Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay
  Все выпуски  

Новости сайта "Машинное отделение" #063


Новости "Машинного отделения"



Интервью не было давно, хотя музыкантов, с которыми поговорить стоит, становится всё больше и больше. Тем не менее, я предпочитаю публиковать не болтовню, коей всегда бывает в избытке, а беседы, которые мне самому кажутся интересными.

Влад Макаров в представлении не нуждается. Кроме того, рецензии на его альбомы регулярно появляются в Машинном Отделении. Так будет и впредь. Музыкант проявляет нешуточную активность, успевая не только выступать на фестивалях и писать новые картины, но и обсуждать проблемы импровизационной музыки в Интернете. На мой взгляд, в этом разговоре нам удалось коснуться тем, о которых с Владом пока никто не говорил.


Интервью с Владом Макаровым

Влад Макаров
Беседа с Владом Макаровым была задумана давно, но что-то постоянно не клеилось. Тем не менее, после нескольких фальстартов разрозненная переписка стала превращаться в планомерный диалог. Текст беседы, с которым я хочу вас познакомить, изготовлен в три присеста за пару месяцев - мэтр отвечал неспешно, сумбурно, засыпая массой деталей и подробностей. Но, как мне кажется, это интервью позволяет понять основной мотив Влада Макарова - если для западных музыкантов импровизационная музыка стала реакцией на ситуацию, то для него - единственным способом существования здесь и сейчас.

На пустом месте ничего не появляется. И в американском свободном джазе, и в европейской импровизационной музыке прослеживается четкая социальная и политическая ангажированность. "Черные пантеры" за океаном, маоизм Корнелиуса Кордью (AMM), членство в коммунистической партии Джона Тилбёри и левые ориентиры Пола Рутерфорда (ISKRA 1903) - список можно продолжать. Если говорить о российских музыкантах, то складывается впечатление, что они полностью аполитичны. Так ли это?

Пожалуй, и к сожалению. Меня всегда удивляла в коллегах их приземлённость и нерефлективность в культурном плане. О Новой музыке мало кто из них вообще что-либо знал. Даже Сергею Летову мне приходилось в те давние времена рассказывать (только Курёхин был информирован адекватно). Нашими двигало что-то другое… вот хороший пример - Чекасин. Вот истинный русский адекватный жизни авангардист. Юродствующий, скоморошествующий, низвергающий и сотворяющий некое бытие, в котором и жить-то и нельзя! Вот и всё тут! Какую тут надо искать рефлексию и эстетику? Не свобода, но воля…

Чем был вызван Ваш интерес к импровизационной музыке? Была ли это сугубо эстетическая позиция?

Экзистенциальная. Эстетическая позиция сформировалась в процессе.

Давайте разберёмся с джазом. В отличие от западных коллег, в России музыканты, играющие джаз, и адепты импровизационной музыки топчутся на одной лужайке. Насколько лично Вам близки "джазовички-бодрячки"?

Для начала напомню, что крылатые слова "джазовички-бодрячки" были адресованы мною первому составу ТриО в восьмидесятых, когда Сергей Летов пригласил меня поиграть на выставке авангардной живописи на Малой Грузинской. Придя туда, я обнаружил, что мой единомышленник по фри играет весёленькую музычку с какими-то музыкантами-духовиками: валторной и тубой. При этом один пел что-то в блюзовой манере. Я был в шоке и выдал Летову и в шутку и всерьёз фразу: "где он нашел таких джазовичков-бодрячков?" Ими оказались два Аркаши - Шилклопер и Кириченко… Потом эта фраза так ребятам понравилась, что при встрече с Шилклопером тот всегда мне её напоминает!

Так вот. Музыка джазовичков-бодрячков мне абсолютно далека в смысле исполнения. Я, конечно, слушаю традиционный джаз, и даже кое-что люблю, но эта музыка мне чужда. И думаю, всякие миксы для современного импрова малоинтересны. Так уж повелось: традиционалисты дико ненавидят так называемую ими уничижительно "собачатину", мы им так не отвечаем, но таких содружеств найти трудно. Правда, есть один способ единения этих музык - обстебать традицию, что успешно делают Чекасин, Беннинк, Менгельберг и другие "бодрячки-неджазовички" от постмодерна. Бог им судья, я в этом не участвую.

