Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay
  Все выпуски  

Самые опасные налоговые схемы - выпуск № 14(62) от 03.08.10


Самые опасные налоговые схемы
Выпуск № 14 (62) от 03.08.10
Самые опасные налоговые схемы |Все об однодневках |В помощь руководителям и учредителям |"Упрощенка"

1. Битва с «однодневками»: на чьей стороне фортуна?
Ты помнишь, как все начиналось?
Разработка «однодневок»
Проявление осмотрительности
Ненадлежащие подписи
2. Знаете ли Вы, что…
…уголовные дела и налоговая ответственность друг друга не опосредуют
…счета-фактуры станут электронными
…налогоплательщик должен следить за достоверностью подписей на «первичке»
3. Война за добросовестность: на чьей стороне суды
Споры по «фирмам-однодневкам»
Споры по дроблению бизнеса
Споры по схемам с участием посредников
Споры по прочим схемам


Автор раздела: Марина Пархачева
1. Битва с «однодневками»: на чьей стороне фортуна?

Как известно, в последние годы во время проведения выездных (да и камеральных тоже) проверок налоговые органы особо не утруждали себя поиском налоговых ошибок и недочетов со стороны налогоплательщиков. Налоговая грамотность последних в настоящее время находится на довольно высоком уровне, поэтому много неуплаченных налогов проверяющим не найти. Да и кропотливая работа по проверке больших объемов документации требует привлечения немалых ресурсов.
То ли дело контрагенты – «однодневки». Особых усилий для поиска правонарушений не требовалось: все отлажено на самом высоком уровне. Оставалось лишь соблюсти формальные процедуры по проведению налоговой проверки, изъять из состава расходов, учитываемых при исчислении налога на прибыль, затраты на оплату услуг «нехороших» поставщиков, и отказать в соответствующих вычетах по НДС. А также – доначислить штрафы и пени за несвоевременную уплату налога.
Давайте проследим этапы войны с «однодневками» и посмотрим, как обстоят дела сегодня.

Ты помнишь, как все начиналось?

Эпидемия, название которой «фирмы-однодневки», началась давно. Расхожее ныне понятие «однодневка» сформировалось в обиходе налоговых органов и налогоплательщиков еще в 90-е годы, а затем вошло и в терминологию арбитражных судов. А настоящая война с «однодневками» развернулась в начале нового века, после введения Конституционным судом РФ (далее – КС РФ) понятия недобросовестности налогоплательщиков.
Сразу же клеймо недобросовестности налоговые органы поставили на поставщиках налогоплательщика, не уплачивающих налоги и не сдающих налоговую отчетность. Затем ими были выработаны базовые признаки «однодневок», такие как: минимальный размер уставного капитала и единственный учредитель, государственная регистрация по недействительным паспортам и по несуществующему адресу, отсутствие руководителя по месту нахождения поставщика. Понятно, что с такими аргументами далеко не уедешь, поэтому на первом этапе войны за добросовестность юристы достаточно успешно защищали «провинившихся». Они с успехом использовали такие постулаты как «презумпция добросовестности налогоплательщика» и «никто не должен отвечать за действия третьих лиц», а позднее – и правовую позицию КС РФ о том, что налогоплательщик не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. Следовательно, привлечение налогоплательщика к ответственности на основании сведений о неисполнении налоговых обязанностей посторонними по отношению к нему организациями, является необоснованным.
Новый этап борьбы налоговых органов с недобросовестными налогоплательщиками начался с принятием Пленумом ВАС РФ всем известного постановления от 12.10.2006 № 53 (далее – Постановление № 53), которым было введено понятие «необоснованной налоговой выгоды» и даны рекомендации судам, в каких случаях такая выгода возникает.
Особенно ожесточенные споры вызвал п. 10 указанного постановления, где идет речь о факте нарушения контрагентом (обычно – поставщиком) налогоплательщика своих налоговых обязанностей, в результате чего сам налогоплательщик получает незаконную налоговую экономию. Пленум ВАС РФ подчеркнул, что само по себе это обстоятельство не играет роли для добросовестного налогоплательщика. А чтобы доказать его недобросовестность налоговым органам следует не только обвинить поставщика в «однодневности», но и подтвердить, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.
Ориентируясь на это указание, налоговые органы яростно принялись доказывать, во-первых, недобросовестность поставщика, во-вторых, неосмотрительность налогоплательщика, заключившего с ним сделку и получившего необоснованную налоговую выгоду. Обратите внимание: налоговики вовсе не утруждали себя поиском доказательств того, что налогоплательщик знал или должен был знать о нарушениях, допущенных контрагентом, поскольку, по их мнению, именно проявление должной осмотрительности позволило бы ему узнать об этом. В данном случае имеет место подмена понятий, о чем будет рассказано позже.
Итак, первое, за что серьезно взялись налоговики, начиная войну с использованием недобросовестных контрагентов – выявление поставщиков-«однодневок», ведь именно наличие этой информации позволяло им на практике реализовать п. 10 Постановления № 53 (и через суд добиться привлечения налогоплательщиков к ответственности.

