Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay

Кулуары конференции

  Все выпуски  

Кулуары конференции Алия Нуруллина. Жизнь В.Я. Ерошенко как пример


 

В этом выпуске рассылки мы публикуем с разрешения автора текст выступления   Алии Нуруллиной "Жизнь В.Я. Ерошенко как пример" на Четвертом межрегиональном Ерошенковском форуме "Человек мира" в Белгороде, 20-21 апреля 2016 года. Как и многие люди, читавшие этот текст, мы считаем его очень важным и своевременным. Этот подход к опыту Василия Ерошенко выводит наши знания о нем на совершенно другой уровень и может помочь людям повторить его. 

Ваши

Юлия Патлань,

Сергей Прохоров 

  

Нуруллина А.И. (Санкт-Петербург)

 

ЖИЗНЬ В.Я. ЕРОШЕНКО КАК ПРИМЕР

 Введение

 Что мы знаем о В.Я. Ерошенко? Писатель, путешественник, эсперантист, педагог, который к тому же был еще и незрячим. К сожалению, традиционный подход в освещении жизни Ерошенко сводится к безграничному возвеличиванию его фигуры, превращению его в некий памятник, которому нужно поклоняться, которым нужно восхищаться, но который при этом является недосягаемым, невероятно далеким от нас. Из большей части публикаций о Ерошенко можно сделать вывод, что этот человек – уникум, который в свое время сделал невозможное, практически совершал подвиги сродни Гераклу. Соответственно, эти подвиги достойны лишь вздохов удивления, но никак не повторения. И мало кто, услышав подобные интерпретации жизни Ерошенко, подумает, что ему самому тоже по силам воспроизвести опыт Василия Яковлевича.

А между тем Ерошенко не нуждается ни в героизации, ни в канонизации, ни в тоннах пафосных слов, за которыми скрывается зачастую лишь желание отдать дань великому человеку. А подобное желание воспринимается, как правило, сугубо как обязанность. Поэтому сторонники традиционного подхода могут нам продемонстрировать лишь череду скучных биографических дат, потом волны восхищения, а в конце неизменный плач на предмет непонятости Ерошенко, несправедливости и жестокости мира и сожженных архивов. Безусловно, утрата архивов – это очень печальный факт. Но неясно стремление приверженцев подобного подхода упорно видеть лишь негативные стороны жизни Василия Яковлевича. Ведь мы, говоря о Н.В. Гоголе, не ограничиваемся лишь сокрушением о пропавшем втором томе «Мертвых душ». Нет, мы помним, ценим то наследие, которое сохранилось.

Так почему же колоссальное наследие Ерошенко остается в забвении?

 

Наследие Ерошенко

 

Ерошенко оставил нам немало замечательных художественных произведений. Но сегодня мы будем говорить несколько об ином наследии, о котором почему-то не принято говорить. Ерошенко оставил нам свой опыт. Причем опыт, которым восхищаться, конечно же, можно, но не как чем-то заоблачным, а как чем-то, что можно и нужно повторить.

Во-первых, нам интересен опыт Ерошенко как путешественника, который, поначалу зная лишь эсперанто, поехал в далекую Англию. А уже потом объездил практически полмира, пользуясь все тем же эсперанто и подучив другие языки. Здесь примечательно даже не то, что ему было сложно преодолевать языковой барьер. Хотя это тоже имело место. Куда важнее преодоление Василием Яковлевичем страхов незрячего человека, который впервые оторвался от дома, которому все в новинку, который не знает, что его ждет, которого переполняет целая гамма чувств. Но Ерошенко не закрывается от этих эмоций, он анализирует их, он пытается справиться с ними, он их не боится, а старается с ними ужиться. Более того, он не стесняется рассказывать о них в заметках, вышедших под названием ««Первая зарубежная поездка слепого эсперантиста г-на В. Ерошенко». То есть Ерошенко был таким же человеком, как и мы с вами, с теми же страхами, переживаниями и мыслями.

Не менее интересен опыт трудоустройства Ерошенко. За свою жизнь он сменил немало профессий. Он был и музыкантом, и переводчиком, и корректором, и массажистом, и преподавателем. Кто-то может сказать, что подобная нестабильность – это плохо. Но давайте вспомним, что психологи утверждают: наиболее благоприятно и эффективно менять место работы раз в пять лет. С психологами можно спорить или соглашаться, но как бы то ни было, в опыте Ерошенко интересно другое. Он своим примером показывает целый ряд доступных для незрячего человека профессий.

