ответ Генриетте Александровой
Генриетте Александровой - от Марка Сандомирского
Уважаемая Генриетта!
Спасибо, что затронули этот вопрос - это одна из тем наших
исследований, и можно было бы рассказать об этом подробнее для
тех читателей, для которых данная тема представит интерес.
В первую очередь подчеркнем: в газетной статье не обойтись
без некоторого упрощения научных фактов. Конечно, мышление
человека устроено крайне сложно, и описание его языком науки,
современной психологии и психофизиологии заняло бы много книжных
томов (при том, что до сих пор мы все еще знаем о человеческом
мозге меньше, чем НЕ знаем о нем). В то же время, когда
мы переходим от индивидуального уровня описания к коллективному,
от психологии индивида к психологии масс, некоторые
закономерности проясняются и становятся самоочевидными.
В частности, это относится к закономерностям так называемой
функциональной асимметрии мозга человека (работы лауреата
нобелевской премии Р.Сперрй; в отечественной психологии - работы
Н.Н.Доброхотовой и Т.А.Брагиной). Применительно к социальной
психологии и этнопсихологии закономерности описаны в работах
Р.Орнстейна, Н.Херрманна, М.Шалвен и др. (одним
из первоисточников которых, на наш взгляд, послужила бехтеревская
"коллективная рефлексология")
Подробный анализ влияния "левополушарного" и "правополушарного"
обрaза мышления на этнопсихологию приводим далее (фрагмент
из нашей книги "Защита от стресса", изданной в серии "Золотой
фонд психотерапии" (М.: Ин-т психотерапии, 2001)
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
| > Марк Сандомирский |
| > МЕЖДУ "ПРАВЫМИ" И "ЛЕВЫМИ": ЗАГАДКА "РУССКОЙ ДУШИ" - > В ЕЕ ФИЗИОЛОГИИ? > > Как отмечал К.Г. Юнг... понимание психологии развития > индивидуума открывает путь к пониманию причин психологического > развития народов. Более того, наблюдающийся в современном > обществе кризис политической организации (потеря доверия к власти > и отказ ей в поддержке, потеря веры в пропагандируемые ценности, > социальное отчуждение, пассивность и неверие в то, что личное > участие может повлиять на политический процесс), с одной стороны, > напрямую связан с кризисом личности (Шестопал Е.Б., 1988), > с человеческой психологией, которая не успевает перестроиться > в соответствии с быстро меняющимися условиями жизни (отражение > противоречия социальной эволюции и научно-технической революции). > С другой стороны, политический кризис сам порождает стрессы, > выливающиеся в итоге в психологические и медицинские проблемы; > не случайно в последнее десятилетие медики отмечают рост так > называемых социально-стрессовых расстройств (Александровский > Ю.А., 1997). С этим связано наше лирическое отступление - от > психологии индивидуальной к психологии коллективной. > Действительно, можно согласиться с мыслью Юнга о том, что > многие особенности материальной и духовной жизни как отдельного > человека, так и целых народов определяются своеобразием > их психологического склада, тесно связанным с особенностями > устройства нервной системы. Эти отличия хотя и не так разительны, > как цвет кожи и разрез глаз, но все же имеют место. В связи > с особенностями "национального характера" в первую очередь > необходимо отметить дихотомию "Восток-Запад", рассматриваемую, > в частности, как различие западного-рационалистического > и восточного (азиатского), или холистического, способов познания > мира (Дюмулен Г., 1994). В рамках этого сравнения типичный > "российский" психологический портрет, при всей его самобытности, > можно анализировать в противопоставлении "западному" и с учетом > близости к "восточному". Как писал Н. Бердяев, "западная душа > гораздо более рационализирована, чем русская душа" (см. Бердяев > Н., 2000). Дело в том, что психологический портрет типичного > обитателя Запада - с его приверженностью распорядку > и размеренности жизненного устройства, опорой на логику > и рационализмом, а по большому счету - несколько механистичной > организованностью духовной жизни и предсказуемостью поступков > - прямо противоположен чертам типичного восточного человека, его > загадочности и невозможности логического объяснения многих > поступков. В русской литературе, пожалуй, наиболее типичными > примерами могут послужить герои, вышедшие из-под пера Гончарова > - небезызвестный Обломов, как пример русского характера, и Штольц > - как пример человека западного склада. За время, прошедшее после > создания гончаровского романа, эти национально-психологические > черты не претерпели существенных изменений. Как считает ведущий > отечественный психотерапевт В.В. Макаров (2001), современная > российская "национальная черта - иррационализм: "Наша жизнь > - таинственный природный процесс", в ней "многое совершается, > исходя из принципов: "Мало ли что", "Как бы чего не вышло", > "А вдруг", "Авось да небось". > Вопрос происхождения западной рациональности и русского > иррационализма подробно рассмотрен В.