Открытая группа
844 участника
Администратор Перекотиполе


Модератор Babulja
Модератор Малой Перец
Модератор BOSS7

←  Предыдущая тема Все темы Следующая тема →
Душа группы и ее опора пишет:

Преподобная Аполлинария

 

 

 

 

 

День памяти:

Январь 05 (по ст.стилю)

Январь 18 (по нов.стилю)

 


 

По смерти греческого царя Аркадия, сын его Феодосий остался малым, восьмилетним отроком и не мог управлять царством; поэтому брат Аркадия, римский император Гонорий вручил попечительство над юным царем и управление всем греческим царством одному из важнейших сановников, анфипату по имени Анфемию, мужу мудрому и весьма благочестивому. Этот анфипат до тех пор, пока Феодосий вырос, всеми в то время почитался как царь, почему и святой Симеон Метафраст, начиная писать сие житие, говорит: «в царствование благочестивого царя Анфемия», – и во всей этой истории называет его царем. У сего Анфемия было две дочери, из коих одна, младшая, с самых детских лет имела в себе нечистого духа, а старшая от юности проводила время в святых церквах и молитвах. Имя сей последней было Аполлинария. Когда она достигла совершеннолетия, родители ее стали помышлять о том, как бы выдать ее замуж, но она отказывалась от этого и говорила им:

– Я хочу уйти в монастырь, слушать там Божественное писание и видеть чин монастырской жизни.

Родители говорили ей:

– Мы хотим выдать тебя замуж.

Она же отвечала им:

– Не хочу идти замуж, но надеюсь, что Бог и меня сохранит в страхе пред Ним чистою, как Он соблюдает в непорочности Своих святых дев!

Родителям ее казалось весьма удивительным, что она говорила так, будучи еще столь юною, и что до такой степени она была объята любовью к Божественному. Но Аполлинария снова стала умолять своих родителей, чтобы они привели к ней какую-нибудь инокиню, которая бы научила ее псалтири и чтению святых писаний. Анфемий же немало скорбел о ее намерении, потому что ему хотелось выдать ее замуж. Когда же девица не изменила своего желания и отказалась от всяких подарков, которые предлагались ей искавшими ее руки знатными юношами, родители сказали ей:

– Чего же ты хочешь, дочь?

Она отвечала им:

– Прошу вас отдайте меня Богу – и вы получите награду за мое девство!

Видя, что намерение ее непоколебимо, крепко и благочестиво, они сказали:

– Да будет воля Господня!

И привели к ней опытную инокиню, которая научила ее читать божественные книги. После сего она сказала родителям:

– Прошу вас отпустите меня в путешествие, чтобы я могла увидеть святые места в Иерусалим. Там я помолюсь и поклонюсь честному Кресту и Святому Воскресенью Христову!

Они не хотели отпустить ее, потому что она была для них в доме единственной утехою, и они сильно любили ее, так как другая ее сестра была одержима бесом. Аполлинария же в течение долгого времени умоляла родителей своими просьбами, и вот они, против желания своего, согласились, наконец, отпустить ее, Они дали ей многих рабов и рабынь, немало золота и серебра и сказали:

– Возьми это, дочь, и ступай, исполни обет свой, ибо Бог хочет, чтобы ты была его рабою!

Посадив ее на корабль, они простились с нею и сказали:

– Помяни и нас дочь, в молитвах на святых местах!

Она же сказала им:

– Как вы исполняете желание моего сердца, так пусть и Бог исполнит ваши прошения и избавит вас в день скорби!

Итак, разлучившись с родителями, она отправилась в плавание. Достигнув Аскалона, она пробыла тут несколько дней из-за волнения морского и обошла там все церкви и монастыри, молясь и подавая милостыню нуждающимся. Здесь же нашла она себе спутников для путешествия в Иерусалим и, придя во святой город поклонилась Воскресению Господнему и Честному Кресту, совершая усердную молитву за родителей своих. В эти дни своего богомолья Аполлинария посещала и женские монастыри, жертвуя большие суммы на нужды их. В то же время она стала отпускать на свободу излишних рабов и рабынь, причем давала им щедрою рукою награду за их службу и поручала себя их молитвам. Чрез несколько дней, по окончании своих молитв на святых местах Аполлинария, посетив Иордан, сказала оставшимся с нею:

– Братия мои, я хочу освободить и вас, но сначала отправимся в Александрию и поклонимся святому Мине.

