Эконометрика

  Все выпуски  

Эконометрика - выпуск 1085


"Эконометрика", 1085 выпуск, 8 ноября 2021 года.

Электронная газета кафедры "Экономика и организация производства" научно-учебного комплекса "Инженерный бизнес и менеджмент" МГТУ им.Н.Э. Баумана. Выходит с 2000 г.

Здравствуйте, уважаемые подписчики!

*   *   *   *   *   *   *

О последнем съезде в летописи партии рассказывает Виктор Трушков в статье "Почему КПСС сошла с политической сцены истории".

О крахе мифа о путинской стабильности пишет Рустем Вахитов в статье "О стабильности".

Все вышедшие выпуски доступны в Архиве рассылки по адресу subscribe.ru/catalog/science.humanity.econometrika.

*   *   *   *   *   *   *

Почему КПСС сошла с политической сцены истории

Виктор Трушков

К 30-летию последнего съезда в летописи партии

XXVIII съезд КПСС трудно назвать чрезвычайным или внеочередным, однако досрочным он бесспорно был. В соответствии с действовавшим в ту пору партийным Уставом интервал между съездами должен был составлять 5 лет, а предыдущий XXVII съезд проходил в феврале - марте 1986 года. Но ситуация в партии и стране была такой, что потребность в созыве съезда не вызывала сомнений. Дело в том, что за прошедшие четыре года КПСС трансформировалась настолько, что к марту 1990 года, когда было принято решение о созыве XXVIII съезда, это фактически была уже не марксистско-ленинская партия, не наследница большевизма. И такое целенаправленное перелицовывание КПСС последовательно осуществлялось её руководством.

С чем партия шла к съезду

Попытаемся бегло отметить основные трансформации, происшедшие в КПСС и, следовательно, в СССР. При обсуждении политической резолюции XXVIII съезда по Отчётному докладу генерального секретаря ЦК М.С. Горбачёва сильно прозвучало выступление электромонтёра из "Братскгорстроя" Г.А. Першина. Заключая свою речь, рабочий проявил образец коммунистической партийности: "Давая же оценку ЦК и Политбюро, проделанной ими работе за период между XXVII и XXVIII съездами, нельзя замолчать тот факт, что решения XXVII съезда остались невыполненными. Исходя из этого, считаю, что неудовлетворительная оценка будет реально отражать деятельность ЦК и Политбюро за отчётный период".

Действительно, в своей резолюции XXVII съезд КПСС давал самую высокую оценку социалистическому жизнеустройству, а в заключении документа было записано: "XXVII съезд КПСС, принимая по-ленински смелую и реалистичную, мобилизующую и вдохновляющую стратегию борьбы за торжество идеалов коммунизма, мира и прогресса, выражает непреклонную решимость партии с честью идти по нашему великому пути, открывать новый простор творческой энергии и революционному почину рабочего класса, колхозного крестьянства, народной интеллигенции...

Съезд призывает советских людей отдать все силы, знания, способности, творческий энтузиазм великим целям коммунистического созидания, достойно продолжить победоносное революционное дело Ленина, дело Октября!"

Однако эту позицию партии её руководители превратили фактически в пустозвонство. Уже в 1988 году на XIX Всесоюзной конференции КПСС Горбачёв и его поклонники выдвинули лозунг "обновления социализма", предполагающий радикальную экономическую и политическую реформы, реформирование партии и обновление идеологии. Приступив к реализации этого курса, они исключили из советского законодательства понятие "общенародная собственность", заменив его понятием "государственная собственность", и тем самым открыли дорогу приватизации (разгосударствлению) общенародного достояния. Воплощая в жизнь линию на многоукладность экономики, узаконили формирование буржуазных по своей сути кооперативов и частных хозяйств в деревне под вывеской фермерства.

В советскую политическую систему были внедрены несовместимый с нею буржуазный парламентаризм, а потом и президентство. Поощрялось создание условий для антисоциалистической многопартийности. Именно после XXVII партсъезда и вопреки его решениям была введена в действие подлая методика борьбы с марксистско-ленинской идеологией. О ней потом А.Н. Яковлев самодовольно говорил: "Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработала (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и "нравственным социализмом" - по революционаризму вообще".

Но для решения этой задачи требовалось уничтожить коммунистические кадры в партии. В розданном делегатам XXVIII партсъезда справочнике его составители с явным удовлетворением сообщали: в 1986-1989 годах сменилось 82,2% секретарей горкомов, райкомов, окружкомов партии. Из числа вновь избранных работников в 1988 и 1989 годах 46,4% были кооптированы в состав партийных комитетов, то есть, во-первых, не имели мандата соответствующих конференций, избиравших соответствующие руководящие органы, во-вторых, подобная кооптация действовавшим тогда Уставом КПСС вообще не предусматривалась. За этот период сменилось 90,8% секретарей обкомов, крайкомов, ЦК компартий союзных республик. 49,3% вновь избранных были кооптированы в состав этих партийных комитетов. За три года, предшествовавших XXVIII съезду, сменилось 87,6% заведующих отделами горкомов, райкомов, окружкомов КПРФ, 57,1% - обкомов, крайкомов, ЦК компартий союзных республик, три четверти инструкторов этих комитетов и 123,1% инструкторов горкомов, райкомов и окружкомов, то есть их "чистка" шла уже по второму разу. Пропагандировавшийся Л.Д. Троцким механизм перетряхивания кадров был запущен на полную катушку.

За 13 месяцев до открытия XXVIII партсъезда по инициативе Горбачёва и его подельников впервые в истории партии одномоментно, 25 апреля 1989 года, без объяснения каких-либо реальных причин из Центрального Комитета КПСС были выведены (фактически исключены) 84 члена ЦК и 24 кандидата в члены ЦК, а также 12 членов Центральной ревизионной комиссии. В эту же "четырёхлетку" были сменены практически все главные редакторы центральных газет и журналов.

Чтобы осуществить переход от социалистического к буржуазному строю, горбачёвское руководство добивалось "освящения" этой трансформации... Коммунистической партией, в частности, её съездом как высшим органом КПСС. Но для этого надо было оттеснить на периферию как партийной, так и государственной жизни рабочий класс. Во-первых, ренегатам это было необходимо для того, чтобы показать, что партия впредь не будет рассматривать его в качестве своей социальной базы, во-вторых, наиболее заметно недовольство "обновлением" социализма и Коммунистической партии выражали рабочие-коммунисты, что ярко проявилось в ходе XXVIII съезда КПСС.

Для решения своей задачи руководством ЦК были использованы формальные процедуры демократии. Впервые в истории партии выборы делегатов проводились путём прямого, всепартийного, альтернативного, тайного голосования. Более демократичной формы и придумать, кажется, невозможно. Для этого партия была разбита на округа с примерно равным числом коммунистов, таким образом, в округ, как правило, входило несколько первичных парторганизаций. Поскольку в таких условиях кандидаты в делегаты оказывались большинству избирателей не знакомы, то судить приходилось по их выступлениям. А в этом "соревновании" рабочие, как правило, проигрывали. В итоге среди делегатов XXVIII съезда КПСС рабочие составляли 11,6%, а крестьяне - 5,4%. Для сравнения: на XXVII партсъезде рабочих было 34,1%, а колхозников - 17,4%.

