Открытая группа
2569 участников
Администратор Yes"s

Последние откомментированные темы:

20180815172744

←  Предыдущая тема Все темы Следующая тема →
пишет:

Бригада «темных киллеров»

Дышев Сергей

К началу 90-х годов в одном из крупнейших экономических регионов страны Кузбассе в целом завершился передел сфер влияния и собственности. Криминалитет в регионе возглавлял известный вор в законе Черный – Олег Чернышев. Он был ставленником воров так называемого грузинского клана. Преступная группировка курировала многие сферы экономики, торговли, промышленности. Доходы от черного бизнеса отлаженным потоком стекались в воровской общак.

Так продолжалось до осени 1994 года. Олег Чернышев неожиданно умирает от передозировки наркотиков. Его младший брат – Евгений Чернышев – пытается претендовать на его место. Но грузинский клан он не устраивает: у Чернышева-младшего не хватает железной воли, авторитета, который был у старшего брата. Преступное сообщество Черного распалось на мелкие группировки. Тут же обострился конфликт между двумя наиболее влиятельными на Кузбассе преступными кланами – «славянским» и «грузинским». На одной из сходок славянские авторитеты и «воры в законе» Евсеев, Макоша и перешедший на их сторону Евгений Чернышев договорились вытеснить из региона воров-кавказцев. О былом покое на территории Кемеровской области как криминалитету, так и бизнесменам можно было только вспоминать. Регион стоял на пороге нового переделаВраждующие стороны перешли на осадное положение. Жили на конспиративных квартирах, передвигались только по ночам. В перестрелках гибли пока только бойцы. Так началась одна из самых кровопролитных гангстерских войн в России.


Первой жертвой большого передела стал Александр Фатеев, по кличке Фотя. Его убили 30 августа 1995-го в собственной машине на глазах у телохранителей в центре Кемерова, на проспекте имени Ленина. 17-летнему вору в законе Эдуарду Зайцеву по кличке Волосатый – ставленнику родоначальника и крестного отца грузинского клана Тристана удалось тогда спастись, скрывшись в подъезде. Фатеев был своего рода «серым кардиналом» при Зайцеве. Сам он стать вором в законе не мог из-за существенного изъяна в биографии: проходил срочную службу в армии.

Несмотря на то что преступление было совершено среди бела дня в центре города, оперативники не сумели составить ни внятных фотороботов, ни установить марку автомобиля, на которой скрылись бандиты.

Оперативной группе удалось установить, что убийство было совершено из пистолета Макарова с глушителем. Киллеры оружие не сбросили, как это бывает в классических случаях.

Раскрыть убийство Фатеева так и не удалось.

Несмотря на потерю, группировка Зайцева представляла реальную силу – насчитывала более 100 человек. Сам же Волосатый во всеуслышанье заявил, что ни с кем делиться не будет.

По оперативным данным Кемеровского РУБОПа, на устранение Зайцева были вновь направлены наемные убийцы. Вскрылось это в ходе оперативного наблюдения за Волосатым. Двое боевиков постоянно висели у него «на хвосте», крутились в местах деловых встреч Зайцева. Спустя три месяца эта безрезультатная слежка прекратилась.

По печальной иронии судьбы в том же, 95-м году, от пули киллера смерть нашел почти однофамилец – тоже вор в законе Юрий Зайчиков по кличке Заяц. Он был расстрелян у подъезда своего дома из пистолета с глушителем. Оружие, из которого стреляли, оперативники потом обнаружили у одного из задержанных бойцов славянской группировки. Но вскоре его отпустили, так как не смогли доказать причастность к убийству. Впрочем, вскоре с братком разобрались без протокола: его нашли повешенным на чердаке жилого дома.

1996-й год открылся новым заказным убийством. В январе в жернова междоусобицы попал лидер группировки спортсменов Дмитрий Митрофанов. Стреляли в него опять-таки из пистолета Макарова с глушителем.

В конце июня 1996 года пропал без вести глава преступного сообщества города Мариинска Сергей Катков по кличке Каток. Было известно, что он уехал вечером из дома с двумя неизвестными мужчинами и не вернулся.

В июле этого же года в дежурную часть города Кемерова поступило сообщение о новом преступлении: у базы «Вторчермет» среди бела дня расстреляны в автомобиле два бизнесмена. В общей сложности из автомата Калашникова было выпущено почти 80 пуль – три магазина. Не ясен был мотив показательно жестокого убийства: погибшие были скромными предпринимателями, занимавшимися мелкооптовыми закупками, не связанными с криминальным миром.

Оперативные источники в славянской и грузинской группировках тоже не смогли разъяснить, за что пострадали продавцы.

В 1996 году список жертв пополняет еще один представитель грузинского клана – вор в законе Павел Куприянов по кличке Пашкан. И все тот же знакомый почерк – преступники действуют дерзко, не обращая внимания на охрану, свидетелей. Оружие – пистолет Макарова с глушителем – на месте преступления не оставляют. Свидетели боятся описать внешность убийц.

Олег Шишко, оперуполномоченный УБОП ГУВД Кемеровской области, рассказывает:

– Когда пошли эти убийства, то сами бандиты начали интересоваться, что это за киллеры у нас завелись? Даже были версии, что вроде милиция получила карт-бланш на отстрел воров в законе и криминальных авторитетов.

Эту группировку в Кемерове окрестили бригадой «темных киллеров». Но даже простой анализ показывал, что эта таинственная банда действовала в интересах «славянских» преступных авторитетов – Евсеева, Чернышева, Макоши. Их вызывают на допросы, но все усилия оперативников были тщетны, авторитеты и сами недоумевали, что за третья сила появилась в городе. Громкие убийства по-прежнему оставались нераскрытыми.

Летом 1996 года в Кемерове произошло преступление, которое потрясло даже представителей уголовного мира. В квартиру семьи Карпенко, проживавших в доме № 43 по Комсомольскому проспекту, ворвались убийцы, застрелили 16-летнего парня, а его мать и двухлетнего брата забили ножами. Затем, прихватив фен и видеомагнитофон – единственные ценные вещи, подожгли квартиру и скрылись. Жестокое и бессмысленное преступление.

Первыми на место происшествия прибыли сотрудники уголовного розыска и оперативная группа Ленинского РУВД. Сыщики опросили жильцов дома, и неожиданно выяснили, что соседом семьи Карпенко по лестничной клетке был Владимир Дуреев – личность известная в Кузбассе. После смерти «крестного отца» вора в законе Черного Владимир Дуреев, несмотря на то что не был коронованным, стал влиятельной фигурой в Кузбассе. Оперативникам РУБОПа было известно, что именно благодаря ходатайству Дуреева перед воровским сообществом, Геннадия Макошу и Евгения Евсеева короновали в воры в законе.

