Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay
  Все выпуски  

Исторические анекдоты от Старого Ворчуна


Owls

Исторические анекдоты
от Старого Ворчуна
Вып. 960

от 22.03.2020 г.



Если из истории убрать всю ложь,
то это совсем не значит, что останется одна только правда -
в результате может вообще ничего не остаться.
Станислав Ежи Лец


Поэт Константин Фофанов глазами современников. Часть III



Шпильгаген в Петербурге

В 1881 году в Петербурге был основан и просуществовал несколько лет “Пушкинский кружок”, который организовывал литературные чтения и музыкальные вечера.
Вручение диплома почётного члена данного кружка известному немецкому писателю Шпильгагену сопровождалось рядом забавных моментов.
Вначале билетёры у входа не пропускали Шпильгагена в зал, так как организаторы забыли послать ему пригласительный билет. Шпильгаген не знал ни слова по-русски, а билетёры — по-немецки.
Ситуацию спасли Вейнберг и Лейкин, владевшие немецким языком.
Когда же Шпильгагену зачитали диплом о принятии его в почётные члены кружка, из задних рядов раздался пьяный рык Фофанова, который пытался прорваться на сцену:
"Пустите меня! По лысине, я хочу погладить его по лысине! Пустите меня!"
Еле его укротили.
Потом Шпильгаген указал пальцем на скульптурный бюст и спросил:
"Кто это?"
Ему ответили, что это Пушкин, и Шпильгаген подошёл ближе к бюсту русского гения, но деликатно не выдал своего изумления: кто-то нарисовал Пушкину усики и вставил ему в рот папиросный окурок.

Фридрих Шпильгаген (1829-1911) — плодовитый немецкий писатель.
Пётр Исаевич Вейнберг (1831-1907) — русский поэт и переводчик.
Николай Александрович Лейкин (1841-1906) — русский писатель и издатель.

Фофанов читает свои стихи у Фидлера

Вечером 14 декабря 1891 года Фофанов принёс Ф.Ф. Фидлеру только что вышедший сборник своих стихотворений “Тени и тайны”. Они сели пить чай и пиво, а после третьей бутылки Фофанов начал читать свои стихи. Он читал, запинаясь и рыгая, часа два. Казалось, что он помнит все свои стихи наизусть. Через два часа Фидлер устал и пошёл спать, а его сменил младший брат Александр, которому пришлось выслушивать пьяное чтение Фофанова часов до трёх утра.
После подобного чтения Ф.Ф. Фидлер записал:
"Находясь с ним рядом долгое время начинаешь чувствовать себя нервнобольным; нет уверенности, что он не сорвётся и не позволит себе — словом или делом — какую-нибудь сумасшедшую выходку. К тому же — его возбуждённость и нервозность в голосе, взгляде и каждом движении! Вчера он выкурил, нет, высосал в моём присутствии по крайней мере пятьдесят сигарет: губы его ни на секунду не оставались неподвижными".
Александр Фёдорович Фидлер (1867-1933) - младший брат Ф.Ф. Фидлера, впоследствии главный проектировщик и строитель Уралмаша.

Трактирщик “Белграда”

О скандале, который устроил Фофанов у Виницкой, я уже писал в 953 выпуске Анекдотов, но продолжение этой истории тоже представляет некоторый интерес.

Фофанов уже почти ничего не соображал, когда Ясинский увёл его от Виницкой и посадил на извозчика, чтобы отвезти того в гостиницу “Белград”, где поэт и проживал в то время.
Вначале Фофанов безвольно качался в экипаже, но когда извозчик проезжал мимо Аничкового дворца, наш герой вдруг оживился и начал ругаться.
Ясинский попытался урезонить Фофанова:
"Смотрите, вас арестуют, не шумите. Вон огонёк у царицы светится".
Предупреждение Ясинского только подстегнуло пьяного Фофанова, который заорал:
"Царица — моль! Я её разотру. Царица — моль!"
Перепуганный извозчик подстегнул лошадей и мигом доставил их к “Белграду”.
На верхней площадке гостиницы их жизнерадостно встретил какой-то человек довольно неопрятного вида:
"Насилу дождался. Я сколько часов уже дежурю, хозяин приказал: ты мне беспрестанно стой и смотри, как придёт, и доложишь мне. Главное дело, номер не заперт, ключ у них, на столе деньги от издателя пришли большие, не ровен час кто свистнет. Сами понимаете, какой народ у нас может быть".
Человек также сказал, что Павел Степанович Бочагов, хозяин “Белграда”, весьма почитает писателей.
Тут подоспел и сам Бочагов, “купец довольно интеллигентного вида, бритый и с огромными волосами, какие носили литераторы в 60-х годах”. Бочагов раскланялся с ничего не видящим Фофановым, но когда узнал, что Ясинский доставил “Фофанова не совсем здорового”, искренне поблагодарил того за заботу о "великом" поэте. Проводив Фофанова в его комнату, Бочагов обратился к Ясинскому с пояснениями:
"Я, знаете, чувствовал, что они поэт, а только сегодня убедился. Представьте себе, великий князь Константин Константинович в карете подъехал и визитную карточку им послал: передайте, говорят, и свою книжечку взамен за их сочинения.
Извольте пожаловать, и давайте вместе подсчитаем деньги, которые разбросаны на столе. Деньги-то, оказывается, присланы были ещё при них, а они по столу раскидали да и ушли. Тут копейки не могло пропасть".