Работа по выработке и детализации критериев «фирм-однодневок» была проведена огромная. Ее результатом стало появление в начале 2007 г. нашумевшего приказа ФНС России под грифом «ДСП», который содержал в себе список из 109 признаков недобросовестности налогоплательщиков, львиная доля которых была посвящена «фирмам-однодневкам». К числу самых популярных (кроме упомянутых ранее) были отнесены «массовость» учредителей, руководителей, юридических адресов контрагентов, сдача ими «нулевой» отчетности или отчетности с весьма небольшими начислениями при существенных оборотах, быстрое движение денежных средств по расчетному счету, отсутствие персонала и материальных ресурсов, низкая рентабельность и т.п. Предполагалось, что сведения о налогоплательщиках будут вноситься в специальную федеральную электронную базу «Юридические лица, контролируемые в первую очередь». Среди прочего задачей была автоматизация процесса выявления «однодневок».
Вместе с тем, в ряде регионов стали формироваться «черные списки», т.е. базы уже раскрытых «однодневок» с их реквизитами и имеющимися нарушениями. «Пробив» по такой базе контрагентов налогоплательщика, инспекторы сразу же понимали, работает проверяемая организация с сомнительными поставщиками или нет. Этого было достаточно для назначения выездной налоговой проверки, в ходе которой могли быть выявлены и другие недобросовестные поставщики, незамедлительно попадающие в «черный» список.
Однако выявление проблемных поставщиков вовсе не доказывало недобросовестности самого налогоплательщика, если он проявил должную осмотрительность и осторожность в выборе партнера. Поэтому налоговые органы весьма серьезно принялись искать доказательства неосмотрительности налогоплательщика.

Как только Пленумом ВАС РФ было заявлено о необходимости проявления налогоплательщиком осмотрительности и осторожности в выборе контрагентов, налоговики ухватились за это указание и активно принялись за его истолкование и практическое применение.
Перво-наперво, контролеры заявили: для проявления должной осмотрительности налогоплательщик должен убедиться в правоспособности своего поставщика, т.е. в его государственной регистрации в ЕГРЮЛ на момент заключения договора. Если поставщик не зарегистрирован в ЕГРЮЛ – у него отсутствует правоспособность (п. 3 ст. 49 ГК РФ), поэтому все сделки с ним недействительны, и негативные последствия работы с таким «поставщиком» несет его покупатель. Эта позиция была поддержана судами, поэтому «черные однодневки» (не имеющие государственной регистрации) оказались нежизнеспособными и быстро исчезли с горизонта.
Однако этот аргумент достаточно быстро исчерпал себя, поскольку Федеральная налоговая служба разместила на своем сайте сведения из ЕГРЮЛ, по которым достаточно несложно было проверить правоспособность контрагента перед совершением сделки с поставщиком. Налогоплательщики стали заявлять, что перед заключением сделки они были убеждены в госрегистрации поставщика, проверив данные о нем на сайте ФНС РФ – суды тоже считали такие меры достаточными. Кроме того, всегда существовала возможность получить выписку из ЕГРЮЛ, согласно которой на дату заключения сделки контрагент действительно существовал.
Тогда налоговики нашли другой аргумент: они стали обвинять налогоплательщика в неосмотрительности, если он не убедился в правоспособности лица, оформляющего документы от имени контрагента. Здесь ситуация сложнее, поскольку в сведениях из ЕГРЮЛ, размещенных на сайте ФНС РФ, нет фамилий руководителей, осуществляющих руководство подозрительными компаниями. Поэтому несовпадение фамилий руководителей в полной выписке из ЕГРЮЛ с фамилиями на документах, полученных от поставщиков, все же позволяло говорить о непроявлении должной осмотрительности. Впрочем, такие случаи были довольно редкими, и очень быстро налогоплательщики стали запасаться решениями учредителей о назначении директором того лица, которое было обозначено во всех оформляемых от имени поставщика документах.
Очень интересно: как только налогоплательщики выяснили, какие бумаги свидетельствуют об их осмотрительности, у них чудесным образом появились все необходимые документы, и даже с излишком. Так, в суды стали представляться не только выписки из ЕГРЮЛ и копии решений учредителей относительно назначения директоров, но и копии свидетельств о постановке на налоговый учет и в органы статистики, Уставов, приказов о назначении директора и т.п. Ведь для профессиональных торговцев «однодневками» нет проблем в предоставлении подобных документов.
В результате фортуна опять повернулась лицом к налогоплательщикам. Битва с «однодневками» зашла в тупик, но тут ФНС РФ нашла неожиданный выход из него, переместив центр тяжести в своей аргументации с субъективных показателей (неосмотрительность налогоплательщика) на объективные – недостоверность подписей на «первичке» и счетах-фактурах, оформленных ненадлежащими лицами.
Доказывалось это путем опроса учредителей и руководителей поставщиков, а при их отсутствии – путем сверки подписей на учредительных (банковских) документах с подписями на документах, составленных от имени контрагента.