Ликвидаторы за работой

Даже беглый взгляд на более чем вековую историю нашей партии позволяет говорить, что на её партийных съездах не раз бывали острые дискуссии, случалась фракционная борьба, позиции части их делегатов объективно становились помехой для развития партии, но никогда не было публичных заявлений, предлагающих разрушить партию. XXVIII съезд КПСС был первым в её истории, на котором открыто и агрессивно наряду с внутрипартийной велась антипартийная борьба. Сложившиеся перед съездом фракции, в том числе направленные на борьбу с партией, получали съездовскую трибуну.

Так, выступая от имени Марксистской платформы, делегат А.В. Бузгалин предлагал существенно ослабить её единство и целостность: "Мы должны обеспечить реальную автономию первичных и региональных партийных организаций... Мы должны обеспечить реальное равенство платформ, с тем чтобы не приходилось пробиваться таким мучительным путём на страницы газет, на трибуну съезда. Это равенство даст возможность каждому занять определённую идейную позицию". При этом он говорил о сохранении партии. Но разве организация без идейного и организационного единства - это партия? А если она не опирается в своей теории и практике прочно на революционный марксизм-ленинизм, то это точно не коммунистическая партия.

С Демократической платформой случилась несуразица. Официально возглавлявший её делегат съезда В.Н. Лысенко сначала предложил исключить из партийных документов тезис о коммунистической перспективе, затем потребовал отобрать у КПСС всю её собственность, потом отправить в отставку правительство, а со своими репликами сел в лужу. Не спас ситуацию и подхвативший его идеи Ю.Ю. Болдырев. Тогда представители Демплатформы стали настаивать на том, чтобы на съезд был приглашён ректор Московской ВПШ В.Н. Шостаковский, уверяя, что он набрал 50% голосов во время выборов.

Это была полуправда (в ВПШ в первом туре действительно он получил столько же голосов, сколько и его оппонент, а при выборах в округе остался в явном меньшинстве), но тем не менее он был не только приглашён на съезд, но и получил трибуну. Объявив социализм "социальным Чернобылем", обвинив марксизм в неправильном отношении к крестьянству, он в конце концов подвёл черту под изложением позиции Демплатформы (кстати, её идейным вдохновителем и организатором был А.Н. Яковлев): "Я уполномочен говорить о разделении КПСС и намерении сформировать самостоятельную демократическую партию. Мы призываем не выходить из КПСС поодиночке, не сдавать партийные билеты, а регистрироваться на Демократической платформе как политической, экономической и организационно самостоятельной структуре... Мы призываем все демократические партии и движения к консолидации, для чего предлагаем провести осенью 1990 года Демократический конгресс с целью создания широкой политической коалиции". Документ подписали Лысенко, Сулакшин, Шостаковский, Болдырев, Ярошенко, Собчак и другие.

XXVIII съезд КПСС был не только съездом борьбы с Коммунистической партией. Он был ещё и площадкой классовой борьбы с социализмом. Прикрываемая патокой слов, она проявилась в антисоциалистической направленности многих положений Отчётного доклада ЦК КПСС, с которым выступал М.С. Горбачёв. Уже в начале доклада он указал на основные признаки выдвинутой им на XIX Всесоюзной партийной конференции КПСС (1988 год) идеи "обновлённого социализма": "На смену сталинской модели социализма приходит гражданское общество свободных людей. Радикально преобразуется политическая система, утверждается подлинная демократия со свободными выборами, многопартийностью, правами человека, возрождается реальное народовластие. Демонтируются производственные отношения, служащие источником отчуждения трудящихся от собственности и результатов их труда, создаются условия для свободного соревнования социалистических производителей. Началось преобразование сверхцентрализованного государства в действительно союзное, основанное на самоопределении и добровольном объединении народов. На смену атмосфере идеологического диктата пришли свободомыслие и гласность, информационная открытость общества. Возникли, взаимодействуют и противоборствуют различные политические течения. Приведены в движение и сталкиваются интересы самых разных слоёв и групп общества". (Выделено мной. - В.Т.)

Давайте остановимся на этой общеполитической декларации Горбачёва, ибо она и впрямь имеет важное значение. "Сталинская модель социализма" - за 5 лет перестройки это словосочетание превратилось в общественное пугало, о его смысле задумываться приверженцами "горбачёвской демократии" было запрещено, в чём всех убедила история статьи Нины Андреевой "Не могу поступаться принципами". А бездумное, соглашательское отношение к этому словосочетанию позволило навесить этикетку-пугало на весь этап социалистического строительства до избрания Горбачёва генеральным секретарём ЦК КПСС.

Итак, горе-генсек в своём докладе съезду утверждал, что социализм заменяется... гражданским обществом, под которым и теория, и практика капитализма понимали общество частных собственников. Это толкование термина "гражданское общество" Горбачёв подтверждает заявлением о том, что "демонтируются производственные отношения", то есть деформируются, разрушаются отношения собственности, присущие социализму. После этого вполне обоснованно Горбачёв декларирует, что под его руководством начат процесс приспособления политической надстройки к навязываемому капиталистическому базису: "Радикально преобразуется политическая система с многопартийностью", так как буржуазии нужны будут свои партии. Что касается "открытости общества", то это тоже не изобретение Горбачёва, а внедрённое Хайеком либеральное понятие для обозначения политической системы капитализма.

Дав политическую характеристику целей перестройки, Горбачёв не забыл и о её экономической сущности. А она та же: капитализм. Но для обозначения эксплуататорского строя всё тот же Ф. Хайек рекомендовал использовать понятие "рынок". И старательные ученики горбачёвско-ельцинского фасона охотно согласились, что капитализм у большинства людей вызывает отторжение, так как увязывается с социальной несправедливостью, имущественной поляризацией общества, безработицей и прочими социальными недугами. А рынок - да на него же спокойно ходят все люди. Поэтому инженерами политических душ и было навязано соотечественникам противопоставление не "социализм - капитализм", а "план - рынок".

На делегатов съезда, не оторвавшихся от реальной жизни, генсек-расстрига давил: "Рынок в современном его понимании отрицает монополию одной формы собственности, требует их многообразия, экономического и политического равноправия. И государственные предприятия, и коллективная собственность кооперативного или акционерного объединения, и трудовая собственность фермера, ремесленника или семьи - всё это укрепляет демократические основы, поскольку трудящиеся становятся подлинными хозяевами средств производства и результатов труда, лично заинтересованы в эффективной работе и высоких результатах. Здесь нет основы для эксплуатации. Значит, двигаясь к рынку, мы идём не в сторону от социализма, а к более полной реализации возможностей общества. Это и составляет смысл концепции перестройки".

Из этого сладенького словоблудия надо признать правильными два тезиса. Во-первых, рынок предполагает экономическую многоукладность. В ходе строительства социализма рынок существует при монополии общенародной собственности, потому что наряду с ней имеется как минимум кооперативная собственность. Рынок-капитализм при монополии общенародной собственности невозможен, ему нужна не только многоукладность, но и господство частной собственности.