Бочагов очень гордился тем, что в его гостинице живёт такой замечательный поэт и предоставил ему неограниченный кредит.
Однажды Фофанов пришёл в бочаговский ресторан с другого хода и потребовал водки. Буфетчик не дал, и тогда Фофанов начал в ярости бросать бутылки в стойку и причинил большой убыток. Однако Бочагов только махнул рукой на это безобразие:
"Ничего-с, исторический факт. Будут о нём со временем рассказывать".
Павел Степанович Бочагов (1851-1918) — купец 2-й гильдии, из крестьян Ярославской губернии.
Гостиница “Белград” располагалась на Садовой улице, 51.
Великий князь Константин Константинович Романов (1858-1915) — внук Николая I, писал стихи под псевдонимом “К.Р.”; президент Императорской Петербургской Академии наук и меценат.

Отблески скандала

Прошло восемь лет, и вот 15 января 1896 года К.С. Баранцевич в беседе с Ф.Ф Фидлером затронул и Фофанова:
"Ну и времена! Он [Фофанов] подал заявление в “Рептильный фонд” с просьбой о помощи и теперь получает пожизненную пенсию — 500 (sic!) рублей ежемесячно. Точнее, получает не он, а его жена — Позняков устроил это весьма разумно. Давно ли он прямо призывал к убийству императора? Это произошло в тот раз, когда он, будучи с Ясинским у Виницкой, называл её обезьяной; на обратном пути, возле дворца, он выкрикнул:
"Повесить императора!"
Когда Ясинский зажимал ему рот, он грыз ему палец. А теперь?!"
Казимир Станиславович Баранцевич (1851-1927) — русский писатель.
Иероним Иеронимович Ясинский (1850-1931) — русский издатель, журналист и прозаик, печатался под псевдонимом “Максим Белинский”.
Александра Александровна Виницкая (1847-1914) — русская писательница; настоящая фамилия Будзианик.
Николай Иванович Поздняков (1856-1910) — поэт и журналист; секретарь Постоянной комиссии для пособия нуждающимся учёным, литераторам и публицистам.
Я полагаю, что читатели понимают, что такое “Рептильный фонд”. Во всяком случае термин “рептилоид” широко гуляет в сети и средствах массовой информации.
Однако Баранцевич немного преувеличил, так как Фофанову выдавали только по 50 руб. в месяц в течение некоторого времени.

Лесков о Фофанове

Н.С. Лесков в апреле 1892 года отзывался о Фофанове и его семье:
"Это поэт с головы до пят, непосредственный, в нём нет ничего надуманного и деланного; он сочиняет независимо от своего желания. А кроме того надо ж ему иметь какое-то другое занятие, которое отвлекало бы его от пьянства. В своё время я предложил Суворину дать ему службу в издательстве, но мой план рухнул: Репин женил его.
А что вытворяет его любимая супруга? Пока он был в лечебнице для душевнобольных, она продала его книги и письменный стол и приобрела пианино, на котором играет. Нет, лучший брак для поэта — это внебрачная связь с девушкой из народа. Пусть оба живут по-своему и один не вмешивается в дела другого... Однако, Фофанова ждёт печальный конец!"
Николай Семёнович Лесков (1831-1895) - русский писатель и публицист.
Алексей Сергеевич Суворин (1834-1912) — русский издатель и писатель.
Лидия Константиновна Фофанова (урождённая Тупылова, 1868-1918) — жена поэта, мать одиннадцати детей; тоже страдала от психического расстройства.