Кроме того, Ерошенко был тифлопедагогом. Он с нуля открыл школу слепых в Туркмении, помогал в становлении школ в Бирме и Индии, преподавал в Московском институте слепых детей и даже имел опыт обучения зрячих людей. Этим Василий Яковлевич демонстрирует нам пример открытости к миру: он не просто получает знания, осваивает те или иные навыки, но он находит способы делиться ими с другими, причем делает это с огромным энтузиазмом и любовью.

Наконец, все вышеперечисленные стороны жизни Ерошенко соединяются в опыте взаимодействия незрячего человека с миром, в опыте поиска себя, способов самореализации, несмотря на физический недостаток и внешние обстоятельства. Всей своей жизнью Ерошенко являет пример того, что самостоятельная жизнь слепого человека возможна, причем именно жизнь, полноценная, насыщенная, а не существование. При этом Ерошенко отчетливо показывает нам, что самостоятельность – это не отчужденность, изолированность от мира, а, напротив, принятие мира, его помощи и поддержки.

 

Примеры воспроизводимости опыта Ерошенко

 И история, и современность может похвастаться массой примеров воспроизводимости опыта Ерошенко.

В частности, тем, кто скажет: незрячие не могут путешествовать в одиночку, могут возразить представители движения «Белая трость» во главе с Олегом Колпащиковым, которые каждый год устраивают круизы на яхтах под названием «Паруса духа». При этом практически вся команда состоит из незрячих и слабовидящих людей, остальные – люди с другими видами инвалидности. Эти ребята опять же демонстрируют своим примером, что самостоятельное путешествие значит не отвергнуть всяческую помощь и во что бы то ни стало добраться из пункта А в пункт Б, а наоборот, учиться строить взаимоотношения с окружающим миром, что на практике куда сложнее первого варианта.

 Яркими примерами воспроизводимости опыта Ерошенко как тифлопедагога и просветителя являются его ученики – В.Г. Першин и В.А. Глебов, которые занимались как педагогической деятельностью, так и журналистикой и несли в мир информацию о жизни Ерошенко и других незрячих, ставших самостоятельными. В частности, в журналах «Жизнь слепых» и «Советский школьник» было опубликовано немало статей о самых обычных незрячих людях, которые просто решили жить полноценной жизнью. Эти статьи были ненаучными, не изобиловали кучей умных слов, но мотивационная сила их была огромной. Потому что сила примера рядовых людей работает безотказно, тем более если она не окутана тонной пафоса.

Если говорить о незрячих эсперантистах и переводчиках, то можно вспомнить автора учебника эсперанто для незрячих и исследователя жизни и творчества Ерошенко Анатолия Масенко и Андрея Тихонова – переводчика, знающего несколько языков, педагога и общественного деятеля. И тот и другой используют знание языков для расширения своего кругозора, для знакомства с новыми людьми, для того, чтобы делиться накопленным опытом с миром.

Наконец, если говорить о Ерошенко как писателе, т.е. о реализации его творческого потенциала, то незрячих людей, нашедших себя в музыке, литературе и даже в изобразительном искусстве было и есть очень много. Да, действительно незрячие могут заниматься и живописью. Яркий пример – Алексей Филатов из Екатеринбурга, который вместе со своими зрячими и незрячими соратниками рисует картины методом произвольного смешения красок. Здесь мы опять же видим, что самореализация и самостоятельность выражаются не в обособлении, а в тесном взаимодействии с окружающим миром.

Иными словами, все эти люди, как и Ерошенко, строили и строят постоянный диалог с миром, учатся принимать помощь, поддержку, но в то же время они беспрестанно отдают этому миру свои знания, навыки, эмоции. Все эти люди изначально направлены не внутрь себя, а обращены к миру.

 

Заключение

Таким образом, мы убедились, что жизнь Ерошенко не нужно рассматривать как некий хрестоматийный, полу-мифологический сюжет. Жизнь Ерошенко можно и нужно воспроизводить в том или ином виде.

