Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay

Буддизм сегодня

  Все выпуски  

Ум у корней запутанности


 Буддизм сегодня

 Новости буддизма в современной России и в мире от 2010-05-21

 


АНОНС

22-23 мая — празднование Дня рождения Будды Шакьямуни в Киевском Буддийском центре школы Карма Кагью.

В программе:
— День открытых дверей
— Премьера документального фильма "Путешествие, наполненное глубоким смыслом"

Подробности


 

Ум у корней запутанности

Шамар Ринпоче

Кто сотворил мир? Откуда возникла жизнь? Какова причина страданий, как мы можем её преодолеть и быть счастливыми? Умные люди, в отличие от тех, кто не прочь оставаться в неведении, задавались подобными вопросами с незапамятных времён. 2500 лет назад Будда Шакьямуни показал истинную природу вещей. Великие мыслители в истории обретали некоторую степень понимания природы реальности, которую в совершенстве изложил Будда. В этой статье мы рассмотрим эти различные школы мысли.

Небуддийское мышление

Нетеистический подход

В древней Индии существовало триста шестьдесят различных небуддийских философских подходов к происхождению мира. Школа мысли под названием Самкхья утверждала, что мир является частью бытия создателя. С их точки зрения, мир является творением Принципа, который являет собой равновесие счастья, страдания и нейтральности и которому свойственны пять характеристик. Он — постоянный, уникальный, не является неодушевлённой материей, невидимый и обладает беспрепятственной способностью производить проекции самого себя. Этот принцип является источником мира, а сам мир является поведением или функционированием Принципа. Таким образом, мир является частью Принципа и не чем-то внешним по отношению к нему. Следовательно, школа Самкхья — это пример такого типа философии, который полагает, что мир, скорее, является частью своего создателя, а не чем-то отличным от него.

Так сказать, на принимающем конце находится «я» или сущность, которая воспринимает мир и отличается от Принципа. Есть только одно «я» для всех живых существ. «Я» подобно двустороннему зеркалу. Одна сторона обращена наружу, и на неё приходится отражение форм, излучаемых Принципом. «Я» отвлекается на эти формы, принимает их за реальные и оказывается под их влиянием, в результате впадая в заблуждение. Излучения, посылаемые Принципом, запутывают «я», и эта запутанность приводит к страданиям. Таким образом, этот Принцип вовсе не отличается сочувствием; более того, Принцип — наносит вред нашему «я».

Поэтому последователю Самкхья рекомендуется направить внимание внутрь и не отвлекаться на проявления обманчивого Принципа. От этого зависит неуспех уловок Принципа. Таким образом, главной практикой этой школы является медитация: она очень напоминает буддийскую медитацию успокоения и даёт похожие результаты. Когда ум перестаёт отвлекаться на внешний мир, он становится мирным и устойчивым. Это счастливое состояние описывается как результат «замешательства» Принципа. Тогда не только успокаивается ум адепта, но и Принцип склоняется к тому, чтобы «впитать обратно» мир, который он спроецировал, а «я» освобождается от обмана.

Как и метод медитации, так и образ жизни Самкхья направлен на то, чтобы уменьшить и в конечном счёте устранить влияние Принципа. Подчинение влиянию Принципа выражается в продолжении привязанности к жизни, и поэтому основное внимание уделяется непривязанности как средству освобождения. Последователь Самкхья должен довольствоваться минимальным количеством еды и питья, не особенно обращая внимания на их качество, носить на себе мало одежд или не носить их вовсе (их называют «неодетыми») и не иметь постоянного жилища.

В философии Самкхья есть много слабых мест — хотя бы тот факт, что её нужно принимать исключительно на основе слепой веры. Многие вопросы остаются без ответа: Откуда возникает данный Принцип? Почему есть только одно «я» или сущность для всех живых существ? И если это так, то почему, когда освобождается один индивидуум, не освобождается одновременно всё «я», то есть все живые существа? И так далее. Но, несмотря на все эти контраргументы, философию Самкхья можно считать лучшим из небуддийских взглядов, существовавших во время Будды Шакьямуни. Почему? Потому что она признаёт, что нет освобождения, пока «я» находится во власти отвлечений, а средство устранения отвлечений — это медитировать, чтобы уменьшилась вовлечённость ума во внешний мир. Самкхья имела больше понимания об уме, чем другие философские школы Индии того времени.

