Все выпуски  

"Открытое сознание" - все культах, сектах, радикалах и т.п." Новая статья: 'Независимо от веры' [ SUBSCRIBE 17 ]



Логотип

2007-11-28


Доброго времени  уважаемые подписчики!

Представляем Вашему интересу новую статью о проблеме нахождения детей в закрытых религиозных организациях. Обсудить данную статью Вы можете по ссылке: http://www.sektam.net/forum/index.php

 

 С уважением,

Редакция проекта "Открытое сознание"

Независимо от веры



Dear friends,

please find attached a Russian translation of the brochure "Till tross for tro" ("Regardless of the faith") from the Norwegian organization "Redd Barna" ("Save the Children").
This brochure is important because it shows how the rights of children and young people, as defined by the United Nations' convention for the rights of children, and usually also in national law, are violated by "isolated faith communities".
The title of the brochure expresses our aims not to judge religious movements according to their believes, but according to the damages which they create.
The translation to Russian has been made by Katya in Kiev. As I don't speak Russian, I can-not estimate the correctness.
I hope this will be a tool to convince authorities about necessary actions against cults.

Best regards
Friedrich

Несколько лет назад организация «Спасите детей» запустило новый проект под на-званием «Вперед», где бы молодые люди которые оставили изолированные религиозные об-щины, могли получить помощь. Проект обнаружил что мы, в Норвегии, еще очень мало зна-ем о детях, которые растут в религиозных общинах такого типа. Доклад «Независимо от ве-ры» является продолжением этой работы, он является толчком к тому, чтобы молодые люди, которые выросли в изолированных религиозных общинах, могли рассказать свои истории.
Все приведенные ниже истории базируются на реально существующих христианах, выросших в свободных церковных общинах, общинах, которые традиционно являются ча-стью культурной и религиозной реальности Норвегии. Весомым является тот факт, что для движения «Спасите детей» не является целью критика отдельных аспектов религии. Мы хо-тим обратить внимание на ограничения и нарушение законов, которые часто характеризуют взросление, когда лидеры общин препятствуют свободному выражению личностного мнения и способствуют отречению от окружения. Независимое право детей на свободу веры и свободу выражения должно быть обсуждено и противопоставлено свободе родителей решать за детей, их права и обязательства по сопровождению детей должны лимитироваться.
История говорит о том, что такие изолированные окружающие среды бросают большой вызов, при всем моем уважении к ним, безопасности правам детей на свободу мысли, вероисповедания, свободу высказывания, что отмечено в Международной конвенцией по правам ребенка и в Норвежском законодательстве.
Для "Спасите детей" как организации выступающей за права детей, это весомая при-чина для беспокойства. Права детей должны рассматриваться также в свете школьных дис-циплин для детей, устанавливаться и развиваться в религиозных общинах на базе их миро-воззрения.
Мы благодарим "Здоровье и Реабилитацию" за финансовою поддержку проекта. Мы также благодарны участникам за ясность, искренность и храбрость. Эти истории дают нам возможность проникнуть во внутрь детства в закрытых окружения. Сами по себе эти знания накладывают обязательства.
Мы надеемся, что этот доклад и четко сформулированные мнения участников созда-дут базу для обсуждения и обратной связи.

ВВЕДЕНИЕ

Хорошие воспоминания о детстве? Это был трудный вопрос. Да, моя бабушка прислушивалась ко мне все время. Она также принадлежала к общине, но она была не похожа на других – она могла быть не такой, а это не было дозволено. Только я знал про это.
Существует множество свободно-церковных общин в Норвегии. Некоторые из них маленькие, в то время как другие имеют сотни членов. Некоторые являются совершенно новыми в этой местности, другие существует на протяжении длительного времени, и являются частью движений распространенных по всему миру. Некоторые контактируют и общаются с внешним миром. Другие закрыты и изолированы.
Как именно происходит процесс взросления в закрытых общинах является предметом обсуждения в этой брошюре. Мы брали интервью у молодых людей и взрослых, родители которых были членами свободных церковных общин. Некоторые рассказывают о безопасном детстве, другие легче вспоминают незащищенность, но все описывают детство, которое явственно отличалось от детства других детей. Независимо от того, как они описывают свое детство, они имеют схожий опыт горестного и подавленного существования до того как они решились уйти. Цена разрыва высока. Нет ни одной достоверной статистики о количестве детей и молодежи, которая принадлежит к закрытым религиозным общинам. Среди аргументов, акцентируют внимание на том, что не четко выделены параметры, по которым можно определить закрытая ли община. В этот проект мы включили общины, которые лимитируют право своих членов на свободное формирование и высказывание мнения, которые реструктурируют информацию, которая вращается между общиной и обществом, и которые используют жесткие санкции относительно тех, кто желает уйти.
То, что религиозные общины изолированы, еще не означает, что они неизвестны. Они могут быть достаточно видимыми в местном обществе, и в некоторых случаях отдельные лидеры могут брать участие в общественных дебатах. Эта видимость и участие иногда затрудняет понимание того, что в то же время община закрыта и изолирована.
Взросление в закрытых и изолированных общинах часто включает детство и юность, где права детей и молодежи игнорируются. Опыт строгой лимитации включает и вопрос о том какую информацию можно подавать и что разрешено высказывать. Они запрещают пра-во на собственное мнение, у членов общины нет свободы выбора относительно школы, друзей, досуга.
Большинство из рожденных в общине, могут думать, что они обязаны оставаться там навсегда. Невозможно и запрещено думать, что в общине может быть что-то не так. Когда возникают сомнения, они ищут причину в их собственных проступках. Стены, сооруженные вокруг общины представляют трудность для окружающих заглянуть во внутрь, так как и для членов общины выглянуть наружу. Но даже если взросление этих детей спрятано от глаз общественности, это совсем не означает, что это нас не касается.