Они же сказали:

– Пусть будет так, как ты, госпожа, повелеваешь!

Когда они приближались к Александрии, о ее прибытий узнал проконсул и послал почетных людей, встретить ее и приветствовать ее, как дочь царскую. Она же, не желая приготовленных ей почестей, ночью вошла в город и, сама, явившись в дом проконсула, приветствовала его и его супругу. Проконсул же с супругой упали ей в ноги, говоря:

– Зачем ты так поступила, госпожа? мы послали приветствовать тебя, а ты, наша госпожа, пришла к нам сама с поклоном.

Блаженная Аполлинария сказала им:

– Хотите ли вы сделать мне приятное?

Они же отвечали:

– Конечно, госпожа! Тогда святая сказала им:

– Отпустите же меня немедленно, не докучайте мне почестями, ибо я хочу идти и помолиться святому мученику Мине.

И они, почтив ее драгоценными дарами, отпустили. Блаженная же раздала те дары нищим. После того она в течение нескольких дней оставалась в Александрии, обходя церкви и монастыри. При этом она нашла в том доме, где имела пребывание, одну старицу, которой Аполлинария подала щедрую милостыню и упросила тайно купить ей мантию, параманде, клобук и кожаный пояс, и все мужские одежды иноческого чина. Старица же, согласившись, купила все это и, принеся к блаженной, сказала:

– Да поможет тебе Бог мать моя!

Получив монашеские одежды, Аполлинария сокрыла их у себя, чтобы про то не узнали ее спутники. Потом она отпустила оставшихся при ней рабов и рабынь, кроме двоих – одного старого раба и другого евнуха, и, севши, на корабль, отплыла в Лимне. Оттуда наняла она четырех животных и отправилась к гробу святого мученика Мины. Поклонившись мощам святого и совершив свои молитвы, Аполлинария в закрытой колеснице поехала в скит поклониться жившим там святым отцам. Был вечер, когда она отправилась в путь, и она велела евнуху находиться позади колесницы, а раб находившийся впереди, правил животными. Блаженная, же сидя в закрытой колеснице и, имея с собою иноческие одежды, совершала тайную молитву, испрашивая у Господа помощи в предпринятом ею деле. Наступила темнота и приближалась полночь; приблизилась и колесница к одному болоту, находившемуся при источнике, который после стал называться источником Аполлинарии. Откинув покрывало колесницы, блаженная Аполлинария увидала, что оба ее служителя, евнух и возница, задремали. Тогда она сняла с себя мирские одежды и облеклась в иноческое мужское одеяние, обращаясь при сем к Богу с такими словами:

– Ты, Господи, дал мне начаток сего образа, сподоби же меня до конца понести его, по Твоей Святой воли!

Потом осенив себя крестным знамением она тихо сошла с колесницы, между тем как слуги ее спали, и, войдя в болото, скрывалась здесь до тех пор пока колесница не уехала дальше. Святая поселилась в той пустыне при болоте и жила одна пред лицом Единого Бога, Которого она возлюбила. Бог же, видя ее сердечное к Нему влечение, покрывал ее Своею десницею, помогая ей в борьбе с невидимыми врагами, и подавая ей телесное пропитание в виде плодов с финикового дерева.

Когда же колесница, с коей тайно сошла святая, двинулась дальше, слуги, евнух и старец проснулись при свете наступавшего дня, заметив, что колесница пуста, очень испугались; они видели только одежды своей госпожи, а ее самой не находили. Они удивлялись, не зная, когда сошла она, куда отправилась и с какою целью, сняв притом с себя все одежды. Долго они искали ее, звали ее громким голосом но, не найдя, решили возвратиться назад, не зная, что другое им сделать. Итак, вернувшись в Александрию, они объявили обо всем проконсулу Александрийскому, а тот, чрезвычайно удивленный сделанным ему донесением тотчас обо всем с подробностями написал анфипату Анфемию, отцу Аполлинарии и отослал ему с евнухом и старцем оставшиеся в колеснице ее одежды. Анфемий, почитав письмо проконсула, вместе с супругою своею, матерью Аполлинарии, долго и неутешно рыдали вместе, рассматривая одежды любимой своей дочери, а с ними плакали и все вельможи. Потом Анфемий молитвенно воскликнул:

– Боже! Ты избрал ее, Ты и утверди ее в страхе Твоем!