Теистические верования

Другой тип философии — это теистическая вера в то, что мир был сотворён богом. Многие индийские верования того времени подпадали под эту категорию. Давайте рассмотрим подробнее взгляды и практики поклонников Ишвары, и это послужит для нас общей моделью.

Считается, что Ишвара обладает восемью характеристиками: он — 1) единственный, 2) постоянный, 3) подвижный, 4) божественный, 5) достойный почитания, 6) чистый, 7) творец и 8) свободный и независимый. Обладание этими восемью характеристиками определяет его как высшее существо. В отличие от системы Самкхья, создаваемый им мир не является частью его существа или его функционирования — его творение является и остаётся отличным от него самого, хотя он имеет на него влияние. Он имеет власть посылать на небеса или в рай тех, кто ему угождает и выполняет его волю, и посылать в ад тех, кто его не слушается и навлекает на себя его немилость. Главные практики ишваритов состоят из огненных жертвоприношений и прочих подношений с целью умилостивления своего бога. Они также медитируют на воображаемую форму Ишвары и выполняют различные йогические практики.

Как и в случае взглядов Самкхья, ишваритские взгляды нужно принимать на слепую веру, и вследствие этого многие вопросы остаются без ответов. Трагический изъян подобной философии заключается в том, что она не объясняет, откуда произошёл сам творец. Можно также возразить по поводу предполагаемых характеристик творца: считается, что он постоянный и одновременно — подвижный. Но это две взаимоисключающие характеристики, поскольку движение подразумевает изменение. К тому же, его чистота определяется как «квинтэссенция любящей доброты и сочувствия»; но поскольку он волен посылать существ, которые ему не нравятся, в ад, и он это делает, то это, похоже, не согласуется с одной из его восьми характеристик — свойством чистоты. Это только некоторые из возможных возражений, и такие же сомнения применимы к другим взглядам, в зависимости от их представлений о боге-творце.

И школа Самкхья, и те школы, что верят в бога-творца, не видят, что корнем циклического существования и его горестей является привязанность к идее «Я» или эго. Неверно понимая причину страдания, они неспособны её устранить. Несмотря на то что некоторые их практики — например, медитация спокойствия у Самкхья и мысленные образы традиций, верящих в бога-творца, — похожи на методы, используемые в буддизме, их методы не могут принести успеха, так как ошибочна исходная точка зрения.

Это может случиться и с тантрическим буддистом. Если кто-то занимается практикой с умственными образами, не понимая, что представляемая форма является одновременно пустой в смысле отсутствия у неё какого-либо реального существования, то он совершает ту же ошибку, что и последователь теизма. Фаза построения в тантрической медитации всегда должна быть связана с фазой завершения, то есть мысленные образы всегда должны основываться на понимании пустоты, Совершенства Мудрости. Человек, не усвоивший центральный аспект пустоты и мудитирующий в фазе построения, практикует методы как ишварит. Шантидева в своём труде Бодхичарьяватара говорит, что, если не понимать Мать Праджняпарамиту (пустоту или Совершенство Мудрости), то все тантрические практики будут производить такие же результаты, как теистические взгляды.

Нигилистическая точка зрения

Ещё одна категория взглядов отрицает какую-либо причину мира. Её приверженцы говорят: «Солнце встаёт, реки текут вниз, горох — круглый, колючки — острые, рисунок на оперении павлина — красивый. Это и всё остальное в мире никем не было сделано — это происходит естественно, само собой». Такой подход полностью отрицает понятия причины и следствия и будущие жизни и поэтому — совершенно аморален, поскольку считается, что действия — ни хорошие, ни плохие — не повлекут за собой никаких последствий.

Этот взгляд самый неумный из всех, и его можно опровергнуть попросту на основании работы закона причины и следствия в окружающем нас мире. Если бы такого закона не было, то всё происходило бы совершенно случайно. Можно было бы сеять пшеницу и пожинать ячмень, люди могли бы рождать животных, и так далее. Поскольку очевидно, что это не так, то точку зрения беспричинности, выдвигаемую теми, кто «отбрасывает подальше» все теории, саму без труда можно отбросить.