Напрашивался вывод, что киллеры просто ошиблись дверью, и мишенью на самом деле был Дуреев. В этот раз свидетелей у сыщиков было хоть отбавляй. Приметы преступников запомнили многие жильцы подъезда. Двое парней, устроившись на лестничной площадке между третьим и четвертым этажами, на протяжении всего дня пили водку и шумели.

У сыщиков было много вопросов. Почему подосланные к серьезному авторитету киллеры действовали демонстративно непрофессионально и запредельно жестоко? Уж не сам ли Дурей провернул эту кровавую комбинацию, чтобы заиметь повод для ответных действий против своих врагов?

Но от этой версии пришлось отказаться спустянеделю. Имея точные приметы, оперативники задержали одного из подозреваемых в жестоком убийстве, некоего Шарикова.

Сергей Бачурский, следователь по особо важным делам прокуратуры Кемеровской области, вспоминает:

– Шариков в своих показаниях говорил, что им заказали убить коммерсанта, который живет на 3-м этаже дома и у него на окнах металлические черные решетки.

Проверили: действительно, такие решетки были только на окнах квартиры Дуреева.

Но фамилию Дуреева Шариков на допросах не называл ни разу. Сказали ему убить коммерсанта.

А вот заказчика задержанный назвал. Им был вор в законе Евсей, он же Евгений Евсеев. Напарником Шарикову в «боевой акции» Евсей направил своего племянника – Ерашова.

У юных бандитов, уже мнивших себя суперкиллерами, это было уже второе задание. А первое, ни много ни мало – лихо исполненное убийство вора в законе грузинского клана Павла Куприянова по кличке Пашкан. Парни выманили опытного вора из квартиры на лестничную площадку простейшим способом: отключили рубильником свет на электрощите. И когда Пашкан вышел, разрядили в него оружие. За работу удальцы получили 4000 долларов.

На новое дело они пошли, прихватив, чтобы скрасить ожидание, пару бутылок водки.

Через некоторое время, изрядно захмелев, киллеры решили пройти на общий балкон и начали сбивать замок на двери. На шум выскочил сосед, подросток. Сказал: ребята, у нас есть ключи. Если что, можно открыть просто этот замок.

И тут один из бандитов решил показать свою крутизну: вытащил пистолет. Запоздало понял, что «засветился». И пьяный кураж превратился в кровавый.

Своего племянника Евсеев сумел укрыть, используя воровские связи. И по сей день Ерашов – в федеральном розыске за убийство двух детей и женщины.

Почему Евсей решил ликвидировать ближайшего сподвижника, который так много сделал для его продвижения на воровской Олимп?

Романтика воровской дружбы имеет свойство из закадычной становиться заклятой.

...Единый фронт славянского клана не сразу дал трещину. Владимир Дуреев, продвигая и отстаивая «славянскую идею», естественно, прежде всего думал о себе. Имея за плечами только 8 классов образования, благодаря напористости и хватке, он вскоре стал крупным акционером Кемеровского пивзавода. И это было только начало. Дуреев занимался различными видами бизнеса. Был одним из основателей сети популярных среди населения автомобильных магазинов. Контролировал ряд коммерческих магазинов, палаток, ресторанов. Пытался контролировать и потоки угля.

Естественно, не обходилось без ущемления интересов противоборствующей стороны. Кто знает, может быть, на самом начальном этапе Дуреев и не стал бы развязывать «священную войну», если бы «крестный отец» грузинского клана Тристан не короновал в воры в законе 17-летнего парня Эдуарда Зайцева по кличке Волосатый. Но это произошло.

– Это для Дуреева, можно сказать, была пощечина, – вспоминает то время Олег Шишко. – Тристан поставил здесь, в Кемерове, ему конкурента. Такое его решение было вызвано личной верностью Эдуарда Зайцева – Волосатого.

Молодой «вор в законе» стремительно набирал вес в кемеровской уголовной среде и сильно раздражал Дуреева и его сподвижников.

Дуреева, известного в криминальных кругах по кличке Дурей, ветеран следствия Геннадий Урусов знал еще с 1985 года, когда его отрабатывали по делу убийства адвоката в городе Кемерове. И с той поры завел на него досье.

– Приходилось допрашивать Дуреева, – вспоминает Урусов. – Он всегда вел себя хитро, все время с улыбкой, с прибаутками. Как говорят, «включал дурака». И все время подчеркивал свою набожность, уверяя, что не может совершать преступления.

Тем временем в славянской группировке назрел раскол. И на то были причины. Не считаясь ни с чем и ни с кем, Дуреев слишком рьяно стал рваться на первые роли, подминая под себя все, что лежало рядом, и, отодвигая тех, кого еще недавно продвигал на «коронацию» – Евсея и Макошу.

По законам воровского мира Дурей непременно должен был отомстить Евсею. Но время шло, а ответного удара все не было. Может быть, действительно что-то переменилось в душе Владимира Игнатьевича, и он милостиво простил своих обидчиков.

Но оперативные источники в криминальном мире даже намеков на христианское всепрощение у Дурея не замечали.

Он был крайне осторожен, ездил только с охраной.

15 апреля1997 года в Кемерове вновь прогремели выстрелы. Был убит председатель Союза бизнесменов Кузбасса и один из учредителей Новокемеровского пивзавода Владимир Сиворонов. В 9.30 утра неизвестный мужчина подошел к предпринимателю, когда он стоял у крыльца своего нового офиса по адресу улица Мичурина, 13, и расстрелял в упор. А затем прострелил обе ноги его сыну Владимиру, который бросился навстречу. Пистолет убийца держал в целлофановом пакете, через него и стрелял. Этот двойной пакет и оружие были найдены недалеко от места преступления.

На этот раз преступника, стрелявшего без маски, видели сразу три человека: сын Сиворонова и охранники. Это был высокий парень до 30 лет, в черной кожаной куртке, с темными волосами, зачесанными назад.

Оружие, пули и гильзы отдали на экспертизу. Но по учетам МВД они нигде не проходили.

Это громкое убийство имело трагическую предысторию, которую знал весь город. И ни для кого не было особым секретом, что хозяину Новокемеровского пивзавода приходилось делиться доходами с местной криминальной элитой.

– Сиворонов являлся фактическим владельцем. Чернышев являлся, так сказать, «крышей» Сиворонова, – рассказывает следователь Сергей Бачурский. – Потом между ними произошел раскол. Сиворонов попытался противопоставить себя Чернышеву, попытался с ними бороться, объявил им войну. В результате чего был убит его ближайший помощник Кулагин.

