Кулуары конференции

  Все выпуски  

Кулуары конференции К 100-летию поездки Василия Ерошенко в Лондон


ПЕРВАЯ ЗАГРАНИЧНАЯ ПОЕЗДКА

СЛЕПОГО ЭСПЕРАНТИСТА Г-НА В. ЕРОШЕНКО

 

Москва – Варшава, Россия; – Берлин, Германия – Кёльн, Германия; – Брюссель, Бельгия – Кале, Франция; – Дувр, графство Кент, Великобритания – Лондон, Великобритания – Саусвик, вблизи Брайтона, Великобритания – Брайтон, Великобритания – Санкт-Леонардс-он-Си (Гастингс, Восточный Суссекс, Великобритания – Лондон, Великобритания; – Санкт-Петербург – Москва, Россия.

 

Дорогие друзья!

 

Этот год полон важных памятных дат, которые мне не хочется пропускать. И сегодня мы поговорим о том, что прославило Василия Ерошенко во всем эсперантском и слепецком мире – о «первой зарубежной поездке слепого эсперантиста г-на Ерошенко» (так он назвал свой художественный отчет о ней, опубликованный позднее в Москве на эсперанто).

Вот как обычно пишут сейчас об этом: «Эсперанто не раз было палочкой-выручалочкой для Василия Ерошенко. В 1912 году, имея только зеленую звездочку на груди (символ эсперанто) и рекомендации друзей по эсперанто, путешествует по Германии, Бельгии вплоть до Англии, где поступает в Королевский колледж слепых. Но уже в сентябре следующего года возвращается на родину» (Подолян Т., Чекалюк Н. Украинец Айрошяньке – японский сказочник // Зеркало недели (Киев), 2005. – 22 янв.: http://zn.ua/SOCIETY/ukrainets_ayroshyanke__yaponskiy_skazochnik-42308.html).

Или даже так: «Почти сразу по возвращении с Кавказа Василий едет в Лондон учиться музыке. Анна Шарапова отправила телеграмму эсперантистам в Гамбург с просьбой встретить слепого юношу и посадить на английский пароход. И к поезду пришел человек с зеленой звездой на груди (правда, Василий ее все равно не видел). В Лондоне Ерошенко учится игре на скрипке сразу в двух учебных заведениях, берет уроки английского языка и постоянно сидит в библиотеках. Когда оказывается, что нужной книги, напечатанной точечно-рельефным шрифтом, не существует, с товарищами он нанимает безработного актера читать им литературу. Неожиданно Ерошенко исключают из обоих учебных заведений. Почему? За встречи с князем Кропоткиным. Великого анархиста Англия терпела, а вот его последователей решила проучить» (Макарова О. Слепой охотник // Регион-87. Ежеквартальный журнал о возможном чуде, Чукотка. – 2008. – № 4 (8), осень-зима. См.: http://www.region87.ru/index.php?nm=8&pg=8).

Спустя многие годы после события мы склонны верить краткой и, как обычно, искаженной информации. И мало кто умеет думать, анализировать и задавать вопросы.

Архивисты – люди, которые знают, что жизнь человека отражается во множестве документов его времени. Понимая, что поездка незрячего через пять стран (Россия, в том числе Польша в составе Российской империи – Германия – Бельгия – Франция – Англия) требует тщательнейшей организации и подготовки, документального оформления (паспорта, визы, дипломатические согласования), отнюдь не ограничиваясь одной «только зеленой звездочкой на груди», я задалась целью отыскать ее архивные следы.

Моей предшественницей на этом пути отчасти была Ольга Керзьюк, библиотекарь Британской библиотеки (Лондон), которая в марте 2010 года подготовила и в сентябре представила на конгрессе британских эсперантистов исследование «Ерошенко в Англии» (См. http://www.esperanto-gb.org/lbe/arkivo/969/05.html).

Я хочу поблагодарить Ольгу за постоянную помощь в исследованиях и за то, что она откликнулась на «лондонский» раздел тематики Второй международной интернет-конференции «Василий Ерошенко и его время».

Исследование Ольги Керзьюк – редкий пример интересной и тщательной аналитической работы с источниками Британской библиотеки, многие из которых впервые вводятся в научный оборот. И хотя я не со всеми ее выводами могу согласиться, я с радостью продолжаю наш библиотечно-архивный диалог, во многом опираясь на эту работу и дискутируя с ней. На ряд поставленных в 2010 году вопросов, похоже, уже появились ответы. Но появились и новые вопросы.

Мне было необходимо установить, сохранились ли архивные документы и публикации об этой поездке Ерошенко, кроме уже упомянутого полухудожественного отчета самого Василия Яковлевича, а также статей, найденных А.С. Харьковским на страницах журнала «La Ondo de Esperanto», из которых он прямо цитировал только часть. Мне хотелось найти ответы на вопросы: Где правда, а где вымысел среди сотен статей второй половины ХХ века и современных, написанных об этом на эсперанто, русском, украинском, английском и других языках? Какие цели поездки ставил перед собой Ерошенко, куда и зачем он ехал? Как эти цели повлияли на его маршрут и результаты поездки? Когда, откуда и на каком поезде он выехал, когда именно и как вернулся? Как технически удалось А.Шараповой организовать эту поездку Ерошенко? Насколько сама поездка Ерошенко была уникальной для эсперанто-движения до Первой мировой войны, и чем именно? Кто помогал ему в пути, кроме Шараповой, которая выступила главным организатором путешествия – координатором эсперантистов? Какие эсперанто-организации Варшавы, Берлина, Кёльна, Кале, Дувра представляли эти люди, или же это были делегаты-одиночки? Где и на какие средства жил, что изучал, чем занимался, где побывал Ерошенко в Англии? Участвовал ли в работе эсперанто-организаций, и можно ли найти следы «русского слепца» на страницах местных эсперанто-изданий? Действительно ли встречался в Брайтоне с П.А. Кропоткиным? Как отражено обучение Василия в архивах RNC – Лондонского королевского колледжа для незрячих, а вся поездка в целом – на страницах мировой эсперантской и слепецкой печати того времени? Какие последствия для самого Ерошенко, эсперанто-движения слепых и тифлопедагогики она имела?

Сейчас можно утверждать, что в силу тогдашних особенностей эсперанто-печати и корреспонденции, поездка Ерошенко документирована очень хорошо. Она имела отклик не только в 1912, но и в 1913, и в 1914 году, а также в 1921 году в Японии, где Итико Камитика опубликовала воспоминания Ерошенко о его встрече с Кропоткиным. Таким образом, на большинство поставленных вопросов уже есть ответ. С другой стороны, нашу информацию об эсперанто-движении в названных странах Европы и о системе обучения слепых сто лет назад все еще необходимо расширить.

Поэтому несколько месяцев назад я обратилась с запросами в эсперанто-организации Польши, Германии, Бельгии, Франции и Англии и предложила откликнуться исследователям раннего эсперанто-движения, чтобы организовать в этом году совместный проект по исследованию поездки Ерошенко к ее 100-летию. Интересно попытаться проиллюстрировать маршрут Ерошенко в двух хронологических плоскостях – 1912 и 2012 гг., то есть найти и собрать воедино тогдашние фото вокзалов, школ слепых, офисов эсперанто-организаций, которые он посетил, а также фотографии людей – пионеров эсперанто-движения и эсперанто-движения слепых, которые помогали Ерошенко. Например, широко известна фотография Ерошенко и г-на Филлимора в Лондоне, опубликованная в «La Ondo de Esperanto» в январе 1913 года. Ольга Керзьюк разместила ряд фото британских эсперантистов, помогавших Ерошенко, на Фейсбуке, что и привело меня к мысли о подобном проекте.