Когда вслед за этим все снова зарыдали, то некоторые из вельмож стали утешать царя такими словами:

– Вот истинная дочь добродетельного отца, вот истинная отрасль благочестивого царя! В этом государь, получила свидетельство пред всеми твоя добродетель, за которую Бог благословил тебя такою дочерью!

Говоря это и многое другое, они несколько успокаивали горькую скорбь царя. И все молились Богу за Аполлинарию, чтобы Он укрепил ее в таком житии, ибо поняли, что она ушла на трудное пустынническое житие, как это и случилось на самом деле.

Святая же дева несколько лет прожила на том месте, где она сошла с колесницы, пребывая в пустыне около болота, из которого поднимались целые облака язвительных комаров. Там вела она борьбу с дьяволом и с телом своим, которое было прежде нежно; как тело девицы, выросшей в царской роскоши, а потом стало похожим как бы на броню черепахи, ибо она иссушала его трудами, постом и бдением и отдавала на съедение комарам, а кроме того, ее опалял и зной солнца. Когда же Господь восхотел, чтобы она нашла себе приют среди святых отцов пустынников, и чтобы о ней увидали люди, для своей пользы, то вывел ее из того болота. Ей явился во сне ангел и повелел идти в скит и именоваться Дорофеем. И она вышла из своего местопребывания, имея такую наружность, что никто не мог бы сказать, наверное, мужчина ли пред ним или женщина. Когда она однажды рано утром шла по пустыне, ее встретил святой пустынник Макарий и сказал ей:

– Благослови, отче!

Она же испрашивала у него благословения, и потом, благословив друг друга, они пошли вместе к скиту. На вопрос святой:

– Кто ты, отче?

Он отвечал:

– Я – Макарий.

Тогда она сказала ему:

– Будь добр отче, позволь мне остаться с братией твоею!

Старец приведя ее в скит отвел ей келью, не зная о том, что она женщина, и считая ее скопцом. Бог не открыл ему этой тайны, для того чтобы впоследствии все получили от того большую пользу и для славы Своего святого имени. На вопрос же Макария: как ее зовут? она отвечала:

– Имя мое – Дорофей. Слыша о пребывающих здесь святых отцах, я пришел сюда пожить с ними, если только окажусь этого достойным.

Старец спросил ее тогда:

– Что ты можешь делать, брат?

И Дорофей отвечал, что он согласен делать то, что ему будет повелено. Тогда старец указал ей делать цыновки из тростника. И святая дева стала жить, как муж, в особой кельи, посреди мужей, как живут пустынные отцы: Бог не давал никому проникнуть в тайну ее. Дни и ночи проводила она, в непрестанной молитве и занятии рукодельем. С течением времени она стала выделяться среди отцов строгостью своей жизни; сверх того, ей дана была от Бога благодать исцеления недугов и имя Дорофея было у всех на устах, ибо все любили сего мнимого Дорофея и почитали его великим отцом.

Прошло довольно времени, и злой дух которым была одержима младшая дочь царя Анфемия, сестра Аполлинарии, стал сильнее мучить ее и кричал:

– Если вы не отведете меня в пустыню, то я не оставлю ее.

К этой хитрости дьявол прибег, для того, чтобы обнаружилось, что Аполлинария живет среди мужчин и чтобы изгнать ее из скита. А так, как Бог не допускал дьяволу говорить что-нибудь об Аполлинарии, то он мучил ее сестру, чтобы ее отправили в пустыню. Вельможи советовали царю послать ее к святым отцам в скит, чтобы те помолились о ней. Царь так и сделал, послав к пустынным отцам свою бесноватую с множеством слуг.

Когда все прибыли в скит, навстречу им вышел святой Макарий и спросил их:

– Зачем, чада, вы пришли сюда?

Они же сказали:

– Благочестивый государь наш Анфемий прислал свою дочь, чтобы вы, помолившись Богу, исцелили ее от болезни.