Право на отдых и досуг – среди всего прочего это и участие в играх и спонтанную активность, которая свойственна детскому возрасту.

Они снаружи, а мы внутри – в изоляции, сплоченности, самоограничении и проклятии

Детям, которые растут в закрытых религиозных общинах, нет необходимости в должном образовании, лейтмотивом их образования является тот факт, что они связаны с общиной. Целый спектр обучающих методов используется для того чтобы достичь этого. В неко-торых семьях этими ведущими элементами является общение и активная деятельность, в других доминирует наказание и страх или чувство вины и проклятия.
Закрытые общины возводят массивные стены между собой и окружающим миром. То, что случается внутри не должно стать известным за пределами. Они учреждают понимание двух противоположных лагерей – «они» и «мы». Даже родственники не являются частью «мы» если они не принадлежат к общине. По этой причине у детей могут быть братья, сестры, тети и дяди, бабушки и дедушки, контакты с которыми сведены к минимуму. Они нормально вообще не встречаются. Нет ничего общего даже во время традиционных семейных празднований, таких как: Рождество, Пасха, 17 мая (День Норвегии). Потому что община не признает эти праздники и даже на отмечает их на свой манер. Некоторые доклады о детстве характеризуются чувством глубокого отчаяния, потому что бабушки, братья, детсадиковские друзья были на другой стороне. Разделение может быть порой таким категоричным что если кто-либо в общине умирает родственникам из вне запрещено даже брать участие в похоронах.

Отец наш ходил по миру. Это была тяжкая ноша – потому как он возжелал спуститься в ад. Это тема всех времен. Он должен быть спасен и должен пойти с нами

Община и деятельность:

Мы совершили множество путешествий. Мой отец был лидером Евангелистов, он много путешествовал по миру с проповедями. И, мы, дети ездили с ним. У нас осталось много хороших воспоминай о детстве. Я могу сказать что отец нами манипулировал, но в хорошем понимании этого слова. Он был осведомлен, что не должен давить на нас, но убеди нас, что это было правильным шагом по отношению к нам.
Мы жили в большем доме, отец соорудил игровую площадку и футбольное поле, пределы которых мы не должны были покидать. Только иногда я посещал дома других детей, и они приходили ко мне.

Наказание и страх

Я вспоминаю, как однажды я находился в ванной. Мне было то ли четыре года, то ли пять. И это пришло ко мне, понимание того, что я недостаточно хорош, чтобы продолжать жить дальше. Они сказали, что был забракован и не должен был вообще рождаться. Мне стало очень плохо и тяжело, это особенно проявлялось внешне. Я научился носить маску, которую трудно было разрушить.
Для нас было четко ясно что мы принадлежим к другому миру, который был намного лучше – пусть даже и со множеством проблем.

Бескрайний мир описывался, как место где нежелательно находиться, и тех кто в нем жил было жаль. Лидеры общины часто использовали смерти отдельных членов общества, что бы укрепить представление верховенства общины. Без уважения к тем, кто ее окружал, будь то школьная молодежь или соседские парни, все они поддавались критике на встречах и во время проповедей, если у них были сложности дома, если у них были проблемы с наркотиками, или девушки беременели. Они «в мире» и являются живым доказательством того каково оно жить изнутри.
Это было составлено для нас и укрепляло уверенность в том, что мы будем в целости и сохранности только в общине. Это было самым важным. Мы не могли оставить общину потому как мы не получили бы господнего благословения. Если в мире у нас были бы друзья, мы бы утратили опору и потерялись бы в мире.

Помни, все другие дети потеряны.

Если дети посещают общественную школу, то они должны быть строго отделены от других детей с которыми им разрешено быть вместе в свободные минуты и после школы. Если у общины имеется собственная школа и садик, то нежелательные контакты будут под контроле. Может быть сказано, что товарищи по классу и соседские дети недостаточно хороши для того чтобы было позволено с ними играть, они потеряны навсегда, в то время как вы сами принадлежите к группе избранных и спасенных.