Современные же фото тех же самых мест помогли бы установить, что сохранилось после Второй мировой войны. К сожалению, на мою идею никто пока не откликнулся, в отличие от письменных просьб Анны Шараповой сто лет назад. Отсутствие обратной связи от эсперанто-организаций Европы не позволяет мне получить сведения об истории местных эсперанто-организациях, руководстве и учебных планах Институтов слепых, которые посетил Ерошенко 100 лет назад, а также уточнить ряд необходимых деталей перед написанием большого исследования по данной теме.

Однако уже сейчас нами установлены точные даты начала и завершения поездки Ерошенко, что позволяет документально опровергнуть множество утверждений о том, что он якобы окончил Лондонский королевский колледж для слепых, получив там высшее образование. Или, например, уточнить информацию о возвращении Ерошенко в Россию в сентябре 1913 г. (публикации Е. Ковтонюка и В. Таранюка, Благотворительный фонд «Эсперо» им. В. Ерошенко, 2004, 2006, 2007).

 Поездка Ерошенко началась в Москве 6 февраля ст. ст. 1912 г. /19 февраля н. ст.  и завершилась 7 сентября ст. ст. 1912 г. / 20 сентября н. ст. – прибытием в Санкт-Петербург по пути в Москву. Нужно отметить, что путаница с датами или опечатки присутствуют уже в публикациях 1912 г. Это произошло из-за разницы стилей, когда Европа жила (то есть расписание поездов и пароходов было составлено) по Григорианскому календарю – «новому стилю», а Российская империя отсчитывала дни по календарю Юлианскому, с разницей в тринадцать дней.

Поэтому так понятно волнение Ерошенко перед прибытием в Берлин – первый его заграничный город, ведь для путешественника менялся не только язык и местность, но и часовые поясам, и сам календарь! Не совсем понятно при этом, откуда взялась указанная А. Харьковским дата прибытия Ерошенко в Лондон 14 февраля. Она может быть верной только в том случае, если указана по старому стилю, тогда момента отъезда Ерошенко из Москвы, прошло 8 дней (по европейскому времени это 27 февраля). Также проясняется и вопрос финансирования поездки – оказывается,  далеко не всю дорогу Ерошенко оплачивал самостоятельно.

Сегодня я хочу представить вашему вниманию в основном архивные находки – публикации 1912 года, в которых была отражена поездка Ерошенко. Они очень подробны, несут в себе стиль и аромат эпохи и приводятся нами без редакторских правок, с сохранением даже опечаток. Полагаю, что с русским и английским языками у читателей проблем не будет, и даю перевод только эсперантских заметок.

Но для того, чтобы прояснить некоторые общие вопросы, уместно добавить и ряд публикаций тех лет, найденных в интернете. Начать хотелось бы с момента встречи Анны Шараповой и Василия Ерошенко. Считается, что они познакомились где-то в 1908 году, после чего Ерошенко начал изучать эсперанто и посещать собрания Московского эсперанто-клуба. Очевидно, что он хотел учиться дальше.

Вот что сама Анна Шарапова могла узнать в то время об обучении слепых в странах Европы и в Российской империи:

 