Жиркевич о Фофанове

12 марта 1896 года на обеде у И.Н. Потапенко подполковник А.В. Жиркевич, приятель Фофанова, много рассказывал про него. Вот этот рассказ в изложении Ф.Ф. Фидлера:
"Фофанов теперь живёт в Гатчине, напротив кладбища, и пребывает в неизменно мрачном настроении. У него пятеро детей; жена его более не содержит школу; она получает пятьдесят рублей в месяц от “Рептильного фонда” и столько же от Суворина. Своего мужа отпускает в город крайне редко, поскольку он тут же пропивает весь гонорар, полученный в разных редакциях. Он пьёт и в Гатчине — но относительно мало. Правда и там с ним случались истории.
Например, недавно он обменялся одеждой с чумазым оборванным чернорабочим, пошёл по кабакам самого низкого пошиба и, напившись, явился — финал всегда тот же! - в участок, где стал выкрикивать:
"Как вы смеете меня задерживать? Я — поэт Фофанов!"
Психиатры полагают, что в недалёком будущем он наверняка попадёт в сумасшедший дом, где, скорее всего, и окончит свои дни".
Игнатий Николаевич Потапенко (1856-1929) — русский писатель и драматург.
Александр Владимирович Жиркевич (1857-1927) — приятель Фофанова; русский поэт и прозаик, псевдоним “А. Нилин”; военный юрист.

Фотопортрет Фофанова

29 ноября 1897 года в Союзе взаимопомощи русских писателей Ф.Ф. Фидлер беседовал с А.А. Коринфским, который
"рассказывал, что Фофанов вновь стал отцом, и завтра ему [Коринфскому] придётся крестить его шестого ребёнка. Неделю назад Коринфский затащил Фофанова к фотографу, и сегодня [29.11.1897] в “Севере” появится его портрет".
Аполлон Аполлонович Коринфский (1868-1937) — русский поэт и переводчик; в 1896-1899 гг. редактор журнала “Север”.

И снова трезвый Фофанов

После смерти Якова Полонского, на его похоронах, К.К. Случевский предложил продолжать традиционные пятницы покойного теперь у него дома, но собираться должны исключительно поэты. Правда, Ф.Ф. Фидлер тоже получил такое приглашение, и первая пятница Случевского состоялась 30 октября 1898 года.
Вот что записал Фидлер об этом вечере:
"Фофанов явился совершенно трезвым и выглядел, если не считать слегка помятого воротничка рубашки, вполне пристойно. Он сидел молча, слушал и отвечал на обращённые к нему вопросы. Но курил непрерывно, притом замечательные, хотя и очень сильные сигары Случевского, всё более и более возбуждаясь.
Когда Мережковский сказал, что Тютчев своим талантом подобен Гёте, Фофанов крикнул:
"Да он безмозглый дурак!"
Бальмонту пришлось повторить одно из своих (весьма риторических) стихотворений, и Фофанов поспешил воскликнуть:
"Голова моя как шарманка: Ваши стихи сперва мне понравились, а теперь вижу, что это набор фраз, лишённых поэзии!"
Затем ощупывал руки Мережковского и что-то мямлил насчёт того, какие они тонкие.
За ужином (он выпил всего пять стаканов пива), когда Лихачёв вынул из кармана длинный мундштук, Фофанов воскликнул:
"Как можно в присутствии дам вынимать такую длинную штуку?"
Дамы поспешно ретировались в большую комнату.
До этого он [Фофанов] декламировал стихи, вызвавшие всеобщее шумное одобрение; ему пришлось повторить их четыре раза".
Яков Петрович Полонский (1819-1898) — русский поэт.
Константин Константинович Случевский (1837-1904) - русский поэт и прозаик.
Фёдор Иванович Тютчев (1803-1873) — русский поэт и дипломат.
Иоганн Вольфганг фон Гёте (1749-1832) — немецкий поэт, естествоиспытатель и государственный деятель.
Дмитрий Сергеевич Мережковский (1865-1941) — русский поэт, писатель, философ и историк.
Константин Дмитриевич Бальмонт (1867-1942) — русский поэт-символист и прозаик.
Дмитрий Сергеевич Лихачёв (1849-1910) - русский поэт, драматург и переводчик.
В конце того вечера К.К. Случевский очень искусно и дипломатично устроил так, что Фофанов отправился домой в Гатчину с последним поездом. Во всяком случае, Фофанов покинул общество в одиночку, но домой он всё-таки не поехал, так как рано утром следующего дня, часов в 7 или 8 утра, он явился совершенно пьяный в редакцию “Севера”.

Поэт Константин Фофанов глазами современников. Часть II

(Продолжение следует)

Дорогие читатели! Старый Ворчун постарается ответить на все присланные письма.
Труды Старого Ворчуна:
WWW.ABHOC.COM ,
на котором собраны все выпуски рассылок "Исторические анекдоты" и "Ворчалки об истории", а также
Сонник по Фрейду
Виталий Киселёв (Старый Ворчун), 2019
abhoc@abhoc.com

В избранное