Они завладевают каникулами и выходными – да в этом они сильны, потому как знают, что это возможность найти друзей.

Во время этого периода, мысли привязаны к деятельности в общине. Существуют детские группы, встречи и инструктажи. В дальнейшем это будут надомные встречи, конференции, молитвы и посты, задания, службы помощи и работа. Для многих это означает занятие на весь день. Во время каникул они устраиваю групповые путешествия или же остаются в принадлежащих общине домах отдыха.

Не разрешалось иметь любимых. Это было правилом. Если мужчина встречает женщину, то они обязательно должны пожениться.

Со временем прихода юности становиться понятным, что они разные. С этим может быть трудно совладать. Их опыт жизни в изоляции более жесткий они начинают понимать, что не только защита то также и колоссальная потеря держаться в стороне от окружающего мира.

В школе я был полностью изолирован. В классе у меня не было друзей, я не отваживался заводить контакты. Я чувствовал себя незнакомцем, другим и худшим. У меня также не было никаких общих интересов с ними. Я не имел ни малейшего представления о том, что они имеет в виду, когда говорят о любимых и праздниках. Это было что-то, что меня не заботило. Это был диаметрально противоположный мир.

Чувство вины и проклятие

Я должен быть благодарен за то, что попал в общину, которая владеет правильной точкой зрения относительно Бога. Если бы этого не случилось я бы последовал прямиком в ад. Это меня до смерти пугало. Я видел стену огня перед собой и слышал жалобный плачь грешников. Я помню, что никогда не чувствовал себя в безопасности. Проклятие терзало меня все время – даже когда все было нормально

Право на выражение мнений и точек зрения принадлежит к одном из главнейших как в детском возрасте, так и в зрелости.

Правовой аспект – о дисциплине и цензуре в общении

В Норвегии и нескольких других странах свобода религии является одним из наиболее важных человеческих прав. Большинство родителей, лидеров общин и другие считают, что свобода религии включает в себя почти неограниченное право родителей решать вопрос о религиозном воспитании их детей. Но дети имеют свободу прав, которую гарантирует с одной стороны Норвежское законодательство и Конвенция по вопросам детей, с другой. Именно в этом ключе накал страстей между свободой родителей решать за детей и независимостью прав детей мы буде обсуждать взросление детей в изолированных религиозных общинах.
В некоторых общинах строго ограничиваются контакты с внешним миром. Цензура отвечает за все впечатления и информацию со стороны внешнего мира. Цензура лимитирует просмотр телепрограмм, радио, чтение книг, журналов, газет, просмотр фильмов, пользование компьютером. Изоляция и компактное расположение в некоторых местах доходят до абсолютного уровня.
Расти значит меняться. Если дети и молодежь овладевают новыми позициями, мнениями и знаниями, они пытаются вынести их на всеобщее осуждение. Это не разрешено в изолированных религиозных общинах. «Вам даже не разрешено иметь свободные мысли» такое заявление сделали несколько человек. И как результат взросление в атмосфере, где отсутствует возможность для формирования нормального мышления. Это просто невероятно, какой огромной властью может обладать один человек над другими. Особенно если он использует слово Господа.

Детская конвенция содержит законы, которые касаются формирования мнения и сво-бодного выражения мысли.

Это необходимые предпосылки включения в демократическое общество. Статья 12 говорит о праве детей и молодежи выражать собственное мнение. Статья 13 говорит о праве свободного словесного выражения информации. Статья 14 расширяет право на свободу мыс-ли, сознания и религии. Дети, которые растут в атмосфере, где права эти не уважаются, не только утрачивают знание фундаментальных прав, но также становятся менее защищенными и легче могут стать жертвами злоупотребления и контроля со стороны других

Право на личную жизнь, честь и репутацию – также с уважение к собственным ро-дителям.

Правовой аспект
Статья 16 Детской конвенции призвана охранять право детей и юношества на личную жизнь. Особенностью молодости является то что это период проб и ошибок, становления независимости и формирования идентичности. Иногда это может удивить, обеспокоить и разочаровать молодую личность. Важно чтобы личность не чувствовала себя все время как на выставке или в свете рентгена, то есть полностью незащищенной.
В общине имеется пастор, и маленькая группа людей, которая продуцирует мнения и которую остальные члены группы должны защищать. Они воображают себе творцами правильного учения, почти без исключения все они мужчины и имеют абсолютный авторитет, который дан им Богом. Если простой член общины пожелает перечить лидеру это может быть расценено как революция не только против общины, но и против Бога.

Манипуляция очень утонченная
По сути, тяжело сказать, что это, но она присутствует так повсюду. Если люди, кото-рые оставили общину, мысленно возвратятся к своему детству, то они увидят, что дисциплинирование было длительным процессом через все детство и юность. Они использовали бы такие слова как манипуляция, контроль мышления и промывку мозгов. Если бы описывали, какие механизмы были задействованы. После этого они удивляются, как могли ранее не видеть их четко. Но в то же время они осознают, что были как раз в центре этой среды и не имели ничего для сравнения. Именно поэтому это было почти невозможно обнаружить.