Слепые. — По средневековому праву слепые, в особенности слепорожденные, были во многих отношениях ограничены в своих правах. По древнефризскому праву имущество слепого еще при жизни переходило к наследникам, и он мог требовать у своих родственников лишь средств пропитания. По Саксонскому зерцалу С. исключались от наследования ленов, и хотя это правило было впоследствии вытеснено проникшим в Германию ломбардским ленным правом, однако оно сохранилось для имперских ленов и подтверждено для курфюршеств Золотою буллой 1356 г. С., считавшиеся неспособными к управлению, не могли в то время вступать на престол. За силою большинства современных конституций слепота не представляет препятствия к наследованию престола и не служит причиной к назначению регентства: так, в 1851 г. в Ганновере вступил на престол неизлечимо слепой король Георг V. После рецепции римского права в Зап. Европе были отменены все публично- и частноправовые ограничения правоспособности слепых; в современном праве не имеет больше силы и постановление римского права, по которому слепые не могли занимать общественных должностей и выступать в качестве представителей в судебных делах. Слепые, если они не состоят под опекой, пользуются, по современному праву, полной дееспособностью в области как гражданского, так и публичного права. По римско-католическому каноническому праву слепота на оба глаза или даже на один левый глаз (так назыв. канонический глаз) является препятствием к занятию и исправлению духовных должностей (так назыв. irregularitas ex defectu corporis). Для защиты С. от обмана и обиды римское право установило, что при составлении завещания С. должен присутствовать, кроме обычных семи свидетелей, еще писец (notarius) или, за отсутствием писца, восьмой свидетель; свидетелям должно быть объявлено содержание последней воли завещателя. По общегерманскому гражданскому уложению С. могут объявлять свою последнюю волю устно перед судьею или нотариусом, в присутствии двух свидетелей; протокол подписывается всеми участвующими лицами. По общему правилу слепота не есть достаточное основание для установления опеки, так как С. сам может в надлежащих случаях выбрать себе заместителя; таковы положения римского права, французского Code civil и австрийского гражданского уложения. Напротив, по прусскому земскому праву и саксонскому гражданскому уложению опекунские учреждения могли признать необходимым учреждение опеки над С., даже против его воли, в случае, если слепота препятствует лицу в ведении его судебных дел. Новое общегерманское уложение, допуская учреждение опеки над С., которые сами не могут заботиться о своих делах, ставит это учреждение в зависимость от согласия С. В России С. не подвержены никаким ограничениям в правах, кроме того, что они не могут быть свидетелями при совершении нотариальных актов. Для большего обеспечения актов, совершаемых С., установлено, что крепостной акт подписывается вместо С. другим лицом по его доверию (как при безграмотности), с ответственностью свидетелей в том, что в подписи акта не заключается никакого подлога. При нотариальных актах, в совершении которых участвуют С., обязательно присутствие свидетелей, независимо от желания сторон, не только при объявлении условий, но и при самом чтении акта. Беспомощные и бедные С. пользуются охраной общественных учреждений, которая бывает двоякая: во-первых, бедные неизлечимые взрослые С. получают пропитание и призрение в особых учреждениях; во-вторых, С. дети получают в специальных школах воспитание и обучение. Особые учреждения для взрослых С. упоминаются уже в начале XII в. в Меммингене (в Баварии); в том же, вероятно, веке появился в Париже Hospice de Quinze-Vingts. Основание его обыкновенно относится к 1260 г. и приписывается Людовику Св., который будто бы учредил этот госпиталь для 300 (quinze-vingts, 15 х 20 = 300) рыцарей из числа сопровождавших его в крестовом походе и лишившихся зрения во время похода. В средние века в некоторых городах бедные С. составляли одну корпорацию с хромыми. В начале XIX в., по окончании войны за освобождение, в Пруссии были учреждены для ослепших воинов пять домов призрения, на добровольные пожертвования; призреваемые обучались ручным работам и музыке. По образцу этих домов возникли в Европе другие подобные учреждения. В настоящее время существует мало учреждений, которые были бы предназначены исключительно для призрения взрослых С.: если последние не могут находиться в своей семье, то для них удобнее быть призреваемыми в благотворительных учреждениях вместе со зрячими. Всего учреждений для призрения С. существует: в Германии 9 , в Австро-Венгрии 2, с 17 С., в Швейцарии 1, с 13 С., в Дании 2, с 57 С., в Норвегии 1, с 16 С., в Швеции 1, с 24 С., в Нидерландах 5, с 195 С., в Бельгии 1, с 73 С., в Англии 38, с 1622 С., во Франции 3, с 2552 С., в Италии 2, с 240 С., в Сев.-Амер. Соед. Штатах 6, с 200 С., в Австралии 3, с 35 С. Учреждения для воспитания и обучения малолетних С. появляются в конце XVIII в., хотя и ранее известны отдельные случаи обучения С. наукам и искусствам. Уже в 1667 г. Бернулли обучил письму одну слепую девушку; слепой английский математик Саундерсон (см.) с помощью иголок и шнуров устроил счетную и измерительную доску и, пользуясь ею, решал сложные математические задачи; С. Вейсенбург в Мангейме изобрел машину для чтения и письма; слепая девица Парадиз в Вене (17591824) придумала аппараты для чтения, письма и набора нот. Но лишь с конца XVIII в. обучение С. детей становится на твердую почву и переходит в руки государства и общества. Валентин Гаюи (см.) учредил в Париже в 1784 г. первое учебное заведение для С. по образцу учрежденного аббатом дел'Эпе заведения для глухонемых: С. обучались здесь не только ремеслам, но и музыке, чтению, письму, арифметике и др. наукам. Для чтения Гаюи употреблял выпуклые металлические буквы, с помощью которых можно было также печатать на бумаге; для письма рамку с натянутыми проволоками для разделения строк, которая накладывалась на бумагу; для обучения географии карты, на которых горы, реки, города, границы государств были выдавлены и отмечены различными способами; большинство этих приспособлений Гаюи заимствовал у бывшей в Париже г-жи Парадиз. В 1791 г. школа Гаюи, которая до тех пор получала поддержку от благотворительного общества, была сделана королевской и соединена с заведением для глухонемых, но через 4 года была отделена от него. Когда Бонапарт, будучи первым консулом, соединил школу для С. с госпиталем Quinze-Vingts, Гаюи, не одобрявший этого, отказался от должности директора школы, но продолжал в качестве частного лица содействовать распространению идеи обучения С. В 1816 г. парижская школа была отделена от госпиталя и в таком виде существует до настоящего времени. Всего во Франции имеется 20 учреждений для воспитания и обучения слепых, на 760 учащихся. По примеру Франции учреждения для обучения С. появились в Англии, впервые в Ливерпуле, в 1791 г., при поддержке частной благотворительности, и сначала только для обучения ручным работам и церковному пению; преподавание наук началось лишь впоследствии. Всего в Англии в настоящее время 29 подобных учреждений, на 3256 учащихся; при некоторых учреждениях имеются дневные школы. В Германии попечение о воспитании малолетних С. началось в 1806 г. благодаря проезду Гаюи через Берлин; основанный тогда институт для С., находящийся теперь в Штеглице близ Берлина, является образцовым для всей Германии. Всего в Германии 33 учреждения, для 2114 малолетних С.; так как это число значительно ниже числа наличных малолетних С. в Германии, которые не освобождены от обязательного школьного обучения, то в Берлине в 1879 г. была учреждена школа для С. детей, без интерната. В Вене первое учреждение для С. детей было основано Клейном в 180S г. Всего в Австро-Венгрии 11 институтов для С., с 622 воспитанниками; в Швейцарии 3 института, с 76 С. детьми, в Дании 1, с 104 детьми, в Норвегии 2, с 104 воспитанниками, в Швеции 4, с 104 учащ., в Голландии 2, с 109 учащ., в Бельгии 5, с 125 учащ., в Италии 15 институтов, в Испании 12, в Греции 1, в Северо-Американских Соединенных Штатах 30, с 1992 воспитанниками (некоторые институты для С. в Соедин. Штатах соединены с институтами для глухонемых) и т. д. Вообще число учреждений для С. во всех государствах недостаточно для обучения всех С. школьного возраста. Император Александр I вызвал Гаюи в Россию для основания института, подобного парижскому; институт был открыт в С.-Петербурге в 1807 г. на 15 С. детей; в нем обучали чтению, письму, музыке и пению, типографскому делу, плетению корзин, стульев, деланию сеток, филейным работам (девочки). Деятельность Гаюи встретила большие препятствия как со стороны его сотрудников, так и со стороны многих лиц, находивших существование института излишним, так как, по их словам, слепых в России нет. Гаюи выехал из России в 1817 г. В 1819 г. институт был передан из ведомства министерства народного просвещения в ведомство Человеколюбивого общества, где он и состоит по настоящее время. О порядках в институте во время, следовавшее за отъездом Гаюи, дает некоторое понятие то обстоятельство, что по ходатайству директора института Пилецкого там были введены в 1824 г. телесные наказания как средство укрощения С., не покоряющихся начальству. При институте имелось отделение для престарелых С., называвшихся призренниками; они занимались рукоделием плетением матов и сеток. О дальнейшей деятельности института имеется мало сведений: число обучавшихся в нем воспитанников невелико, количество преподаваемых предметов сократилось, связи института с бывшими воспитанниками почти никакой нет, многие из бывших воспитанников института снискивают средства к существованию игрою в качестве таперов в публичных домах и т. д. В институт слепых принимаются мальчики и девочки от 7 до 13 лет лишенные зрения, но без других физических и умственных недостатков; плата за пансионера  200 руб. в год и 30 руб. на первое обзаведение. В 1817 г. был учрежден в Варшаве институт глухонемых и С. существующий до настоящего времени и состоящий в ведомстве министерства народного просвещения. Долгое время эти два института были в России единственными учреждениями, специально заботившимися о С. В более широких размерах попечение о С. в России начинает развиваться лишь после русско-турецкой войны 187778 г., преимущественно благодаря энергичной деятельности доктора Скребицкого, и сосредоточивается в учрежденном в 1881 г. "Мариинском попечительстве о слепых", ныне "Попечительстве императрицы Марии Александровны о слепых" (см. там же и современное положение дела попечения о слепых в России). Во многих государствах институты продолжают попечение о своих воспитанниках и по окончании ими курса, доставляя им платную работу, продавая их произведения, устраивая выставки их работ и т. д. В современных институтах для слепых употребляются особые способы преподавания для чтения, письма и географии; прочие предметы преподаются приблизительно так же, как и не слепым детям. Книги для чтения С. печатаются выпуклым шрифтом, который С. разбирают руками благодаря сильно развитому у них осязанию; шрифт употребляется или унциальный (иначе квадратный), похожий на употребляемый в книгах для зрячих, или точечный, изобретенный слепым учителем Брайлем. Эта последняя система при письме занимает гораздо больше места, чем унциальная, так что книги выходят чрезвычайно объемистые. Тем не менее, так как точечный шрифт значительно облегчает С. чтение и письмо, международный конгресс учителей С., происходивший в Берлине в 1879 г., признал его всемирным для С. В России хороший унциал для С. впервые появился в 1882 г. благодаря трудам д-ра Скребицкого; первый опыт печатания был произведен в типографии экспедиции заготовления государственных бумаг рельефным шрифтом, отлитым в Вене; этим шрифтом пользовалось мариинское попечительство для напечатания нескольких книг. По системе Брайля первая книга в России напечатана г-жой Адлер в 1886 г., под заглавием: "Сборник статей для детского чтения". Для русской брайлевской азбуки сохранены по возможности те же знаки, которыми изображены соответствующие им фонетически однородные буквы французского алфавита. В брайлевской азбуке буквы расположены строками (или сериями) по 10 букв в каждой; каждая буква состоит из сочетания точек, расположенных на пересечении воображаемых трех горизонтальных и двух вертикальных линий. Из основной серии в 10 знаков остальные развиваются прибавлением к ней одной точки на нижней линии слева и справа или же двух точек.

