Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay
  Все выпуски  

Владимир Леви. "Конкретная психология"


Владимир ЛЕВИ
Конкретная психология: рецепты на каждый миг

N 214

Самостоятельность
от самосознания к самосозданию

от 26.07.19

 

      Здравствуйте, друзья!
      Приближается наша встреча на первом цикле вебинаров онлайн-практикума Внутренняя Свобода: – "УПРАВЛЕНИЕ НЕУПРАВЛЯЕМЫМ: дано мне тело, что мне делать с ним?"
      В этом цикле, напомню, будет пять подряд вебинаров, по одному в неделю. Каждый вебинар будет встречей тела и мозга, взаимопознавательной и взаимополезной. Получим новые навыки управления тем, что неуправляемо управляет нами: подсознанием, глупым, но гениальным, если ему это позволить. И организмом, природно умным, но слишком часто вытворяющим глупости. К планируемым результатам (прибавка здоровья, спокойствия, уверенности, бодрости, выносливости, работоспособности, оптимизма и жизнестойкости) добавлю еще, от скромного умолчания отказавшись, увеличение мужской силы и соответственно женской. Если еще не участники, можно прямо сейчас и лучше не откладывать: число участников ограничено.

      Истина в оттенке. Из практики вспоминается: пришел однажды человек, которому я долго, с переменным успехом, помогал, и заочно, и очно, надавал кучу советов, то работавших, то нет, то опять да, то опять нет... Каждое свое посещение начинал обычно: "Доктор, я к вам за советом..." "Доктор, я за советом, как выполнить ваш совет..."
      Вот и на этот раз:
      – Доктор, я к вам за советом.
      Вдруг замолчал, задумавшись.
      – За каким? – спросил я почти безнадёжно.
      – За советом, как научиться обходиться без ваших советов. Посоветуйте, пожалуйста.
      – Уфф, – сказал я не вслух.

      "Все хорошие советы уже даны" – первая фраза первого издания моего "Искусства Быть Собой". Сегодня, по прошествии более чем полувековой практики, возражаю себе: нет, не все. Хороших советов дано много и слишком много, в большинстве зря, практически невыполнимы или просто не выполняются , – но не все даны, нет, не все.
      Бесконечно огромная масса хороших советов еще не дана и не может быть дана, и хорошо, что не может. Совет нужен каждый раз каждому свой, отдельный, данный иначе, чем кому-либо. Каждый, хоть и относится к какой-то типокатегории, уникален, неповторим, каждый изменяется, и не вполне предсказуемо.
      Так что единственный, для всех общий и, пожалуй, лучший совет вот: учитесь обходиться по возможности без советов. И даже по невозможности, и тем более. Учитесь самостоятельности. Знающей и о своем знании, и о незнании.

      "Мама, я сам постригся!" Мой путь в самостоятельность начался в четыре с половиной года с акции "сам себе парикмахер". В домашнем архивчике хранятся светлые кудри (потом потемнел), завернутые в бумажку с надписью маминой рукой: "Результат самострижки".
      В четыре-пять лет у ребенка обычно уже явственно дает себя знать то, что по-ученому именуется гендерной идентификацией: кем человек себя чувствует и кем хочет быть – мальчиком или девочкой. Я ощущал себя мальчиком, уже влюблялся в девочек. Но, к огорчению моему, не все окружающие, особенно незнакомые, разделяли мое самоопределение: то и дело приходилось слышать: "Какая хорошенькая девочка! Кудряшки красивые!"
      Внутриутробных УЗИ в те годы еще не делали. Пока сын не родился, мама надеялась, что дитя будет девочкой (призналась мне, уже взрослому, что до 15 лет украдкой играла в куклы). Надежды грубо не оправдались: ребенок рос активно неуправляемым, изобретательно проказливым, гиперактивным в сегодняшней терминологии. Не любил одеваться, любил рвать штаны, не любил ходить куда надо, любил лазить куда не надо, не любил есть что дают, любил что не дают, не любил спать и сидеть, любил бегать, беситься, бороться, изображать разных существ и выдумывать небылицы, интересовался оружием и машинами.
      Только детская физиономия, пока не постригли, могла с равной вероятностью принадлежать миленькой, послушной, удобной девочке. Маме это нравилось. Сколько ни упрашивал: постриги! – ответ: подождем до школы.
      И вот однажды вечером мама сидит за шитьем в одной комнате, ребенок затихает в другой. Наверное, уснул, с надеждой думает мама. Не тут-то было: в двери появляется торжествующий сын с большой, выстриженной со лба лысиной, с большими ножницами и коробочкой в руках, а в коробочке вот эти самые кудряшки.
      – Мама, я сам постригся!
      Помню, как ужас на лице мамы сменился гневом, гнев смехом... В сердцах шарахнула меня несессером, едва увернулся. Я и по сей день сам себе парикмахер и делюсь опытом. А та сияющая лысота лба, которой тогда добился, ныне красуется уже сама по себе, никакой стрижки болше не требуя