Во-вторых, экономической основой буржуазной демократии действительно является господство частной собственности. Всё остальное в тираде Горбачёва - пустозвонство, а утверждение, что при рынке-капитализме нет основы для эксплуатации, - дешёвая ложь: частная собственность существует только при найме рабочей силы. А какой собственник средств производства будет нанимать работников, если они не будут приносить ему прибыль? Именно в эксплуатации наёмной рабочей силы и состоит сущность и смысл частной собственности.

Классовая борьба на... съезде КПСС

Но Горбачёв и его камарилья напрасно рассчитывали на наивность или безмозглость коммунистов. В первые дни работы съезда социологами Уральского научного центра АН СССР в Свердловске был проведён опрос. Среди 700 респондентов 50% составляли рабочие, а доля членов КПСС составляла 60%. Опрос выявил скептическое отношение к Отчётному докладу ЦК, с которым выступал Горбачёв. 55% респондентов поставили "неуд".

Весьма строго оценили линию руководства ЦК, изложенную в докладе, и многие делегаты съезда. Наиболее острая дискуссия практически с первого до последнего дня шла вокруг перехода страны к рынку, а фактически - к капитализму.

На вечернем заседании четвёртого дня работы съезда, 3 июля, президиум поставил вопрос о формировании комиссий по подготовке основных съездовских документов. Слово от микрофона получил секретарь парткома Красногорского механического завода (Московская область) Ю.В. Абрамов:

"Товарищи коммунисты! У меня замечание по сути вопроса. Постановка вопроса о принятии резолюции "О переходе к регулируемой рыночной экономике" некорректна в качестве выбора названия, ибо предполагается, что съезд уже признал, даже не обсуждая, однозначность и неоспоримость этого пути развития экономики. Это напоминает ситуацию Российского съезда, когда многие выступающие выражали непонимание, зачем социализм сопровождается прилагательными, а в резолюции тем не менее эти прилагательные были приняты. Ещё большее недоумение у меня вызвал ответ М.С. Горбачёва в заключительном слове, что об этом понятии поговорим на XXVIII съезде КПСС. Спрашивается: где же логика нашего поведения?

Поэтому предлагаю резолюцию по проблемам хозяйственного строительства назвать: "О политике КПСС в проведении экономической реформы и принятии неотложных мер по стабилизации социально-экономического положения в стране". (Аплодисменты)...

Из постановления последней сессии Верховного Совета СССР о концепции перехода к регулируемой рыночной экономике, доклада М.С. Горбачёва, отчёта руководства партии на сегодняшнем съезде я сделал вывод, что, как и прежде, объявлена очередная сложная рецептура лечения наших болезней без освоения руководством страны и партии технологии её составления и применения. Может быть, это и не так, но коммунисты на местах в этом не убеждены, ибо партия была выключена из этого процесса. От нашего съезда ждут восполнения этого пробела в работе ЦК и Политбюро. Задача эта с учётом нового положения партии в обществе - непростая и даже архисложная, но мы обязаны предложить свой вариант её решения.

Прошу предложение обсудить и проголосовать..."

При голосовании из 4408 делегатов предложенное Абрамовым название резолюции поддержали 3745 человек, или 85% всего делегатского корпуса. Казалось бы, вопрос решён, причём абсолютным большинством. Однако эта история имела весьма неприглядное продолжение.

Нового пика дискуссия о рынке достигла 11 июля. Было странно, что председатель комиссии по выработке резолюции "О политике КПСС в проведении экономической реформы и принятии неотложных мер по стабилизации социально-экономического положения в стране" Н.И. Рыжков вновь поставил перед съездом вопрос о её названии: "Я ещё раз хочу сформулировать наше предложение по названию. Прошу вслушаться: "О политике КПСС в проведении экономической реформы и переходе к рыночным отношениям". Вот какое мы предлагаем новое название".

Слово снова взял Ю.В. Абрамов: "Вчера комиссия, которая должна была рассмотреть предложенный вам сегодня проект с поправками, не собиралась. И вообще неэтично выносить такие документы на рассмотрение съезда, не рассмотрев их в присутствии полного состава комиссии..."

В ответ Рыжков стал объяснять ситуацию: "Когда мы обсуждали вопрос о названии, мы поставили этот вопрос на голосование в комиссии. 32 человека высказались за новое название, пять человек высказались за старое название (то есть принятое съездом. - В.Т.). Съезду решать сейчас вопрос..."

Теперь из 3745 делегатов, голосовавших 3 июля за предложенное Абрамовым название резолюции, сохранили неделю спустя неизменной свою позицию лишь 1508 коммунистов. А предложение Рыжкова 11 июля поддержали 2355 человек (53,5% всех делегатов). И никто не задался вопросом: на каком основании члены комиссии, возглавляемой Н.И. Рыжковым, решили обсуждать вопрос о названии, иначе говоря, пересматривать принятое 85% делегатов решение съезда? Неужели члены комиссии так жаждали свалить на съезд ответственность за решение переходить к рынку-капитализму? А что речь шла о переходе к капитализму, выяснилось уже через несколько минут после голосования.

Едва председательствующий объявил о принятии нового названия резолюции, слово от микрофона получил делегат из Мурманска В.А. Пожидаев. Он предложил в документ две поправки: "Первая поправка. Читать первую строчку на 1-й странице так: "Съезд с тревогой отмечает, что положение в народном хозяйстве ухудшается. Жизненный уровень трудящегося населения падает". И на 2-й странице третий абзац закончить так... Поправка-дополнение: "Особое внимание при этом должно быть уделено обеспечению права на труд, предотвращению массовой безработицы".

Рыжков на правах председателя комиссии по резолюции так отвечал на предложение делегата: "В конце концов, если мы дополним первую фразу, что положение ухудшается, жизненный уровень населения снижается, - это будет объективно. Поэтому я, например, не возражал бы - можно добавить. Но что касается "массовой безработицы", то в любой форме запись об этом нецелесообразна". Далее последовало лукавое объяснение: "Наша задача заключается в том, чтобы не допустить безработицы. Если сейчас мы введём в оборот такую терминологию, то мы только людей напугаем массовой безработицей. Вот почему наше мнение - не включать такую формулировку".

Что в этом ответе лукавого? То, что марксизм-ленинизм давно доказал: безработица является показателем превращения рабочей силы в товар, то есть является одним из главных признаков капитализма. Социализм принципиально отличается от капитализма именно тем, что при нём рабочая сила не может быть товаром. Но, участвуя в протаскивании перехода к рынку, Н.И. Рыжков, конечно же, не хотел говорить истинную причину отклонения поправки о недопущении безработицы. Кстати, к этому вопросу делегаты ещё не раз возвращались, но ситуация лукавства повторялась.