Правила общины являются твоими мыслями. Если ты не подчинишься тебе нечего там делать.

Жизнь в общине бросает вызов праву на личную жизнь. Двух десятилетних девочек, которые заплетали косы друг другу, попросили это прекратить. Поскольку сие действие может пробудить чувства.
Общине требуется больший контроль за взрослеющей молодежью, Стремление к личной жизни, стремление иметь различные мнения по поводу музыки, одежды и образования расценивается, как оппозиция; иметь секреты, интересоваться чем-то новым или заводить новых друзей извне расценивается как провокация.
Стратегией со стороны общины может быть сопровождение молодых людей. Мальчик, который говорит какая шляпа на нем надета будет рад следовать командам общины, но в конце он будет чувствовать себя полностью незащищенным, ему будет казаться что он не контролирует свою жизнь. «Рентген и незащищенность» это будут его слова для описания того, что с ним происходило.

Мы должны были ставить личностные цели и в тоже время должны были разделять их со всеми членами общины. На последующих собраниях за покорность нас поощряли. Все начиналось с интенсивной молитвы, потом были хвалебные песнопения и общение. Мы должны были представить себе своим друзья и лидерам, рассказать, что мы сделали за последний месяц, где бы это ни происходило. Мы подвергались наказаниям, если молились всего один час в день, если мы кого-либо спасли. Давали ли мы в пользу кого-либо показания и если возможно вспомнить, то кому и сколько. Кого мы привели с собой в общину. Короче говоря «как мы со всем этим управлялись».

Право на защиту от посягательств на безопасность и защиту от злоупотребления.

Детская конвенция также имеет законы, которые обеспечивают права детей на здоровье, лечение и защиту в случае злоупотребления. Самой важной здесь является статья 19, которая защищает детей и молодежь от физического и психологического злоупотребления и статья 24, которая говорит о праве на здоровье, включая и лечение в случае болезни.

Это не справедливость, а подчинение
Односторонним влиянием может быть психологическое злоупотребление само по себе. Но существует также и более определенные методы дисциплинирования. Внутри одной общины, унижение, временная изоляция от общины, потеря интересной работы могут ис-пользоваться одновременно со стратегиями, которые включают в себя настойчивые, интенсивные но нежелательные вставки в хвалебные песни и молитвы.

За криками «Аллилуйя» стоит страх. За улыбками и восхищением стоит депрессия и подавленность, уныние.

В некоторых общинах критика часто используется в качестве штрафных санкций, часто имя провинившегося оглашаются со спикерской трибуны. Обвинение может рассеяться, но особа, которая была упомянута, в этом примере молодой парень, не может возразить объяснить или опротестовать обвинение. Единственное что остается такому человеку это изобразить смирение и стыд.

Он сделал что-то чрезвычайно серьезное. «Я сделал серьезное нарушение. Я не хочу говорить что это было. И вам не стоит этого знать, так как это очень серьезное». Он был отстранен от всех заданий, которые выполнял. «Я не хотел, что бы хоть кому либо открылось что это было и что бы кто либо расспрашивал меня об этом». Единственное что ему оставалось это прийти на следующее собрание и попытаться создать себя заново

Те кто думает и говорит о злоупотреблении будут исключены. Нет злоупотребле-ниям.

Некоторые люди поддаются физическому насилию, жестокому обращению или злоупотреблению во имя веры и общины. Много усилий прикладывается, для того чтобы держать эти обстоятельства в тайне, но рано или поздно они просачиваются в общину. Если такие обстоятельства замечаются не сразу, то опыт свидетельствует о том, что в общине очень мало усилий прилагают, для того чтобы обнаружить этот факт. Если же эти обстоятельства замечают, то община выступает в роли обвинителя и защитника одновременно. Дело получает внешнее разрешение без оказания должной помощи, защиты и реабилитации жертвам.

Община узнала об этом. Это несомненно. Они не признали это открыто. Но я слышала после этого, что когда мать была на собрании, и он был дома со мной они думали: «Что он делает с ней в данный момент?» Когда он попытался изнасиловать маленькую сестру моего друга, он был пойман. Потом он вышел к общине, сознался и раскаялся.

В этом они последовательны: сознайся, покайся и продолжай.
Те кто не испытывал физического насилия могут иметь чувство грядущего наказания, это может быть стойкое чувство не быть достаточно хорошим или чувство что ты ни на что не способен. Это может быть страх и неуверенность, связанные с опытом длительного одиночества, без кого-либо кто «хотел бы быть со мной». Также сред тех, у кого частично позитивный опыт много таких которые говорят о детском заточении в тоске и грусти. С которой невозможно совладать. Это выглядело серьезным препятствием на пути донесения к окружающим этих обстоятельств в семье или же в общине, которые не выдерживают никакой критики. Поход в милицию полностью исключается. Те немногие, кто ищет помощь в социальных службах, не всегда получают должную помощь.