Старец, приняв ее из рук царского сановника, отвел ее к авве Дорофею, или иначе к Аполлинарии, и сказал:

– Вот это царская дочь, которая нуждается в молитвах здесь живущих отцов и в твоей молитве. Помолись о ней и исцели ее, так как тебе от Господа дарована сия способность исцеления.

Аполлинария же, услышав это, стала плакать и говорила:

– Кто такое я, грешный, что вы приписываете мне власть изгонять бесов?

И, склонившись на колена, умоляла старца такими словами:

– Оставь меня, отец плакать о многочисленных грехах моих; я немощен, и не в силах сделать что-либо в таком деле.

Но Макарий сказал ей:

– Разве другие отцы не творят знамений силою Божьей? И тебе также предоставлено это дело.

Тогда Аполлинария сказала:

– Да будет воля Господня!

И, умилосердившись над бесноватой, взяла ее в свою келью. Узнав в ней свою сестру, преподобная со слезами радости обняла ее и сказала:

– Хорошо, что ты пришла сюда, сестра!

Бог же запретил бесу объявлять об Аполлинарии, которая продолжала скрывать свой пол под видом и именем мужчины, и святая боролась с дьяволом молитвою. Однажды, когда дьявол стал особенно сильно мучить девицу, блаженная Аполлинария, воздев руки к Богу, со слезами молилась о сестре своей. Тогда дьявол, не будучи в состоянии противиться силе молитвы, громко закричал:

– Беда мне! меня гонят отсюда, и я удаляюсь!

И, повергши девицу на землю, вышел из нее. Святая же Аполлинария, взявши с собою выздоровевшую сестру свою, привела ее в церковь, и, припадав к ногам святых отцов, говорила:

– Простите мне, грешному! Я много грешу, живя посреди вас.

Они же, призвав посланных от царя, отдали им исцеленную царскую дочь и отпустили ее с молитвами и благословением к царю. Родители весьма обрадовались, когда увидели свою дочь здоровою, и все вельможи обрадовались счастью царя своего и прославляли Бога за столь великую его милость, ибо видели, что девица стала здорова, прекрасна лицом и тиха. Святая же Аполлинария еще более смиряла себя среди отцов, принимая на себя все новые и новые подвиги.

Потом дьявол снова прибег к хитрости, чтобы огорчить царя и обесчестить его дом, а также обесславить и причинить зло мнимому Дорофею. Он снова вошел в царскую дочь, но не мучил ее как прежде, а дал ей вид зачавшей женщины. Увидев ее в таком положении, родители ее чрезвычайно смутились и стали допрашивать ее, с кем она согрешила, Девица же, будучи чиста телом и душою, отвечала, что она сама не знает, как это с нею случилось. Когда родители побоями стали принуждать ее к тому, чтобы она сказала, с кем пала, дьявол сказал ее устами:

– Тот черноризец в кельи, у которого я жила в скиту, виновен в моем падении.

Царь пришел в сильное раздражение и повелел разрушить тот скит. Царские воеводы пришли с воинами в скит и с гневом требовали выдать им черноризца, оскорбившего так жестоко царскую дочь, а в случае противления угрожали истребить всех скитников. Услышав это, все отцы пришли в чрезвычайное смятение, но блаженный Дорофей, выйдя к слугам царским, сказал:

– Я тот, кого вы ищете; возьмите меня одного, как виновного, а прочих отцов как невинных оставьте в покое.

Отцы, услышав это, огорчились и говорили Дорофею: «и мы пойдем с тобою!» – потому что они не считали его виновным том грехе! Но блаженный Дорофей говорил им:

– Господа мои! вы только молитесь обо мне, я же надеюсь на Бога и на ваши молитвы, и думаю, что скоро благополучно вернусь к вам.

Тогда они повели его всем собором в церковь и, сотворив о нем молитву и поручив его Богу, отдали его посланным от Анфемия; авва Макарий и другие отцы были однако же уверены в том, что Дорофей ни в чем неповинен. Когда Дорофея привели к Анфемию, он упал к его ногам и сказал:

– Умоляю тебя, благочестивый государь, терпеливо и в молчании выслушать то, что я скажу о твоей дочери; но я скажу вам все только наедине. Девица же чиста и не потерпела никакого насилия.