Но почему поддерживали беспринципное лукавство делегаты своим голосованием? Вероятно, причин две. Первая - элементарная: недостаточное знание теории марксизма-ленинизма. Вторая... вероятно, эпидемия беспринципного соглашательства. Эта болезнь ведь и сегодня не преодолена. А на съезде меня поразило поведение Е.К. Лигачёва. Он - и не без оснований - воспринимался большинством делегатов идейным оппонентом ренегатов Горбачёва и Яковлева. Показательны вопросы секретаря парткома Тульского политехнического института А.Н. Евсеева при обсуждении кандидатур, выдвинутых на пост заместителя генерального секретаря ЦК КПСС: "Уважаемый Егор Кузьмич! Всем известно ваше негативное отношение к частной собственности. Вы об этом говорили, в том числе и здесь, на съезде. В связи с этим два вопроса. Первый. Будете ли вы голосовать против проекта Программного заявления съезда "К гуманному, демократическому социализму", в котором предусматривается частная собственность? И второй. Считаете ли вы для себя возможным работать с генеральным секретарём товарищем Горбачёвым, который имеет кардинально другую точку зрения на этот счёт, на основной вопрос экономики?"

И что делегаты услышали в ответ? Только чётко высказанное отношение к частной собственности. Лигачёв подтвердил: "Не считаю и просто даже не понимаю, зачем стране, нам, прошедшим 70 лет и сформировавшим свой образ жизни, свой фундамент общественной собственности, сейчас идти спасать социализм путём введения частной собственности, пусть даже в магазинах или столовых?" От ответа о своём отношении к Программному заявлению съезда он лукаво уклонился. О возможности работать заместителем у Горбачёва стал отвечать лишь после напоминания. И ответ был явно неискренним: "Работая с М.С. Горбачёвым, я не ощущал, что у нас есть принципиальные разногласия по каким-либо вопросам политики". Едва ли такое поведение можно назвать принципиальным.

Неужели аппаратное стремление к власти перевешивает идейные и нравственные позиции у персон, привыкших к начальственным кабинетам? Кстати, расплатой за такое поведение стало не только предсказуемое неизбрание Е.К. Лигачёва заместителем генсека ЦК, но и неизбрание членом ЦК КПСС. Видно, только таким и может быть результат уклонения от прямой борьбы с ренегатами социализма в обостряющейся классовой борьбе. Видно, только при таком уклонении от борьбы и могут побеждать

ренегаты. Этот упрёк (нет: претензия) относится не только к Лигачёву. Никак не похоже на образец принципиальности и одновременное заявление более 100 членов и кандидатов в члены ЦК и ЦРК КПСС с просьбой вывести их из руководящих органов партии в связи... с уходом на пенсию. Ладно, что по этой причине хоть партбилеты не выложили. А ведь партия, избирая их на высокие посты, считала политическими борцами. А они, как писал Чуковский в детской сказке, "тараканища испугалися"...

Горько констатировать тот факт, что на XXVIII съезде КПСС коммунисты проиграли в классовой борьбе с противниками социализма. В Программном заявлении съезда "К гуманному, демократическому социализму" разрушение социализма было узаконено. Документ утверждал: "Партия (не Горбачёвы с Яковлевыми, а партия! - В.Т.) считает необходимым создать условия для формирования и развития многообразных и равноправных форм собственности, их интеграции и свободного соперничества". Отдельно подчёркнуто, что в системе форм собственности должна наличествовать и частная собственность. Путь к реставрации капитализма был открыт. Но всё это было подано как политическое, экономическое и идеологическое обновление социализма.

Генсек возглавил разрушение партии

Более чем вековая история нашей партии всегда стягивала в боевое революционное единство приверженцев коммунистической идеи всей России независимо от её внутренних границ. Так, РКП(б) включала в себя коммунистов РСФСР, Украины, Белоруссии, Закавказья, Прибалтики, Казахстана и Средней Азии даже в период 1918-1922 годов, когда на этих просторах существовали юридически самостоятельные государства. Но на XXVIII съезде КПСС развернулась острейшая дискуссия вокруг 22-го параграфа партийного Устава. Первым из делегатов по этому вопросу выступил первый секретарь Калининского райкома КП Эстонии (г. Таллин) Л.Э. Аннус. Он заявил: "Полностью поддерживая акцент проекта Устава на самостоятельность компартий республик, считаем крайне опасным уставное закладывание основ для принятия решений, в корне противоречащих основополагающим документам КПСС, ленинским принципам её организационного строения. Речь идёт о параграфе 22. По сути дела, он внедряет федеративный принцип строения нашей партии, а ведь именно это в далёкие июльские дни 1903 года Владимир Ильич отвергал с порога... Миной замедленного действия в строительстве партии является утверждение принципа федерализма в отношениях между коммунистическими партиями союзных республик.

Товарищи, к чему это привело, отчётливо видно на примере Компартии Эстонии, где имеются две позиции, по которым произошло самоопределение коммунистов, причём одни живут и действуют по ныне действующему Уставу КПСС, другие - по своему статуту и программе, уплачивают партийный взносы по 1%, ставят перед собой ряд отличных от КПСС задач... Возможность безграничного варьирования положениями Устава и Программы КПСС в самостоятельных компартиях союзных республик будет способствовать их размежеванию и неминуемо приведёт к расколу. Вот почему от имени делегации Компартии Эстонии, выступающей за организационное единство с КПСС, настаиваю, чтобы в редакции 22-го параграфа Устава КПСС после определения: "Коммунистические партии союзных республик самостоятельны" была восстановлена формулировка из первого проекта нашего Устава: "на основе единой Программы и Устава КПСС", и далее по тексту...".

У эстонского коммуниста тут же обнаружился оппонент. Им стал... М.С. Горбачёв. После многословия о демократизации партии он заявил, что Устав призван "дать возможность всем коммунистам во всех отрядах, объединяемых КПСС как единой партией, увидеть, что перед ними открываются огромные возможности для проявления инициативы... Мы говорим: партии союзных республик имеют возможность принимать свои программные нормативные документы, в которых будут учитываться их особенности, но в рамках единой КПСС". Несмотря на такой нажим, при голосовании 2771 человек (63% делегатов съезда) поддержал поправку Л.Э. Аннуса.

Однако в начале следующего заседания съезда Горбачёв взял "слово ещё раз по 22-му параграфу". Защищая свою прежнюю позицию, он предложил в преамбуле Устава записать: "КПСС и все её организации строят свою работу на основе Программы и Устава, действуют в рамках Конституции СССР, конституций союзных, автономных республик, советских законов". Это позволит 22-й параграф и раздел о компартиях, который специально включён в Устав для учёта новых реальностей в развитии страны, общества и КПСС, не трогать, оставить в том виде, как его предложила комиссия".

Так была открыта дискуссия по уже принятому съездом пункту Устава. Её суть весьма ярко обрисовал председатель Солнечногорского городского народного суда из Подмосковья Ю.М. Слободкин: "Михаил Сергеевич, я категорически возражаю против той тактики, которую вы избрали... Вы занимаетесь не просто выкручиванием рук, а откручиванием голов. Я должен сказать, что та редакция, на которой вы настаиваете (параграф 22 проекта Устава КПСС), ведёт к сепаратизму, к федералистскому принципу построения нашей Коммунистической партии... Мы постоянно сдаём одну позицию за другой тем, кто хочет разрушить единство партии. Я предлагаю поддержать товарищей из Латвии, из Эстонии, всех, кто стоит за сохранение единства партии".