Итак, все рассмотренные до сих пор взгляды — небуддийские. Ни один из них не даёт своим приверженцам возможности освободиться от страданий циклического существования просто потому, что, несмотря на разнообразие теорий, они остаются в неведении относительно фундаментальной причины страданий.

Буддийское мышление

В отличие от вышеописанных взглядов, различные буддийские школы мысли исходят из того, что неведение и привязанность к эго порождают и увековечивают циклическое существование, и освобождение от этого существования требует искоренения эмоциональных ошибок ума. Среди четырёх основных школ буддийской мысли некоторые считаются высшими. Это обусловлено тем, что хотя все они дают средства для достижения освобождения от циклического существования, не все обладают необходимым арсеналом средств для того, чтобы привести своего последователя к полному состоянию Будды, совершенному во всех отношениях.

Вайбхашика

Давайте начнём рассказ о буддийских школах философии с обзора взгляда Вайбхашики. Эта школа учит, что все грубые формы, с которыми мы имеем дело, реальны лишь в относительном смысле, а их окончательная реальность определяется неделимыми частичками, или атомами (что и означает «неделимый») различных элементов, из которых они состоят: земли, воды, огня, воздуха и пространства. Эти частички существуют, однако не являются продуктом сотворения.

Так же, как окончательной реальностью грубых форм внешнего мира является частица, так и окончательная реальность ума — это «умственный момент», «умственный атом», — неделимый момент сознания. Эти умственные моменты реальны, но длительность ума не реальна. Ум прошлого — исчез, ум будущего ещё не наступил, и можно сказать, что существует только настоящий момент ума. А то, что нам кажется продолжительностью ума, это просто сумма последовательностей умственных моментов. Поэтому феномен ума, как и грубые формы внешнего мира, обладает лишь относительной реальностью, а его окончательная реальность — это неделимая частица.

Все буддийские школы признают, что страдание возникает в результате неправильного понимания взаимосвязи между умом, который знает, и объектом его знания. Запутанный ум тяготеет к идее собственной отдельной сущности, что отделяет его от воспринимаемых объектов, которые он считает реальными. Эта отделённость означает, что если объект оценивается умом как «красивый», то возникает привязанность, а если же он оценивается как «неприятный», то рождается чувство отвращения. Следуя за этими двумя реакциями и склоняясь в направлении объекта или стремясь от него прочь, запутанный ум оказывается поражённым эмоциями. Его действия становятся предметом закона причины и следствия, и результат — страдание.

Все буддийские школы согласны с тем, что это так происходит, но различия кроются в видении точной природы связи между умом и его объектами. Школа Вайбхашика утверждает, что есть непосредственный контакт между органами чувств и их объектами, без какого-либо посредничества между ними. Однако следующая школа, Саутрантика, это опровергает.

Саутрантика

Согласно взгляду Саутрантики, никакой прямой контакт между умом и частицами внешнего мира не возможен в силу радикального отличия между природой того и другого. Ум — ясен как стекло и сознателен. Материальный мир — мёртв, неодушевлён. Ум может знать непосредственно только те явления, что имеют ту же природу, что и он, и поэтому знание внешнего мира должно происходить посредством другого процесса, но не прямой встречи между умом и материей.

Саутрантика постулирует доступный уму образ материального объекта как естественное следствие существования этого объекта. Ум может воспринимать и знать его, потому что он той же природы, что и ум. Сам объект — реален, существует, но — скрыт от ума. И только производимое им ментальное излучение может восприниматься умом. Ум считает этот мыслеобраз реальным, что вызывает вышеописанный процесс, приводящий, как говорилось, к страданию. Заметьте, что это не сами объекты вызывают страдание, но привязанность ума к реальности испускаемых ими мыслеобразов.