Когда же святая вознамерилась уйти в свое местопребывание, родители стали молить ее о том, чтобы она осталась у них. Но они не могли упросить ее, а притом и не хотели нарушить царское свое слово, данное ей, что отпустят ее на место ее жительства, ранее открытия тайны ее. Итак, они, против собственного желания, отпускали свою любимую дочь, плача и рыдая, но в то же время радуясь в душе такой добродетельной дочери, которая предала себя на служение Богу. Блаженная же Аполлинария просила своих родителей молиться о ней, и они сказали ей:

– Бог, Которому ты уневестила себя, да довершит тебя в страхе и любви к Нему и да покроет тебя Своего милостью; а ты, возлюбленная дочерь, поминай нас в своих святых молитвах.

Ей хотели дать много золота, чтобы она отнесла его в скит на нужды святых отцов, но она не захотела взять его.

– Отцы мои, – говорила она, – не имеют нужды в богатствах сего мира; мы заботимся только о том, чтобы не лишиться благ небесных.

Итак, сотворив молитву и долго проплакав, обнимая и лобзая свою любимую дочь, царь и царица отпустили ее на место ее жительства. Блаженная же радовалась и веселилась о Господе.

Когда же она пришла в скит, отцы и братия возрадовались тому, что брат их Дорофей, вернулся к ним невредим и здрав, и устроили в тот день празднество, в благодарение Господу. Никто так и не узнал, что приключилось с нею у царя, а равно осталось в безвестности и то, что Дорофей женщина. И жила святая Аполлинария, этот мнимый Дорофей, среди братии, как и прежде, пребывая в своей кельи. Чрез некоторое время, провидя свое отшествие к Богу, она сказала авве Макарию:

– Сделай мне милость, отче: когда мне наступит время отойти в иную жизнь, то пусть братия не омывают и не опрастывают моего тела.

Старец, же сказал:

– Как же это возможно?

Когда она преставилась к Господу (около 470 года), братии пришли омыть ее и, увидев, что пред ними женщина, громогласно восклицали:

– Слава Тебе, Христе Боже, имеющий много сокровенных святых у Себя!

Святой же Макарий удивлялся тому, что ему не была открыта эта тайна. Но в сонном видении он увидел одного человека, который говорил ему:

– Не скорби о том, что от тебя была сокрыта эта тайна и тебе подобает быть увенчанным со святыми отцами, жившими в древние времена.

Явившийся сказал при сем о происхождении и жизни блаженной Аполлинарии и назвал ее имя. Воспрянув от сна, старец созвал братию и рассказал им о том, что видел и все дивились и славили Бога, дивного во святых Своих. Украсив тело святой, братия с почетом погребли его на восточной стороне храма, в гробнице святого Макария. От святых мощей сих совершались многие исцеления, по благодати Господа нашего Иисуса Христа, Ему же слава во веки. Аминь.

 

Тропарь преподобной Апполинарии

Глас 8

В тебе, мати, известно спасеся еже по образу: приимши бо крест, последовала еси Христу, и деющи учила еси презирати убо плоть, преходит бо, прилежати же о души, вещи безсмертней. Темже и со ангелы срадуется, преподобная Апполинария, дух твой.



Кондак преподобной Апполинарии

Глас 2

За любовь Господню преподобная, покоя желание возненавидела еси, пощением дух твой просветивши: крепко бо звери победила еси. Но молитвами твоими пртивных шатание разори.





 

 

Проповедь Антония, митрополита Сурожского

После Рождества


Воображением мы сейчас представляем себя две тысячи лет назад, и какое дивное чувство должно наполнять нас: уже неделя, что мир стал иным! Мир, который тысячелетиями был как потерянная овца, стал теперь как овца обретенная, поднятая на плечи Сыном Божиим, ставшим Сыном Человеческим. Непроходимая бездна, которую грех разверз между Богом и человеком, теперь, хотя бы зачаточно, преодолена: Бог вошел в историю. Сам Бог стал Человеком, Бог облекся в плоть, и все видимое, то, что по нашей слепоте представляется нам мертвой, инертной материей, может узнать себя прославленным в Его собственном теле. Случилось нечто небывалое, и мир уже не тот, что прежде.