Вы спросите: а зачем это нужно? Ответ прост: любой человек рождается с потребностью в общении, в самореализации, во взаимодействии с окружающими. Просто многим незрячим с детства или с момента потери зрения отовсюду диктуется установка: ты ничего не можешь, ты неполноценный, ты никому не нужен. Эта установка настолько сильна, что люди потихоньку задвигают естественную потребность в социализации глубоко внутрь себя, теряют веру в свои силы, в людей, надежду на лучшее. А между тем нереализованная потребность всегда себя проявляет, только, к сожалению, самыми неприглядными способами. Именно нереализованная потребность в социализации, в самовыражении проявляется в иждивенчестве, алкоголизме, в агрессии и злобе по отношению к миру, в обиде на него. А чаще всего она проявляется в полном угасании интереса к жизни.

Именно поэтому важно рассказывать об опыте Ерошенко в школах, в центрах реабилитации слепых, в библиотеках. Кроме того, крайне важно показывать воспроизводимость опыта Василия Яковлевича на конкретных живых примерах современников, коих на самом деле немало. При этом воспроизводимость опыта Ерошенко не стоит воспринимать буквально. Другими словами, совсем не обязательно всем резко собраться в кругосветку или выучить 10 языков. Нет. Для каждого понятие самореализация выражается в разных вещах. Многим милее всякого путешествия самостоятельная прогулка по парку рядом с домом или поход в гости к другу. Здесь важно, чтобы люди поверили в себя, вышли из своей скорлупы, причем прежде всего внутренней, которая состоит из страхов, комплексов и навязанных стереотипов.

Опыт Ерошенко учит нас быть в гармонии с собой и с миром, идти к своей цели, и неважно, будет ли это самостоятельная поездка на северный полюс или поход в магазин за углом. Главное - поверить в свои силы. И наша задача – рассказывать людям с ограниченными возможностями, что их возможности на самом деле ограничены лишь их желаниями.

 

О своем пути к Ерошенко

Мое знакомство с творчеством и жизнью В.Я. Ерошенко состоялось довольно поздно. Мне в этот момент было уже 26 лет. И произошло это в крайне сложный, переломный период в моей жизни, период переоценки ценностей.

Достаточно долгое время я жила в неком подобии панциря, в который я ушла почти с головой. Ситуация была типичной для многих людей с инвалидностью и незрячих в частности: человек не может до конца принять свой физический недостаток, чувствует свою неполноценность и уходит в себя. В результате – либо полная изоляция человека, либо проявления псевдосамостоятельности, выраженные в отклонении любой помощи извне, в пренебрежении к миру, напускном высокомерии и так далее.

Эта псевдосамостоятельность часто сталкивается с тем, что то или иное действие без помощи окружающих выполнимо с трудом. Тогда человек выбирает вариант отказа от нужного действия. Пренебрежение к окружающим вызывает отторжение с их стороны. А потребность в общении заложена в каждого. В результате такого поведения человек загоняет себя в замкнутый круг своих комплексов и страхов.

В таком состоянии была и я в момент знакомства с творчеством Ерошенко, вернее, уже на этапе выхода из него. И, слава Богу, сегодня я могу сказать, что все описанное ко мне уже не относится. А в тот непростой период импульс Ерошенко и его учеников вдохновлял меня на движение вперед, давал толчок для практических действий, возможность поверить в свои силы. Если говорить о практических действиях, то вскоре после знакомства с жизнью Ерошенко я узнала, что в журналах для незрячих за советский период огромное число публикаций и о Василии Яковлевиче, и о других незрячих, не ушедших в панцирь, а открывшихся миру. 

Тогда я отправилась в библиотеку и начала работу по оцифровке этих статей, которые существуют в основном только по брайлю. Это особенно важно сейчас, когда, к сожалению, мы слишком часто сталкиваемся с небрежным отношением к брайлевским журналам и картотекам, а подчас и с их полным уничтожением. Каждая публикация находит живой отклик в моей душе и порождает желание делиться ими с миром. Но самое главное: я пришла к пониманию важности показа личного примера другим незрячим. После того, как я смогла принять свою слепоту не как недостаток, а как особенность, я считаю своим долгом, подобно Ерошенко и его ученикам, своей жизнью, своим опытом показывать другим незрячим, что выход из панциря возможен. Нельзя сказать, что он безболезненный, но это стоит того. 


В избранное