Книги для слепых изготовляются на папке; для письма употребляется тупое шило, делающее на папке углубления в обратном принятому для букв порядке и в направлении от правой руки к левой, так как чтение по выпуклым пунктирным знакам может производиться лишь с противоположной стороны папки, употребляемой для письма. Эти знаки, вполне достаточные для сношений С. между собою, еще более отчуждают их от зрячих людей, которым их знаки непонятны. В последнее время были сделаны удачные попытки обучить С. письму обыкновенными буквами алфавита. Преподавание слепым географии стало значительно легче после того, как по примеру директора Цейне (в Берлине) стали употреблять рельефные карты. Обучение счету ограничивается главным образом устным счетом, наглядным способом, с помощью 100 маленьких кубиков. В воспитании С. большую роль играет обучение музыке, которая, с одной стороны, дает им средства к существованию, с другой — вносит разнообразие в их печальную внутреннюю жизнь. Работы, которым обучают в институтах для С., заключаются в прядении, вязании, изготовлении ковров из суконных концов и из соломы, изготовлении обуви из суконных концов, плетении корзин, плетении шнурков, изготовлении лент, приготовлении канатов и т. д. Достойно внимания чрезвычайное совершенство, которого достигают некоторые С. в механических работах: удивительное развитие чувства осязания в этом отношении совершенно заменяет С. чувство зрения. Но и на умственном поприще выдвинулись многие С.: вышеупомянутый С. Саундерсон был профессором математики в Кембриджском университете, Томас Блеклок был доктором богословия и проповедником в Эдинбурге, Джон Меткальф (Metcalf) в Манчестере надзирал за прокладкой улиц по собственным планам, Иоганн Кни предпринял путешествие вокруг света один, без провожатых, и потом издал описание этого путешествия. Начиная с 1873 г., происходят каждые 2 года международные (первоначально немецкие) конгрессы учителей С. Ср. Наqüy, "Essai sur l'éducation des aveugles" (Пар., 1786); Zeune, "Blinde und Blindenanstalten" (Берл., 1817); St. Marie, "Der Blinde und sеine Bildung" (Лпц., 1868); Rössner, "Unterricht der Blinden" (Эссен, 1877); Merle, "Das Blinden-, Idioten- und Taubstummenbildungswesen" (Норден, 1887); А. Скребицкий, "Создатель методов обучения С. Валентин Гаюи в Петербурге" (СПб., 1886). Повременные издания: "Organ der Taubstummen- und Blindenanstalten" (изд. во Франкфурте, с 1853 г.), "Der Blindenfreund" (в Дюрене, с 1880 г.), "Слепец" (в СПб.), "Досуг слепых" (в СПб., с 1898 г. — для С. читателей).

  Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона

 

Очень похоже, что маршрут разрабатывался с учетом именно этой информации, и его целью было не только (и не столько) доехать во что бы то ни стало до Лондона, а посетить и осмотреть крупнейшие учреждения слепых России (Варшава) и европейских стран: в Берлине-Штеглице (Германия), Брюсселе (Бельгия), Лондоне (Британия). Таким образом, после возвращения из поездки, Ерошенко был бы знаком с опытом организации обучения слепых в России (Московская школа слепых, Варшавский институт глухонемых и слепых), Германии, Бельгии, Англии. Более того, обучение в Лондонском королевском колледже слепых давало в дальнейшем право преподавания другим незрячим.

Это подтверждается примечанием А.Н. Шараповой к тексту «Первой зарубежной поездки слепого эсперантиста г-на Ерошенко», о том, что в Брюсселе Ерошенко должны были встречать аббат Ричардсон, г-н Матеус и брат Исидор, которые «образцово установили преподавание эсперанто в Брюссельском Королевском институте слепых». К сожалению, встречи в Варшаве и в Брюсселе не состоялись, а в Берлине Ерошенко, действительно, в первую очередь отправился в предместье Штеглиц, чтобы ознакомиться с организацией Прусского королевского института слепых, открытого в первой трети XIX века и действующего до сих пор (строения сильно пострадали во время Второй мировой войны). Сейчас там находится знаменитый Берлинский музей слепых Йоханна Августа Цойне. Музей слепых на улице Ротенбургштрассе в районе Штеглиц демонстрирует постоянную экспозицию об истории и проблематике слепоты. Большая часть экспонатов предназначена для того, чтобы прикоснуться к ним руками и в прямом смысле слова прочувствовать их.

 

…Итак, в понедельник 6 февраля (ст.ст.) 1912 года Ерошенко выехал из Москвы в Варшаву поездом, в вагоне третьего класса. На вокзале его провожали друзья. Но для самого странника начало поездки не было еще самой поездкой. Наверное, поэтому нам почти ничего не известно о том, откуда, в какое время и на каком именно поезде он ехал. Скорее всего, с Александровского (Брестского вокзала) Москвы на Брестский же вокзал Варшавы. С помощью Валентина Мельникова и его коллег по железнодорожному форуму (большое спасибо всем!), нам удалось разыскать расписание поездов на февраль 1912 года. Предположительно это могли быть поезда пассажирский № 5, отпр. 8.30 вечера или почтовый № 3, отпр. 10.10 вечера. Если он выехал из Москвы вечером 6 февраля, то прибыл в Варшаву 8 февраля в 9.05 утра (если поезд 5) или в 3.50 дня (поезд 3).

 

Путешествие началось… В это время на страницах эсперанто-изданий Европы и России обсуждается проведение юбилейного Восьмого конгресса эсперантистов в Кракове, Польша, Росссийская империя – к 25-летию эсперанто; новые формы организационной деятельности и финансирования Универсальной эсперанто-организации,  скандальное «дело капитана Постникова», пропагандистские поездки супругов Прива и г-на Парриша, наконец, гибель «Титаника», которая потрясла мир...

 

***

 

Oni laudas!

…Moskva. Esp.-ianino, petinta letere helpi rusan blindulon, vojaghontan sola Londonon, esprimas sian plej koran dankon al: S-ro Hirwonskij (sic!), Del., Varsovio, F-ino Rahe (sic!), Vic. Del., kaj s-ro O. Fromm, el Berlino, S-ro M. Coblenzer, Del., Köln’a Esp. Societo, S-ro L-to Léclancher, Del., kaj S-ro Perrin, Vicdel., S-ro Finez, Del., Dover, S-ro A. Richarson (sic!), Del., S-ro F. Mathieux, Vicdel., Bruselo, frato Isidoro, ges-roj Blaise, Del., Londono, kiuj diversmaniere helpis al la vojaghanto kaj multe utilis al li. Atentinda estas, ke loka gazeto de Calais presighis artikolon pri vojagho de rusa blindulo kun helpo de Esp.-ianoj.

 

Хвалят!

…Москва. Эсперантистка, письмами просившая о помощи русскому слепому, который отправится один в Лондон, выражает свою самую сердечную благодарность: г-ну Хирвонскому (должно быть – Хиршовскому. – Ю.П.), делегату Всемирной Эсперанто-Ассоциации в Варшаве, барышне Рахе (так, в других источниках – Кабэ, уж не родственница ли она знаменитого Кабэ, Казимежа Бэйна? – Ю.П.), вице-делегату, и г-ну О. Фромм(у) из Берлина, г-ну М. Коблензер(у), делегату Кёльнского Эсперанто-общества, г-ну Л(ейтенан)ту Лекланше, делегату, и г-ну Перрину, вице-делегату, г-ну Финез(у), делегату, Дувр, г-ну А. Ричардсону*), делегату, г-ну Ф.Матеусу, вице-делегату, Брюссель, брату Исидору, супругам Блэз**), делегатам в Лондоне, которые различными способами помогли путешествующему и много были ему полезны. Достойно внимания, что местная газета в Кале напечатала статью о поездке русского слепца с помощью эсперантистов-единомышленников.