      "Зачем управлять собой, если всё само собой?" – спросил меня пациент-подросток. – "Не всё, – поспешил я ответить. Потом добавил: –– "Само собой, но не туда. Понимаешь?.."
      Уже по собственному небольшому опыту мальчик осознал, что тело и психика действуют как машины, роботы, автоматы. Но еще недоосознал, или недооценил, что мы не полные рабы своей машинности, а наделены некоей степенью свободы (в зачатке свойственной всему живому и даже неживому: физики поговаривают о свободе воли элементарных частиц) – свободой предпочтений, свободой выбора разных стратегий и тактик, разных поведений во внешнем мире, а через это и свободой самовыбора – какой-то мерой свободы от себя.
      Свобода вообще штука для постижения сложная, всегда она как бы и есть, и нет, в зависимости от того, как понимать и верить.
      А Внутренняя Свобода наращивается внутренней сложностью. Делает существо не целиком программируемым и не вполне предсказуемым. Да, многое в нас, как в многонаселенном государстве, живет своей собственной, неведомой для нас жизнью, по своим автономным ритмам и закономерностям, и разные процессы, пересекаясь, сталкиваясь, взаимодействуя, конфликтуя, образуют потоки новизны и случайностей. В обращении с телом, а особенно с душой, получаться может не "делай раз – будет два", а делай раз – будет восемь, а в другой раз минус одиннадцать; делай два – будет рыбка, а может птичка или пирожок с тараканами.
      Чтобы многосложное живущее устройство под названием Я не разрушилось внутренними столкновениями, не впало в анархию и хаос, ему жизненно необходимо сильное организующее начало: твердое, гибкое, умное самоуправление.

      Два плеча жизни. Чем больше у системы (машины, игры, организации, организма, психики, человека, семьи, общества, государства...) пространства выборов – степеней возможной свободы – тем больше возможностей для разных способов существования, разных отклонений и разных способов приспособления к ним. Тем больше простора для изменения, для развития, для дальнейшего усложнения, для безумия и разрушения, для совершенства и красоты, для всего.
      Если на добавленную степень свободы не добавляется равновеликая степень дисциплины – условий ограничения, осознанности и ответственности, – свобода превращается в хаос и абсурд, самоотрицается и самоуничтожается вместе с системой, с нею не справившейся. У свободы столько же преимуществ и прелестей, сколько грозных и грязных опасностей, этим она и страшна для одних и заманчива для других.

      Дорогу показывает дорога. У Внутренней Свободы, в каждом живущей, есть свои законы и порядки, свои языки и характеры (у каждого свои!), обычаи и привычки. Их можно изучать, постигать и тем приближаться к приятной дружбе и со своей машинностью, и с над-машинностью. Путь этот требует самостоятельности и развивает ее; но и помощи и поддержки не исключает, а часто и требует, особенно поначалу.
      Учебников, руководств по самостоятельности по определению быть не может. А путеводители нужны и возможны.
      Путеводитель не учит ходить по дорогам, а их показывает. В его ведении связи путей, развилки и переходы, карты попутных местностей, пункты возможных остановок и что там есть, какие достопримечательности и полезности. Предупреждает о трудностях и опасностях, подсказывает, как их миновать или справляться. Прибавляет осведомленности и уверенности – не самонадеянности, но уверенности.

      Сам себе всё? И рынок бумажной книги, и интернет год от года показывают рост запроса на методы самообразования, саморазвития, самопомощи; на системы и технологии медицинского, психологического и всяческого самообслуживания, всевозможного само.
      Действительно ли растет само-потребность параллельно росту разнообразия предлагаемых услуг и вопреки ему – или только больше проявляется? Трудно сказать, но факт: все больше людей хотят знать и уметь сами, а не зависеть от специалистов, особенно от специалистов по их телу и душе. Тем более, что специалисты эти иногда (мягко сказано) не совсем специалисты (еще мягче), а знания, здоровье и деньги лишними не бывают.
Не у всех – но есть и особое достоинство самостоятельности, и азарт самодеятельности.