Закончилась навязанная генсеком дискуссия тем, что председательствующему ничего не оставалось, как сказать: "Голосовать не за что, эта формулировка принята". Но не сумев протащить принцип федерализма в 22-м параграфе Устава, так сказать, в полном виде, горбачёвская группировка протащила его в несколько усечённом виде в 28-м параграфе: "В Политбюро ЦК КПСС входят Генеральный секретарь ЦК КПСС, его заместитель и первые секретари ЦК компартий союзных республик". В результате вскоре после завершения XXVIII партсъезда в составе Политбюро были два первых секретаря двух компартий Эстонии. То, что делегаты, как говорится, не пускали в дверь, протаскивалось в окно.

Самым позорным документом, принятым XXVIII съездом КПСС, стало Программное заявление съезда "К гуманному, демократическому социализму". В нём, густо сдобренном лицемерием, в концентрированном виде проявились не только ликвидаторство партии, но и пораженчество перед классовым противником, насаждавшим реставрацию капитализма. Теперь, когда у нас за плечами почти 30-летний опыт всевластия частной собственности и эксплуатации человека человеком и господства антинародного государства, с болью в сердце читаешь прилизанные фразы ренегатского документа. Ведь в нём от имени Коммунистической партии (!) подлые политиканы проложили вектор шоковой терапии ("пересмотра розничных цен на товары и услуги", несущего "потери населению"), приватизации ("ускорить разработку законодательных и правовых норм и механизмов, обеспечивающих переход на рыночную экономику", "предоставить право... приобретать объекты промышленности, торговли, сферы услуг; использовать акционерную форму организации предприятий"), разрушения отечественной экономики и подчинения её компрадорскому капиталу транснациональных компаний ("создать благоприятные условия для внешнеэкономической деятельности предприятий, привлечения иностранного капитала в целях скорейшего внедрения прогрессивных технологий и насыщения рынка").

Такой же направленности в этом документе разделы об "обновлении политики" и "обновлении партии". Идеологического раздела в Программном заявлении XXVIII съезда КПСС не было: он от первой до последней строчки был пронизан идеологией оппортунизма. О "наследии Маркса, Энгельса, Ленина" вспоминается лишь как об объекте "освобождения от догматического толкования". Именно поэтому мы, наученные подобными заявлениями, остро реагируем на любое извращение марксизма-ленинизма и составной его части - творчества Сталина.

Прокручивая в памяти "плёнку" XXVIII съезда КПСС, можно гордиться одной замечательной его особенностью: последовательными защитниками коммунистических принципов, ленинской партийности и непримиримости к горбачёвскому отступничеству от социализма были делегаты-рабочие. Но и у них порой не хватало боевитости. Безмерной горечью были наполнены слова электромонтёра из Братска Г.А. Першина, того самого делегата, который дал наиболее точную и аргументированную оценку работы ЦК и его Политбюро, сказанные тоже с трибуны съезда: "Первичкам, или, точнее, рядовым коммунистам, оставили одно право - право платить членские взносы".

Не могу согласиться с таким подходом, вспоминаю слова машиниста Нила из пьесы Максима Горького "Мещане": "Права не дают - права берут". Нет, я спорю не с товарищем Першиным, а размышляю о позиции сегодняшних рабочих-коммунистов, которую они занимают в сегодняшней Коммунистической партии. Только вместе с ними, при их самоотверженной борьбе КПРФ сможет исправить отступничество, допущенное XXVIII съездом КПСС.

В.И. Ленин и учил пролетариат, и одновременно завещал ему: "На каждом шагу рабочие сталкиваются лицом к лицу со своим главным врагом - с классом капиталистов. Борясь с этим врагом, рабочий становится социалистом, приходит к сознанию необходимости полного переустройства всего общества, полного уничтожения всякой нищеты и всякого угнетения. Становясь социалистами, рабочие с беззаветной отвагой борются против всего, что стоит им поперёк пути". Значит, с рудиментами горбачёвщины - тоже.

Газета "Правда", No.56 (30988) 10-13 июля 2020 года, 3 полоса

https://gazeta-pravda.ru

*   *   *   *   *   *   *

О стабильности

Рустем Вахитов

Идея этой статьи появилась у меня в середине января 2020 г., когда наш президент выступил с посланием перед Федеральным собранием и взбудоражил относительно спокойную страну своими предложениями, которые, судя по всему, оказались неожиданностью даже для его ближайшего окружения.

Я не мог взять в толк: зачем ему это нужно? До пресловутого 2024 года еще далеко, а спокойствие и порядок в обществе (особенно после шоковой пенсионной реформы) у нас более чем хрупкие. Зачем будить лихо, пока тихо?

Но дальше началось такое, что не могло примерещиться никому из тех, кто уже привык к мантрам, что президент у нас консерватор, за стабильность... Правки, которые взорвали общество, разделив его на противоположные лагеря, потом операция "Обнуление", которая своей неуклюжестью ошеломила даже фанатов нацлидера... Я понял, что пора уже констатировать крах мифа о путинской стабильности...

1.

Один из главных слоганов нашей власти звучит незатейливо - "Путин - это стабильность!". Если его расшифровать, то получится примерно следующее: пока нынешний президент не пришел к власти, в стране был разгул криминалитета, экономика лежала в кризисе, иностранные государства в грош Россию не ставили. Зато стоило Путину въехать в Кремль, как наступила стабильность, и она обязательно будет продолжаться, пока он у власти. А если вдруг, не ровен час, уйдет - вернутся "лихие 90-е".

Простые люди послушают такое раз, послушают два (а ведь этот слоган вдалбливается в головы молотом официозных СМИ с утра до вечера), да и подумают: проголосую-ка я за поправки и за "обнуление" - и правда ведь стабильность при нем... В этом и состоит сила пропаганды, если она построена профессионалами, а не какими-нибудь дилетантами. Профессионал знает: люди не верят откровенной лжи, люди поверят полуправде. Если сказать, что наш руководитель окружен кристально честными и бескорыстными "служаками", которые довольствуется самым необходимым и думают о благе народа, - не поверят. А если сказать, что президент принес в страну стабильность, и значит нельзя допустить, чтобы он оставил руководящий пост, - может, и согласятся. Твердит же Володин: "наше преимущество не нефть и газ, а президент" и "Есть Путин - есть Россия, нет Путина - нет России", и миллионы простых людей согласно кивают перед телеэкраном. Распознать полуправду сложно, тут нужен кропотливый анализ.

2.

Начать с того, что, действительно, в девяностые наша страна находилась в глубоком системном кризисе и первые годы властвования нынешнего президента, действительно, были годами относительной стабилизации, и даже относительного экономического прогресса. Закончилась война в Чечне, в дома простых россиян перестали приходить похоронки. Постепенно все стали забывать о взрывах в метро и в троллейбусах, которые еще недавно считались обыденностью.

