Читаем с нами. Книги о бизнесе

  Все выпуски  

Читаем с нами. Книжное обозрение.


Злобный Ых

Людмила Астахова "Знающий не говорит"

Велик мир, но нигде не найти покоя тем, кого гонит судьба. Наемные герои всегда в цене, а ланга - сплоченный отряд - без работы не останется никогда. Не всякий бандит рискнет связаться с караваном, охраняемый лангой, и даже сама Судьба порой отступает перед натиском лангеров. Странное это братство, связанное мистическими узами, а ланга эльфа Альса, в которой собрались представители всех народов, в том числе - смертельно враждующих, странна вдвойне. Но хотя властны лангеры изменить чужую судьбу, менять свою собственную им не под силу. Никакой наемник не устоит перед силой человеческих или эльфийских волшебников, и коли те вышли на охоту, выход один: рассыпаться, спрятаться в надежде, что потеряют след, не смогут отыскать.

Огромный мир расстилается вокруг, и у каждого в нем свои дороги. Можно сопровождать караваны через загадочные долины с древними руинами, скрывающими невидимую смерть. Можно наниматься в крепостные гарнизоны, чтобы укреплять законность или порядок. Или, наоборот, можно наниматься к контрабандистам, чтобы эти законность и порядок подрывать. Но никогда не суждена спокойная жизнь наемнику, и смертельная опасность - его вечная спутница жизни. И рано или поздно неумолимая Смерть заберет одного за другим и людей, и тангаров, и орков, и даже долгожителей-эльфов.

Но даже Смерть не властна над проклятьем и настоящей любовью. Проклятой суждено возрождаться из жизни в жизнь, неся с собой беды и разрушения. И точно так же влюбленным сердцам суждено стремиться друг к другу даже после смерти. Ни Смерть, ни волшебство не властны над любовью. И рано или поздно тем, кто по-настоящему любит друг друга, суждено соединиться вопреки всем ветрам мира...

Боевая фэнтези в ее классическом незамутненном варианте. Персонажи, круче которых только горы, мечи и магия, монстрики и злодеи, бессмысленные и беспощадные, горы трупов и, конечно же, неземная любовь. Длинное пестрое тягучее повествование, в ходе которого героям предстоит преодолеть кучу ужасных опасностей, потерять кучу друзей и тайно, но все равно ужасно страдать в душе. В общем, если вам нравится Сапковский, то, вероятно, понравится и эта бесконечная тетралогия.

Жанр: фэнтези
Оценка (0-10): 6+
Ссылка: Альдебаран
Приблизительный объем чистого текста: 537 + 808 + 557 + 608 = 2510 кб




Цитаты:

Весь следующий день господин достопочтенный волшебник занимался исключительно своими прямыми обязанностями, то есть колдовал. Он ходил по замку, сопровождаемый восторженными почитателями из числа челяди, то и дело простирая руки по направлению к самым темным и пыльным углам. Бормотал себе под нос зловещим шепотом на непонятном языке, пугал до полусмерти пауков и всячески внушал уважение обывателям Тэвра, которое ближе к вечеру стало граничить с благоговейным ужасом. От Тронгарса волнами расходилась божественная благодать, чему сыскалось немало свидетелей, готовых под присягой подтвердить, что маг собственноручно изловил шесть демонов, два десятка мелких бесов и без счета злонамеренных духов бестелесных. Заодно было раскрыто несколько преступлений сугубо светского характера: поедание ворованного куска коровьего масла кухонным мальчишкой Ником, сокрытие в сундуке белошвейки Марти бус ткачихи Суллии, а также стала достоянием гласности противоестественная мужеложеская связь двух конюхов. Нисходящая Тьма потерпела в Тэвре сокрушительное поражение и была отброшена за стены крепости. Народ, ясное дело, ликовал. Однако повезло в этот день далеко не всем, как зачастую случается в этом несовершенном мире. Кому то глазеть на руко…творчество мага, а кому то и пахать на плацу под руководством злобного нелюдя. Пятерым новобранцам стрелкам никто не завидовал, наоборот, им всецело сочувствовали от мала до велика, но помочь ничем не могли. Альс, пребывавший в самом отвратительном состоянии духа и лютовал вовсю. Не то чтобы парни впервые в жизни видели луки и стрелы, до этого злополучного дня они искренне считали, будто владеют этим видом оружия вполне сносно. Но эльф сумел доказать всем пятерым, что они являются не кем иным, как «косорукими уродами», «слепыми болванами» и «безмозглыми тупицами». Витиеватая ругань сделала бы честь любому тангару лесорубу, и невольные слушатели эльфьих излияний только головы втягивали в плечи, радуясь, что словесная мощь направлена исключительно на пятерых несчастных.