А. Малышевым (1997). По его > мнению, в отличие от Запада, где все хорошо притерлось друг > к другу и человек привыкал делать узкий круг работ и не учился > адаптироваться к резко меняющимся условиям, для человека, > живущего в России, к которому жизнь зачастую предъявляла > неожиданные и нелогичные требования, наоборот, часто была > совершенно необходима особая, нестандартная способность > к адаптации. С этим нельзя не согласиться, особенно вспоминая > нашу недавнюю российскую жизнь середины - конца XX века, когда > даже в мелких вопросах быта рядовым гражданам приходилось > проявлять чудеса изворотливости. Еще более справедливо это для > современной России, в которой спектр жизненных проблем > переместился от мелко-бытовых к глобальным, или экзистенциальным. > По мнению И. Албеговой (1998), в 1990-е годы в нашей стране > большие массы людей регулярно оказывались в ситуации жизненного > кризиса, порождающей потерю смысла в жизни. Тем не менее основная > часть из них смогла достаточно успешно приспособиться к столь > резким жизненным переменам, причем проделала это неоднократно. > Отсюда, по мысли Малышева, - непредсказуемость и плохая > алгоритмизуемость русского человека (используя юнговскую > терминологию - иррациональность). Но отсюда же и открытость > общения, и "широта души", и... большая, чем у человека западного, > внушаемость. Западный человек, напротив, хорошо алгоритмизуем > (иными словами, рационален) - отсюда формализация жизни с ее > видимостью порядка, а одновременно - замкнутость, невнушаемость, > отстраненность и соблюдение дистанции между людьми. > А в целом оба набора психологических характеристик удивительно > близки, как заметил Р. Орнштейн, (1977), к известным описаниям > противоположных функций правого и левого полушарий головного > мозга, уже рассмотренных нами. Вкратце можно обобщить их, > сославшись на известное руководство С. Спрингер и Г. Дейча > (1983): механизм работы левого полушария - логический, > дискретный, формально-упорядоченный, словесно-оформленный; > правого же полушария - образный, аналогово-непрерывный, > невербальный, интуитивно-спонтанный. Откуда берутся эти > психолого-физиологические "полушарные" различия между большими > группами людей? По-видимому, это природное явление > многофакторного порядка. С одной стороны, в нем нельзя отрицать > роль наследственно-генетических механизмов. С другой стороны, > пальма первенства при этом принадлежит факторам > социально-культурного порядка, а именно влиянию культурного > окружения на восприимчивую психику ребенка, несомненно > воздействующему на процесс распределения ролей между полушариями > (латерализации) в растущем детском организме. > Какую связь имеют эти психолого-физиологические данные > с загадкой "русской души"? > Как географически, так и исторически сложившаяся роль России > как государства - это геополитический буфер между Востоком > и Западом. Отсюда и русская культура, ассимилировавшая многое > от своих соседей, носит в себе смешанные черты, роднящие ее как > с западной, так и с восточной культурой. В сравнении > с обезличенно-холодным, приземленным и бюрократически-лощеным > рационализмом Запада бросаются в глаза такие бесспорные черты > российской культуры, как ее духовная ориентированность, большая > человечность и эмоциональность (зачастую наивная) и в существенно > большей степени правополушарность. В то же время российская > культура является более рациональной, более левополушарной > по сравнению с традиционными собственно восточными культурами > (Япония, Китай). Последние могут рассматриваться как эталон > правополушарности с их иероглифическим письмом (опирающимся > на мозговые механизмы правого полушария и оказывающим мощнейшее > влияние на процесс социализации ребенка и латерализации мозга > в ходе возрастного развития), "правополушарными" эстетическими > воззрениями и социальными стереотипами, а также > "правополушарными" духовно-религиозными традициями (даосизм, > дзэн-буддизм). > Соответственно, усредненный психологический тип россиянина > характеризуется симбиозом рациональных и иррациональных черт, или > постоянным балансированием между лево- и правополушарными > чертами. Этот тонкий баланс, как и любое равновесие "на грани" > двух полярных противоположностей, является достаточно хрупким. > В терминах модной "теории катастроф" это аналог "неустойчивого > состояния системы", создающего основу для возможных резких > переходов из одного состояния в другое. Отсюда > и непредсказуемость движений мятущейся "русской души", описанных > в классической литературе (особенно у Достоевского), когда > человек долгое время, приспосабливаясь к общепринятому укладу > жизни и к давлению жизненных обстоятельств, придерживается > рационального, "левополушарного" стиля жизни. Но вот чаша > терпения переполнилась, и его душе, зажатой в тесных рамках > повседневности, стало в них тесно. В этот момент человек, > зачастую неожиданно для окружающих и необъяснимо