Стали выплачивать в срок пенсии и зарплаты, стали расти доходы. У чиновников и крупных бизнесменов - очень существенно (при раннем Путине в России впервые после кризиса 1998 года появились долларовые миллиардеры, попавшие в список "Форбс"), у рабочих, врачей, инженеров, педагогов - гораздо жиже, но они и этому были рады после обрушения в нищету в 90-е. Кое-кто из бедняков перешагнул границу "среднего класса", они начали покупать технику, автомобили эконом-класса, потянулись отдыхать в Турцию и Таиланд, им стала доступна ипотека на стандартную двушку или трешку... Немаловажным было и моральное удовлетворение - миллионам советских патриотов вернули музыку гимна их любимой, преданной и разрушенной Родины, с высоких трибун послышались здравицы в честь ветеранов великой войны (а ведь перед этим доходило до прославления власовцев в духе "Архипелага ГУЛАГ" Солженицына!)...

В этом и состояла пресловутая "стабилизация Путина". Именно это первое восьмилетие Владимира Путина (с 2000 по 2008 г.) и запомнилось народу как "жирные", "стабильные", "патриотичные" нулевые, когда простые люди чуть-чуть расслабились после шока 90-х и начали жить жизнью, немного напоминающей нормальную.

Правда, уже и тогда были странные эксцессы - вроде монетизации льгот в 2005-м, когда правительство попыталось лишить стариков льгот и выдать им "деньгами", причем в очень непропорциональном объеме. Общественность это восприняла как неожиданный прием (хотя еще в предвыборных интервью 1999 года Путин называл монетизацию льгот среди пунктов своей программы). И уже тогда раздавались удивленные возгласы: как же так - "президент здравого смысла", принесший стабильность, решился на такую дестабилизацию ситуации в обществе? (Ведь возмущенные пенсионеры перекрыли федеральные трассы и чуть не парализовали движение.) Но эти голоса были редкими, и большинство их не услышало. Большинство находилось в плену иллюзии, что именно новый президент, вследствие своих особых политических стратегий и талантов, вывел страну из трясины девяностых. Теперь, конечно, многим очевидно, что любой, кто оказался бы в Кремле после Ельцина (а это могли бы быть и генерал Лебедь, и Сергей Степашин, и Евгений Примаков), сделал бы то же самое: дал бы народу немного денег от щедрот нефтегазового экспорта, прикрутил бы немного вентиль антисоветской пропаганды СМИ, перестал бы оскорблять ветеранов, представителей старшего поколения антисоветскими софизмами, прекратил бы войну в Чечне. А кое-кто из перечисленных персонажей пошел бы и дальше: вложил бы свалившиеся нефтедоллары в экономику, ослабил бы зависимость России от экспорта углеводородов, внедрил бы новую идеологию страны, где было бы учтено лучшее в советском опыте - все то, чего Путин так и не сделал и уже никогда не сделает. Да и чеченскому конфликту можно было найти другое решение, помимо того, чтобы сдать республику во владение одного из кланов, который еще недавно воевал против российской армии, да еще и осыпав его финансовыми вливаниями... Для того, чтоб так разрубить "чеченский узел", как это сделал преемник Ельцина, вовсе не надо было быть гением политической стратегии...

Но все же в результате на него проявилась любовь народная - еще один ресурс, действительно, не менее важный, чем нефть и газ, и необходимый для выхода страны из кризиса, если он разразится. Казалось бы, вот и используй этот ресурс для дальнейшей стабилизации! Но не тут-то было...

3.

Первый звоночек прозвенел в 2008 году, когда Путин провел знаменитую "рокировку": в кресло президента сел его бывший питерский коллега Дмитрий Медведев - политик слабый и малопопулярный, а сам Путин занял кресло председателя правительства и партии власти. Такая насмешка над принципами демократии оттолкнула от "кумира нулевых" часть либеральной общественности (а ведь Путин пришел к власти как президент компромисса между консерваторами и либералами). Но даже не это было самым главным. Сразу же выяснилось, что президент Медведев вроде английской королевы: царствует, но не правит. В стране сложилось "двоевластие": формально главой оставался президент, фактически все решения принимались в кабинете премьера. Бюрократам же приходилось визировать все решения сразу в двух местах и находить общий язык с двумя командами. Эффективности машине российской государственности это не придало. А ведь эпоха наступила непростая - в 2008 году разразился очередной мировой экономический кризис. Любой лидер легко мог предвидеть такое, и всякий, кого бы больше интересовала стабильность в стране, не стал бы такими методами решать проблему пролонгации своего пребывания у власти. Но это ведь это всякий, кто думает о государстве и народе...

К концу президентского срока Медведева проблемы выросли как снежный ком (вскоре читателю станет понятной ирония сей метафоры). Партия власти стала терять популярность, хоть пока и не очень существенно. В 2011 году прошли очередные выборы в Госдуму. Победила, конечно, "Единая Россия" во главе с председателем правительства. По данным Центризбиркома, она получила около 50% голосов избирателей и 277 мест в парламенте. Но победа эта, увы, была сильно омрачена. Выборы сопровождались столь откровенными фальсификациями (когда людей автобусами возили с одного участка на другой, чтоб они поставили галочку за "Едро"), что это вызвало массовое возмущение наиболее активной части общества - жителей крупных городов. Конечно, на это наложились ухудшение социально-экономической ситуации после кризиса 2008 года, обострение проблемы мигрантов, вызвавшее возникновение новой формы русского национализма - национал-демократии... Но спусковым крючком стали фальсификации главы Центризбиркома Чурова (прозванного за это "волшебник Чуров") и его подчиненных. Причем масштаб фальсификаций исключал случайную инициативу на местах, ясно было, что ниточки тянутся на самый верх - к администрации президента и в правительство. Политологи ломали голову - зачем это было нужно? "Единая Россия" в провинции и так "сорвала" бы большинство, и в целом по стране ее результат был бы примерно 40-45%. Ради сомнительной прибавки в 5%, ничего не дававшей в Думе, человек, который прослыл хранителем стабильности, резко дестабилизировал ситуацию в России в целом, и особенно в Москве и Санкт-Петербурге. Страну охватили "несанкционированные" митинги.

В Москве митинговая активность достигла размеров, невиданных с 90-х годов. За декабрь 2011 года на улицы вышли более 200 000 возмущенных граждан. Самым массовым стал митинг на Болотной площади, на который пришли около 150 000 человек. Протесты даже получили название "снежной" (не из-за снежного кома проблем, конечно, а из-за времени года), или "белоленточной революции" - по аналогии с "революцией роз" в Грузии или "революцией тюльпанов" в Киргизии. Власти удалось мобилизовать консервативный электорат, организовать антиреволюционную пропаганду и переломить ситуацию. Но не обошлось и без силовой составляющей - ряд лидеров протестов (например, коммунист Сергей Удальцов) получили реальные и немалые тюремные сроки, не адекватные масштабу содеянного, ведь протесты были мирные, никаких массовых беспорядков не наблюдалось. Власть пошла на открытое нарушение закона, на открытые репрессии, взбудоражила население двух столиц, еще больше уронила свой рейтинг. И ради чего? Ради мизерных электоральных преимуществ, которые в общем-то были не нужны! Не очень похоже на действия здравомыслящего, осторожного, разумного политика, дорожащего внутренним балансом и стабильностью общества.

