Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay

Человек в Интернете

Рассылка закрыта

При закрытии подписчики были переданы в рассылку "Сайт - мое дело" на которую и рекомендуем вам подписаться.

Вы можете найти рассылки сходной тематики в Каталоге рассылок.

←   Октябрь 2010   →
 1
 2
 3
 4
 5
 6
 7
 8
 9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
Автор
Runova-nk

Статистика

150 подписчиков
0 за неделю
←   Все выпуски   →

Человек в Интернете: 29.10.2010


Манифест Михалкова: так жить нельзя!

Если бы не вчерашняя блестящая передача Владимира Соловьева, мне бы не пришлось ознакомиться с текстом Н. С. Михалкова. Да и так не пришлось (всерьез и глубоко) — скучно невероятно. Последние разделы про государство, власть, политику и т.д. уже совсем не осилить. С первых абзацев возникает мысль: а кому адресован сей манифест? Ну, точно не мне. Адресован он — политической элите страны, к которой я не принадлежу. К каким-то соратникам-консерваторам. К ним я тоже не принадлежу. Поэтому хочу поговорить о передаче, которую вчера посмотрела. И не только я. В голосовании «Поединка» приняло участие более 80 тысяч человек!

Во-первых, «достал» (по-хорошему) сам Михалков. Димитрий, сказал он, обращаясь к Быкову, а у вас не болит сердце, когда вы смотрите на пустые заброшенные поля?.. И тут выяснилось, что Россия болит во всех, в каждой душе.

Во-вторых, было сформулировано (правда, далеко не в первый раз), что «так жить нельзя»: двадцать лет нас вели неизвестно куда, даже не спрашивая. Теперь надо остановиться и подумать, «куда ж нам плыть».

Еще будучи журналистом, в начале 1990-х годов я ходила на все публичные мероприятия и с маниакальным идиотизмом задавала один и тот же вопрос: «Прежде чем что-то делать, давайте определимся, что мы создаем, какое государство, какое общество? Мы строим капитализм? Так во всем мире уже возникло пост-индустриальное общество…» Никаких ответов я не получила, ибо «надо жизнь сначала переделать, переделав, можно воспевать». Реформаторы торопились, и они уже печатали ваучеры, и чувствовали себя героями, и панически боялись: вот сейчас вернется Коммунист и вобьет их своим тяжелым кулаком в землю по самое горло…

Что теперь об этом вспоминать! Все знают, что мы прошли. Самая страшная картина девяностых: неработающий завод, в своем кабинете сидит один директор (еще даже без охраны), сдающий помещения в аренду, а на дверях заводской столовой висит огромный амбарный замок…

А вчера по телевизору умные люди (они же все профессора, блин!) сказали, что Манифест Михалкова обязательно даст результат: думающую Россию. Сам Михалков обалдел. Это гораздо круче того, на что он надеялся. Неужели мы дошли до того, что какой-то текст в Интернете способен послужить элементом кристаллизации (трансформации) для всей страны и превратить нас в думающую Россию? Конечно, легче всего сказать «Не верю!» Но Боже мой, как хочется в это верить!..

В девяностых постоянно — на улице, в метро, в магазинах — говорили об одном и том же: что везде люди живут, а мы тут в дерьме купаемся. Вот с чего, с моей точки зрения, началось падения страны: с убеждения, что Советский Союз, а за ней и Россия — это место, где человеку жить хуже всего. Сегодня доподлинно известно, что это не так. Никто бы по своей воле не переехал жить в Сектор Газа или в Ирак. Даже житье в «благословенной» Америке (наездились уже) вызывает оторопь. И все чаще повторяется поговорка: «Где родился, там и пригодился». Но тут другой оборот: не пригодился! В том-то и дело, что — не пригодился, в родной стране ты на фиг никому не нужен. Впрочем, и в чужой — тем более.

Семьдесят лет нам хотя бы декларировали, что «человек — это звучит гордо», а за последние двадцать лет властью и кастой нуворишей мы превращены в быдло, которое годится только на то, чтобы хлопать глазами перед телевизором. И точно знать, что Москва (как справедливо заметил вчера Михалков) — это столица Рублевки, а не России. А кроме Рублевки никакой России — нет!

Но Россия есть. Например, она есть внутри меня. Она там болит, горит, плачет, кричит, бессмертно сияет своей красотой. Внутри меня и, думаю, внутри каждого из нас есть, жива — Россия. Любимая и единственная.

…Скучным и некрасивым

Нам кажется ваш Париж.

«Россия моя, Россия,

Зачем так ярко горишь?»

Марина Цветаева

Россия — внутри меня, и я — что бы ни делала, чем бы ни занималась — нахожусь внутри России, и всеми своими помыслами и деяниями, пусть даже микроскопическими, — влияю на нее. В этом, наверное, и надежда. Что бы ни делал Михалков, что бы он ни говорил — он делает это внутри России и влияет на нее своим несравненным художественным талантом и яркой, неоднозначной личностью, мощью своей. И то, что вчера было на телевидении — тоже было в России.

В начале 1990-х Михалков хотел вести на телевидении «домашнее чтение», он хотел каждый день один час читать для людей русскую классику. Ему не дали. Если бы дали, возможно, сегодня не потребовался бы его манифест. Двадцать лет чтения русской классики — это, я вам скажу, лучшая прививка от всякой нечисти, от всех душевных и телесных недугов. Может быть, благодаря этому чтению, мы бы и не считали сегодня, что мы — быдло. Но этого не случилось. И сегодня мы осознаем себя никчемными индивидами, которым, в отличие от других, не удалось обогатиться, к чему нас призывал еще Борис Ельцин.

Не буду скрывать, что отношусь к автору «Манифеста» скорее плохо, чем хорошо. И в этом парадокс. Потому что каждый фильм Михалкова — это творение большого художника и долгосрочное событие в культуре нашей страны. А что он при этом себе «позволяет»…

А что можешь позволить себе ты?! Что ты сделал, чтобы иметь право написать манифест о судьбах России? Ах, имеешь право? Так напиши! Сделай то, что ты имеешь право по своему внутреннему убеждению. Осознав, что ты — умный, сознательный гражданин, достойный великой страны, в которой живешь. Вот отсюда, как мне кажется, может начаться возрождение России — с самоуважения каждого, с ощущения, что ты можешь и должен быть полезен своей стране. На это не нужно разрешения. Нужно просто отказаться от самобичевания, от привычки считать себя человеком второго (третьего, пятого, десятого) сорта.

Михалков приводит в своем Манифесте цитату из Пушкина, где он, Пушкин, говорит о том, что история России дана нам Богом. В этом глубочайшая мысль: мы рождаемся с той историей, которая уже есть. Мы не имеет возможности отказаться от Малюты Скуратова, Рюриков, Ивана Грозного, отпричнины, Сталина… Мы не можем отказаться даже от Пушкина, Цветаевой, Карбышева, Петра Шмидта, молодогвардейцев, Зои Космодемьянской, Юрия Гагарина, Шагала, Любимова, Высоцкого, Михалкова. Главное — не отказываться от самого себя, от уважения к самому себе, способному вместить в себя эту историю, эту страну, не навешивая ни на нее, ни на себя никаких ярлыков.

Читать полностью
В избранное