с точки зрения > обычной логики и житейского здравого смысла, переходит к прямо > противоположному - иррациональному, "правополушарному" жизненному > стилю, совершая нелогичные, непредсказуемые, а то и необузданные > поступки - от подвига до злодеяния. Тем самым достигается > разрядка внутреннего психологического напряжения, или, пользуясь > словами известного в прошлом российского философа и политического > деятеля, "открывается клапан и выпускается пар", который иначе > неминуемо привел бы к внутреннему взрыву. Отсюда и парадокс > "русской души", заключающийся в противоречии ее внутренней > целостности и внешней противоречивости. Отсюда и известная > поэтическая строка: "умом [логическим. - Прим. наше] Россию > не понять". Состояние неудовлетворенности человека, мечущегося > между этими диаметральными противоположностями, мучимого > неопределенностью, невозможностью однозначного, раз и навсегда > определенного выбора между ними, составляет основу > духовно-психологических исканий многих героев русской литературы. > В то же время подобный компромиссный "третий путь", сочетающий > в себе положительные черты левополушарной и правополушарной > культуры, в определенной мере избавлен от их односторонних > - "однополушарных" недостатков. Особенно это касается западного > - рационального общества, на проблемах которого мы остановимся > подробнее. В нашем представлении рациональный, левополушарный > социум соответствует критериям так называемого депрессивного > сообщества (Eaton J.W., Weil R.J., 1955) с его высокими > и жесткими стандартами и требованиями к поведению индивида. > Общество, в котором правополушарное поведение (эмоциональность, > естественность, открытость) живет по законам так называемого > депрессивного сообщества, где подавляется открытое выражение > чувств, скрываемых за маской показного оптимизма и благополучия, > а естественные человеческие отношения уступают место душевной > черствости, бездушной расчетливости. Привыкнув скрывать свои > истинные чувства на людях, человек опасается проявлять их и > в личной жизни. Отсюда и кризис семьи и семейных ценностей > в современном западном обществе, и проблема всепроникающего > неизбывно-экзистенциального "публичного одиночества" его членов. > По мысли А.Б. Холмогоровой и Н.Г. Гаранян (1999), в подобных > социальных условиях дефицит коммуникативной близости, > естественного общения между людьми приводит к затруднению > психологической переработки эмоций, к их соматизации и тем самым > способствует росту общего количества переживаемых отрицательных > эмоций в виде тоски (аккумулирующейся в состояние депрессии), > тревоги и страха, приводящих к паническим состояниям, а также > выливающихся в агрессивные проявления. (Подобные состояния > в некоторых обществах (например, США) начинают приобретать чуть > ли не характер психической эпидемии.) Те же самые механизмы, > описанные как синдром дефицита удовлетворения, подталкивают людей > к алкоголизму и наркомании. А в целом это есть не что иное, как > отражение духовного кризиса современного техногенного общества > (С. Гроф). Особенно пагубно сказывается отсутствие способности > к искреннему сочувствию, эмпатии на психическом развитии человека > в раннем возрасте. Европейские психотерапевты, по словам И. Кренц > (1999), явственно ощущают, что западная культура с ее культом > "успеха", спешкой и индивидуализмом представляется таким > социальным окружением, которое связано для ребенка с риском > эмоциональных расстройств в раннем возрасте; их груз он несет всю > последующую жизнь. Свидетельством этого служит постоянный рост > числа людей с подобными расстройствами, обращающихся > к психотерапевту. Проявляются же такие расстройства в форме > опасливого избегания эмоционального контакта и близости, > недоверия, депрессии, саморазрушительного поведения, одиночества > и изоляции. > Сходным образом по поводу западно-рационального > жизнеустройства с его стремлением к формализации мышления, > бездушностью и выхолащиванием человеческих отношений > высказывается исследователь психоанализа A.M. Руткевич (1996), > по мнению которого необходима "критичная оценка > интеллектуализации жизненного мира. Диктат фигур сознания > [шаблонных логических построений. - Прим. наше], вторжение > в жизненный мир знаковых систем приводят к образованию ложного > "Я". Идеально-всеобщие фигуры мышления подобны колониальной > власти, узурпирующей личную жизнь... И как невозможно дискурсивно > [словесно-логически] пересказать музыкальные или поэтические > произведения, так же мы не можем свести к языку науки > и экономико-технической рациональности наш жизненный мир в целом. > Человек душевно нищает, делается автоматом, реагирующим по схеме > "стимул - реакция" на воздействия пропаганды или рекламы". > Выдающийся российский философ В.