Esperanto (duonmonata), 1912. – № 119 (20 marto). P. 76

 

*) Тот самый знаменитый аббат Ричардсон – Austin François Richardson Taylor (21.10.1843 20.08.1913) – бельгиец, президент Международного союза эсперантистов-католиков и Бельгийской католической лиги эсперантистов, который был корреспондентом алтайского священника, знаменитого эсперантиста Иннокентия Серышева. Заметка о первом посещении Иннокентием и Варварой Серышевыми Лондона в 1910 г. и натолкнула нас на мысль поискать следы Ерошенко там же двумя годами позднее.

**) Paul Blaise (бельгиец, 1880 – 1949) и Margaret L. Blaise (англичанка, 1878 – 1935). Оба эсперантисты, в свое время очень активные и знаменитые. – Ю.П.

 

***

 

Poshta Kesto

Dankon plej koran sendas Moskva esperantistino, petinta letere helpi rusan blindulon, vojaghontan sole Londonon, al la jenaj diversmaniere priservintaj samideanoj: s-ro Hirszowski, del. en Varsovio; F-inoj Kabe, Motard kaj Fromm; S-ro Max Сoblenzer, Ges-roj Zapater; S-ino De Chalmot kaj la Esp. Societo en Köln; Leuht. Léclancher kaj S-ro Perrin en Calais; Pastro Austin Richardson, Frato Isidore kaj S-ro Mathieux en Bruselo; S-ro Finez en Dovero; Ges-roj Blaise kaj S-ro Phillimore en Londono.

 

Почтовый ящик

Самые сердечные благодарности шлет московская эсперантистка, письмами просившая помочь русскому слепому, который отправится один в Лондон, следующим единомышленникам, которые различными способами (ему) услужили: г-ну Хиршовскому, дел. в Варшаве; барышням Кабэ, Мотард и Фромм, г-ну Максу Коблензеру, супругам Запатер; г-же де Чамот и Эсперантскому обществу в Кёльне; лейт.-у Лекланше и г-ну Перрину в Кале; Пастору Аустину Ричардсону, Брату Исидору и г-ну Матеусу в Брюсселе; г-ну Финезу в Дувре, супругам Блэз и г-ну Филлимору в Лондоне.

British Esperantist, 1912, № 88, aprilo. Р. 79

 

***

 

DIVERSAJHOJ

Helpemo de esperantistoj

 

Moskva blindulo, esperantisto s-ro Eroshenko, lerninte esperante kaj angle, kaj dezirante perfektighi je ambau lingvoj, la 9 de februaro (sic!) forveturis tute sola, unuan fojon Londonon. Esperantianoj de diversaj landoj helpis lin survoje. Varsovia Delegito s-ro Hirszowski, publicisto, dufoje veturis al la stacidomo, sed ne renkontis s-ron Eroshenko. Jam en Berlino esperantianoj, kiel skribis s-ino Sofio Motard, vizitis kun li la Regnan Blindulejon.

En Köln li pasigis vesperon che Esperanta Societo dank’ al klopodoj de la Delegito s-ro Max Coblenzer, telegrafia oficisto. La konataj blindaj esperantistaj geedzoj Zapater – de Calmont (hispano kaj germanino) ankau partoprenis je lia akcepto.

Delegito de Calais – leutenanto Leclancher kaj vicdelegito s-ro Perrin, presisto, havis la bonecon acheti bileton ghis Londono, finekspedi lian pakajhon kaj konduki lin sur la vaporshipon*). La Dover’a Delegito, s-ro Finez plej zorge elshpigis s-ron Eroshenko, kaj, envagoniginte lin, telegrafis al la Londona Delegito.

En Londono s-ro Eroshenko estas bone akceptita che gesinjoroj Blaise.

La noblaj agoj de cititaj reprezentantoj de U.E.A. instigu ankau aliajn agi simile!

F-ino A.S.

 

*) Atentinde estas, ke chiutaga jhurnalo de Calais presigis artikoleton pri la vojagho de rusa blindulo per helpo de esperantistoj.

 

 

Разное

Склонность эсперантистов к помощи

 

Московский слепой, эсперантист г-н Ерошенко, изучив эсперанто и английский, и желая усовершенствовать оба языка, (1)9 февраля отправился совершенно один первый раз в Лондон. Эсперантисты разных стран помогли ему в пути. Варшавский делегат г-н Хиршовский, публицист, дважды ездил на вокзал, но не встретил Ерошенко. Уже в Берлине эсперантисты, как пишет г-жа София Мотард, посетили с ним Королевскую школу слепых.

В Кёльне он провел вечер в Эсперанто-обществе благодаря хлопотам делегата, г-на Макса Коблензера, телеграфного служащего. Известные слепые эсперантисты супруги Запатер – де Кальмот (испанец и немка) также приняли участие в его приеме.

Делегат в Кале – лейтенант Лекланше и вице-делегат г-н Перрин, печатник, соблаговолили купить билет до Лондона, до конца проследить за его багажом и сопроводить его на пароход*). Делегат в Дувре г-н Финез самым заботливым образом помог ему сойти с корабля и, усадив в вагон поезда, телеграфировал лондонскому делегату.

В Лондоне г-н Ерошенко был хорошо принят у супругов Блэз.

Благородные дела упомянутых представителей У.Э.А. (Всемирной эсперанто-ассоциации) должны побудить и других действовать подобным образом!

Барышня А.С. (Анна Шарапова. Иногда ее фамилию писали как Sarapov. – Ю.П.).

*) Достойно внимания, что ежедневная газета в Кале опубликовала заметку о путешествии русского слепого при помощи эсперантистов.

“La Ondo de Esperanto” Moskvo. 1912, N4 (aprilo), Р. 7677.

 

***

 

The Federations.

 

London Federation. – Under the auspices of the London Federation of Esperanto Societies, Mr. G.J.Cox spoke on March 25 before the members of the Battersea Polytechnic Literary and Debating Society. Taking as the title of his lecture “Esperanto – the Iternational Language, an Accomplished Fact”, Mr. Cox throughout his speech insisted that in his personal opinion the idea behind Esperanto – i.e., the fraternisation of the peoples of the world – was of more importance than the language itself. Hi denied that Esperanto could be properly called an artificial language. It was, hi maintained, as natural as any language. The international congresses of Esperanto enabled one to feet the charm of being enabled to enter into the thought-life so many different peoples, and one who had participated in those congresses was bound to come to the conclusion that what-ever the colour of the skin or the contour of the face, the whole of humanity was, after all, at heart vary mach alike. Mutual comprehension – and that was attained by means of Esperanto – was the sine qua non to mutual respect. About thirtly persons were present, and the presence of two foreign Esperantists rendered the meeting more than usually interesting. One of these, a blind Russian, was a member of a Moscow blind orchestra, who had travelled alone from Moscow to London, being handed on from town to town by the representatives of the Universal Esperanto Association. The other, Mr. Francz Chvatik (pron. Hvatik), a Bohemian horticulturalist, who had arrived to London on the previous day with intention of learning English, spoke Esperanto “like a native”. Advantage was taken of the presence of the visitors to give a practikal demonstration of the utility of Esperanto. A long report appeared in the Battersea Berough News. The current issue of the Polytechnic Magazine (Battersea) contained an article on Esperanto from the pen of the hon. sec. of the London Esperanto Club. – P.J.C.