Оба эти взгляда — и Вайбхашика, и Саутрантика — могут привести к состоянию Архата. Благодаря подробному анализу представления об уме-теле как о «Я» человек освобождается от привязанности к эго, понимая, что всё, на чём основывается его идея «себя», может быть сведено к не персональным физическим или умственным частицам, ни одна из которых не подтверждает существование «Я», которое мы так любим. Это постижение отсутствия эго позволяет отделаться от эмоциональных заблуждений и достичь состояния Архата.

Саутрантика прибавляет к этому аналитическому процессу своё понимание того, что тело, к которому мы так привязаны, даже не является реальным телом, состоящим из частиц, но лишь мыслеобразом — что даёт ещё меньше оснований считать его реальным и определять как «Я». Обе школы практикуют медитацию для успокоения и стабилизации ума и затем осуществляют своё аналитическое исследование на основе этой стабильности.

Поскольку эти две школы придерживаются мнения об окончательной реальности частиц, составляющих ум и материю (при этом контакт между ними — прямой или опосредованный, в зависимости от позиции каждой школы), то им приходится также утверждать, что после того, как все существа станут просветлёнными, всё так же будет существовать безжизненный внешний мир. Согласно поучениям о Совершенстве Мудрости, именно этот их взгляд не позволяет достигнуть полного состояния Будды, поскольку производит тонкую завесу, закрывающую всеведение. Как бы то ни было, когда последователь взгляда Вайбхашики или Саутрантики достигает состояния Архата, его ум больше не замутнён эмоциональными заблуждениями, и он может тогда погрузиться в глубочайшее созерцание, в результате которого осознает свою ошибку и поправит своё видение, чтобы устранить последние завесы, скрывающие полное Просветление.

Можно спросить, а почему же Будда учил взглядам, которых придерживаются эти две школы, если на самом деле никаких реальных частиц не существует, ни материальных, ни ментальных, из которых состояли бы факторы материального и ментального мира? Причина этого в том, что такое поучение необходимо для категории людей, которые пока не готовы принять нереальность мира снаружи. Теория частиц, хоть и не приводит к полному Просветлению, способна, тем не менее, освободить последователя от эмоциональных заблуждений и привести его к состоянию Архата. К этому времени его понимание настолько расширится, что он сможет принять истину относительно объектов внешнего мира и постепенно двигаться к совершенному состоянию Будды.

Взгляды Махаяны

Тех, кто способен непосредственно нацелиться на полное Просветление, Будда учил полной истине об уме и материальном мире. Он объяснял, что неосознавание умом своей истинной природы даёт рождение различным мирам и населяющим их существам. Из-за этого неведения ум воспринимает мир снаружи как отдельный от себя, в то время как на самом деле мир является собственной проекцией ума. Таким образом, он не существует как часть бытия своего создателя, не является внешним по отношению к своему создателю и не являет собой сочетание этих двух возможностей. Также нельзя сказать, что он — совершенно без причины.

Если бы он был частью бытия своего создателя, то он бы уже существовал и не было бы необходимости вызывать его существование во второй раз. Если бы он был внешним по отношению к своему создателю, то он тоже должен был бы уже существовать, для того чтобы определить его как внешний по отношению к существовавшему ранее создателю. Как может быть объект, если сначала нет «Я»? А утверждать, что мир произошёл благодаря сочетанию обоих этих факторов, — значит совершать обе вышеупомянутые ошибки. Что же касается беспричинности, то мы уже выяснили, что этим предположением можно сразу пренебречь, поскольку очевидно, что определённые действия родителей вызывают рождение ребёнка, пшеница растёт из семени — своей причины, и так далее.

Итак, чем же является мир? Будда учил, что он состоит из взаимозависимых отношений. Одно основано на другом, а это — ещё на чём-то. Ни о чём нельзя сказать, что это существует на самом деле, поскольку тогда это должно быть самодостаточным и независимым явлением. Поэтому нет смысла искать причину мира — ведь у него нет собственного, самостоятельного существования. Например, дом: нет дома, который существовал бы независимо от стен, потолка, пола и т. д. И они тоже не существуют независимо от своих составных частей. Ни одна, даже мельчайшая частица не существует независимо от своих различных частей, и это касается как материального, так и ментального атома. Нет тела, существующего независимо от своих частей, нет ума, существующего независимо от своих ментальных моментов. В относительном смысле дом, стена, атом, ум — всё имеет одинаковую реальность, но в конечном счёте, при детальном рассмотрении обнаруживается, что ничто из этого не является независимым от своих частей; таким образом, всё это является пустым в смысле отсутствия у него какой-либо собственной истинной реальности.

