Внушает почтительное удивление сам факт, что сборник пророческих побасенок под общим названием Nostra Damus (нестрого можно перевести как "наш бабец", - лат.), собранный неизвестными фольклористами в период между двумя Хиджрами, дошел до наших дней. Ведь во времена, когда создавались маленькие шедевры "Нострадамуса", концепция возвратно-поступательной истории (КоВоПИс) была еще неизвестна - чем и объясняют обычно отсутствие каких-либо источников и невозможность археологии этого мрачного пери!
ода.
Сахаротов предположил, что собиратели "Нострадамуса" либо по зову интуиции, либо руководствуясь рациональными соображениями, которые зачем-то держали в тайне, записывали именно те образцы народной футурологии, которые соответствовали КоВоПИс'у. Вот, к примеру, катрен XXV, 8:
Как я ехал на Кавказ,
Солнце светит прямо в глаз.
Как приехал я в Европу -
Солнце светит тоже в глаз.
Большинство комментаторов однозначно трактуют "Кавказ" в кафкианском ключе (то есть как напиток), а "Европу" как некий абстрактный объект похищения. В результате катрен воспринимается многими как аллегория грядущего счастья, представления о котором часто вербализовывались в форме троесловиц: "Пить / загорать / взятки брать", "Секс / драгс / рок-н-ролл", "Водка / девки / марафет", "Кино / вино / домино", "Баксы / слаксы / тампаксы", "Ленин / партия / комсомол", "Мизес / Хайек / Пиночет" и т.п. Гениальная догадка Сахаротова состояла в том, что Кавказ вовсе не отождествляется здесь с Европой, но противопоставляется ей! Солнце же обеспечивает единство противоположностей... Каких? Прошлого и будущего?
Вот еще два катрена (XY,6 и XY,7 в классификаторе Сахаротова), которые по смыслу и структуре близки к уже рассмотренному нами - если их читать один за другим:
XY,6
Иван Иваныч Пущин,
Когда сидел в тюрьме,
Был грамотно опущен
И вымазан в дерьме.
XY,7
Теперь он весь нарядный
На праздник к нам пришел:
Танцор незаурядный,
И пахнет хорошо.
Здесь, правда, не прослеживается объединяющее начало, но зато хорошо видна темпоральная диалектика (пары "когда"/"теперь" и "был"/"пришел"). Еще одну темпо-диалектическую пару ("завоет"/"заплачет") Сахаротов разглядел в катрене MI,6:
Я лежал на ней, кряхтя,
Сиськи толстые крутя;
То как зверь она завоет,
То заплачет, как дитя.
Катрен представляет собой классические рубайят, что, безусловно, свидетельствует о его арабском происхождении. Арабы, как гласит легенда, населяли Французское королевство в самом конце темного периода, когда, по предположению авторитетных толкователей, примитивная чувственность была возведена в культ и люди даже вернулись к "естественному" способу размножения. А "естественный" способ как раз и предполагает возвратно-поступательные движения (см. Онан Дойл, "Туда-сюда-обратно, парадоксально - но приятно", Гондишапур, 110). Сахаротов делает вывод, что древние представляли историю в виде извращенного развлечения.
Мы, однако, полагаем, что было бы некорректно останавливаться на этом выводе. Следует задаться вопросом: чье развлечение имелось в виду? Сегодня такой вопрос лишен смысла: каждый знает, что будущее тождественно прошлому, а тождество это обеспечивается вершиной истории - настоящим (которое, очевидно, творится любым из нас). Но сегодня ведь никто бы не решился уподобить историю зачатию ребенка! Не забывайте: "туда-сюда" - это не просто игра. У данной игры случаются (случались = будут случаться) последствия.
Если бы древние полагали, что историко-диалектическая игра ведется ими самими, они бы подобрали иную метафору, например - парную пилку дров. К такой идее, казалось бы, подталкивает катрен UT,7:
Сахаротов, однако, обоснованно замечает, что оппозицию в данном катрене образуют слова "По" и "Ра", то есть две половинки темпорального императива, приблизительное значение которого - "Время пришло!" Но куда оно пришло - на этот вопрос Иоанн Сахаротов не дает ответа. Мы же постараемся ответить за него. Древние пророчества не могли предвосхищать ничего, кроме нас с вами. В самом деле, если мы творим настоящее, значит прошлое и будущее - это не только формы восприятия нами небытия, но и вполне реальные сущности! Вывод парадоксальный, но неизбежный. Древние, понимая свою небытийственность (ущербность), просто вынуждены были считать себя одновременно людьми прошлого ("консерваторами") и людьми будущего ("либералами" - от выражения "либо-либо"). Именно об этом, как нам представляется, говорит древний автор неоконченного катрена GO,2/2:
Консерватор либералу
Звонко съездил по сусалу...
Срочно: "Мы будем счастливы"
Астролог Гавел Пломба утверждает, что знает, кого имел в виду В.Путин.