Если вы действительно хотите вырасти, тогда вы должны расти внутри общины. Вы не вырастете во внешнем мире.

Право на образование имеет сильную поддержку в Норвегии. Мы не нуждаемся в Детской конвенции как напоминании о детском и юношеском праве на образовании в этом районе. Тем не менее, те, о тех, кто делает такие заявления, что образованием пренебрегают, мы иногда даже ничего не знаем. Имеет значение только идти в общину и служить Богу. Если же кто либо решает обучаться самостоятельно, они настоятельно просят поторопиться, так как это в действительности не занимает так много времени, которое они реально должны использовать для того что бы жить. Исключение составляет тот факт, когда образование предполагается в дальнейшем как желание Господа. Многие родители большую часть своего свободного времени уделяют общине. Это может быть работа, капиталовложения, управление. Служение в общине приравнивается к служению Господу. Дети привлекаются в этой работе в очень раннем возрасте. При таком способе воспитания снова появляется немного времени для многого – времени, которое ребенок может потратить на себя: игра, досуг и отдых.
Единственная причина, по которой каждый так много работает в том, что это препятствует доступу разных мыслей

Детская конвенция также имеет пункты, которые обеспечивают детям права на здоровье и лечение защиту от злоупотребления. Важнейшими статьями в этом отношении являются 19 которая касается права детей и молодежи на защиту от физического и психического злоупотребления, и статья 24 которая обеспечивает право на здоровье – среди всего прочего предлагает лечение в случае болезни.
Право на образование предполагает также, что обучение должно развивать личность ребенка и его таланты. В статье второй, также говорится, что образование должно подготовить ребенка к ответственной жизни в свободном обществе в духе понимания, мира и толерантности. Статья 31 напоминает нам о праве ребенка на отдых, досуг и игру. Право на сво-боду мысли, сознания и религии



Остаться или уйти? О сомнениях, вере и одиночестве
Большинство людей, которые родились в общине, думают, что они должны оставаться там всегда. Если возникают сомнения, естественным порывом будет попытаться прогнать их прочь. По началу это невозможно и запрещено думать, что с общиной может быть что-то не так.
Разрешение сомнения идентично к разрешению ужасного сценария взросления наполненного изоляцией и проклятием. С самого детства они осведомлены о страхе потерять кого-либо навсегда. Они знают, что разрыв в большинстве случаев будет означать полный разрыв контактов с семьей и остальными членами общины. После разрыва ни в одном другом месте они не смогут больше надеяться на то, что станут христианами, они столкнуться с разочарованием и полностью утратят предыдущую поддержку.
Несмотря на это, сомнения смогут под корень поразить в некоторых аспектах их систему. Даже по той причине, что внешний мир будет вторгаться сам: они пожелают участия, опыта и открытия. Или же сомнения найдут поддержку в постоянно растущем беспокойстве связанном с обстоятельствами внутри общины.

Единственные люди, к которым я думаю смог бы обратиться здесь это более душевные в понимании члены общины. Я был полностью открыт. И как я уже говорил я был не достаточно духовен. Если бы я захотел стать более духовным я должен был бы молиться дважды в день. Если бы я только сделал это, вещи стали бы явными для меня. Я чувствовал в себе бунтарский дух, своего рода демонов.
Но деградация стала только сильнее, когда они встретили меня с критикой и снисхождением. «Ты сам должен оттачивать себя!» Я стал делать больше нарушений и получил еще больше подтверждений тому факту, что со мной что то не так. Поэтому я стал довольно депрессивным, я стал противен самому себе, я стал несчастным, поскольку я чувствовал что как бы я не старался ничего не получается. Не имеет значения как много я молился или постился. Не имеет значения как много я сделал, это не сделало меня более гордым, искренним или счастливым. Я только чувствовал желание убежать от всего, потому как был истощен этим.
Для меня лидеры были сильной элитой, которой я должен был доверять. Я очень боялся сказать что ни будь против них. В это же самое время я увидел многих, для которых это было очень трудно - у них не было опыта общения с Господом милосердным. Люди стремились попасть в группу, и в то же время никакой жизненной радости это не приносило. Вера была непосильной ношей. Правда касательно того, что все мы были счастливы, а все остальные нет, начинала трещать по швам. К тому же я на собственном опыте убедился, что главенствующий лидер использовал манипуляцию и ложь, это было ударом! У меня не было не малейшего представления о том, что они использовали такие средства и что использование силы заставляло все это работать. Я испытал на себе это еще раньше, но не осознал этого, потому что был на той же безопасной стороне, что и они. Теперь я понял, что случалось с людьми, которых вытолкнули за пределы общины. Это было тотальное прозрение.
Я до смерти боялся, что это однажды подтвердиться то, что я не был прав.

