Пресс-релизы. Новые назначения и отставки В редакции The New Times политологи обсуждают преемника В.Путина В.Зубкова
Заголовок: В редакции The New Times политологи обсуждают преемника В.Путина В.Зубкова
Компания: SK Communications
Новое назначение.
Вопрос о преемнике Владимира Путина остается открытым. Назначение Виктора Зубкова "предвыборным премьером" перевернуло все прежние сценарии и расклады. Проведенная президентом глубоко законспирированная спецоперация поначалу повергла в шок. Путин показал "средний палец" всем, кто полагал, что имеет доступ к информации, говорят ошарашенные люди кремлевского двора. Впрочем, кланы от шока оправились и стали готовиться к увлекательному процессу -- формированию правительства. Цена вопроса здесь велика. Не менее животрепещущий
вопрос: как далеко Зубков пойдет? Станет ли он новым царем России или же ему отведена роль агента прикрытия -- The New Times попытался разобраться в хитросплетениях этой игры.
Выбор Путина -- это повторение сценария образца 1999 года или очередная "разводка"? Об этом в редакции The New Times спорят политологи Георгий Сатаров и Станислав Белковский.
Станислав Белковский и Георгий Сатаров -- The New Times
Дискуссию ведут Евгения Альбац и Любовь Цуканова
Итак, история повторяется?
Георгий Сатаров: Нет. Повторение сценария 1999--2000 годов, ельцинского сценария, подразумевает, например, обращение президента к народу, где он объявляет о своих намерениях, о сути произведенного действия. Нынешнему режиму это абсолютно несвойственно.
Второй очень важный элемент -- это досрочная отставка. Ни обращения к народу, ни досрочной отставки от Путина мы ожидать не можем. Думаю, нынешняя операция "Преемник" подразумевает наличие еще одной персоны. Для того чтобы хоть как-то сделать процедуру передачи власти более надежной, нужна третья фигура: такой местоблюститель престола, который обеспечивает процедуру, взаимные гарантии, стабильность перехода. В этом я и вижу смысл Зубкова.
Станислав Белковский: На мой взгляд, повторение сценария 1999 года по сути своей неизбежно. Он может отличаться лишь по форме и по тому, как это будет преподносить Кремль. Теоретически я бы не исключал и досрочную отставку.
Как стать царем
С.Б.: Я размышлял о секрете легитимности Владимира Путина. Согласитесь, это довольно странно, что неяркий человек, не обладающий достоинствами, необходимыми для поста президента, над которым все в голос смеялись в тот самый день 9 августа 1999 года, когда Ельцин его назначил...
Г.С.: "Погубил парня", -- писали журналисты.
С.Б.: Да, я помню, как вышел Геннадий Николаевич Селезнев, председатель Госдумы, и сказал: ну все, сегодня Борис Николаевич Ельцин поставил крест на политической карьере Владимира Владимировича Путина, ха-ха-ха... И когда говорят сегодня, что Березовский, Ельцин, Абрамович, Юмашев, кто-то еще точно знали, что Путин станет президентом, и все было просчитано по минутам, это, конечно, полная ерунда. 1 сентября 1999 года, когда Путин уже три недели как был преемником и две недели как официальным премьером, утвержденным
Госдумой, я был на одном закрытом совещании. На нем одно высокое лицо (оно впоследствии говорило, что все знало и просчитало по минутам) произнесло следующий текст: "Владимир Владимирович Путин, дорогие коллеги, был бы замечательным президентом России, поверьте мне, лучшим из возможных. Но мы же не идиоты с вами, мы же понимаем, что народ его никогда не выберет".
Изначальный сценарий не предполагал резкого роста рейтинга Владимира Владимировича в результате чеченской войны, скорее и война, и взрывы домов были поводом для введения чрезвычайного положения и переноса выборов. И только когда выяснилось, что рейтинг растет и переносить выборы не нужно, тогда тема чрезвычайного положения была снята с повестки дня. И, собственно, досрочная отставка Бориса Николаевича была нужна постольку, поскольку рейтинг Путина под Новый год был 52% и боялись, что он может упасть и тогда
Путин не победит в первом туре.
Так вот, легитимность Путина держится на русском монархическом ритуале. Это значит, что и тот человек, который станет его преемником, должен недвусмысленно получить власть из рук Владимира Путина, он должен быть похож на царя и вести себя как царь. При соблюдении этих условий операция "Преемник" пройдет безболезненно, независимо от того, кто является преемником по сути. Он должен быть похож на царя. Дмитрий Анатольевич Медведев на царя не похож.
А Сергей Борисович Иванов?
С.Б.: Сергей Борисович, хотя он пуст, как барабан, по сути своей больше похож на царя. И с точки зрения ритуала он подходит больше.
Владимир Якунин?
С.Б.: Совсем похож. Здесь мы не касаемся личных качеств. Мы касаемся только внешнего облика.