Стрелы летели куда угодно, кроме мишени, тетивы рвались, и в конце концов бешенство Альса достигло апогея. Он подошёл к соломенному чучелу с намалеванным углем кругом на мешковине тулова и заслонил его собой.

– Стреляйте по мне! – приказал он.

– Дык… как же?

– Не можно…

– Можно. Все едино никто не попадет. Наоборот, кто попадет – тому дам целый медный полуягр. В качестве премии.

Стрелки переглядывались, всеми силами борясь с искушением воспользоваться таким удобным моментом, чтоб и поквитаться с эльфом за издевательства, и получить лишнюю денежку. Мастер Альс редко кому давал шанс причинить себе вред.

– Хватит телиться, начинайте! – сказал Ириен.

При виде его кривой ухмылки руки людей сами потянулись к колчанам.

– Вас даже не пальцем делали, олухи, а старой кочергой…

От первой стрелы эльфу совсем не пришлось уклоняться. Она пролетела выше его макушки на целый локоть. Вторая легла ближе, третья – заставила нелюдя крутануться вокруг своей оси, чтоб она не угодила прямиком в его жестокое сердце. – Плохо, засранцы, плохо, – констатировал Альс.

Парни напряглись и стали целиться лучше. Теперь эльфу пришлось извлечь свои мечи и вдоволь попрыгать. Но он неизменно отбивал стрелы. Некоторые из них он перерубал в полете, некоторые отскакивали от лезвий мечей. И если Альса в иное время еще можно было принять за человека, то каждое его движение кричало во весь голос: «Чужак!» и подвывало: «Не е е елюдь!» всем, кто имеет глаза.

– За каждую потерянную стрелу господин барон лишит хлебной полушки, – честно предупредил Ириен, вызвав у стрелков новый прилив энтузиазма.

Постепенно за границами площадки для муштры стала собираться толпа любопытных домочадцев. Шепотом делались ставки. Каждый выстрел сопровождался воплем; выстрелы учащались, и вопли сливались в рев, который и привлек внимание волшебника, именовавшегося теперь Тронгарсом. Некоторое время он наблюдал за поединком эльфийской и человеческой ловкости и быстроты с недовольной миной на благостной физиономии. Маги никогда не любили конкурентов своей популярности.

После очередного ловкого выпада эльфа, отбившего стрелы клинком и отправившего их в небеса, парни переглянулись и решили усложнить задачу своему мучителю. Они дали согласованный залп, почти сразу следующий, а потом еще один. И тут бы эльфу быть безвозвратно утыканным стрелами, как вдруг волшебник одним замысловатым словом остановил их полет прямо в воздухе. Стрелы висели над землей, пренебрегая законами притяжения, чутья подрагивая оперением, нацеленные на замершего на месте Ириена.

Эльф и маг мерили друг дружку тяжелыми взглядами недолго, но людям показалось, что прошла вечность, прежде чем колдун встряхнул рукой, выпростанной из своей хламиды, и заставил стрелы упасть.

– Все! Хватит! – проскрежетал Альс, объявляя об окончании бесплатного представления.




– Значит, остается подвести итог нашей содержательнейшей беседы, Арьятири, – жестко и громко, чтобы слышали абсолютно все, сказал Ириен. – Я не вернусь в Фэйр и не стану помогать Зеленой Ложе, а тем более Оллаверну. Это мое последнее слово, ведун.