Противостояние инспекторов и налогоплательщиков достигло апогея, когда налоговые органы предприняли глобальные меры по допросу учредителей и руководителей, утверждающих, что они не только не открывали соответствующие юридические лица и не руководили ими, но и не имели никаких контактов с конкретным налогоплательщиками. Часто их показания подтверждались почерковедческой экспертизой. Вывод прост – формально документы, подписанные ненадлежащими лицами, не могут оправдывать налоговые вычеты по НДС и расходы по налогу на прибыль.
К сожалению, этот «железный» довод был поддержан судами и заработал на практике. Налоговые органы праздновали победу. В этой критической ситуации больше не помогали никакие доказательства проявления осмотрительности со стороны налогоплательщика, даже самый полный пакет сведений о контрагенте и его руководителе. Не принималась во внимание ни доказанная реальность сделки, ни ее экономическая обоснованность, ни мольбы налогоплательщиков обратить внимание на то, что они не имели возможности проверить злосчастные подписи. Налогоплательщик как правило был беззащитен перед судом, если руководители контрагентов дали «отказные» показания.
Это привело к тому, что фактически работа налоговиков по проверке налогоплательщиков свелась к поиску сомнительных поставщиков и «снятию» показаний с учредителей и руководителей. Автоматизма всей этой процедуре добавило наличие базы данных, в которой в электронном виде аккумулировались данные о «фирмах-однодневках» с обозначением имеющихся признаков недобросовестности и ранее собранными протоколами опросов учредителей и руководителей. В отсутствие профессиональной защиты налогоплательщикам оставалось только подсчитывать убытки.
Казалось бы, налоговики выиграли битву с «однодневками» и обеспечили бесперебойный источник поступлений в бюджет, невзирая на то, что пострадать могут и вполне законопослушные налогоплательщики, случайно столкнувшиеся с коварными поставщиками.
Но в 2010 г. в очередной раз все перевернулось с ног на голову, причем неожиданная помощь российским налогоплательщикам пришла из Европы. И внезапно суды по-новому оценили Постановление № 53. О том, что же произошло, будет рассказано в следующей рассылке.

2. Знаете ли вы, что…

Автор раздела: Павел Панов

…уголовные дела и налоговая ответственность друг друга не опосредуют
Победа или поражение организации в споре по поводу доначисления налогов не всегда может предопределить исход уголовных дел в отношении ее руководства. Во-первых, налоговики чаще всего вменяют в вину организации неуплату налогов по неосторожности (п. 1 ст. 122 НК РФ), в то время как уголовные дела возбуждаются только за умышленное уклонение от их уплаты (ст. 199 УК РФ). Во-вторых, арбитражные суды часто мотивируют свои решения ошибками, которые допустили налоговики при проведении проверки, и которые на ход следственных мероприятий никак не влияют.
Точно также уголовная ответственность учредителя, руководителя или главного бухгалтера фирмы за неуплату налогов еще не означает, что с самой организации будут взысканы налоговые недоимка, пени и штрафы. Например, налоговики не смогут взыскать данные платежи, если ранее в арбитражном суде ими уже был проигран соответствующий налоговый спор – недавно Президиум ВАС РФ решил, что вынесение обвинительного приговора судом общей юрисдикции не является вновь открывшимся обстоятельствам для арбитражного суда и не позволяет заново пересматривать дело (постановление от 20.07.2010 № 7654/08). Правда, и оправдательные приговоры в отношении руководства – это не панацея для арбитражного суда, поскольку налоговое правонарушение может иметь место даже в отсутствие состава преступления.