4.

Следующим звоночком стал 2014 год. Евромайдан на Украине закончился приходом к власти антироссийских сил. Президент Янукович позорно бежал. Обнаружился полный провал многолетней российской политической активности на украинском направлении. Кремль давал Януковичу многомиллионные займы, снижал цену на нефть и газ - и что получил взамен? Русофобов в Киеве и новые траты для российского бюджета ради спасения неудачника Януковича.

Воспользовавшись желанием крымчан выйти из состава Украины в тот момент, когда власть в Киеве только устанавливалась, Путин объявил о воссоединении Крыма с Россией. Это до сих пор считают главным геополитическим достижением Путина. Хотя на самом деле это было актом отчаяния в стиле "урвать хоть что-то, когда теряешь всё". Ведь если бы политика России по отношении к Украине была успешной, никакого воссоединения и не понадобилось бы: вся Украина вместе с Крымом была бы нашей доброй союзницей.

Данная спецоперация и вправду помогла временной консолидации большинства населения России вокруг президента. Ненадолго консервативное большинство поверило, что он возрождает былую сверхдержаву (что, как потом выяснилось, тоже было иллюзией). Но вот стабильности в международной сфере точно не добавилось. Напротив, полностью подорвались отношения между Россией и Западом. Надо думать, что президент такого просто не ожидал: он думал, что потребность Европы в российском газе заставит руководство ЕС закрыть глаза на ситуацию с Крымом и Донбассом. Но не вышло. Это говорило об уровне компетентности и прогностических способностях советчиков президента и разработчиков политического курса...

Кроме того, президент умудрился выбрать в качестве идеологического обоснования присоединения Крыма... идеи русской ирреденты (то есть воссоединения всех русских в одном государстве). С самых высоких трибун он стал декларировать, что Крым был присоединен в рамках собирания "разделенного русского народа" (при том что Россия - страна многонациональная, а уж Крым и вовсе - пестрая этническая палитра). Ободренные словами президента, идеологи русского национализма стали высказывать территориальные претензии Казахстану и Белоруссии (не говоря уже об Украине). Егор Просвирин стал давать интервью казахстанским СМИ (растиражированные по всему Казахстану) о том, что следующим шагом будет военное вторжение на север Республики Казахстан, где компактно проживают русские, и что армия Казахстана не сможет противостоять российской армии. Егор Холмогоров тоже охотно рассуждал в газетах и на ТВ о том, что никакого белорусского народа не существует и Белоруссия - отторгнутая часть России, да и украинцы - просто русские, забывшие о своих корнях. Лица эти заметны в медийном пространстве, но никаких опровержений официальных персон не последовало. После этого вряд ли следует удивляться тому, что евразийская интеграция, на которую возлагали столько надежд, стала буксовать. Заигрывание президента с идеями русской ирреденты дестабилизировали и отношения России с ближайшими партнерами по ЕврАзЭс.

5.

Как я уже говорил, Крымская весна, по крайней мере, сплотила основную часть россиян. Но наш "мастер стабилизации" исправил и эту относительную удачу геополитического провала современной России. В 2018 году он инициировал и поддержал пенсионную реформу, которая столкнула лбами общество и государство и породила такую ненависть к чиновничеству, что пришлось принимать законы о наказании за оскорбления представителей гражданской власти (чиновники ведь как раз не попали под удар пенсионной реформы (для госслужащих у нас другая система пенсионного обеспечения). Страна просто взорвалась митингами протеста (с июля по сентябрь прошло 1700 митингов протеста в 100 городах России), так что политологи сразу вспомнили "снежную революцию" 2011-2012 годов. При этом различие было и для властей очень пугающим - теперь к столице присоединилась провинция. Люди митинговали не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и в Казани, Уфе, Новосибирске, Хабаровске... И еще бы им не протестовать! Власть решила продлить пенсионный возраст на 5 лет, это значит, что каждый простой гражданин, который раньше мог рассчитывать в 60 лет начать получать выплаты от государства, терял около миллиона рублей - стоимость однокомнатной квартиры в крупном российском городе. Большинство надеялось, что президент скажет свое веское слово и одернет министров. Тем более что Путин долго держал паузу, а его пресс-секретарь туманно намекал, что реформа - исключительно инициатива правительства. И вот Путин выступил по ТВ... и поддержал реформу! После этого его рейтинг рухнул и все последующие годы побивал все антирекорды... До былого уровня Крымской весны он уже никогда не поднимется. Пенсионная реформа стала фатальной ошибкой власти. И главное - что она не дала и экономического эффекта. Люди стали уходить из легального сектора, решив, что они сами будут копить себе на старость. Поступления в Пенсионный фонд (и без того скудные - из-за этого ведь и начали реформу!) сократились... Чтоб смягчить удар, пришлось расширить число льготников - опять удар по бюджету. В итоге даже высшие чиновники государства признались, что потратить пришлось гораздо больше, чем сэкономили на предпенсионерах... Это ли не оценка профпригодности наших реформаторов?

6.

Пенсионная реформа известна всем. А вот о том, что происходит в нацреспубликах России, в русских губерниях, говорят мало. А здесь тоже наш руководитель умудрился в 2017-2018 годах породить глубочайший кризис, который не преодолен до сих пор. Связан он с языковой проблемой. По конституции во всех этих республиках наряду с русским государственными языками являются языки "титульных народов" (то есть народов, которые дали названия республикам). Поскольку они государственные, их по законам об образовании следует изучать в школах наряду с основным государственным - русским. Между тем это вызвало недовольство у части у русских родителей, чьи дети в Татарии должны изучать татарский, а в Башкирии - башкирский. Эти родители объединились в неофициальные сообщества и организации, которые требовали отменить обязательное изучение языков народов России, кроме русского, мотивируя это тем, что эти языки русским детям не нужны и что их изучают за счет сокращения часов по другим важным предметам, которые в русских регионах дают в полной мере. Ожидаемым ответом стали письма и митинги протеста нерусских организаций и движений, которые увидели в этом ущемление госязыков республик. Эмоции накалились, оппоненты стали переходить к оскорблениям по национальному признаку. Дошло до того, что в Уфе судили русского блогера за разжигание межнациональной розни, по этому же обвинению оказался в тюрьме один из лидеров башкирского движения. Федеральные каналы молчали обо всем этом, но власти в центре знали, что ситуация очень серьезная. Простого решения у проблемы не было и нет, тут требовались деликатность, осторожность, искусство компромисса.

Собственно, президент это и "проявил": в 2017 году на Госсовете в Йошкар-Оле он заявил, что недопустимо заставлять изучать в школах неродные языки русских школьников... Интернет взорвался постами, в Уфе и в Казани движения русских родителей ликовали, нацорганизации устраивали пикеты и митинги, снова начались суды... В общем, ситуация была раскачана на долгие годы вперед - до сих пор слышны отзвуки. При этом вы, может быть, думаете, что в Татарстане отменили обязательное преподавание татарского? Нет, конечно! Президент бросил в разъяренный рой русских и национальных общественников слова, которые спровоцировали тяжелый кризис, но не позаботился об исполнении своих требований... Так вот он понимает борьбу за стабильность...

