Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay

Веселые истории об актерах

←   Все выпуски   →

Веселые истории об актерах №172


Выходит 1 раз в месяц

"Весёлые истории об актерах"

(веселые истории, байки и анекдоты из мира кино и театра)

rusactors.ru

Выпуск №172

Рассылки

сайта:

Актеры советского и российского кино

Диалоги о кино

Веселые истории об актерах


Мир искусства Волгограда

www.volgograd-art.ru


Сайт актрисы Евгении Свиридовой

http://www.evgeniya-sviridova.ru/


Загляните на сайт
Мир Дозоров Сергея Лукьяненко

http://pnof.ru - не пожалеете!


 

Истории о Вениамине Смехове

***

Известно, что знаменитую песню про черный пруд в графском парке в фильме "Д'Артаньян и три мушкетера" за Вениамина Смехова спел один певец. Сам актер вспоминает:

Все мы в группе были в восторге от песен Ю.Ряшенцева и М.Дунаевского. Блестяще записали свои «арии» Алиса Фрейндлих и М.Боярский. Кто-то был «не в голосе», а кто-то и «не в слухе» — всем нашли замену. Кого-то обидели, больше всех — Атоса. Я долго не умею обижаться, стараюсь свалить вину на себя, и это справедливо. Я не музыкант, хотя были фильмы, спектакли и пластинки, где удалось прилично испол­нить песни. Знаю, для этого необходимо терпение репетитора-композитора, время и атмосфера поддержки. Так, например, мое счастливое сочинение, мюзикл «Али-баба и 40 разбойни­ков», было записано на фирме «Мелодия» в нежном режиме дружбы. Там трудились и «вытягивали» певцов из актеров Сергей Никитин и Виктор Берковский (композиторы). Там было славно заниматься «не своим делом» драматическим актерам — и С.Юрскому, и Н.Теняковой, и А.Джигарханяну, и О.Табакову, и мне тоже. Но для песни Атоса Максиму-компо­зитору не хватило времени, а мне — музыкальной хватки.

Максим жил недалеко от меня, и накануне съемок я триж­ды его навещал. Репетиции вселяли надежду. Песня техничес­ки трудная для неопытного исполнителя. Максим играл на рояле своего великого отца, Исаака Дунаевского. Наверное, это тоже мне помогало. Максим хотел свести меня с Сашей Градским, чтобы я «потренировался» с мастером. Но время не позволило, и я поехал на запись в Лиховом переулке, где нашей группе дали минимум студийных часов. Однако молодой Дунаевский бодрился: «Не робей. Дома получилось, получится и с оркестром. Берем с собой коньяк, выпьешь для куража, об­ратно твою машину поведу я».

Студия огромная, дирижер Дима Атовмян, большой мастер, друг Максима. Все у меня впервые: такая студия, дирижер, оркестр, наушники. Мне бы потренироваться, успокоиться.

Максим после первой пробы: «Ну, неплохо, раза три всего сфальшивил, прими коньяку и — смелее!»

Коньяк у меня, конечно, не впервые, но в сочетании с новой закуской («черный пруд... там лилии цветут...»)— напиток вышел боком. Я спел так смело и громко, что слушать этот «дубль» было невозможно. Еще выпил, еще спел, еще больше содрогнулся от фальши в записи. Мой голос, как .лошадь, испугался пьяного «наездника» и «выбросил» меня из седла. Кое-как записали куплет Атоса в общей песне мушкетеров («На волоске судьба твоя, враги полны отваги...»), а главную песню решили отложить.

Ночью спал я крепко. Верил композитору, что обязательно перепишем песню — или в Полтаве, или во Львове, или в Одессе. Обманул меня мой приятель, хотя больше всех вино­ват я сам. Так и осталась в фильме «черновая запись», сделанная голосом одного музыканта. Его встретила через много лет в Нью-Йорке моя дочь. Он просил передать привет папе. Не­давно он умер, но голос его продолжает украшать фильм, а я продолжаю получать комплименты. «Как вы прекрасно сыграли Атоса! А особенно — спели про черный пруд!»

Когда фильм вышел, я регулярно набирал номер телефона М.Дунаевского и пел ему страшным голосом:

Есть в графском парке черный пру-уд, там лилии цвету-у-ут, там лилии цветут!

Сначала Макс смеялся, потом стал хвалить меня за идеальное пение, потом умолял его извинить, а потом почему-то так испугался, что вот уже двадцать лет ежегодно меняет квартиры, города, страны, семьи и номера телефонов — лишь бы я не дозвонился...

***

Двадцать лет назад я был потрясен поступком Миши Боярского - зимней ночью, после показа третьей серии по телевидению... Мы собрались отметить
событие в доме художников Алины Спешневой и Николая Серебрякова. Сидим на высоте последнего этажа, а под нами - угол Театральной площади, заснеженный выступ Большого театра. Наполнили бокалы. Набираю по коду Ленинграда номер Боярского. Линия занята. Тогда звоню по "ноль-семь".

Т е л е ф о н и с т к а (гордо): "Ждите в течение часа".

Я (ей): "Простите, мы не можем ждать. Мы в Москве - Атос, Портос и Арамис, а там, в Питере - Д'Арта..."

"Ай! Правда?! - теряет девушка остатки гордости. - Давайте ЕГО номер!"

Даю. Сразу получаю голос Ларисы, жены гасконца.

Миша вырвал трубку: "Алло! Привет. Заболел, черт возьми. Высокая, 39 с чем-то. Спасибо. Жалко, не могу".

Я (с бокалом): "Михаил, тут все твои друзья: Алина и Коля, Болон и Дунаевский; Хил в Одессе, ты в Питере, но водка разлита, и ты слушаешь звон
наших стаканов - за тебя и за нас..."

Каждый чокнулся с трубкой-Мишей, а я объявлял, чей это "чок", в конце хотел добавить что-то лирическое, но в трубке раздалось: "Стоп! Я еду! Ждите!"

Далее - сюжет фантастического кино. Миша врет жене, что обязан подъехать к вокзалу - взять посылку от Дунаевского, срочно. "На минутку, и назад".
Такси в Пулково, аэропорт, нелетная погода, вьюга. Почтовый самолет. Команда, вместо Мурманска, рискует лететь в Москву.

Москва. Метель. Ни души. Одинокая "Чайка". Спит шофер, с утра встречающий босса из Питера. Миша будит его стуком в окошко. "Чайка" летит к Большому театру. Часа в два ночи гости и хозяева полуспят после еды, питья и дневной работы. Тихо в доме. Вдруг сквозь двойные рамы окон - песня. Между Большим театром и нашим этажом раздается:

Пора-пора-порадуемся на своем веку!..

Морозный воздух, дивная акустика, голосище - не для оперы. Миша принимает стакан водки на душу своего населения. Все счастливы. Занавес.

Источник Вениамин Смехов Главы из книги " Театр моей памяти". Изд-во "Вагриус". 2002г.

Ваши отклики по рассылке Вы можете направить по адресу igor-bin@mail.ru.

С уважением, ведущий рассылки Igor BIN.



В избранное