Но в Воплощении есть и другая сторона. Бог стал Человеком, и Бог во Христе говорил слова решающей правды, такой правды, которая, как дрожжи, брошенные в тесто, постепенно изменили мир. Бог открыл нам величие человека. Христос, вочеловечившись, был доказательством, остается и навсегда останется доказательством, что человек так велик, так глубок, так таинственно глубок, что он может не только вместить в себя Божественное присутствие, как храм, но может соединиться с Богом, стать причастником Божественной природы, как говорит Апостол Петр в своем послании.

И человек настолько велик, что как бы далеко мы ни отпали от нашего призвания, как бы недостойны его мы ни были, Бог «никогда» не установит с нами таких отношений, которые были бы меньше, чем Его отцовство и наше родство с Ним как сыновей и дочерей Всевышнего. Блудный сын просил отца, чтобы тот принял его в наемники, поскольку он недостоин называться сыном; но отец не пошел на это. Когда сын начал свою исповедь, отец остановил его прежде, чем он мог «произнести» эти слова, потому что Бог не соглашается на наше унижение; мы не рабы и не наемники. Не сказал ли Христос Своим ученикам: Я больше не называю вас слугами, потому что слуга не знает воли господина, Я же сказал вам все.

И еще: во Христе нам открыто и Им провозглашено, что каждый отдельный человек есть предельная, высшая ценность, что Он живет и умирает за каждого из нас, что важны не коллективы, а каждый из нас. Каждый из нас, говорится в Книге Откровения, имеет у Бога имя, и это имя будет открыто нам в конце времен, но его никто не знает, кроме Бога и получающего его, потому что имя это – наше отношение с Богом, единственное и неповторимое; «каждый» из нас для Него единственный. Какое диво! Древний мир знал народы и расы, он знал рабов и господ, он знал категории людей, так же как и современный мир, который постепенно не только обмирщается, но возвращается в язычество, различает людей по категориям, типам и группам; один только Бог знает живые личности, мужчин и женщин.

Христос также принес, или, скорее, провозгласил новую справедливость, новую правду: не распределяющую или карающую справедливость закона, но правду иного рода. Когда Христос говорит нам: Пусть правда ваша будет больше правды книжников и фарисеев, – Он говорит о том, как Бог относится к каждому из нас. Он принимает каждого из нас, какие мы есть: Он принимает доброго и злого. Он радуется доброму и умирает из-за злого и ради его спасения.

И Бог призывает нас помнить это, и призывает нас такими быть не только в нашей христианской среде, но и среди всего окружающего мира: относиться к каждому человеку с «такой» справедливостью, не судящей и осуждающей, а видящей в «каждом» человеке всю красоту, которой Бог наделил его и которую мы называем образом Божиим в человеке, преклоняться перед этой красотой, помогать этой красоте воссиять во всей ее славе, рассеивая все злое и темное и, признавая ее в каждом, дать путь этой красоте стать реальностью и победить, восторжествовать.

Он открыл нам также такую любовь, какой прежний мир не знал, а современный мир, так же как и древний мир, так боится: любовь, которая согласна быть уязвимой, беспомощной, изливающейся, истощающей себя, щедрой, жертвенной; любовь, которая дает без меры; любовь, которая дает не только то, что имеет, но самое себя. Вот что Евангелие, вот что Воплощение принесли в мир, и это в мире пребывает. Христос сказал, что свет во тьме светит, и тьма не может объять его, но не может и погасить. И свет этот светит и будет светить, но победит он только, если мы станем его провозвестниками и делателями заповедей о правде и о любви, если «мы» примем Божие видение о мире и принесем его всему миру – нашу веру, то есть нашу уверенность и надежду, единственную силу, которая может помочь другим начать жить по-новому. Но для того, чтобы начать жить заново, они должны увидеть новизну в нас. Мир зачаточно стал новым через соединение Бога с человеком, когда Слово стало плотью; «мы» теперь должны стать откровением этой новизны, славой и сиянием Божиими во тьме или сумерках этого мира.

Да даст нам Господь смелость и любовь, великодушие быть Его провозвестниками и свидетелями, и да будет благословение Господне на вас. Того благодатию и человеколюбием, всегда, ныне и присно и во веки веков! Аминь.