…счета-фактуры станут электронными
На днях был одобрен проект закона, вносящего ряд изменений и дополнений в НК РФ и предусматривающий, в частности, возможность составления счетов-фактур в электронном виде. Применение электронной версии документов допускается по обоюдному согласию сторон (которое, по всей видимости, должно быть зафиксировано документально) при наличии у них возможностей для приема и обработки счетов-фактур в соответствии с установленным порядком, а также совместимых технических средств. Подписание электронного счета-фактуры по закону должно будет производиться с использованием электронной цифровой подписи руководителя организации либо иных уполномоченных лиц.
Многим налогоплательщикам данное новшество хорошо уже тем, что оно облегчит им жизнь и упростит ведение документооборота. Еще один плюс – это сложность процедуры изъятия документов и информации, хранящихся в электронном виде, различными контролирующими органами. Но самое главное – можно ожидать, что появление электронных счетов-фактур упростит взаимодействие недобросовестных налогоплательщиков с «фирмами-однодневками», так что остается только догадываться, как будут оцениваться подобные документы налоговыми органами и судами.

…налогоплательщик должен следить за достоверностью подписей на «первичке»
Не оправдались надежды налогоплательщиков на то, что впредь им не нужно будет скрупулезно проверять достоверность подписей на оформляемых контрагентами счетах-фактурах. Изначально Государственной Думой рассматривался законопроект, в соответствии с которым предлагалось запретить налоговикам проведение почерковедческой экспертизы документов, которые выписываются не налогоплательщиком, а его контрагентом (в т.ч. и счетов-фактур). Недостоверность подписи представителя контрагента на счете-фактуре в соответствии с законопроектом не должна больше была быть основанием для отказа в принятии НДС к вычету.
Однако Правительство РФ данный законопроект не одобрило, так что теперь у него почти нет шансов. Чиновники отметили, что принятие описанных поправок «может привести к возмещению из бюджета сумм НДС по так называемым «фиктивным» сделкам».

 

3. Война за добросовестность: на чьей стороне суды

Внимание! С текстами нижеприведенных дел, а также многих других арбитражных дел по вопросам применения налоговых схем всегда можно ознакомиться на сайте www.econ-profi.ru.

Споры по «фирмам-однодневкам»
Свидетельские показания сами по себе не опровергают реальность сделки
Организация была обвинена налоговым органом в использовании «фирмы-однодневки» для занижения размера своих налоговых обязательств. Инспекторы сослались, во-первых, на неуплату фирмой-контрагентом налогов и на наличие у нее массы признаков «однодневки», а во-вторых, на показания ее руководительницы, которая сообщила о своей непричастности к ее деятельности. Кроме того, ими была получена экспертная справка, в соответствии с которой подписи на первичных документах, оформленных контрагентом налогоплательщика, были выполнены не его руководительницей, а иным лицом. Однако налогоплательщик посчитал свою вину недоказанной и оспорил доначисленные суммы налогов поставщику в суде.
Приведенные налоговиками доказательства суд счел недостаточными для опровержения презумпции добросовестности налогоплательщика. Так, показания руководительницы фирмы-контрагента о ее непричастности к деятельности этой фирмы опровергались данными из ЕГРЮЛ. «Сомнительность» данных показаний подтверждалась также тем обстоятельством, что свидетель подтвердила факты подписания некоторых документов от имени фирмы-контрагента за вознаграждение. Экспертная справка не была принята в качестве доказательства, поскольку налоговым органом экспертиза по правилам ст. 95 НК РФ не назначалась. В результате было решено, что изложенные налоговиками доводы не опровергают реальность произведенных налогоплательщиком операций, а также однозначно не свидетельствуют о том, что оформленные его контрагентом первичные документы подписаны неустановленным лицом (постановление ФАС Северо-Западного округа от 13 мая 2010 г. № Ф07-4523/2010).
Источник: «Экон-Профи»

Споры по дроблению бизнеса
И снова дробление бизнеса на АЗС…
Организация имела в собственности сеть АЗС, базу поставщиков нефтепродуктов и персонал, необходимый для их оптовой закупки и розничной продажи. При этом схема реализации нефтепродуктов была такой: бензозаправки были сданы в аренду индивидуальным предпринимателям, которые как и сам налогоплательщик применяли упрощенную систему налогообложения. По совместительству эти предприниматели являлись работниками налогоплательщика. С каждым из них организация заключила агентский договор на закупку нефтепродуктов, договор на техническое обслуживание АЗС и оказание услуг по реализации товара через заправочную станцию. Однако самое интересное состояло в том, что перечень арендаторов АЗС все время менялся: как только уровень дохода любого из них приближался к лимиту дохода «упрощенца», его место сразу заменял другой. В ходе проверки налоговый орган сделал вывод об уклонении налогоплательщика от уплаты налогов путем дробления бизнеса между рядом льготируемых субъектов.
Суды первой и апелляционной инстанции налоговиков не поддержали. Они посчитали, что избранный налогоплательщиком способ ведения бизнеса закону не противоречит. Однако в кассации на проблему взглянули глубже: было отмечено, что совокупность приведенных налоговиками обстоятельств позволяет говорить о том, что единственной целью вовлечения в систему продажи нефтепродуктов взаимозависимых индивидуальных предпринимателей являлось применение упрощенной системы налогообложения и занижение налогового бремени. Поскольку приведенные обстоятельства нижестоящими судами не были оценены, дело было направлено на новое рассмотрение (постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 12 февраля 2010 г. по делу № А46-11396/2009).
Источник: «Экон-Профи»