Александр Кулагин, застреленный наемным убийцей в 1994 году, был не только начальником службы безопасности, но и близким другом Сиворонова.

Олег Шишко вспоминает:

– Кулагина убили, стреляя из подвального окна. Когда он вышел из машины, из подвального помещения раздались очереди. И потом подвалом же убийцы скрылись.

На похороны Кулагина пришли сотни людей. Одним из несущих гроб был и бизнесмен Сергей Шкуратов, позже осужденный за ряд преступлений. Именно ему при поддержке Евгения Чернышева вскоре удалось вытеснить Сиворонова с Новокемеровского пивзавода.

На следующий день после похорон Кулагина Сиворонов организовал пресс-конференцию, на которой впрямую обвинил Дуреева в организации убийства Кулагина.

Дуреев был взбешен, узнав об этом обвинении. А Сиворонову пришлось сжечь за собой мосты, расстаться со своей долей в алкогольном производстве и на несколько лет уехать в Объединенные Арабские Эмираты. Он не беспричинно боялся за свою жизнь. В доме, где он жил, у него единственного была железная дверь.

В 1997 году Сиворонов возвращается, чтобы получить свою долю доходов. Несколько влиятельных бизнесменов гарантируют ему безопасность. И Дуреев через посредников передает привет, выражает готовность обсудить все вопросы.

Но вместо Дуреева с визитом пришел киллер. Быстрая и показательная расправа потрясла бизнесменов города. Криминал еще раз наглядно и цинично показал, кто в Кемерове хозяин.

Дуреева вызвали на допрос в прокуратуру, к сожалению, не имея против него, как всегда, ни одной улики.

– При общении с Дуреевым я сделал вывод, что это очень твердый, жесткий человек, с определенными принципами, – рассказывает Бачурский. – В то же время он может принять решение о ликвидации какого-либо человека по абсолютно минимальным поводам. То есть жизнь человека для него ничего не значит. Хотя в разговорах он неоднократно говорил, что он борец именно с засильем грузинских преступников.

Спустя всего два месяца после похорон Сиворонова произошло очередное громкое убийство. Криминальный мир Кузбасса, помня про затянувшийся акт мести, ждал его, понимая его фатальную неизбежность, с тайным нетерпением.

Утром 11 июня 1997 все на том же Комсомольском проспекте в подъезде дома № 71 был расстрелян один из авторитетных воров в законе Евгений Евсеев. Водитель его чудом уцелел.

– На шум сначала бабушка-соседка дернулась, – вспоминает обстоятельства происшествия оперативник Шишко. – Она думала, что дети петарды взрывают в подъезде, хотела их отругать. Но, поняв в чем дело, быстро ретировалась. Водитель же сначала хотел броситься на помощь, но, осознав, что ничего не сможет сделать, передумал. Остался единственным свидетелем.

По словам водителя, нападавших было трое. И на этот раз киллеры не сочли нужным скрывать лица масками.

Ориентировку на бандитов разослали по всем оперативным службам, отделениям милиции. Все были примерно одного возраста: 18–20 лет. Двое из них – худощавые, рост около 170–175 сантиметров. Одеты в неприметную темную одежду. Среди них особенно выделялся третий, рост – за 180, плотного спортивного телосложения и с запоминающейся приметой – шрамом на лице.

В теле жертвы судмедэксперты насчитали 8 пулевых ранений. Шансов уцелеть под таким свинцовым градом у «законника» не было. На этот раз киллеры оставили оружие на месте преступления – пистолет Макарова с глушителем. Вместе с пулями и гильзами его отдали на баллистическую экспертизу. В учетах МВД оружие не значилось.

Поджидая свою жертву в подъезде, убийцы нервно курили. Окурки тоже приобщили к вещественным доказательствам.

Хотя заказчик убийства был очевиден – Владимир Дуреев, которому по понятиям воровского мира уже давно было пора поквитаться с Евсеем, следователи тем не менее не исключали и другие варианты. Запросили в РУБОПе «личное дело» на Евгения Евсеева.

Евсеев, 1965 года рождения, первую судимость имел в 16 лет за хулиганство. В исправительно-трудовой колонии начал трудовую биографию – в бригаде опилок цветного литья. Трудился хорошо, встал на путь исправления. Освободившись через два года, работал помощником составителя поездов. Но железная дорога не стала местом его устремлений. Вскоре за прогулы Евсеев был уволен. Он осознанно выбрал путь воровской жизни. И в 1996 году достиг высот на этом поприще: был коронован в воры в законе, не зная, что судьба отвела ему с этого момента всего лишь год.

В 1997 году жертвенный алтарь был подготовлен для вора в законе Макоши, который среди своих «коллег» отличался рассудительностью и уравновешенностью. Как выяснили сыщики по оперативным каналам, Дуреев отправил на акцию двух боевиков. Но они побоялись это сделать и предупредили Макошу о том, что будет покушение. И когда он это всерьез не воспринял, они бросили гранату в окно той комнаты, в которой он не находился, – чтоб попугать его.

Макоша, наконец поняв, что Дурей объявил беспощадную войну всем своим бывшим союзникам-славянам, тоже перешел в стан грузинской группировки.

После убийства Евсеева охота на авторитетов, похоже, закончилась. Тем более осталось их на кузбасской земле не так уж много. Убийства, если и случались, были не столь показательными. Но по-прежнему на мертвой точке стояли расследования убийств Фотеева, Пашкана, Евсеева, двух бизнесменов с базы «Вторчермета» и коммерсанта Сиворонова.

Дурей же вел внешне благопристойный образ жизни. Занимался коммерцией, ходил под охраной в церковь, делал пожертвования. Во время обыска в его доме следователи были поражены огромной, во всю стену, картиной на библейские темы.

Чтобы предъявить благочестивому христианину обвинение в организации банды, оперативникам необходимо было найти связующее звено – человека, который непосредственно руководил киллерскими акциями. Группировка Дурея, как выяснили сыщики, состояла из трех подразделений: братва, которая занималась вышибанием долгов. Вторая бригада – его личная охрана: телохранители, которые постоянно с ним ездили. И для экстраординарных, «специфических» задач Дуреев создал группу для совершения заказных убийств – банду «темных киллеров», о которых никто не знал.

В июле 1999 года «темные киллеры» вновь оставили кровавый след. В 11 часов утра в городе Мариинске Кемеровской области был убит предприниматель Павлов. Киллер подстерег бизнесмена, когда он выходил из здания весовой и выстрелил почти в упор из пистолета Макарова с глушителем. Свидетели назвали все те же знакомые приметы: это был высокий парень мощного телосложения со шрамом на лице. Единственно, в чем заключалась неувязка, покойный Павлов занимался «лесным бизнесом», к которому ни Чернышев, ни Дуреев никогда не имели интереса, тем более в захолустном Мариинске. Получалось, что «темные» «работали» независимо.

