Доброе утро!
Сегодня на сайте появилась новая глава из книги Кена Уилбера «Никаких границ». Разрешив конфликт на уровне маски и тени, автор переходит к более глубокому и более раннему конфликту, выражающемуся в разделении эго и тела.
В предыдущей главе мы видели, что соприкасаясь с отбрасываемой нами тенью и в конце концов присваивая ее, можно «расширить» свою самотождественность от ущербной маски до здорового эго. У нас есть возможность излечить разрыв, устранить границу между маской и тенью, и тем самым обрести более объемлющее и более устойчивое чувство самотождественности. Это подобно переезду из тесной квартиры в благоустроенный дом. В настоящей главе
мы, если можно так выразиться, перейдем от благоустроенного дома к просторному особняку. Мы продолжим фундаментальный процесс растворения границ, но на более глубоком уровне, рассмотрев некоторые из методов расширения самотождественности от уровня эго (со свойственным ему видением мира) до уровня кентавра — путем соприкосновения с отбрасываемым нами телом и присвоения его.
Поначалу идея присвоения тела может показаться чересчур эксцентричной. Граница между эго и плотью так глубоко врезалась в бессознательное рядового человека, что на предложенную задачу исцеления этого разрыва он реагирует странной смесью озадаченности и скуки. Он уверовал, что граница между умом и телом безусловно реальна, и поэтому в голове у него не укладывается, как кто-то может подвергать ее сомнению, не говоря уже о том, чтобы растворять.
Но, оказывается, что если разума лишились относительно немногие, то тела своего давным-давно лишилось большинство из нас; и я боюсь, что это нужно понимать буквально. Ведь создается впечатление, что «я» почти сижу на своем теле, как всадник, едущий на лошади. Я бью его или хвалю, я кормлю, чищу его и ухаживаю за ним, когда это необходимо. Я подгоняю его, не спрашивая, и сдерживаю против его воли. Когда мое тело-лошадь ведет себя
хорошо, я в общем-то не обращаю на него внимания, но когда оно не слушается меня, — что происходит довольно часто, — я достаю кнут, чтобы вернуть его в состояние благоразумной покорности.
В самом деле, кажется, что тело мое просто постоянно болтается где-то подо мной. Я вхожу в мир уже не с телом, а на теле. Я здесь, сверху, а оно там, внизу, и я в общем-то не вполне уверен, чтó это там, внизу, такое. Мое сознание пребывает почти исключительно в голове: я — голова, а телом я обладаю. Тело перестает быть «мною» и сводится к моей собственности, становится чем-то «моим».
Короче говоря, тело, подобно тому как это произошло с тенью, становится объектом или проекцией, «отбросом». Через организм как целое проводится граница и тело отбрасывается как «не-я». Эта граница представляет собой разрыв, трещину или, выражаясь словами Александра Лоуэна, блок:
«Функция блока состоит также в том, чтобы отделять и изолировать психическую сферу от соматической. Наше сознание говорит нам, что каждая из них воздействует на другую, но из-за блока это воздействие оказывается для нас не настолько глубоким, чтобы мы могли ощутить основополагающее единство. В результате блок расщепляет единство личности. Он не только разъединяет психику и соматику, но отделяет также поверхностные явления от их корней
в глубинах организма».
Что нас больше всего интересует в данном случае, так это распад организма как целого, распад кентавра, причем утрата тела — всего лишь самый зримый и ощутимый его признак. Утрата тела не тождественна распаду кентавра, этого «основополагающего единства», но выступает лишь одним из возможных его проявлений. Тем не менее, именно на нем мы сосредоточим наше внимание в этой главе, так как его легче всего понять и описать. Но я хотел бы
отметить, что вовсе не утверждаю, будто тело, — то, что мы называем «физическим телом», — реалия более глубокая, чем психическое эго. На самом деле тело как таковое — самая низкая из форм сознания; она настолько проста, что мы даже не включили ее рассмотрение в эту книгу. Тело представляет собой не «более глубокую реальность», чем эго, как думают многие соматологи; но интеграция тела и эго —
это действительно более глубокая реальность, чем каждое из них в отдельности, и именно их интеграции, образованию целого мы будем придавать особое значение в этой главе, несмотря на то, что по практическим соображениям будем подробно останавливаться на рассмотрении физического тела и связанных с ним упражнений.