 

 

 

 

 

Проповедь протоиерея Виктора Гурьева

Не должно на исповеди скрывать грехов


Некоторые из христиан скрывают на исповеди свои грехи. Одни скрывают их из-за ложного стыда, другие из-за ложного страха, третьи по неверию, четвертые по невежеству и т.д. Хорошо ли так делают эти люди? Нет, братие, знайте, что очень худо: ибо они, скрывая свои грехи, лгут перед Самим Господом, грехи свои после исповеди удваивают и радость творят дьяволу. Рассмотрим все в подробности. Кто принимает исповедь нашу: священник ли исповедующий или Господь? Конечно, Господь, как об этом в церковном поучении от духовника и говорится: "се, чадо, Христос невидимо стоит, приемля исповедание ваше". Значит, подлинно лгут пред Господом скрывающие на исповеди свои грехи. И грехи свои удваивают скрывающие их на исповеди. "Аще ли что скрыете от мене, говорит духовник к кающимся, сугуб грех имате". И скрывающие на исповеди свои грехи творят, наконец, радость и дьяволу. В поучении церковном пред крещением Господним сказано: "не таим, братие, согрешении наших, но исповедавшеся (пред) духовным отцом, покаемся о них чистым исповеданием. Аше бо утаим зде, то радость творим большую неприязни, т.е. дьяволу".

Итак, братие, во всех отношениях худо поступают скрывающие свои грехи на исповеди. Как видели, они лгут и пред Господом, и удваивают свои грехи, и, наконец, радость творят дьяволу.

Ввиду этого, потщимся, братие, на будущее время открывать на исповеди свои грехи без всякой утайки, как сами сознаем их в своей совести, поставляя себя, при исповеди, пред всевидящим оком Божиим., Будем раскрывать свои греховные немощи и тяжкие недуги пред духовным отцом, как пред Господом Богом, Который в последний день будет судить живых и мертвых, и всем воздаст по делам " (Евсев. ч. 2, стр. 469).

Иные по неверию, другие по маловерно, третьи из-за ложного страха, четвертые из-за ложного стыда скрывают на исповеди свои грехи и думают, что это ничего. Но это вовсе не ничего. Господь прощает только тех, которые приступают к исповеди с сокрушением сердца и исповедуются во всех грехах без исключения; а тех, которые скрывают их, осуждает, как и говорит священник пред исповедью кающемуся: "аще ли что скрывши от мене, сугуб грех имаши". Поэтому, братие, будьте откровенны на исповеди и ничего не скрывайте. И тогда только Господь простит вас.

Слово церковное "перед Крещением Господним" по этому делу учит так: имея милостивого Владыку, не будем ленивы повседневно молиться Ему о прощении всех грехов наших, которые мы соделали или в пьянстве, или во лжи, или в лакомствах и хищениях. Обо всем том придется отвечать всем нам – и рабу, и свободному, и богатому, и убогому на Страшном Суде Христовом, где нет лицеприятия. Никто из нас там друг другу не поможет: ни отец сыну, ни мать дочери, ни брат брату, ни раб господину; но каждого из нас собственные его дела или оправдают, или осудят. Поэтому, братие, не будем утаивать на исповеди грехов наших, но, открывая их пред отцом духовным, покаемся в них чистым сердцем. Ибо, если иначе, когда утаим их здесь, то доставим радость врагу нашему дьяволу. А если исповедуемся в них искренно, то плачь нанесем врагу, а Богу доставим радость. Ведь Сам Господь сказал, что радость на небесах бывает более об одном грешнике кающемся, нежели о девяносто девяти праведниках, которые не имеют нужды в покаянии. А мы вот, братие, и однажды не хотим в грехе покаяться, и до смерти в нем живем, прилагая к нему и другие грехи. Опомнимся же и от грехов чрез покаяние очистимся и к Богу возопием: Владыко, согрешили мы на небо и пред Тобою и недостойны называться сынами Твоими! Сотвори нас, как единого от наемников Твоих и прости нам согрешения наши!

Так учит нас слово церковное и учит, как видите, быть откровенными на исповеди и не скрывать на оной наших грехов. Да, так конечно и должно быть непременно. Как скрывать грехи, когда Господь ведает даже и сущая во тьме (Дан. 2:22); как скрывать, когда очи Господни на всяком месте смотряют злые же и благия (Притч. 15:3)? Как скрывать, когда очи Его назирают всю землю (2Пар. 16:9). И Он всеведущ? Нет, братие, от Бога не уйдешь и ничего не скроешь. Вся нага и объявлена пред очима Его, говорит Апостол (Евр. 4:13). Не будем же лжецами пред Ним, а пойдем к Нему как дети, ищущие у Него, как у отца, прощения с полною откровенностью, с полным сознанием своей греховности, сокрушением сердца и смирением. И тогда Он примет покаяние наше. Сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс. 50:19). Печаль бо яже по Бозе, покаяние нераскаянно (т.е. неизменное) во спасение соделовает (2Кор. 7:10). Аминь.