К этому времени оперативникам удалось задержать нескольких членов группировки Дурея. Но поймать верзилу со шрамом, который хладнокровно расстрелял Евсеева и Павлова, пока не удавалось. О нем знали немногое: кличка Чечен, каратист, служил в морской пехоте, воевал в Чечне.

Среди задержанных был рецидивист Александр Верзилов, 1959 года рождения. Он имел три судимости, в общей сложности 18 лет: за изнасилование, кражу, сопротивление работникам милиции. Последний срок отсидел в Одессе за ношение оружия. Показания о своих хозяевах давал с большим удовольствием.


Из протокола допроса Александра Верзилова:

– В первую очередь хочу добровольно рассказать о тех преступлениях, убийствах, которые совершил, и тем самым прекратить, значит, действия банды, как мафии. Можно назвать Чернышева Евгения Андреевича и Дуреева, это значит, монстра нашего, и тем самым тоже, потому что продолжаются все эти убийства.

Прежде всего Верзилов открыл тайну необъяснимо жестокой расправы над двумя скромными коммерсантами, буквально изрешеченными автоматными очередями в 1994 году на базе «Вторчермет».


Из протокола допроса Александра Верзилова на месте преступления:

– Мы с Дуреевым тусовались вот здесь, в этом здании, внутри. У нас автомат был в сумке. И мы здесь вот тусовались. Потом Коля Григорьев зашел, сказал: «Все подъехали». Мы думали, они, двое, здесь «пасли» нас. Мы всех их перепутали, думали, они застрелить нас хотели.

«Монстру» Дурееву, только вступившему на тропу войны, всюду мерещились подосланные киллеры. И он мгновенно разрабатывает операцию по нанесению упреждающего удара. Преодолев препятствие в виде забора, братва развернутой цепью пошла в атаку.


Из протокола допроса Александра Верзилова на месте преступления.

– У меня был «макаров», пистолет, у Дурея – автомат, у Димы одного был тоже «макаров», у другого Димы – револьвер-наган и у Коли был «марголин». Перепрыгнули. Дуреев, это, рожок подцепил, и пошли они так вперед, а я вот отсюда, вот так за этими будками, за ними пошел тоже. И только подхожу, слышу только очередь. Дуреев подошел, в упор с автомата. Они двое сидели там музыку слушали... Он подошел, в упор с автомата лупанул. Я с пистолетом подбегаю, он говорит: «Да не надо, уже там все хорошо! Пошли...»

Дал показания и другой участник беспримерного штурма автомобиля – Дмитрий Старыгин.


Из протокола допроса Дмитрия Старыгина на месте преступления:

Следователь: Кто стрелял из автомата?

Старыгин: Дуреев стрелял.

Следователь: Во что стрелял?

Старыгин: В машину.

Следователь: После того как в машину стрелял, что дальше произошло?

Старыгин: Как это все произошло, потом в сумку оружие скидали, все мне в сумку, говорят, беги. А я что, сам не знаю куда, чего, и все. Я перелез через забор, поймал машину и уехал.

Убиты были совершенно случайные люди. За упокой их души Дуреев демонстративно поставил две свечки в храме.

Рассказывает Олег Шишко:

– Действовал он уже именно как большой босс, как вор в законе. То есть у нас не было зацепок его преступной деятельности. Велись оперативные разработки, буквально лет десять работали по Дурееву, и не было зацепок.

Вслед за Верзиловым стал давать показания на Дуреева и его напарник по киллерскому ремеслу Виталий Коновалов, 1958 года рождения. Биография похожая, четыре судимости – за незаконное хранение оружия, нанесение тяжких телесных повреждений. Общий срок – 15 лет.

Но Дуреев оказался тертым калачом. На следствии о своих охранниках Верзилове и Коновалове он говорил: «Я не знаю этих людей, в первый раз их вижу. Они меня оговаривают».

13 июля 2000 года, после восьми месяцев следствия и пребывания в СИЗО Дуреев был освобожден из-под стражи в зале суда. Адвокаты поработали хорошо. К такому исходу дела Бачурский был готов. Но козырную карту сразу не выложил. Попросил лишь подготовить наряд милиции.

– Он вышел, и его тут же задержали, – рассказывает Бачурский. – Доставили ко мне, и я его уже за убийство и арестовал.

Не успев пообщаться с родственниками, Дуреев отправился в прокуратуру давать показания по делу убийства Сиворонова и Евсеева, а также по организации «банды киллеров». Владимир Игнатьевич сильно возмущался, говорил, что ни в чем не виновен. «Меня неоднократно уже пытались привлечь, только сейчас меня привлекали, и дело все прекратили. Вы все равно меня отпустите!»

И отпустили – ровно через 12 дней. 25 июля 2000 года решением федерального суда Заводского района города Кемерова Дуреева неожиданно освободили под подписку о невыезде и залог в 20 тысяч рублей. В ход пошли неоспоримые аргументы: впервые привлекается к уголовной ответственности, нет доказательств необходимости мер пресечения в виде ареста, четверо детей на иждивении. А самое главное – положительные характеристики с места жительства.

Едва Дуреев обрел свободу, он, в чем и не сомневались оперативники, тут же скрылся в неизвестном направлении. Его объявили в федеральный розыск. Десятки оперативников после недолгой передышки вновь были направлены на поиски главаря банды «темных киллеров».

Следователи прокуратуры Кемеровской области в течение нескольких месяцев допрашивали Коновалова и Верзилова, буквально по крупицам воссоздавая хронику преступлений банды. Задержание напарников имело свою предысторию.

Осенью 1998 года сотрудники дорожно-патрульной службы остановили на въезде в город Кемерово иномарку с затемненными стеклами. Проверив документы, милиционер собирался было пожелать водителю счастливого пути, как вдруг из машины раздался крик о помощи. Девушка-пассажирка кричала, что ее везут убивать. Всех, находившихся в иномарке, тут же задержали. Среди них был и 26-летний Сергей Кукоба.

– Кукоба являлся одним из членов данной преступной группировки, – рассказывает следователь по особо важным делам прокуратуры Кемеровской области Геннадий Урусов. – Он являлся работником милиции и одновременно содержал притон, являлся сутенером.

Спасенная девушка была одной из его невольниц-проституток.

Кукобе не повезло – его дело попало к Геннадию Урусову. За 26 лет работы следователь раскрыл сотни самых запутанных преступлений. И получил от коллег заслуженное прозвище Дед. Уголовники же прозвали его Хитрый Лис.