British Esperantist, 1912, majo, № 89. P. 92

 

***

 

Vojagho de rusa blindulo. – Juna moskva blindulo, S-ro Eroshenko, lernis proprapene Esperanton kaj anglan lingvon; li prenis sesmonatan forpermeson el la orkestro, en kiu li ludas violonon, kaj la 19 de Februaro veturis tute sola Londonon, dezirante perfektighi en angla lingvo, char per ghi li esperas atingi pli da instruiteco. Helpita survoje de diverslandaj delegitoj de U.E.A., li estis bone akceptita de Ge-sinjoroj Blaise en Londono, kaj ili kondukis lin al sperta esperantisto, S-ro Phillimore, maljuna angla instruisto. Tiu chi zorgas pri la instruado de S-ro Eroshenko kaj ech prezentis lin al Norwood College: tie lin akceptis Lady Campbell kun blinda instruisto S-ro Pearson, kaj esperigis, ke post unu au du monatoj, kiam li pli bone scios la anglan lingvon, li povos pasigi monaton en tiu chi kolegio por sia instruado. S-ro Eroshenko, reveninte Ruslandon, povos esti instruisto pri Esperanto, pri angla lingvo kaj diversaj novaj scioj akirotaj de li en Anglujo. Lia kuragha vojagho por alta celo ne povas esti seninteresa al chiuj tiflofiloj. Tiu, kiu deziras pli detale konatighi kun tiu chi afero, bonvolu sin turni al lia Londona zorganto: S-ro W. Phillimore, 66, Earsfield road, Wandsworth (Common), London, S.W., Anglujo.

 

Поездка русского слепого. – Юный московский слепой, г-н Ерошенко, изучил собственными силами эсперанто и английский язык; он взял шестимесячный отпуск в оркестре, где он играет на скрипке, и 19 февраля отправился совсем один в Лондон, желая совершенствоваться в английском языке, потому что при помощи этого он надеется быть обучен далее. По пути ему оказали помощь делегаты УЭА в разных странах, он был хорошо принят супругами Блэз в Лондоне, и они привели его к опытному эсперантисту, г-ну Филлимору, пожилому английскому преподавателю. Он заботится о образовании г-на Ерошенко и даже представил его в Норвудском колледже: там его приняли Леди Кэмпбелл со слепым преподавателем г-ном Пирсоном, и обнадежили, что через месяц-другой, когда он лучше узнает английский язык, он сможет провести месяц в этом колледже для своего обучения. Господин Ерошенко по возвращении в Россию сможет быть преподавателем эсперанто, английского языка и различных новых знаний, которые он приобретет в Англии. Его смелая поездка ради высокой цели не может быть неинтересной всем тифлофилам. Тот, кто желает более подробно ознакомиться с этим делом, соблаговолите обращаться к его лондонскому попечителю: Г-н У. Филлимор, 66, Earsfield road, Wandsworth (Common), London, S.W., Anglujo.

Lingvo Intrnacia. – 1912. – № 5 (majo). – P. 192193

 Итак, Норвуд, южный район Лондона, 1911 – 1912 г. Он был таким:

 

Norwood, England

NORWOOD, a southern district of London, England, partly in Surrey and partly in the county of London (metropolitan borough of Lambeth). The district is hilly and well wooded, hence the name. It is divided into Upper, Lower and South Norwood, all consisting principally of villa residences and detached houses inhabited by the better classes. Among numerous institutions are almshouses for the poor of St. Saviour's, Southwark, opened at South Norwood in 1863, a Jewish convalescent home in 1869, and the Royal Normal College and Academy of Music for the Blind at Upper Norwood in 1872. At Gipsy Hill, Upper Norwood, lived Margaret Finch, queen of the Gipsies, who died in 1740 at the age of 109, and was buried in the churchyard at Beckenham.

http://www.1911encyclopedia.org/Norwood,_England

 

Не здесь ли зародилось «Предсказание цыганки»? (См. нашу статью «Имеет право быть всегда» на сайте Общества «Россия – Япония»: http://ru-jp.org/patlan03.htm )

 

Учебное заведение для слепых, куда пообещали принять Василия Ерошенко, называлось тогда «Royal Normal College for the Blind, Upper Norwood» или «the Royal Normal College and Academy of Music for the Blind». И немного информации с современного сайта RNC о его истории:

 

The History of RNC - the story so far

 

The Royal National College for the Blind: Almost 140 years of leading the way in specialist education for people who are blind or partially sighted

 

A meeting of minds...

 

One hundred and thirty years ago, few blind children could hope for either a good education or steady and worthwhile employment. The Victorian philanthropist, Dr. Thomas Rhodes Armitage believed these problems were interrelated and that given an education of similar content to that received by sighted children, blind people could go on to have equally successful careers.

In 1871, he met a like-minded visionary in the American, Francis Joseph Campbell. Campbell was born in 1832 at Winchester, Tennessee and lost his sight at the age of five. He studied at Nashville School for the blind and at just sixteen years of age, became the Music Master there! After graduating from the University of Tennessee aged 22, he became musical director at the Wisconsin School for the Blind. During his time there people became aware of his strong anti-slavery sentiments. He was given 24 hours to renounce his views or face hanging. He refused to do so, but escaped hanging due to public sympathy for his blindness. He left Wisconsin and went to on become the Director of Music for eleven years at The Perkins Institution for the Blind in Boston, Massachusetts.

Campbell and Armitage resolved to found a ground breaking College in England and a year later, on 1st March 1872, the College we now know as RNC was established with the assistance of the first Duke of Westminster and Mr C.A.Miner.

 

Rapid growth

 

The college was originally called The Royal Normal College and Academy for the Blind. 'Normal' referred to teacher training which was offered by the college. The majority of the teaching staff were at this time recruited by Francis Campbell from his native America.

The college started in 3 small houses not far from the Crystal Palace in London. By the end of the first year, it had outgrown the site and moved to Upper Norwood.The curriculum was liberal and advanced for its day, and included a large amount of physical education. Roller-skating was much practised and an early report mentions tobogganing after a heavy fall of snow! In those early days the atmosphere was full of life and excitingly experimental. Campbell`s first wife died soon after the College was opened, and in 1875, he married one of his teachers, Sophia Faulkner, originally of Massachusetts.

By the 1880s the college, which had started with just 2 students, had well over 150 students, and over 200 by the end of the century. The college was run as a preparatory school taking children aged 5 to 13, and a grammar and high school.

'The College is open to the young of either sex and of any rank, but only those will be received as pupils who, in the opinion of the Principal, show sufficient ability to render it probable that by instruction they can be rendered capable of self-support.' (Annual Report 1880)

In 1887 Drs Campbell and Armitage founded the Guild of Past Students 'for the purpose of mutual aid, especially in the first entry into life'. The Guild is still going strong today. In 1909, Francis Campbell was knighted by King Edward VII and retired 3 years later to be succeeded by his eldest son, Guy Marshall Campbell.

In 1929, his widow, Louie Bealby Campbell, in turn succeeded him. When she retired in 1934, the Principalship passed outside the Campbell family for the first time, when William Stone took over. He retired 3 years later and in 1937 Dr Langdon took over as principal.