Он знал, что эльфы проделали долгий путь вовсе не затем, чтобы, получив от ворот поворот, сразу же убраться восвояси. И потому даже не слишком удивился, когда увидел, как на кончиках пальцев сородичей сверкают крошечные сгустки силы. Маги изготовились к атаке.

– Арья, я ведь не сдамся без боя, – проворковал Альс, слегка придержав Ведающего.

– Я так и думал, – ответствовал тот.

– Тогда не обессудь.

Ириен толкнул мага в сугроб, а сам отпрыгнул в другую сторону. Сражение с четырьмя Ведающими и их пятью помощниками, волшебниками послабее, могло выглядеть, как настоящее самоубийство. Однако Альс даже не сомневался, что убивать они его не намерены ни в коем случае. От мертвого Познавателя еще меньше пользы, чем от дырявого ведра. Им предстояло поиграть в салки.

Магические сети подручных Арьятири рассыпались, ударившись о его щиты, отзываясь краткой и несильной болью в нервных окончаниях. С таким же успехом в Ириена можно было снежки бросать. Но рассчитывать на то, что этим атака ограничится, не приходилось. Даэрнар и Ильвэйн сплели сложное заклинание, которое по идее должно было сковать волю Познавателя. Называлось оно «Ярмо Силиль» и считалось приемом запрещенным, как удар ниже пояса. Сплели на скорую руку, грубо и оттого очень больно.

Оно обжигающим дождем пролилось на Ириена, заставив его скрежетать зубами и корчиться на снегу.

– Ах вот вы как!

Сложно ли назвать Истинным именем ветер? Сложно. Сложно и опасно. Потому что ветер этот родился на бескрайних ледяных полях Ледяного океана, черпал силу в неистовых морских бурях, пил из рек Хаалаана, вонзал свои когти в лесные шкуры Севера. Он был могуч, как горный медведь, и жесток, как оголодавший волк. Его тяжело было приручить, даже на короткое время. Но Ириен попробовал.

Едва не сорвав окончательно голос, он прокричал длинное и колючее имя ветра. И тот отозвался. Закружился разгневанным вихрем вокруг Познавателя, готовый выполнить его приказ. А потом, повинуясь, обрушился на волшебников, сбивая их с ног, разрушая уже почти готовое заклинание, затыкая им рты, расшвыривая магов в разные стороны. Ириен тотчас его освободил, сам не в силах удерживать такую мощь, и свободный северный ветер зло взвыл, метя поземкой, пригибая к земле молоденькие елочки, унесся прочь.

Крикнуть: «Подходи по одному!» Альс не успел, да и вряд ли его кто нибудь послушался бы. Леди Мирамир не теряла даром времени, ей помогал Арьятири, и вместе они были невероятно сильны. Ириен сразу почувствовал, как притупились его чувства, как тело начала сковывать усталость. Еще немного, и ему трудно станет рот раскрыть, не то что придумать контрзаклинание. Хотелось лечь, прикрыть глаза и заснуть глубоким сном. И будь на месте Познавателя кто угодно иной, так бы и случилось. Отчаянное сопротивление могло только сильнее стянуть петлю чужой воли. Заклинания Ведающих славились подобными ловушками. И тогда он расслабился, полностью очистив разум, поддавшись настолько, насколько это было возможно.

Мирамир взвизгнула. Когда «петля» соскользнула, не встретив отпора, она вернулась к хозяйке с усиленной отдачей. Из ноздри магички потекла кровь.

– Держи его, Арьятири! – прокричала она, утираясь платочком.

Эльфийский маг не зря считался великим мастером своего дела. Голос его гремел, как набат, и каждое слово было исполнено силой.