– Да, у меня еще по СИЗО-2 в Новокузнецке кличка была, там меня все жулики, бандиты называли Демон, – усмехается Урусов. – Почему? Потому что он, говорят, такой вроде сидит, улыбается. Но как завернет, потом мало не покажется.

Вскоре на одном из допросов Кукоба сознался совсем в другом преступлении. По его показаниям, 26 октября 1998 года он вместе с Верзиловым убил своего «конкурента» по сутенерскому бизнесу – Дроздова.

Для этой цели он нанял Верзилова и вручил ему пистолет Марголина и патроны, которые одолжил у своего знакомого Кащеева по кличке Кощей Бессмертный. Они завезли жертву в район поселка Елокаево. Верзилов, остановив машину, выстрелил из малокалиберного пистолета в Дроздова. После чего там его и закопали. Местечко это было с соответствующим названием: Старые Черви.

Именно после исповеди Кукобы и задержали киллера Верзилова. Вслед за Верзиловым задержали и его напарника по киллерскому ремеслу – Виталия Коновалова.

Когда оба «заплечных дел мастера» с характерными фамилиями оказались за решеткой, между ними возникло своего рода соревнование: кто больше расскажет, разумеется, сначала про товарища.

Одним из волнующих воспоминаний была кража из склада ГУВД Кемеровской области в начале 90-х годов. Воровали вместе с приятелем Маратом Ахмеровым.


Из протокола допроса Александра Верзилова на месте преступления:

– Здесь был склад МВД какой-то. Приехал Марат и сказал мне, что в конце апреля, числа 30-го, пацаны сделали дырку в основной склад и набрали нам всяких конфет, сникерсов, баунти, всякой хрени. А мы еще приехали потом 1 мая и выгребли все оставшееся.

Потом браткам подвернулся склад какого-то кооператива. Добычу, как бывает, не поделили. И двух участников пришлось «сократить».


Из протокола допроса Александра Верзилова на месте преступления:

– Участвовали Саша Татарин – покойник, которого потом мы убили. Так, значит, Коновалов был, еще двое с Ленинской улицы, я их не знаю. Пацаны были – их Саша привозил. И еще с РТС один, как его, ростовский, короче. Ему тоже башку отрубили, он покойный.

Головы летели, как кочаны капусты на засолке. В конце января 1997 года некто Андрей Метелев, злостный хулиган с двумя судимостями, заказал Верзилову и Коновалову убийство Марата Ахмерова. Не поделил с ним ящик ворованных сникерсов. Верзилов дружил с Маратом, поэтому на этот раз стрелял из пистолета Коновалов. Тело закопали вместе, недалеко от дороги.

У Виталия Коновалова была особенность: он патологически любил оружие.


Из протокола допроса Александра Верзилова:

– Виталя, представляете, взял и продал свою квартиру и купил на все автоматы. Вот, представьте, у него ребенок – Егорка, пять лет, а он продает квартиру. Сам снимает другую квартиру, зато купил автоматы. И вот картина, Виталя повесил на себя автомат и ходит по квартире. Он с него не стрелял ни разу. А другой автомат на Егорку надел, и сам ходит по квартире, вот так вот, понимаешь, марширует?

С 1995 года Верзилов с Коноваловым стали работать в паре. Причем умудрялись одновременно получать заказы у противоборствующих группировок на устранение их лидеров. Взаимоотношения в уголовном мире в те времена напоминали принцип домино: один «валит» другого, тот – третьего.

В 1996 году Верзилов познакомился с «положенцем» и лидером преступной группировки города Мариинска Кемеровской области Катковым по кличке, естественно, Каток. Зная профессию Верзилова, Каток сделал заказ. Объектом был директор спирткомбината, находящегося в городе Мариинске, Калугин.

Верзилов же сразу оценил бесперспективность своей жизни после исполнения заказа Катка.

Кличка Каток как нельзя лучше характеризовала безжалостного и беспринципного авторитета.

Чтобы уцелеть, Верзилов решается на отчаянный блеф: идет на встречу с Евгением Черновым – братом покойного вора в законе Черного – и сообщает, что Каток заказал его.


Из протокола допроса Александра Верзилова:

– Я говорю, так и так, вот, Женя. Я говорю, могу устранить эту проблему твою. Он говорит: Да, я все понимаю. Короче... три или две машины я тебе сразу даю.

Зная, что Дуреев тоже враждовал с Катковым, Верзилов и ему сообщает, что Каток собирается его ликвидировать. Сумма вознаграждения возросла: ему обещают также квартиру и 10 тысяч долларов.

Вечером 24 июня Верзилов с Катковым договорились посмотреть дом будущей жертвы – директора спирткомбината. По дороге у деревни Глухаринка по малой нужде остановили машину. Коновалов достал пистолет Макарова и два раза выстрелил в затылок Каткову.


Из протокола допроса Александра Верзилова:

– И вот так впрямую, в упор поставил, так в упор поставил, считай, так – бух! Выстрелил. Вот так как бы от меня, понимаешь? Бух!

Убедившись, что Катков мертв, Верзилов, как и было оговорено в стоимости заказа, сфотографировал тело Каткова, и фотографии предъявил Чернышеву.

Менее всех пострадал в этой истории Евгений Чернышев – материалы уголовного дела в связи с его болезнью выделены в отдельное производство. Адвокаты регулярно предоставляют справки о невозможности участия клиента в следственных действиях.

Все это время сотрудники оперативно-розыскного бюро Главного управления МВД России по Сибирскому федеральному округу и РУБОП ГУВД Кемеровской области продолжали розыск беглого Дурея.

Искали его сыщики и по старым связям среди кемеровских голубятников. В этом полукриминальном мире, где жулик на жулике, Володьку Дурея помнили: славился он своим пристрастием к масти и лету птиц. Цвет его голубей был черно-рябой, а летали они только кругами. И дольше всех в небе держались.

Но голубятники сыщикам твердили одно и то же: с тех пор, как Дуреев неожиданно для всех махом расстался с увлечением юности, они его не встречали.

Пока Дуреев скрывался в подполье, его потихоньку предавали соратники. Один из них, Сергей Пьянов по кличке Пьяный, и открыл грузинскому вору в законе Пуле страшную тайну о существовании глубоко законспирированной группы киллеров. И сообщил интересную подробность: член банды Владимир Русланов недавно получил «заказ» на Пулю и вора в законе Зайцева по кличке Волосатый. На пути автомобиля тайного киллера тут же сделали засаду. Спас его ангел-хранитель в лице... священника.

Рассказывает Олег Шишко:

– Бандиты подбежали к машине, хорошо, что сразу огонь не открыли. Когда вытащили водителя, очень удивились – за рулем был священник. В результате они в некотором недоумении ретировались. Но тем не менее машину Русланова сожгли.