Таким образом, мы можем говорить о двух видах реальности: об относительной истине (это — то, что кажется имеющим место) и абсолютной истине (это — то, что есть на самом деле). Эти две истины, или две реальности, это не одно и то же, иначе видение одной автоматически вызывало бы и видение другой. Но это не так, поскольку мы можем оставаться в неведении относительно абсолютной реальности, даже осознавая относительную реальность объекта. Две истины не могут быть также совершенно разными и независимыми друг от друга, поскольку их невозможно друг от друга отделить — ведь абсолютная реальность объекта является истинной природой его относительной реальности. Нельзя также говорить, что относительная реальность является ложной, поскольку её проявление — вполне подлинное, такое же как отражение в зеркале или иллюзия, созданная волшебником. С другой стороны, в том отношении, что у неё нет никакой собственной реальной сути, что она «пуста» смыслом с точки зрения окончательной реальности, неправильно было бы также говорить, что относительная реальность — истинна.

Понимание того, как возникает мир, может возникать двумя путями. Это может быть понимание, полученное через медитацию и другие практики, которые в такой степени уменьшают неведение, что ум начинает осознавать свою собственную природу и способы функционирования. Это — не подарок от Ламы, это полностью зависит от усилий ученика. Другой, менее совершенный вид понимания, однако важный для тех, чьё неведение всё ещё замутняет непосредственное понимание, возникает из логических умозаключений и обоснованного аргументирования. Слушая объяснения и доводы и затем внимательно над ними размышляя, можно прийти к выводу, что мир рождается из ума. Этот процесс подобен тому, что мы смотрим на своё лицо в зеркале и можем сказать, красивое оно или нет. Мы при этом не смотрим непосредственно на само лицо, только на его отражение, но мы можем делать какие-то выводы. Другой пример: мы можем сделать вывод о наличии огня, заметив дым, если даже не видим сам огонь. Этого вида непрямого понимания достаточно для начала, поскольку оно обеспечивает основу для медитации, которая со временем приведёт к более действенному, непосредственному пониманию.

Проявление: достижение ума

В акте знания есть две составляющие: знающий (ум) и объекты, относительно которых ум обладает знанием. Очевидно, есть какая-то связь между ними, ведь объекты оказывают воздействие на ум. Красивые объекты вызывают привязанность, неприятные — отвращение, а нейтральные — безразличие. Поэтому — либо ум и его объекты обладают одной сущностной природой, либо же есть некая причинная связь между ними — такая, как между дымом и огнём.

Саутрантика подчёркивает: для того чтобы ум что-то знал, объект должен иметь ту же природу, что и ум. Если объекты суть материальная субстанция, то как ум вообще мог бы их знать? Ум — нематериальный и бесформенный. Его сущность невозможно описать. Ему невозможно дать определение на основе формы, цвета и так далее. Но сущность материального явления вполне поддаётся определению: можно говорить о его форме, очертаниях, размерах и цвете. Учитывая совершенную разницу между материальным и нематериальным, о контакте, казалось бы, не может быть и речи. Визуальное сознание никогда не могло бы соотноситься с формой, слуховое — улавливать звуки, и так далее. И эта разница в сущностной природе делает также невозможной причинную взаимосвязь между ними. Если они совершенно разные по природе, то как материальные объекты могли бы происходить как результат ума, а ум — производиться материальными объектами?

Итак, единственный вывод, который можно из этого сделать — это что объекты являются умом, что исключает все вышеописанные проблемы. Ум может обладать знанием объектов, потому что они продукт ума, а ум — может порождать ум. Рассмотрим пример сна: если снится лошадь, то можно воспринимать лошадь, так как она сделана умом — она произведена умом и имеет ту же природу, что и ум. Точно таким же образом, всевозможные объекты и их чувственное восприятие, служащее питанием для умственных процессов, сотворены умом.