Для большинства людей, община олицетворяет спасение, безопасность и общность. Во времена бедствия, они попытались найти эти ценности снова. Для этого они искали помощь внутри общины. Но вместо ожидаемого понимания, получилось, так что авторитарные структуры не толерантны к вызовам. Вместо это стало понятно, что здесь нет места для деления, что община утрачивает стратегии разрешения конфликтов, стало очевидным, что базы для демократичных решений не существует.

Остаться или уйти? Реакцией общины будет давление с целью вас сломать, вместо того чтобы, что-то изменить.

Я оставил общину, потому что надеялся на лучшую жизнь и свободу. Я никогда не чувствовал себя свободным
Конечно же, намного больше тех, кто сомневается время от времени, чем тех, которые уходя. Те кто ставит акцент на движении к независимости и справедливости, как правило уходят. «Я думаю, что в глубине меня коренится сильное чувство справедливости» – говорят некоторые как причину, по которой они оставили общину. «Если я сталкиваюсь с чем-то несправедливым, я должен что-то с этим сделать» говорят другие. Что бы у них была свобода думать самостоятельно им нужно дать причину для разрыва. Они не хотят быть пойманными в клетку. Кроме того они думают что владеют силой, мощью которая является причиной того что им по силам сделать то что они решили. Все согласны, что это того стоит.

Мы начали об этом говорить и это уже революция
Потому что собственные ошибки используются как объяснения сомнений. Совсем исключено для большинства, что другие также задают вопросы относительно общины и веры. Каждый думает, что он/она одиноки в своих сомнениях. Опыт одиночества становится сильным поскольку такой акцент делается в общине. Если же они вдруг обнаружат в любое время, что не могут по определению быть одинокими, тогда они почувствуют себя неодолимыми.
Я не верю что я слышал то что слышал потому что неожиданно мы втроем почувствовали одно и тоже. Мы только играли вместе, улыбались и хлопали. Кроме меня здесь было двое, которые чувствовали одно и тоже. Я не мог в это поверить. Это было что то по настоящему грандиозное. Смог бы я ощутить почву под ногами, если бы был одинок? Это было бы достаточно сложным делом.
Когда для меня стало совершенно очевидным что я уйду, это говорило, что я хочу иметь лучшие условия на другой стороне, и что я не выжил бы, если бы продолжал оставаться внутри.

Когда разрыв становится фактом, многие описывают его как облегчение. Для некоторых процесс может продолжаться многие годы с сомнениями и утратой аффилиации – прогулкой по земле лишенной человеческого общества. Для других процесс может быть круче и прощание более болезненным.

Бабушка которую я очень любил, стала тенью когда узнала об этом. Я помню, когда уходил она вышла на лестницу и сказала: [i]«Неужели ты покидаешь мать?» слезы катились по ее лицу. Это был наш последний контакт. Я не знаю, жива ли она еще.

В конце концов, неожиданно стало достаточно. Я осознал, что вся эта боль, может быть частично исходила от этих людей. И я думаю это было очень несправедливо. Какое право они имели осуждать меня и истязать в такой снисходительной манере? Какие занимаемые ими позиции давали им право делать это со мной. Это очень разозлило меня.[/i]

Право на свободу высказывания и информацию кроме всего прочего включает принятие и распространение информации и идей.

Импульсы с другой стороны – о недоверии и маленьком открытии
После всего у многих возникает желание, что бы кто-либо с другой стороны общины смог увидеть и понять, что случилось с их взрослением. В то же время они понимают, что это почти невозможная просьба, стены, построенные вокруг общины, делают почти невозможным для окружающих заглянуть вовнутрь; как и для тех, кто внутри - выглянуть наружу.
Если кто-то попытается проникнуть внутрь с информацией, помощью или поддержкой, нет никакой гарантии, что это будет принято, даже если это и будет необходимо. Подозрение ко всему окружающему так укоренено что блокирует любую помощь. Возможно, даже что предложение извне послужит причиной того, что двери открытые немножечко захлопнутся снова.
В общине, где я вырос, все могло выглядеть очень хорошо, корректно, правильно и открыто. Мы достаточно отличались от других культов тем, что каждый слышал о вещах, о которых все знают, что они недостаточно хороши. Это часть тактики. Поэтому каждый должен всегда быть на чеку, если кто-либо возжелает делать что-либо собственное и начнет ограждать себе от окружающего общества.
Во всех закрытых общинах бывают случаи злоупотребления. Изоляция сама по себе злоупотребление и к тому же очень опасное.

Право на образование, раскрытие и развитие

Возможный путь для вторжения это рассмотрение информации с точки зрения правосудия. Но в одиночку невозможно поразить общину и веру. Но один может проинформировать о обстоятельствах которые видны для каждого – это может укрепить факторы, которые открывают понимание того что у них есть выбор. «Это может значить то что вы поймете свою ценность, не смотрят на то какой бы ваш выбор ни был» сказала девушка которая через такое осознание получила силу для того чтобы организовать интернет сеть друзей снаружи в то время как сама все еще оставалась в общине. Эта интернет сеть стала ее мостом в мир.