В. Розанов писал: "Абстрактность > улучшенных форм и составляет могущество европейской цивилизации, > универсальность ее характера и всемирность ее устремлений. > Однако, будучи столь правильной в частях, она заключает что-то > ложное в своем целом... Духовное развитие, которое старается дать > нам государство и общество... всегда почти состоит в том, чтобы > нарушить цельность и органичность внутренней жизни". Противоречие > выхолащивающего личность влияния техногенной цивилизации > на индивида его духовным потребностям подчеркивается многими > авторами. Пожалуй, наиболее ярко подобные взгляды выразил А.Ю. > Савин (1994), говоря, что рационализированная "цивилизация > в своей нынешней форме находится в точке заката и исчезновения. > Ее холодность, бессердечность, торгашество... исключают > возможность подлинного выражения любви, идеальности > и возвышенности, ради которых и стоит жить". Причем механизмы > возможного распада цивилизации, ее деградации вследствие > односторонней, техногенной ориентации и бездуховности заложены > в ней же самой: "западная цивилизация "является уникальной > по сравнению с прочими видами цивилизации в том отношении, что > она убивает сама себя и делает это на пути баснословного > [научно-технического. -Прим. наше] прогресса" (Зиновьев А., > 2000). > Еще одна характерная черта свойственного Западу жизненного > уклада - чрезмерная интеллектуализация и прагматизация жизни > в ущерб духовности. По мнению К.Г. Юнга (1993), характерное для > западного жизненного стиля "отсутствие духовной ориентации > граничит... с психической анархией", в результате чего "против > него самоубийственно восстает его собственная душа". И мы всецело > согласны с выводом, к которому приходит этот выдающийся знаток > человеческой души: "Европейцу нужно возвращаться... к своей > собственной натуре. Он должен заново открыть в себе естественного > человека" (Юнг К.Г., 1992, с. 42). В рационалистично-материальном > обществе, проникнутом культом потребления, происходит подмена > духовных потребностей материальными, тогда как на самом деле они > должны не исключать, а взаимно дополнять друг друга. Известный > финансист и один из "столпов" американского общества Дж. Сорос > описывает это следующим образом: "У людей есть и другие > устремления, идущие дальше одного лишь материального достатка... > Похоже, что в западном обществе материальный интерес будет > преследоваться еще долго после того, как полностью будут > удовлетворены материальные потребности, потому что эта погоня > удовлетворяет [или скорее заменяет. - Прим. наше] потребность > в творчестве". В техногенном обществе все убыстряющийся темп > жизни и поток информации с телеэкранов, занимающий сознание > суетными сиюминутными проблемами, просто не оставляют человеку > времени по-настоящему задуматься об основах бытия, отвлекая его > от размышлений о смысле собственной жизни и создавая духовный > вакуум. Естественно, за подчинение своего природного естества > законам рационального жизнеустройства человеку приходится платить > высокую цену. По словам В.В. Малявина (1998), западная > ментальность подчиняет и духовную жизнь, и материальный мир > технологическому проекту "ценой неисцелимого раскола сознания". > Последнее сродни душевной болезни, своего рода "социальной > шизофрении": имеется в виду безэмоциональность и отстраненность, > бездушный формализм, возникающие вследствие подчинения эмоций > логике, подавления их естественного выражения, а также отсутствие > внутренней целостности, своеобразная расщепленность личности. > В подтверждение можно привести высказывание Ч. Брукса (1997), > который пишет, что западное общество больно "гамлетовской > болезнью мышления. Мы опираемся не на собственный опыт, а на > погребающее нас под собой наследие чужой концептуализации". > Из наших рассуждений можно сделать существенный вывод > - необходимо гармоничное сочетание "левополушарного" > и "правополушарного" жизненного стиля как для отдельного индивида > (эту задачу решают описываемые методики), так и для общества > в целом. С этой точки зрения "третий путь" - отечественный, > российский - открывает для человека, живущего в современной > техногенно-индустриальной культурной среде, выход из духовного > тупика, связанного с чрезмерной рационализацией всех сторон > западного образа жизни. > > > -----Original Message> From: Генриетта Александрова <alexandro***@b*****.ru> > To: "rest.interesting.dzerjinsky"Date: Fri, 29 Sep 2006 20:23:11 +0400 > Subject: М. Сандомирскому > > > Здравствуйте Марк! > > Я не уверена, отправляю письмо по адресу или нет. > > Надеюсь, что оно дойдёт до адресата. > > Очень интересный, главное необычный (на фоне всей заурядной информации) > > взгляд на происходящее в умах людей. > > Но... Марк, вы либо знаете, но умалчиваете, и намеренно > > вводите в заблуждение людей относительно - цитата: "различие этих двух образов > > мышления не случайно, ибо оно вытекает из особенностей устройства самой нервной > > системы человека"...Либо сами не представляете себе, как формируется то или |
иное