Истинная эльфийская магия черпается из стихий, ею нельзя напитаться от артефактов, ее можно брать только из окружающего мира, пропуская через себя, вкладывая часть собственной сущности. Она как сплошное полотно, которое выходит из под рук ткача. Сила его пальцев, мастерство, навыки, чувство меры и красоты, вложенное в узор плетения, упорядоченность, в конце концов. Все то, что делает отдельные нити куском ткани. И как не порвать голыми руками кусок саффского шелка, так и настоящую эльфийскую магию не разорвать без долгой и тщательной подготовки. Арьятири сплел такой «шелк», что все они втроем – с Альсом и Мирамир – попали в западню.

– Альс, я поклялась, что вернусь в Фэйр только с тобой, – сказала волшебница, едва отдышавшись.

– Быть тебе клятвопреступницей, – предупредил ее Познаватель.

– Я понимаю. Но есть способ спасти и мою честь и твою. Даже предположим, что она у тебя еще есть.

– Какой? – усмехнулся Альс.

– Поединок Воли.

Мирамир не пыталась скрыть свое торжество при виде вытягивающейся физиономии Ириена.

Дай эльфам волю, они на каждый чих придумают церемонию, подведут теорию под каждую выдумку. Придает ли жизни осмысленность вереница обрядов, традиций и прочих ритуалов? По всей вероятности – да, иначе не родилась бы в чьей то бедовой голове шальная мысль увязать бескровность поединка с сохранением воинской чести. Противники сражались до тех пор, пока один из них не приставлял меч к горлу другого, демонстрируя свое превосходство. Если же проливалась хоть одна капля крови, то проливший ее становился пленником слова своего раненого соперника. Мирамир была просто помешана на этом ритуале и не раз и не два добивалась своего таким изысканным способом.

– Я видела, как ты вешал детей, так что поднять меч на женщину ты тоже можешь, – нагло заявила магичка, рассчитывая на эффект, который произведут ее слова на других эльфов.

Но Альс не собирался оправдываться.

– Будь по твоему, леди.

Левый меч он оставил в ножнах, дополнительно уравнивая их шансы. Мирамир тоже обнажила свой клинок. Со стороны они выглядели потрясающе.

Когда живешь так долго, когда есть время совершенствоваться, когда достижима почти любая поставленная цель, то можно подняться к вершинам мастерства в любом деле. Если эльфийка решила взять в руки меч, то она научится им пользоваться. Мирамир, хоть и выглядела хрупким, изящным цветком, на деле обладала всеми умениями истинного мастера боя на мечах. Прекрасный соперник: умный, легконогий, сильный и решительный. Право слово, Ириен сам себе завидовал в этот миг. Каждое движение, каждый выпад, каждый пируэт – все прекрасно в своем совершенстве. Они почти танцевали среди стальных росчерков под оглушающий стук сердец. А сверху падал снег крупными мягкими хлопьями.

Возможно, Ириену просто повезло. Впрочем, это уже неважно. Лезвие его меча замерло на волосок от кожи, как раз там, где у Мирамир на шее билась маленькая жилка. Всего на один волосок. Он победно улыбнулся, совершенно искренне радуясь своей заслуженной победе. И сразу же почувствовал, как Мирамир притягивает острие. Совсем немного магии, чтобы остро наточенная сталь оцарапала шею. Крошечная царапинка и всего одна капелька крови из мелкого капилляра. Алый бугорок увеличивался, глаза Мирамир смеялись.

«Попался!» – нагло кричали они.

«Так вот как ты выигрывала все свои поединки Воли, обманщица. Хочешь крови? Будет кровь».

Крови действительно было много. Она фонтаном била из рассеченного горла эльфийской волшебницы. А следующим ударом Альс просто снес ее голову с плеч, равнодушно наблюдая, как оседает в кровавую лужу тело в белых одеждах. Он извлек свой второй меч и развернулся к потрясенному и онемевшему Арьятири, изготовившись принять бой.

– Мне больше нечего терять, ведун.




Архив рассылки доступен здесь.

Хотите опубликовать свою рецензию? Пришлите ее редактору (в поле Subject укажите "Читаем с нами").




В избранное