 

From London to Shropshire

 

With the outbreak of World War II, the College was evacuated to a mansion known as Great Maytham, in Rolvenden, West Kent. However, with the imminent threat of invasion, the College had to leave in 1940 and seek yet another home. The move was made at 24 hours notice on the urgent advice of the authorities! Most of the pupils were on holiday at the time, but some thirty pupils and a number of staff had remained and thankfully The Royal London Society for the Blind took everyone in at Dorton House, near Aylesbury. The College was unable to return to its premises in Upper Norwood, which had been bombed out and acquired by the local authority. The College was effectively disbanded until it moved into Rowton Castle, near Shrewsbury, where pupils reassembled the following year.

In 1953, work was due to begin on enlarging the site. However, before this could happen a fire broke out, destroying a good deal of the buildings and 38 pianos and organs. Thankfully, everyone was evacuated safely. The sudden loss of already limited accommodation created a problem which could not be met by improvisation on the premises. Henshaw's Institution for the Blind stepped in to take pupils and staff as a temporary measure, so training could continue.

In 1955, the College acquired Albrighton Hall, about 3 miles from Shrewsbury, and adapted it for residential and training purposes for the older boys and young men. The girls and younger boys remained at Rowton Castle.

In 1958 Hardy House was obtained as a new residential area for girls previously based in Rowton Castle. The building included 6 kitchenettes, where girls were taught various domestic skills. Such skills today form part of 'Living Skills' for all students.

In 1966, after 29 years as principal, Dr Langdon retired and was succeeded by Alfred Lidster, who had previously been the bursar at the college.

 

A home in Hereford

 

In 1978 the College moved to it's current site in Hereford. The grounds had previously been the site of a teacher training college, and satisfied the College's needs both for teaching, and residential accommodation. A year later the work experience scheme, which had been initiated in Shrewsbury, was expanded. Enhancing the College emphasis on employment, dating from its conception by Dr Thomas Armitage and still the focus today.

Кэш Google, http://www.rncb.ac.uk/about-history.php

 на 17 января 2012 г.

 

О пребывании Ерошенко в колледже сделана запись № 1350 в книге регистрации студентов: обучался с 20 мая по 23 июля 1912 г., прибыл на ограниченное время. (Р. 367–368). Впервые это установил, получив ответ на свой запрос из архива колледжа, А. Панков в 1973 г.*) Повторный запрос в Royal Normal College & Academy of Music for the Blind (2002 г.) был сделан по нашей просьбе Дэвидом Парду (David Pardue, USA). Мы искренне благодарим его за помощь, а дирекцию RNC – за предоставление копий архивных документов и разрешение на их использование. Итак, никто Василия Яковлевича ниоткуда не исключал и не собирался, просто истек срок его временного пребывания в колледже, который составил не месяц, как ему было обещано, а несколько больше двух.

 

*) См. Панков А. Новое о Василии Ерошенко // Собеседник: портреты. Этюды. Ист. повествования. Очерки / Ред.- сост.: З. Анчиполовский, О.Ласунский. – Воронеж: Центр.-Чернозем. кн. изд-во, 1973., – 352 с. – №2–3, С.142-147; http://www.eroshenko-epoko.narod.ru/Materials/Patlan/Grinyova.htm

 

***

 

COMING EVENTS

LONDON

 

Kew Gardens. – The gathering of samideanoj wich met on Saturday, May 11, in Kew Gardens, proved a great success. The day was perhaps the fines in the present year, and the glories of blossom and leaf were displayed to full advantage. Esperantists from all parts of London to the number of 183 participated en the excursion, and a few for the first time appreciated the joys of babilado en Esperanto. After tea en Pitt’s Restaurant, Kew Green, a concert, under the direction of Mr. G.J. Cox, took place in the grounds of the restaurant. In the course of the evening, Dr. Werner Marchand, of Germany, spoke of the influence of Esperanto in promoting internacional amity. Among the items on the programme were two recitations en Esperanto by Miss L.S. Grant (“Amo de Blindulo”) and Mrs. L.A. Evans, hon. sec., Battersea Club (“Shi ne legos ghin”), and songs by Miss Morrison, Miss Schafer, Messrs. E.B. Lowes, H. Meulen, and Cox, accompanied by Mr. M.C. Butler, L.R.A.M, at the piano. – P.J.C.

/…/

International Helpfulnnes. – The Daily Herald – ever active en good causes – publishes an interesting communication from the Secretary of the London Klubo, regarding the utility of esperanto en travel. “Two recent cases”, states the article, “both occurences of the last few weeks, - furnish sufficiently striking testimony to this fackt. A blind Russian, a member of a Moscow orchestra, having received six months’ furlough, has come alone to London, being passed on from town to town by Esperantists. He is now living in London among Esperantists, and is engaged in learning English.

The second case is that of a young Bohemian, a gardener. For the past twelve years he has known Esperanto and consequently now speask the language “like a native”. He is now engaged at his occupation en London, having had no difficulty en settling here, thanks to his knowledge of Esperanto and the ready help received from London Esperantists”.

British Esperantist, 1912, junio, № 90. Р. 102

 

(Эту заметку впервые выявила и кратко процитировала в части о Ерошенко Ольга Керзьюк в своей статье, 2010. Крайне интересно найти текст декламации на эсперанто «Любовь слепца». Не будет ли в нем перекличек с последующим творчеством Ерошенко, например, «Рассказом бумажного фонарика»?

 

Из справочника «Театры Москвы», 1929 год:

СИМФОНИЧЕСКИЙ ОРКЕСТР СЛЕПЫХ МУЗЫКАНТОВ. 1-я Мещанская, 16, кв. 12; тел. 77-69.
Оркестр состоит при Моск. губотделе о-ва слепых; существует с 1898 г. Дирижер –
Агафонов Фед. Вас; уполномоч. – Портнов Серг. Андр.; состав оркестра – 40 чел. – Ю.П.)

 

***

 

ESPERANTA FAKO.

Путешествие русскаго слепца в Лондон.

 

В настоящее время, благодаря языку Эсперанто, слепые всех частей света имеют возможность сообщаться между собой и со зрячими. И русские слепые, для которых до сих пор не напечатано рельефным шрифтом Fundamento de Esperanto с русским текстом, - все-таки стремятся пользоваться вспомогательным языком, общим для всех.

Недавно московский книжный магазин Эсперанто (26, Тверская) получил от одного русскаго слепого из Читы (Сибирь) просьбу известить, как ему поскорее научиться Эсперанто. – В 1909 г. в городе Костроме слепая музыкантша В.И. Троицкая сама пришла на курсы Эсперанто уже со знанием языка: научилась из расспросов зрячих. – Воспитанник же московскаго училища для слепых – 22-летний В.Я. Ерошенко, 2-3 года игравший на скрипке в оркестре слепых в разных московских ресторанах, (и даже в Сочи, на Кавказе, летом 1911 г.) так основательно изучил Эсперанто, что, благодаря, главным образом, англо-эсперантскому словарю точечного письма, лондонским журналам и книгам и переписке с эсперантистами из Англии, быстро научился и по-английски (даже удивляет англичан своим знанием английской стенографии для слепых). Наконец он взял шестимесячный отпуск в оркестре и 6 февраля нынешнего года отправился один в третьем классе жел. дор. в Лондон. Из Москвы успели предупредить письмами делегатов универсальной Эсперанто ассоциации в Германии, Бельгии, Франции и Англии, и по дороге он встретил много помощи и участия не только от зрячих, но и от слепых (в Кельне с ним могли говорить супруги, поженившиеся благодаря Эсперанто: немка Хальмот – учительница языков, и ея муж Цапатер – испанец из Барцелоны). Лондонский делегат и его супруга г-жа Бяэз (sic!) 10 дней давали ему приют в своем вегетарианском пансионе и затем устроили в покойной части Лондона вблизи квартиры 67-летняго учителя, хорошо знающего Эсперанто и письмо Брайля. М-р Фильмор нашел ему полный пансион за 28 руб. в месяц, водит на собрания английских учителей, сам пока дает ему уроки английскаго языка (по последним известиям, с ним вместе учится зрячий француз). М-р Фильмор подумал и о большем: он представил В.Я. Ерошенко лорду и лэди Кампбель, заведующим очень славящимся коллэджем для высшаго образования слепых в Норвуде, близ Лондона. При этом присутствовал также и тамошний слепой учитель Пирсон. – Лэди Кампбель подала надежду, что через 1 месяц, когда г-н Ерошенко получше освоится с английским языком, его могут принять в этот коллэдж на 1 месяц.