А если присмотреться ещё лучше, то мы обнаружим, что материальный мир, составленный из неделимых частиц, является несостоятельной теорией вследствие невозможности существования таких частиц. «Атом» определяется как мельчайшая неделимая частица — настолько маленькая, что дальше её разделить невозможно. Если что-то больше невозможно разделить, то у него не может быть никаких размеров; ведь если они есть, то, значит, делить дальше можно — на переднюю и заднюю часть, на левую и правую сторону. Таким образом, по определению атом — без измерений, но в этом случае как атомы соединяются, чтобы образовывать крупные предметы? Отсутствие измерений означает, что атом не имеет граней или сторон, к которым другой атом мог бы «прилипнуть» — либо непосредственно, либо посредством некой силы. Тот же аргумент применим и к умственным частицам — умственным моментам, из которых, как считается, состоит ум. Таким образом, атомическая теория сводится к логическому абсурду.

Может быть, трудно сразу согласиться, что мир не состоит из атомов. Мы можем возразить, что вполне очевидно, что вещи состоят из частиц. Например, дом является скоплением частиц камня, цемента и так далее. Ребёнок на пляже строит замок из песчинок. Как бы то ни было, такими могут казаться вещи запутанному уму, на самом же деле это не так. Запутанный или ошибающийся ум подобен спящему уму, который считает происходящее во сне реальным. Нам может сниться, как ребёнок строит песочный замок на пляже, но ни замок, ни песчинки при этом не реальны, а только кажутся реальными запутанному спящему уму. Подобным же образом вещи могут казаться состоящими из частиц с точки зрения относительной истины, но с точки зрения окончательной истины ни один из объектов органов чувств не имеет никакой материальной реальности.

Говоря об объектах чувственного восприятия, мы должны помнить, что ум имеет свой собственный канал восприятия с соответствующим ему сознанием, которое концептуализирует информацию, получаемую через пять других органов чувств. Объекты шестого чувства — ума — называются дхармами, и дхарма в этом случае определяется как то, о чём ум может иметь знание. Следующий пример иллюстрирует взаимоотношение между одним из пяти органов чувств и умственным каналом восприятия.

Когда мы видим стакан, это — форма, являющаяся каналу зрения; он узнаётся как форма (но ещё не как стакан) зрительным каналом и затем передаётся в качестве дхармы — того, что можно знать, — в умственный канал. Сознание умственного канала восприятия это регистрирует, и начинается процесс исключения и отбора с целью концептуализации объекта знания. Опираясь на прошлый опыт, ум может определить, что воспринимаемый образ, например, не является чашкой или ложкой, но является стаканом. Наклеивается соответствующий ярлык, и образ, передаваемый из зрительного канала, «узнаётся» умом как стакан.

Итак, умственный канал и его сознание предназначены для концептуализации объектов и восприятия их как то или это путём проведения различий между одним объектом и другим. Умственный канал, кроме того, оценивает объекты, определяя их как приятные, неприятные или нейтральные, что производит соответствующую реакцию — тяготения к объекту или стремления прочь.

Сознания, принадлежащие пяти органам чувств, не имеют отношения к этой концептуализации: они лишь осознают форму, звук, запах, вкус и осязательное ощущение. Поэтому ответственным за восприятие внешнего мира является процесс концептуализации, осуществляемый сознанием умственного канала восприятия. Например, если бы привлекательность тигрицы была частью её природы, она бы привлекала не только тигра, но и других животных, а также людей. Но, поскольку это не так, мы можем сделать вывод, что её привлекательность обусловлена не ей самой, но концептуализирующим сознанием ума тигра.

Это показывает, что именно концептуализирующая активность ума наделяет окружающий нас мир отличительными чертами.

Продолжение следует.
Перевод с английского — Вагид Рагимов.

 Рассылка 'Буддизм сегодня'

При перепечатке данного материала ссылка на рассылку "Буддизм сегодня" и портал Буддизм.ру обязательна.

Книги и журналы о буддизме вы можете приобрести в интернет-магазине http://www.dharma-shop.ru/
Редакция рассылки: buddhism.today@gmail.com
 


В избранное