В 1999 году переметнувшиеся в грузинский клан «темные киллеры» Никонов и Салов по заданию Пьянова устанавливают в подъезде Дурея взрывное устройство. Но буквально за несколько секунд до взрыва Дуреев успевает пробежать по лестнице на нижний пролет и спасается просто чудом.

Русланову, тоже загнанному в угол, наконец повезло. От пули его спас арест 22 мая 2000 года. Тридцатилетний Владимир Русланов внешне был благопристойным гражданином. Не судимый. Был женат, имел двоих несовершеннолетних детей. В банде он был в авторитетах: подготавливал и оружие и транспорт, разрабатывал планы и контролировал исполнение преступлений.

Именно Русланов организовал убийство Евсеева и лично застрелил в апреле1997 года одного из учредителей новокемеровского пивзавода Владимира Сиворонова. Его опознали охранники и сын директора Владимир, которому убийца прострелил обе ноги.

В гараже Русланова оперативники обнаружили целый арсенал: одиннадцать новеньких, в смазке, автоматов Калашникова различной модификации, винтовку с оптическим прицелом, пистолеты «макаров» с приборами для бесшумной стрельбы, гранаты, взрывчатые вещества и устройства. Оружие поступало по криминальным каналам со складов воинских частей.

Банды имела и своего оружейника. Его задержали с поличным – с пистолетом «макаров» и глушителем. 45-летний слесарь-универсал Анатолий Королев в механическом цехе одного из предприятий Кемерова изготавливал по заказу Русланова и Дуреева стволы, бойки, глушители и другие комплектующие изделия для оружия, чтобы его можно было использовать после убийств в очередной раз.

Особой гордостью Королева были изготовленные им два самодельных пистолета-пулемета калибра 5,45 и 9 миллиметров. Один из них он прятал в тайнике и добровольно выдал оперативникам. По заключению экспертов, это было качественное оружие с высоким показателем стрельбы и безотказности.

Вслед за Руслановым, на следующий день, задержали еще одного «темного киллера» – тридцатилетнего Эдуарда Никонова. Он тоже производил благоприятное впечатление: имел двух несовершеннолетних детей, работал экспертом в супермаркете. Чистая биография, без судимости, позволяла Русланову и Никонову оставаться в «тени», проходить сквозь «сито» оперативных отработок круга подозреваемых.

В ходе допросов следователи наконец установили, кто убил в июне 1997 вора в законе Евсеева. В то утро по приказу Дуреева Русланов привез трех киллеров к подъезду дома № 71 на Комсомольском проспекте. На подхвате были все те же Никонов и Салов. Стрелял в Евсея рослый парень спортивного телосложения со шрамом на лице.

Спустя два года свидетели убийства предпринимателя Павлова в городе Мариинске назвали все те же приметы преступника: крепкий высокий парень со шрамом.

Подследственные назвали фамилию неуловимого киллера. Она характерная – Ломаев. Кличка Чечен.

Задержали Виталия Ломаева в Кемерове, недалеко от места жительства на улице Патриотов. Биография у 24-летнего парня была незаурядной. До армии всерьез занимался боевыми искусствами, в 2000 году занял второе место в городских соревнованиях по карате в тяжелом весе. Служил в морской пехоте. Воинское звание – старшина. За первую чеченскую кампанию награжден орденом «Мужества». А в 1996 кавалер боевого ордена стал телохранителем криминального авторитета Владимира Дуреева.

Позднее следователи более подробно изучили жизненный путь орденоносца.


Из биографии Виталия Ломаева (материалы уголовного дела)

«Отец пил, бил мать, привлекался к уголовной ответственности за это. Мать пила. Воспитанием детей не занималась. Несколько лет назад умерла. Ломаев родился нормальным, закричал после шлепков. В развитии не отставал. Болел простудными заболеваниями, учебой не интересовался, еле справлялся, убегал с уроков, бродяжничал в плохих компаниях. Задерживался детскими приемниками. Вдыхал пары бензина, анашу. Часто дрался и хулиганил. Жесток с животными. Не ладил с сожителями матери. Те его жестоко избивали, и из-за этого убегал из дома. Во 2-м классе помещен в психиатрическую больницу на обследование. Активно занимался спортом: боксом, карате. Окончил курсы газосварщиков. Работал хорошо, качественно. Дисциплину не нарушал. Закончил 9 классов вечерней школы. С 94-го по 95-й г. служил в морской пехоте. В боевых действиях участвовал, убивал охотно, мечтал стать военным – не получилось. Жестоким себя не считал. Перенес контузию: 10 минут отсутствовал слух, болели глаза. После демобилизации возвратился из армии. Был избит, потерял сознания. По месту жительства характеризовался положительно.

Вклеил в паспорт на имя Волокитина свое фото и подделал оттиск рельефной печати.

Спокойный – пока не тронут. Тугоподвижность мышления, озабочен своей физической формой, боясь оказаться физически слабым и немощным. В камере создал конфликтные ситуации, держал сокамерников в постоянном напряжении. Высказывал намерение совершить побег. Слышал голоса, которые угрожают: «Какая кровная месть!» Психическое расстройство в форме реактивного психоза с бредовыми идеями, слуховыми галлюцинациями, эффектом страха, нарушением сна. Подозрителен к окружающим...»

В следственном изоляторе Ломаев доставил немало хлопот персоналу.

Однажды он разорвал наручники, раскидал троих сопровождавших офицеров и, хотя все время содержался в подвале, инстинктивно побежал по направлению к выходу из СИЗО.

После этого Ломаева стали выводить в двух наручниках. Однажды он прыгнул на решетку, уцепился за нее, как орангутанг, и, смеясь, стал подтягиваться вместе с повисшими на нем офицерами.

Неожиданные выходки Виталия приводили в трепет и бандитов. Однажды оперативники РУБОПа вместе с СОБРом сделали неожиданный визит братве, собравшейся на поминках вора в законе Олега Черного.

У Ломаева была пачка патронов, от которой он решил избавиться. И не нашел ничего лучшего, как бросить их в печку. Бандитское сообщество, естественно, поняло, что если сейчас начнется пальба, в ответ на нее СОБР откроет ответный огонь, и тогда положат всех.

Позже Ломаеву сделали предъяву: «Ты что, идиот, сделал? Чем ты думал?» Ломаев: «Да если что, я вас всех сдам».

Когда оперативники услышали эту историю с патронами от одного из участников поминок, они поняли, что силача нельзя обижать и что он готов поквитаться с бывшими дружками.

И уже буквально через несколько дней из Ломаева начали вытягивать показания, по крупицам, по капельке.

