.д.)

Вторым признаком диссоциации может быть усмотрение в кляксах Роршаха фигур, скрытых за кустами, деревьями, то есть не видимых непосредственно. Например: «Это бантик, который остался от иллюзиониста. Вернее, как. Иллюзионист на месте, просто его не видно, виден его бант».

Часто описание образа расслаивается на план наблюдателя и видимого им «в волшебном стекле» замка вдали, человека на берегу реки и т.п. Увиденное спроецировано в мизерную деталь и не соответствует контурам пятна (см. пример 9, где Б. говорит о персонажах из «Властелина Колец»).

Как было показано Ф. Ливитом и С. Лаббот, у чередующихся личностей в ответах на стимульный материал проективных тестов достоверно чаще встречаются ответы «это видно как будто сквозь туман», «в мареве», «в дымке», «сквозь залитое дождём стекло».

Третий признак диссоциации - это сообщение о видимом вращении предмета, вихрях, торнадо, каруселях, находящихся в движении и т.п. Способность входить в трансовые состояния может проявиться прямо во время обследования, когда пациент словно замирает на несколько секунд, вглядываясь в воображаемое вращение образа в таблице.

Пример 10.

Диссоциация в тесте Роршаха.

Данный пример иллюстрирует обычный для чередующейся (диссоциированной) личности подход к решению перцептивной задачи.

Тест Роршаха, таблица I.

«О! (пауза 4 секунды) О чувствах тоже говорить? (просто скажите, что вы видите). Я вижу угрожающего человека, который занёс на меня руки и хочет сделать что-то. Возможно, это связано с религией. Священник, монах. Что-то закрытое очень.

Можно расфокусировать взгляд? (как хотите) (пауза 15 секунд)

Это крутится что-то такое. Пламя огня, переливы, перепады тёмных и светлых пятен. И здесь есть искры, как с треском всё это происходит.»

Обсуждение. Содержание первой таблицы (своеобразной визитной карточки) этой пациентки составляют темы угрозы, тайны и вхождения в диссоциативный транс. «Занёс на меня руки» это расстройство мышления DR2, утрата дистанции между воображаемым и реальным. Второй ответ – редкий пример синестезии звука и цвета, очевидно призванной компенсировать его неоформленность. Способность структурировать, то есть очерчивать форму предметов, является признаком работы Эго. В представленном примере крутится «что-то такое» и «переливается огонь». Оба ответа детерминированы неодушевлённым движением (m), что принято трактовать как свидетельство переживаемой фрустрации. Обращаем внимание читателя на цвет и звук, спроецированные на чёрный стимульный материал таблицы. Это редкий феномен, соотносимый с маниакальными защитами против депрессивного переживания.

Дополнительные признаки глубокой диссоциации, вплоть до состояния чередующейся личности, по Вагнеру:

1. По меньшей мере шесть ответов детерминированы движением (M+FM+m).

2. По меньшей мере два ответа, детерминированные человеческой активностью, качественно противоположны.

С уважением,
Бермант-Полякова Ольга Викторовна
психолог, психотерапевт, супервизор
Новые лекции и практические занятия


Наверх

В избранное