В Ваших эссе о годах минувших Вы постоянно указываете на разрозненность и маргинальность адептов новой музыки. Никакого единства во мнениях, никакой общей эстетической позиции. Если объединение - то кратковременное, и заканчивающееся полным разрывом отношений. Неужели все было настолько плохо?

Так ставить вопрос, наверное, нельзя - хорошо/плохо. Было - как было, и из этого потом Нечто появилось. Нельзя сказать, что уж очень плохое… Феномен ГТЧ (трио Ганелин / Тарасов / Чекасин), Курёхина, Летова и его проектов, неуклюжий ОРКЕСТР МОСКОВСКИХ КОМПОЗИТОРОВ, мои, наконец. Кухня была дымная… Просто всё это движение было полупридушенным, как и многие культурные и не только, кстати сказать, процессы в России вообще…

Прошло два десятка лет. Ситуация изменилась? Скепсис улетучился?

Вообще-то, если объективно, то очень многое произошло, часто кардинально. Скепсис всегда где-то припрятан, но с ним жить и играть-то нельзя, поэтому лучше засунуть его в жопу!

Со скепсисом всё ясно. А как Вы оцениваете своих молодых коллег? Кто из музыкантов способен выхватить знамя из рук мэтров?

Я очень люблю общаться с молодежью. Раньше у меня были и ученики. Вообще-то я поздно начал играть импров, почти в тридцать лет, и поэтому все мои коллеги были моложе меня. Пару лет назад, благодаря Интернету и моей резкой активности я обнаружил совсем молодых музыкантов. Вот, например - Илья Белоруков из Питера. И мы уже довольно много переиграли вместе. Многообещающий саксофонист совершенно новой формации, не отягощённый нашими проблемами… играет много и легко. Что будет дальше, трудно сказать. Будем надеяться на лучшее. Этот путь нелёгкий.

Летов, Макаров, Ходзито
Почему в современной России импровизационная музыка развивается так вяло? В чем причина: в ней или в нас?

Вопрос архи-сложный… Первое - в нас, второе - в музыке… А может наоборот…

И следом - почему импровизационная музыка не чахнет в европейский странах? В ней или в них все дело?

Да можно сказать, что чахнет! Уж так, как играли в 70-80-е, не играют. Да, стали все очень качественно играть, но суть этой музыки не только и не столько в "качественности". Дух ускользает. Энергия заменяется мастеровитостью. Хотя, то, что европейцы привнесли концептуальность - это плюс. На одном "Ух!" долго не протянешь.

В последние лет десять импровизационная музыка ощутимо качнулась в сторону электроакустики. Даже Летов активно использует i-book, что уж говорить о молодых ребятах. Насколько Вам интересен этот сегмент музыки? Довольны ли Вы опытом сотрудничества с компьютерными музыкантами?

Для меня эта музыка фоновая, это фактура, и она может быть очень выразительной. Я частенько играл последнее время с электронщиками. Вот, в Киеве в мае с Алексеем Борисовым очень удачно. В Берлине и на СКИФе с швейцарцем Жилем Обри. В Киеве работает Алла Загайкевич - замечательный электро-акустический, если так можно сказать, композитор, вот собираемся сотрудничать. Там кстати, и такие ребята KOTRA неплохо работают. Да и сын мой гитарист не столько играет на электрогитаре, сколько использует её для звуковых пластов, это уже другая ведь музыка. Так, что я волей-неволей вовлечен в эту музыку.

Судя по тому, как идут дела у западных лейблов, специализирующихся на импровизационной музыке, диски разлетаются, как пирожки. Современная импровизационная музыка - что это? Сформировавшаяся позиция, эстетское позерство, радикальный жест или коммерческая ниша?

И то, и это, и ещё что-то…

Есть ли какие-то догадки по поводу последнего "что-то"?

Это что-то сугубо русское, таинственное и невысказываемое… мучительное, мутное… как бы не пропасть…

В продолжение темы: не возникает ли у Вас ощущения, что издательская деятельность многих культовых персонажей джазовой и импровизационной сцены превратилась из провокации в профанацию? Прежде всего, я имею в виду г-на Зорна и его непрерывно плодоносящий Tzadik.