В чистосердечном признании по убийству Евсеева Ломаев рассказал, что после службы в армии нигде не мог найти работу. А на его плечах были запойная мать-инвалид и два несовершеннолетних брата.


Из беседы с Ломаевым в СИЗО:

– Мать была рабочей на заводе. Мать умерла сейчас. Отец неизвестно где. Нас три брата. В общем, жили одни.

В детстве Ломаеву был поставлен диагноз – олигофрения, как последствие органического поражения головного мозга. На работу после армии его никто не брал. И вот судьба неожиданно свела его с давним знакомым Владимиром Руслановым.

Русланов предложил ему работать на Дуреева, совершать заказные убийства. Обещал за это хорошо платить. Ломаев согласился и начал «работать». Тем более он обладал необходимыми для этой профессии качествами: мастерски владел приемами карате и оружием.


Из беседы с Ломаевым в СИЗО:

– До армии я занимался карате. Имел синий пояс. Потом оборудовал спортзал, тренировался, занимался в секции. Люблю оружие, автомат. Он надежный. Когда попадает в руки оружие, я автоматически проверяю – заряжено или нет. Если можно – смазываю, только после этого пользуюсь.

За убийство Евсея вместо обещанной автозаправочной станции киллеры получили на троих от Дурея подержанный «жигуленок», который потом уступили Ломаеву. За те восемь пуль, выпущенных им в вора в законе.

Этот автомобиль Ломаев продал. На эти деньги похоронил мать.

Очередное убийство Ломаеву заказывает Сергей Пьянов. Объект – предприниматель Павлов в Мариинске, которому Пьяный задолжал большую сумму денег. И решает свой должок вернуть в виде пули. Ломаев три недели жил в избе неподалеку от офиса Павлова. Изучал график его работы, образ жизни, вел наблюдение. И когда бизнесмен появился у здания весовой, Ломаев вышел через калитку и двинулся навстречу.


Из протокола допроса Ломаева:

– Я подошел к нему и выстрелил два раза в голову. Один раз сразу в упор, подошел и второй раз, когда он падал, побежал. Он мне за это дал 2 тысячи денег. А потом дал машину. Я не требовал ничего. Я думал, что как друг, что отказаться, я вообще не хотел это делать. Откажись – просто сразу меня убьют, и все.

...Прошло полгода, как канул в неизвестность Дуреев. В криминальных кругах поговаривали, что был на него серьезный заказ, и он исполнен. Но неожиданно адвокатские конторы Кемерова, прокуратура и другие учреждения стали получать письма от Владимира Дуреева. И не с «того света».

Следователь Бачурский рассказывает:

– Он писал жалобы в областную прокуратуру, в Кемеровский областной суд, в областную коллегию адвокатов. Жаловался на плохую работу адвокатов, что они плохо защищают его. При этом находился в федеральном розыске.

А в родную криминальную среду Дуреев направлял так называемые циркуляры с приказом убрать свидетелей, которые начали давать против него показания. Убедившись в неэффективности своих посланий, Дуреев пытался руководить по телефонной связи.

Вот тут-то Владимира Игнатьевича и запеленговали. Дуреев звонил из Новосибирска с телефонов-автоматов, установленных на вокзале, на стадионе, в узлах связи.

Оперативный сотрудник оперативно-розыскного бюро ГУ МВД РФ по Сибирскому федеральному округу Виктор Кургузов вспоминает:

– Мы неоднократно выезжали, но не успевали его задержать, потому что его телефонные разговоры длились не более 10–12 минут.

22 октября в 10 утра специалисты, отслеживающие телефонные переговоры, передали экстренную информацию: Дуреев звонит в Кемерово из узла связи, находящегося в Калининском районе. Опергруппа по тревоге выехала по указанному адресу.

– Мы видим, что идет мужчина, – рассказывает про дальнейшие события Кургузов. – Совсем не похож на того, кого мы ищем. У нас по ориентировке проходил человек плотного, крепкого телосложения, а здесь идет худощавый ссутулившийся мужчина.

На всякий случай сотрудники попросили его предъявить документы. Фамилия и имя незнакомца сыщикам ничего не говорили. Все же ему предложили проехать в оперативно-розыскное бюро. Там долго расспрашивали о близких и дальних родственниках. И вскоре мужчина, что называется, «поплыл».

– И в какой-то момент он посмотрел и сказал: «Да Дуреев я, Володя», – продолжил историю поимки Дурея Кургузов. – И после этого разговор у нас зашел уже на другие темы. И потом в беседе он посетовал, что вот сделал ошибку: всегда звонил с разных телефонов, специально ездил в разные районы города. А вот тут повторился.

Очутившись за решеткой, Дуреев официально отказался от знакомства с ранее задержанными членами его группировки. А неофициально – с помощью тайных писем стал руководить их действиями. Все эти так называемые на воровском языке «малявы» были зарегистрированы в оперативной части следственного изолятора. Первое послание за подписью Батя получил Эдуард Никонов, совершивший вместе с Саловым неудачное покушение на Дурея.

И Никонов, опасаясь за свою жизнь, начинает сотрудничать опять с Дуреевым.

Затем наставления пошли Ломаеву.


Из записки Дуреева Ломаеву:

«Адвоката твоего оплатили, потому что ты был не чужой. Я к тебе отношусь как к родному. Вспомни, как ты жил в последнее время, до того, как тебя забрали. Как ты мог поверить ментам, а не мне? Кто помогал? Где они были, когда ты штурмовал сопки. Ты им поверил. И чем дальше ты будешь их слушать, тем дальше они тебя затянут в пропасть. Думаю, что тебе надо подумать и сделать обратный шаг. Посмотрим, как все изменится в обратную сторону. И те люди, которых ты оговорил, пойдут тебе навстречу, потому что обиды на тебя не имеют и понимают, что тебя обманули. Батя».

Но бывший морской пехотинец, хоть и был внушаем, не любил, когда на него давили. И не стал отказываться от своих показаний. Тогда взбешенный Дурей измененным почерком написал другую записку.