 

 

 

Притча дня

 

 

 

 

 

 

РЕЦЕПТ ЕРЕСИ

Взять (желательно, золотое) блюдо гордыни.
Положить на него (для убедительности) Истину.
Разбавить ее (по вкусу) ядом.
Подсластить (не скупясь) лестью.
Украсить мудрыми (на несведущий слух) словами.
И подавать всем,
Кто привык есть без разбора!

монах Варнава (Санин)



 

 

 

Цитата дня

О милостыне. – Надо размыслить так: «Если бы на месте нищего был Сам Христос, то что я дал бы ему? Безусловно, самое лучшее». Так человек понимает, какова настоящая любовь.

(старец Паисий Святогорец)




Дай, Господи, терпение

«Господь да управит сердца ваши в любовь Божию и в терпение Христово»
(2 Феc. 3, 5)


Мы все, конечно, готовы обратиться к Господу с такою молитвою, потому что все нуждаемся в терпении. В Иисусе Христе терпение, как и все прочие Его свойства, достигло совершенства. «...Пришел к своим, и свои Его не приняли» (Ин.1:11). Спаситель никогда не терял терпения, никогда не переставал любить, благословлять, благотворить всем и каждому, всегда был готов излить дары Своей любви, хотя знал и видел, что люди, в жестокосердии своем, отвергали и не принимали их.

Он открывал Свои объятия, простирал руки Свои к народу, и этот же народ пригвоздил их ко Кресту! Но, пригвожденные ко Кресту, святые руки несли искупление и жизнь. Как часто сами ученики не понимали Господа, как часто они огорчали Его своим неверием, своим малодушием, своими колебаниями; однако Он никогда не раздражался – не умолкало его учение, не ослабевала любовь к ним.

Сколько терпения нужно было, чтобы быть ежедневно в этой страждущей, несчастной, часто неистовой толпе, которая не давала Ему покоя, требуя от Него исцеления и помощи. Однако Он с постоянной кротостью отдавался этой толпе, истощая все Свои силы в служении падшему и страждущему человечеству.

Когда же Он очутился лицом к лицу со Своими врагами, что за чудный пример смирения видим мы в Нем! С тех пор, как существует мир, никогда ни в ком не проявлялось такого смирения! На жестокие речи, на угрозы, на грубые обвинения Он отвечал любовью, молитвою за Своих убийц. В ответ на злобу человеческую Он отдавал Свою жизнь.

Нас изумляет такое поразительное терпение и постоянство Спасителя в Его тяжелом труде на земле, так часто казавшемся неблагодарным, непроизводительным. Он Сам почти не видел благотворного действия Своего учения; в этой толпе, следовавшей за Ним, не много было уверовавших. Спаситель был Сеятелем: жатва была впереди!

Итак, во всех обстоятельствах Своей земной жизни Господь подавал нам пример божественного терпения. Будем же молиться: «Господь да управит сердца наши в любовь Божию и в терпение Христово!» Научимся терпеливо сносить неудачу в труде, не унывая; выжидать время благоприятное для действия, опасаясь поспешностью принести вред вместо пользы и помня, что незрелый плод, преждевременно сорванный, не имеет надлежащей силы и вкуса.



 

 

18 января. Преподобная Аполлинария.


 

 

Православие, инославие и атеизм

 

 

 

Это интересно
+4
 

Душа группы и ее опора 17.01.2014
Пожаловаться Просмотров: 4232  
←  Предыдущая тема Все темы Следующая тема →


Комментарии 5

Для того чтобы писать комментарии, необходимо
alex-babets***@m*****.ru Душой болеет за Русь 17.01.2014

Innocent

Душа группы и ее опора 17.01.2014

Innocent

Душа группы и ее опора 17.01.2014

очень интересно!!

Innocent