Когда у них имеются собственные школы – это наихудшее что может случиться. Они станут еще более изолированы.
Школа это место где молодежь встречается и проводит большую часть своего времени. Школа часто является представителем другой культуры и стимулирует активное познание, дома ли в общине. Это может быть сильное ощущение, что ты не такой как все, это так-же может привести к развитию независимости. Может стать осознанием того, что у тебя есть выбор. Дети и молодежь которые принадлежат к общинам у которых собственные школы не получают таких стимулов. Среди тех, кто ушел, почти все скептически относятся к большинству частных школ принадлежащих общинам.
Они делают ударение на потребность в авторитетах, что бы обеспечить контроль не только в школе, но также и в принадлежащих общинам детским садам. Их решением является, и то, что обязательно преподавать цикл общественных дисциплин должны учителя изнутри. Таким способом можно обезопасить себя, так как будет изучаться внешнее общество, при полном отсутствии копательства внутри общины.

Это должно прийти вскоре, после того как они получат высшее образование
Другой путь выбраться для детей и молодежи, которые выросли в закрытых общинах, лежит через знания.
Некоторые информаторы полагают, что все образование, которое связано с детьми и молодежью, должно включать знания того, как изолированные религиозные общины набирают обороты, какие правила устанавливают, какие запреты дети могут вынести оттуда. Таким образом, возможность понять взросление отдельно взятого ребенка возрастает. Без понимания трудно одному увидеть и облегчить их ношу.

Жизнь за пределами – как жить своей собственной жизнью.
У человека два выбора – один из них – это погружение все глубже в собственное несчастье, а другой состоит в том, что человек может выбрать движение вперед.
Я владел положением вещей. Я начал работать с ними. Я ненавидел все это. Ощущение потерянности овладевало мной, а сегодня я могу сказать, что я ничуть не озлоблен. Я не живу светлой жизнью – жизнь это всегда что-то. Я должен наказать их за все, что случилось в моей жизни, чтобы они не ощущали свою победу надо мной.

Обычным в этой среде является то, что молодежь и взрослые люди, которые покинули дом, получают существенную поддержку со стороны родителей, в то время как они должны держать себя дистанциировано от дома. Кроме того они владеют блоком знаний об обществе которое их окружает. Для молодых людей, которые ушли из изолированных религиозных движений построение нового бытия означает еще одну борьбу, эти элементарные знания немного облегчают ее. Они должны найти пристанище, они должны жить внутри системы, против которой до этого выступали. Это приносит с собой альтернативное мышление и альтернативный взгляд на множество вещей на самих себя. Вышедшие с общины, где они были защищены, они будут брошены на произвол, без знания людей на которых можно положиться без помощи семьи и уже бывших друзей. Они могут положиться лишь на самих себя.
Большинство приносит во взросление мысли о том, что они греховны. Это усложняет и без того трудное начало поиска почвы под ногами, ведь нужно попытаться положиться на собственные ресурсы и попытаться поверить что отдельно взятый человек для других что то значит. Постепенной поиск почвы зависит от четырех важнейших составляющих, коими яв-ляются – принятие, практическая помощь, интернет и время.

Лишь одно было четко понятно – мы должны держаться как можно дальше от этого, но менее явным было то что для этого мы должны уйти

Жизнь изнутри


1. Принятие и понимание
«До тех пор пока будут существовать такие общины, должен быть кто-то кто согласит-ся принять нас с распростертыми объятиями» гласило письмо от одного мальчика, который оставил общину.
«Человек, который без вопросов обнимет меня и скажет ты хорош только потому, что ты существуешь. Ты достаточно хорош!» было мечтой другого молодого человека. Уязвлен-ность ситуации состоит в том, что выходцы из общин смогут почувствовать себя в безопас-ности, если их согласятся принять. Многие живут в обществе, где отсутствует принятие того, какими они были, их мнений и их выборов. Если они должны изменить подозрения и сомнения на доверие, им нужен форум, где бы истории, процессы и потери были поняты.
Даже сегодня широко ища поддержку, они получают ее со стороны отдельных систем помощи или же они присоединяются к группам созданным теми, кто выше раньше их. Те из них, кто обращается за помощью к профессионалам, могут столкнуться с недостаточным представлением, знанием и пониманием их специфического опыта. Для примера, только важнейшие вопросы религии включаются в терапию и разговоры. Некоторые ищут помощь в группах поддержки опыт которых подтверждает существование реальности частью, ко-торой они были, в большинстве случаев это маленькая комнатка где происходит обсуждения всех нюансов и конфронтация. В худшем случае хорошо известные нам авторитарные структуры могут явить себя в новом обличии
Многие мечтают о предложении, которое объединило бы профессиональную терапию и знания их собственного опыта – кабинет для размышлений и новой ориентации.