Споры по схемам с участием посредников
Купили товар?! А почему не у производителя?
Налогоплательщик приобретал товар, необходимый ему для своей производственной деятельности. Закупки товара производились у двух поставщиков, ни один из которых не являлся его производителем – как выяснили налоговики, эти поставщики являлись посредниками, замыкающими цепочку движения товара от его производителя до налогоплательщика. Принимая во внимание, что фактически товар поставлялся в адрес налогоплательщика непосредственно от производителя, инспекторы решили, что заключение сделок с посредниками преследовало единственную цель – уклонение от уплаты налогов путем завышения сумм расходов и налоговых вычетов. Тем более, что они обладали некоторыми признаками «фирм-однодневок».
Между тем, суд установил, что приобретение товара через посредников в рассматриваемой ситуации не имело альтернатив: практически вся продукция производителя скупалась его единственным трейдером, который в дальнейшем диктовал покупателям условия ее реализации. По мнению суда, такая модель являлась вполне законной, поскольку позволяла производителю абстрагироваться от проблем с хранением произведенного товара, его погрузкой и т.д. В результате претензии к налогоплательщику в части взаимодействия с поставщиками-посредниками были отклонены: суд указал, что он предпринял все зависящие от него меры предосторожности по их проверке, поэтому доначисление налогов незаконно (постановление ФАС Центрального округа от 8 февраля 2010 г. по делу № А68-9948/07-436/11).
Источник: «Экон-Профи»

Споры по прочим схемам
Товар реализован – выручка не отражена
Индивидуальный предприниматель, применяющий упрощенную систему налогообложения, занимался перепродажей мебели. В конце года сумма его дохода стала приближаться к предельно допустимому для «упрощенцев» лимиту. При этом налоговики заподозрили, что право на применение «упрощенки» предпринимателем было утрачено, поскольку он не полностью оприходовал партию приобретенной мебели, а затем не отразил доходы от реализации этой части мебели. Причем достоверных доказательств реализации «неучтенной» мебели налоговики не имели - они основывались лишь на информации об отсутствии у предпринимателя остатков товарно-материальных ценностей. Несмотря на это они посчитали налогоплательщика утратившим право на использование «упрощенки», доначислили ему налоги и обратились в суд.
Хотя суды первой и апелляционной инстанции поддержали налоговиков, в кассации было решено, что привлечение к ответственности незаконно, так как никаких доказательств приобретения и реализации «неучтенной» мебели налоговиками не было представлено. Этот вывод основывался лишь на сравнении данных из книги доходов и расходов индивидуального предпринимателя и акта сверки с его поставщиком. Никаких первичных документов, подтверждающих куплю-продажу «пропавшей» мебели обнаружено не было. Мероприятия по проверке правильности оприходования денежной наличности налоговиками не проводились. В результате вину налогоплательщика сочли недоказанной, а дело направили на новое рассмотрение (постановление ФАС Уральского округа от 9 февраля 2010 г. № Ф09-252/10-С3).
Источник: «Экон-Профи»


Уважаемые подписчики!

Рекомендуем Вам подписаться на рассылку «Налоговые проверки: правила самообороны». Из ее содержания можно узнать о том, когда налогоплательщику следует ожидать мероприятий налогового контроля, каковы их процедуры, как обернуть их себе во благо.  Ознакомиться с пилотным выпуском этой рассылки можно здесь.

Подпишитесь на рассылку
"Налоговые проверки: правила самообороны"

_______________________________________________________________ ______
© Консалтинговая группа «Экон-Профи» под руководством Пархачевой М.А. - члена Научно-экспертного совета Палаты налоговых консультантов РФ. Использование материалов рассылки, охраняемых авторским правом, возможно только с разрешения правообладателя - ЗАО КГ «Экон-Профи».


В избранное