Межнациональная напряженность не обошла стороной и Северный Кавказ. В 2018 году руководитель Республики Ингушетия Юнус-Бек Евкуров подписал с руководителем Чечни договор об обмене участками приграничных земель между республиками. Общественность Ингушетии посчитала, что обмен неравноценный и стала протестовать. Обращения в федеральный центр ничего не дали (всем известно, чью сторону всегда займет центр в таких конфликтах). В марте 2019 года республику охватили массовые митинги. На улицы вышли около 60 тысяч человек. Для сравнения: население Магаса, столицы Ингушетии, - 10 тысяч человек, всей Ингушетии - 506 тысяч человек. То есть в протестах участвовал почти каждый десятый житель Ингушетии, почти все взрослые мужчины! Власть не придумала ничего лучшего, чем бросить против них Росгвардию и полицию. Однако местные ингушские полицейские стали переходить на сторону протестующих. Пришлось обращаться к федеральным властям, которые перекинули в республику полицию и Росгвардию из других регионов. Лидеры протестов были арестованы (причем даже понятых для ареста пришлось завозить из соседних областей!). Протесты с большим трудом подавили. Понятно, об этом ничего не сказали ни по одному федеральному телеканалу! Там ведь только твердят, что президент - гарант стабильности, в том числе и в сфере межнациональных отношений!

7.

Наконец, верхом "политики стабильности" стали события лета 2019-го и конституционная реформа начала 2020-го. Летом 2019 года началась избирательная кампания в Мосдуму. Избирательная комиссия во главе с Валентином Горбуновым под надуманным предлогом отказалась регистрировать кандидатов от непримиримой либеральной оппозиции. Зато кандидаты от партий-спойлеров, созданных ради того, чтобы оттянуть электорат КПРФ (вроде лжекоммунистов из "Коммунистов России") получили регистрацию без каких-либо проволочек. Начались митинги протеста, которые вскоре достигли уровня, невиданного со времен пенсионной реформы. Митинг на проспекте Сахарова в Москве собрал 15 тысяч человек. На большую часть протестных акций власть отказалась давать разрешение, и их оппозиционеры провели без санкций. Это послужило причиной массовых задержаний и обвинений в организации массовых беспорядков, хотя протесты были исключительно мирными, а вот силовики вели себя предельно жестко, доходя до избиения женщин и случайных прохожих. Тем не менее никто из силовиков не понес ответственности. Более того, позднее в своем интервью ТАСС президент оправдал росгвардейца, который на камеру бил в живот женщину, не оказывавшую ему сопротивления! По словам президента, она сама была "виновата", придя на несанкционированный митинг! Участники мирных митингов получили реальные тюремные сроки. Сказать, что общественность возмутилась, - значит ничего не сказать! Рейтинг власти просел пуще прежнего! На выборах в Мосдуму даже либералы голосовали за кандидатов от КПРФ, чтобы вышвырнуть из Думы единороссов (и это отчасти удалось, так, депутатского мандата лишился глава московских единороссов). Впервые в Мосдуме оппозиция получила крепкую фракцию, а видео с выступлениями ее депутатов стали хитами интернета.

Всего этого можно было бы легко избежать, если бы кандидатов от оппозиции зарегистрировали. Радикал-либералы даже в Москве не пользуются широкой поддержкой. Как замечали многие политологи, власть сама себе создала проблемы на ровном месте. Причем речь идет не о московской власти. Надо было видеть, с каким растерянным видом мэр Собянин осуждал протестующих по ТВ. Существует точка зрения, что ниточки тянулись к Кремлю и что таким образом один из кремлевских кланов, поддержанный самим главой государства, дискредитировал клан московского мэра. Россияне еще раз увидели, что нашему руководству ничего не стоит устроить чуть ли не революцию в столице, если это им сулит карьерные и денежные бонусы.

Но вершиной всего стала "конституционная реформа". Нужны ли были поправки в конституцию, о которых заявил президент в речи к Федеральному собранию в январе и которые в такой спешке были приняты парламентом? В том виде, в котором их предложили, нет. Большинство этих поправок несли в себе то, что уже и так было в федеральных законах. Поправка о Госсовете вообще оказалась дымовой завесой, необходимой лишь для того, чтобы общественность подумала, что президент не будет выдвигать свою кандидатуру в 2024 году. Готовность внести изменение в основной закон страны ради того, чтоб сорвать успех в сиюминутной политической операции. Поправки о Боге и русском народе раскололи общественность, не говоря уже об "обнулении" президентских сроков...

Но самое опасное, что, проведя такое грубое вмешательство в конституцию, Путин, как прямо заявляют независимые юристы, открыл ящик Пандоры. Конституция ведь недаром содержит в себе целый ряд норм, предохраняющих ее от такого "взлома" (речь идет о требовании созыва Конституционного собрания, о референдуме). Ни одно из этих требований выполнено не было. Конституционное собрание не созвали и даже закон о нем не приняли. Вместо референдума - некое "всенародное голосование", которое не упомянуто ни в одном законе РФ, а значит, никакой юридической силы не имеет. Более того, голосование назначили президентским указом, что выходит за рамки конституционных полномочий президента. Также он не имел права изымать из бюджета, утвержденного парламентом, 14 миллиардов на это "голосование".

Последствия такой реформы очевидны. Во-первых, создан прецедент, и теперь любой другой правитель легко может изменить конституцию, внеся в нее что угодно и закрепив все это таким же "всенародным голосованием" без наблюдателей и соответствующих законов. И во-вторых, любой, кто придет к власти после Путина, может объявить нелегитимным все, что власть в России предпримет после 22 апреля 2020 года. Президент у нас очень любит порассуждать о "минировании государств". Так может, тут и подложена мина замедленного действия под российскую государственность, и она обязательно взорвется, вопрос только когда - в 2020, 2024 или 2036 году?

8.

Итак, пресловутая стабильность при Путине была лишь 8 лет - с 2000 по 2008 год. И уже больше 12 лет нарастает нестабильность и в самом российском обществе, и в отношениях между Россией и странами ближнего и дальнего зарубежья. А уж о масштабах нестабильности, которая наступит в будущем в результате действий нынешней власти, можно столько строить предположения.

Так может, пора уже забыть о мифе "Путин - это стабильность"? В реальности все совсем наоборот. Пребывание нынешней команды у власти - это неумолимое нарастание противоречий между обществом и государством, богатыми и бедными, русским народом и другими народами России, Россией и ее соседями и международными партнерами. Так что избиратель, идя на участок и 22 апреля этого года, и в 2021, и в 2024 годах, должен ясно осознавать это.

http://sovross.ru/articles/1968/48209

*   *   *   *   *   *   *

На сайте "Высокие статистические технологии", расположенном по адресу http://orlovs.pp.ru, представлены:

На сайте есть форум, в котором вы можете задать вопросы профессору А.И.Орлову и получить на них ответ.

*   *   *   *   *   *   *

Удачи вам и счастья!


В избранное