«Вот послушай, мразь, и почитай, а также подумай своей головой. Если не заткнешь свою поганую пасть, то ты, мразь, обречен на пожизненное заключение. Забыл о грабеже, когда ты застрелил хозяина дома, оставив жену и ребенка без отца? А также подстрелил у себя под окном невинного человека из обреза. Я знаю всех подельников, менты сломают и раскрутят их, а я еще подучу как это быстрей сделать. Вот и подумай, мразь, выбирай, или будешь осужден на пожизненное, или самое малое – 5 лет. Я смеюсь, как ты мог поверить легавым, что в наказание они отправят тебя в Чечню. Легавые сами над тобой со смеху катаются, какой ты идиот. Ну а что касаемо меня и тех людей, что ты оклеветал, ты один не докажешь. Просто еще придется с полгода разбираться, не больше. Пожалей своего брата, он тоже участвовал в том разбойном грабеже и убийстве. Прочитав эти бумаги, сразу их сожги или порви. Если они случайно попадут в руки легавых, то ты тоже будешь висеть кверху ногами. Ведь здесь написано про твои преступления. Ну а у тебя есть шанс отделаться минимальными сроками за твой дебилизм. И еще раз хочу подсказать тебе, дураку, никогда не верь легавым. Короче, в середине следующей недели я должен услышать, что ты отказался от своих показаний, которые давал. Если будет промедление, то жди в гости своих подельников и настраивайся на подвальную Чечню, из которой ты не вылезешь».

Рассказывает следователь Сергей Бачурский:

– По сути, в этой записке Дуреев сообщил об эпизоде, о котором мы на тот момент вообще ничего не знали. Когда Ломаев получил эту записку, он нам ее выдал и тут же написал явку с повинной. В ней рассказал о том, как с Игорем Карием по кличке Брат убил Цыплакова.

Совершить 3 декабря 1997 года грабеж семьи предпринимателей Цыплаковых на улице Спортивной Ломаеву предложил Игорь Карий. Грабители надели маски и, дождавшись, когда ребенок открыл дверь, чтобы пойти в школу, ворвались в квартиру. Цыплаков попытался оказать сопротивление и был тут же застрелен Ломаевым.

Так благодаря записке Дуреева было раскрыто еще одно преступление. Чтобы подтвердить авторство письма, подследственного попросили предоставить образец почерка. Дуреев категорически отказался, напрочь забыв, что до этого написал десятки жалоб на Бачурского.

– Эти жалобы я потом изъял и направил как образцы свободного почерка Дуреева, – рассказывает Бачурский. – И эксперты провели экспертизы, сказали, что записки написаны Дуреевым... Он кое-где соответствует своей фамилии. В некоторых ситуациях поступает достаточно глупо.

Ломаев, опасаясь за свою жизнь, написал заявление, чтобы его перевели в одиночную камеру. Просьбу удовлетворили, к великой радости соседей по общей камере, с которыми каратист постоянно затевал победоносные сражения.

В одиночке из-за переживаний и стрессов у Ломаева обострилась олигофрения. Он стал непредсказуемым.

– После того как он при ознакомлении попытался уничтожить уголовное дело, съесть свои подписи, – вспоминает Бачурский, – его стали водить в наручниках двое-трое офицеров. И вот даже они с ним не справлялись.

В отличие от большинства подельников Виталий Ломаев не отказался от своих показаний.


Из протокола допроса Ломаева:

– Скольких человек вы убили?

– Троих.

– А за что?

– Не знаю за что.

– Вы раскаиваетесь в том, что случилось?

– Конечно.

Он слишком запоздало понял, что люди, которых он всегда презирал, использовали его. Взамен он получил клеймо убийцы.

Самое светлое в его жизни, о чем Виталий с грустью вспоминает, – это трудное время войны. Но тогда для него все было просто и ясно: где друг, а где – враг.


Из беседы с Ломаевым в СИЗО:

– Подготовка у нас была не очень-то, не было специалистов. Нас сразу неподготовленных в Чечню отправили. В 94-м году. 65-й полк морской пехоты Тихоокеанского флота. Бросили в самое пекло... Грозный сначала брали. Сначала артиллерийский обстрел был. Потом мы проходили. Сопки там были, ну, удерживали высоты, наша рота. Часть боевиков ушла в селение. Были дожди проливные. Ну, мы захватили сопки, считай, без выстрелов. Потом нападения боевиков были. Я пулеметчиком был. Ну на меня нападали. На мой окоп. Как раз с моей стороны, ну я отражал людей. Сколько пострелял, не помню, много было.

В СИЗО Ломаев несколько раз просил следователей помочь направить его служить в самое опасное место в Чечне – искупить свою вину кровью. Подобно американскому киногерою, он хотел переписать свою судьбу.

В связи с обострением болезни Ломаева направили на принудительное лечение в психиатрический стационар специального типа.

Рассмотрение его уголовного дела временно приостановлено до полного его выздоровления.

А вот по делу Дуреева борьба шла по всем пунктам обвинения.

– Задаешь вопрос свидетелям, почему вот на следствии давали такие показания, а в суде от них отказываетесь? – вспоминает старший прокурор отдела государственных обвинителей прокуратуры Кемеровской области Галина Ерыныч. – В конечном итоге говорили о том, что боятся расправы и не верят, что Дуреев будет в конце концов осужден и лишен свободы.

...Папку-досье на Дуреева следователь Геннадий Урусов завел в далеком 1985 году, когда Дурея отрабатывали по делу убийства адвоката. Теперь наконец настало время ее закрыть и положить в личный архив.

– Вот как с первого раза встретился я с Дуреевым, тем же самым Верзиловым, Коноваловым, – вспоминает Урусов. – Понял, что их жизнь так просто не кончится, что они закончат свои дни, скорее всего, на тюремных нарах. Так оно и получилось.

«Темные киллеры» получили по делам своим. Приговор Кемеровского областного суда первыми выслушали Верзилов и его коллега Коновалов, получившие соответственно 16 и 18 лет лишения свободы. В июне 2003 года был объявлен приговор остальным членам банды.

– Приговор был тяжелым, конечно, для них, – рассказывает Галина Ерыныч. – Когда я выступала, Дуреев мне аплодировал, похлопал в ладоши. Русланов был возмущен. Никонов тоже был возмущен.

Русланова осудили на 15 лет лишения свободы, Никонова на 13 лет, Кария на 8 лет. Все отбывают наказание в исправительной колонии строгого режима. Оружейник Королев приговорен условно с испытательным сроком 4 года.

Салов и Пьянов – пока находятся в федеральном розыске.

Владимир Дуреев, находясь в следственном изоляторе, по количеству написанных жалоб, заявлений, тайных распоряжений и писем подельникам побил все тюремные рекорды. Последнее послание было адресовано судье. Некогда всесильный Дурей умолял: «Ваша честь, вынесите мне оправдательное решение!» И заранее поблагодарил: «Спасибо. У меня все!»

И у судьи на этот раз было все, чтобы наконец вынести справедливый приговор. Главарю банды наемных убийц Владимиру Дурееву за грехи тяжкие предстоит провести в исправительной колонии строгого режима 17 лет.

 

Это интересно
0
 

16.03.2012 , обновлено  16.03.2012
Пожаловаться Просмотров: 4564  
←  Предыдущая тема Все темы Следующая тема →


Комментарии 0

Для того чтобы писать комментарии, необходимо