      Кто не рискует, тот не живет. Какие издержки, какой риск больше: быть капитаном своей судьбы и здоровья, или доверить капитанский мостик кому-то, а самому отсиживаться в каюте?
      Когда как, кому как. В самостоятельном плавании случается и заблудиться; можно попасть под ураган, напороться на риф. То же самое может случиться и при благонамеренном и компетентном участии изначально данных (родители), приглашенных или наемных капитанов, штурманов, боцманов, коков и прочей спец- и неспец-обслуги нашего неизбывного внутреннего детства, нашего невежества и неумелости, нашей глупости и трусости, нашего невообразимо сложного смертного тела, нашей бессмертной души, нашей непостижимой тайны.
      Риски доверия или недоверия себе, доверия или недоверия другим, доверия или недоверия авторитетам – статистически примерно равны. Вопрос конкретного случая. Вопрос характера. Вопрос здравого смысла. А в наибольшей степени – вопрос внутреннего возраста.

      Что есть взрослость? Что есть зрелость? Еще в далекой древности внимательные наблюдатели человеков заметили, что взрослость и зрелость, умственные и душевные, возрастом определяются не однозначно, а иногда и вовсе не совпадают. Мне эти качества особенно интересны, во-первых, потому, что волею профессии приходится заниматься пожизненным детством, живущим в каждом; а во-вторых, потому, что сам, как с неких пор стал понимать, взрослею и созреваю замедленно и с перебоями.
       Вот как определяю их теперь. Взрослость – это когда понимаешь и принимаешь свое бытийное (душевное) одиночество. И свою одиночную ответственность за себя. Когда понимаешь, что не родителям, не супругу, не наставникам, не докторам, не психологам, не духовникам, не тренерам-коучам, никаким знатокам и мастерам, никаким добродеям и чудодеям не доверена твоя жизнь – только тебе, никому больше. Что отвечаешь за себя только ты. Что делаешь себя из то, что ты на сегодня есть, только ты. Что помогаешь себе, спасаешь себя, при любом участии кого и чего угодно, всех прежде и всего более – ты, в числе единственном и незаменимом.
      А зрелость – когда открывается то, что делает твое одиночество не одиночеством. Когда знаешь и чувствуешь, что всегда находишься наедине со своим путем и вечностью, живущей в тебе. Что это и одиночество, и не одиночество. Гений русской философии Владимир Сергеевич Соловьев назвал эту неодинокость одиночества Всеединством.
      Зрелым можно назвать того, у кого Всеединство из умозрения перешло в самочувствие. Взрослость еще не перестает тревожиться и бояться, еще закрывается от самого болезненного и страшного. Зрелость тоже может быть не свободной от страха, но не боится его. Не боится знать. Не прекращает учиться, думать и развиваться.

      Мы встречаемся, чтобы каждый нашел свой путь. Еще и еще раз: я не учу, не преподаю. Делюсь опытом, только опытом – многих, своим в том числе. Опытом блужданий, поисков и открытий. Осмысленным опытом путников жизни и путников-проводников, в числе коих состою.
      Мы и сейчас с вами в пути – и вот встретились на перекрестье, и какую-то часть наших маршрутов, возможно, пройдем вместе.

      Вот здесь я бывал, Друг мой путник,
      и туда заходил, и в эти пещеры спускался,
      холмы и долины, и горы вон те исходил,
      взбирался и на вершинные скалы,
      не все сумел одолеть, кое-где и срывался,
      небезопасно там, особенно спуск рискован:
      мало опор,
      а в тумане, во тьме лучше не дергаться,
      оставаться на месте, пока не рассеется –
      чем гуще мрак, тем виднее душа,
      и твоих спутников, и твоя,
      если всмотреться.

      Местность меняется каждый миг,
      и ты тоже, так что не торопись
      и точек не ставь:
      неподвижности не бывает,
      а значит, и невозможного нет

      До нашей скорой встречи онлайн я вам, надеюсь, успею еще написать, так что и не прощаюсь.

 

Всего светлого!
Ваш Владимир Леви

 

автор рассылки: Владимир Леви,
психолог, писатель, врач
http://www.levi.ru

каталог выпусков
код рассылки: science.humanity.levimaster

Владимир ЛЕВИ
Конкретная психология: рецепты на каждый миг

N 214 от 26.07.19


В избранное