2. Знания и практическая помощь
Жизнь в общинах затрудняет ориентацию вышедших в окружающем мире. Затрудня-ют его понимают, поскольку они не владеют «социальными кодами»
Оставляя защищенное существование со строгими правилами, они встречают моло-дежную культуру, демонстративную, индивидуальную, самоуверенную, обладающую большой свободой выбора.
Приходя со среды, где царила авторитарность мнений, суждений и самоуничтожение, они встречают общество, которое базируется на аргументации и знаниях. Встречая моло-дежь, которая выросла в изолированных религиозных общих трудно себе представить что эти молодые люди всю жизнь прожили в Норвегии. Они не знают норвежского общества, они наполнены пустыми и ненужными знаниями, что является причиной того что они не знают что теряют, не делают правильных выборов, которые предоставляет им собственная жизнь, для них выбор может стать непосильной ношей.
Им не предлагали развивать свои возможности и природную одаренность поэтому от-сутствует адекватная самооценка чтобы продолжить образование. В отношениях не уважа-лись базовые права и поэтому они даже не пытаются настоять на них.
Молодые люди которые уходят из общины говорят что они нуждаются в месте на ко-торое можно вернуться, некоторые мечтают о спонсоре, который стал бы их проводником в новой жизни и помог им «прочитать общество». И если кто-то даем им время и пространство что бы принять правильное решение, связанное с образованием и социальной жизнью

3. Интернет
Если кто-либо оставляет закрытый культ и не знает что делать в этой жизни с неиз-бежностью приходят мысли мрачного содержания
Если кто-либо не находит новых друзей и не занимает день работой, обучением или другой деятельностью то тогда прямой путь к депрессии, мысля о самоубийстве и сильному чувству вины
Во многих изолированных общинах внутригрупповая сплоченность базируется на бо-язни всего окружающего.
Ценой за индивидуальность может быть недоверие ко всему миру. В это же время привязанность к собственной семье может быть разорвана или в лучшем случае ослабела.
Создание интернет сети из друзей может потребовать усилий. Многие чувствуют что должны прятать многое, мало давать и что способность принять почти разрушена. Многое из того что они чувствуют они не в силах разделить. Иногда они рассказывают об опыте понятном лишь для них, о том как им не разрешали праздновать Рождество и другие подобные праздники. Но сложные и фундаментальные темы не затрагиваются даже после многолетней дружбы. Причина может скрываться в неверии в возможность других найти гармонию и по-нимание в их опыте. Имеются некоторые различия в том настолько решительно настроены общины по отношению к запретам любых контактов с семьями и друзьями тех людей, которые ушли. В некоторых местах регламент настолько строг, что родителей, которые в какой бы то ни было способ вступают в контакт с детьми – например чтобы увидеться с внуками ждет наказание. В других общинах нет такого жесткого порядка. Но контакты ограничены сами по себе. То что их когда-то объединяло теперь разделяет. Это может быть сложно даже для членов семьи, найти новую устойчивую платформу, чтобы построить совместное существование заново. К тому же разрыв сам по себе наполнен страданиями, отвержением и санкциями что путь назад для тех кто ушел становится невозможным.
Парень, который пережил столь драматичный разрыв, сказал: «Физический ущерб, нанесенный ими вылечивается, но вот психический… Некоторые говорят, что время залечивает все раны. Но я не уверен в этом. Я не верю в это».
Не имеет значения, каким был разрыв. Он был критической точкой, за которой последует получение помощи и прояснение отношений с близкими родственниками. Некоторые могут отказаться, похоронить в себе надежду на контакты. В то время как другие могут мед-ленно приближаться к новой общине.

4. Время
Истории людей, которые выросли в изолированных религиозных общинах разные. Но они делятся общим опытом, который заключается в том, что рамки вокруг взросления становятся тесными и рано или поздно приходит время и они решают уйти. Они вступают в борьбу с самим собою ради свободы, но для них не всегда четко понятно, зачем это им нужно. Для некоторых цена разрыва настолько высока, что им требуется значительное время, прежде чем они смогут наполнить смыслом новое существование. На этом этапе важно дать им это время. Которое им так необходимо, потому что со временем последуют и возможности.
Существует множество вещей, работа с которыми требует времени и усилий от меня. Я заново открыл себя, то кем я являюсь и что хочу от жизни. Это тяжело, но все же лучшем сделать это сейчас чем когда мне будет 40. Я получил новую свободу, и эта мысль меня немного пугает. Но я чувствую, что я стал сильнее, что я на правильном пути пони-мания того, кто же я есть на самом дел и чего я хочу. Даже если это будет долгий и труд-ный путь – я выиграл!


Рассылка '"Открытое сознание" - все культах, сектах, радикалах и т.п."'                                                                  redactor.openmind@gmail.com                                                                http://www.sektam.net


В избранное