Здесь согласен. Как-то уж очень всё у них здорово и замечательно, да и на поток поставлено. Может завидно, что не можем мы противопоставить им нашу Новую русскую радикальную музыку.

Существенный пласт рынка - компакт-диски японских музыкантов. Вам не единожды доводилось играть с ними на одной площадке, поэтому не могли бы Вы в двух словах определить их отношение к импровизационной музыке?

Японцы очень пассионарны, они мигом осваивают чужие культуры, не отдавая себе отчёт в тонкостях истории культуры народов и их ментальности. Их постмодернистский подход вполне адекватен современной скоростной виртуалокиберобразной жизни. Но в этом их энтузиазме есть и свои жемчужины.

Совсем недавно Вы вернулись с крупного европейского фестиваля. Какие впечатления у Вас оставило это мероприятие? Не жалеете о том, что приглашение было принято?

Впечатление разное: с одной стороны, если учесть, что мы так редко участвуем в таких масштабных мероприятиях - поэтому - Ух!!!; с другой стороны - вся звучавшая там музыка давно уже - де жа вю! В музыкально-эстетическом плане я нового для себя ничего не нашёл, не почерпнул, скорее, наоборот, засомневался кое в каких своих оценках… Да и то, что мы сами играли, было не очень ясным… это был некий эстетический сумбур, хотя, на фоне других, этот русско-тувинский драйв имел свою ценность именно благодаря спонтанному непредсказуемому раздолбайству…

Где и когда состоялось то выступление, за которое Вам точно никогда не будет стыдно?

Так трудно ответить, потому что для меня каждое серьёзное выступление - это очень ответственный экзистенциальный акт (я же редко публично играю), эта музыка существует как внутренняя необходимость, по выражению Кандинского. Я даже рассматриваю это в онтологическом аспекте, как приращение бытия… Часто мешает плохой звук, организационный напряг, бытовые проблемы - вот что плохо. А музыка живёт своей жизнью, мы её извлекаем, часто в муках и с болью. Ну, если более приземлённо, это игры с хорошими музыкантами. Раньше мне казалось, что с иностранными, теперь я нахожу удовольствие играть со своими.

Матос, Макаров, Эдвардс - Uncool Festival
Как выглядит идеальный состав, с которым Влад Макаров желал бы записать совместную пластинку или отыграть на серьёзной площадке?

Тут раз на раз не приходится. Могут быть разные хорошие партнёры. Сегодня мне хочется сыграть с одним, завтра с другим. У каждого есть что-то своё. Вот долгое время мечтал сыграть с Крисом Катлером - сыграл, что-то не то… Ещё бы попробовать без Фрита. Вот подумываю, как бы Джона Эдвардса вытащить, кажется, идеальный партнёр. Практика показываем мне, что мой лучший состав - это трио виолончель, ударные и что-то фоновое. Вот электроника, если аккуратная. Второй солирующий инструмент: сакс, любой духовой или голос сразу делает из меня аккомпаниатора. А в моей виолончели есть всё одновременно: и соло, и дуэт, и аккомпанемент. Имеющий уши - да услышит!

В последнее время Вы всё чаще заговариваете о желании записать гитарный альбом. Не жалеете о том, что в своё время предпочли виолончель гитаре?

Нет. Гитара остается, у неё особая миссия. Это мой ежедневный инструмент. Это трудовая лошадка. А виолончель - это муза, к ней нужно прикасаться только в исключительном состоянии. Недавно вот с Белоруковым много гитарных дуэтов записали. Буду писать и сольный гитарный. Недавно купил электроакустику. Другой, чем просто у акустики, роковый звук, интересно получается.

Ваш сын - музыкант, гитарист. Не тесно отцам и детям на одной территории? Не возникает мыслей о том, что Макаров-младший пошёл не по той тропинке?

Сын по профессии актер, и гитара для него - дополнение к его артистической натуре. У него другое отношение к музыке, более медитативное, он мыслит звуковыми пейзажами. Часто мне кажется, что он не так играет, но я не вмешиваюсь, потом слушаю, и правильно, что он играет по-другому, а то было бы два Макарова-старшего. Но он очень чувствует мою музыку в процессе игры, иногда кажется, как никто! Хотя вроде играет что-то своё. С ним удивительно легко играть.




http://machine.radionoise.ru



В избранное