В.Я. Ерошенко решился поехать в Лондон на весьма небольшие сбережения из своего заработка в московском оркестре, и было бы весьма желательно, если бы он нашел и от своих соотечественников поддержку в своей жажде к просвещению. Самое полезное было бы, если бы он смог поучиться в Норвудском коллэдже, где практикуется гимнастика для слепых на чистом воздухе и т.д. Хорошо также, если бы он мог иметь и ввести потом в России, как средство просвещения, и новую профессию для слепых: усовершенствованную лондонскую пишущую машину, на которой слепые могут писать и для слепых, и для зрячих.

Вообще, если В.Я. Ерошенко не принужден будет из-за недостатка средств слишком поспешить в Россию, то он вернется в свое отечество с запасом новых знаний и опыта и может служить для большаго просвещения, улучшения участи слепых и сообщения их по всему свету со своими собратьями, лишенными физическаго зрения, а также и со зрячими, могущими признавать слепых за своих братьев.

Путешествие русского слепца в Лондон. – "Вокруг света", Санкт-Петербург, – № 24. –17 июня 1912 г. 

 

***

 

Путешествие русского слепца в Лондон

 

В настоящее время, благодаря языку Эсперанто, слепые всех частей света имеют возможность сообщаться между собой и со зрячими. И русские слепые, для которых до сих пор не напечатано рельефным шрифтом Fundamento de Esperanto с русским текстом, – все-таки стремятся пользоваться вспомогательным языком, общим для всех.

Недавно московский книжный магазин Эсперанто (26, Тверская) получил от одного русского слепого из Читы (Сибирь) просьбу известить, как ему поскорее научиться Эсперанто. – В 1909 г. в городе Костроме слепая музыкантша В.И. Троицкая сама пришла на курсы Эсперанто уже со знанием языка: научилась из расспросов зрячих. – Воспитанник же московского училища для слепых – 22-летний В.Я. Ерошенко, 2-3 года игравший на скрипке в оркестре слепых в разных московских ресторанах, (и даже в Сочи, на Кавказе, летом 1911 г.) так основательно изучил Эсперанто, что, благодаря, главным образом, англо-эсперантскому словарю точечного письма, лондонским журналам и книгам и переписке с эсперантистами из Англии, быстро научился и по-английски (даже удивляет англичан своим знанием английской стенографии для слепых). Наконец он взял шестимесячный отпуск в оркестре и 6 февраля нынешнего года отправился один в третьем классе жел.дор. в Лондон. Из Москвы успели предупредить письмами делегатов универсальной Эсперанто ассоциации в Германии, Бельгии, Франции и Англии, и по дороге он встретил много помощи и участия не только от зрячих, но и от слепых (в Кельне с ним могли говорить супруги, поженившиеся благодаря Эсперанто: немка Хальмот – учительница языков, и ея муж Цапатер – испанец из Барселона (sic!)). Лондонский делегат и его супруга г-жа Блэз 10 дней давали ему приют в своем вегетарианском пансионе и затем устроили в покойной части Лондона вблизи квартиры 67-летняго учителя, хорошо владеющего Эсперанто и письмо (sic!) Брайля. М-р Фильмор нашел ему полный пансион за 28 руб. в месяц, водит на собрания английских учителей, сам пока дает ему уроки английского языка (по последним известиям, с ним вместе учится зрячий француз). М-р Фильмор подумал и о большем: он представил В.Я. Ерошенко серу и лэди (sic!) Кампбель, заведующим очень славящемся (sic!) коллэджем (sic!) для высшаго образования слепых в Норвуде, близ Лондона. При этом присутствовал также и тамошний слепой учитель Пирсон. – Лэди Кампбель подала надежду, что через 1 месяц, когда г-н Ерошенко получше освоится с английским языком, его могут принять в этот коллэдж на 1 месяц.

В.Я. Ерошенко решился поехать в Лондон на весьма небольшие сбережения из своего заработка в московском оркестре, и было бы весьма желательно, если бы он нашел и от своих соотечественников поддержку в своей жажде к просвещению. Самое полезное было бы, если бы он смог поучиться в Норвудском коллэдже, где практикуется гимнастика для слепых на чистом воздухе и т.д. Хорошо также, если бы он мог иметь и ввести потом в России, как средство просвещения, и новую профессию для слепых: усовершенствованную лондонскую пишущую машину, на которой слепые могут писать и для слепых, и для зрячих.

Вообще, если В.Я. Ерошенко не принужден будет из-за недостатка средств слишком поспешить в Россию, то он вернется в свое отечество с запасом новых знаний и опыта и может служить для большаго просвещения, улучшения участи слепых и сообщения их по всему свету со своими собратьями, лишенными физическаго зрения, а также и со зрячими, могущими признавать слепых за своих братьев.

 

(«Вокруг света»)

 

Путешествие русского слепца в Лондон // Слепец. – 1912. – № 8. – С. 133 – 134

 

(Пишущая машинка Василия Ерошенко, которую он привез из Лондона и которой пользовался всю жизнь, сохранилась и представлена в постоянной экспозиции Белгородского историко-краеведческого музея. – Ю.П.)

 

***

 

St.-Peterburgo. La 5-an de Septembro tien chi alvenis finna samideano s-ro Bergh (blindulo) el Borga kun sia edzino kaj fratino. Ili ne parolas ruse kaj dum sia kvartaga restado tie chi estis akompanataj de lokaj samideanoj en la ekskurso tra Peterburgo. La 7-an de Septembro Peterburgon vizitis, traveturante en Moskvon, s-ro Eroshenko, ankau blindulo, kiu estas renkontita kaj helpita de peterburgaj esperantistoj.

Petr. K.

 

Cанкт-Петербург. 5-го сентября сюда прибыл финский эсперантист г-н Берг (слепой) из Борга со своей женой и сестрой. Они не говорят по-русски и в течение своего четырехдневного пребывания здесь были сопровождаемы местными эсперантистами на экскурсии по Петербургу. 7-го сентября Петербург посетил, проездом в Москву, г-н Ерошенко, также слепец, которого встретили и помогли петербургские эсперантисты.

 

Петр К.(Не тень ли это «Петра Карповича»? – Ю.П.)

 

“La Ondo de Esperanto” Moskvo. 1912, N11 (novembro), Р. 171– 172

 

 

***

 

Но все только начиналось. В следующих выпусках рассылки я планирую предоставить слово самому Ерошенко и Анне Шараповой, а также рассказать о том, как была отражена эта поездка на страницах специальных тифлологических и эсперантских изданий в последующие годы. А со своими лондонскими друзьями  и покровителями Филлимором (1844–1934) и Мерриком (1868–1956) Ерошенко поддерживал отношения до конца жизни.

 

Ваша Юлия Патлань


В избранное