Все выпуски  

Новости Виртуальной Психоаналитической Лаборатории


Информационный Канал Subscribe.Ru


НОВОСТИ ВИРТУАЛЬНОЙ ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКОЙ ЛАБОРАТОРИИ

www.e-psy.ru

Выпуск 24

НОВЫЕ ПУБЛИКАЦИИ

Рональд ЛЭНГ. "Политика переживания."

В конце 60-х годов Лэнг выступал как радикальный критик психиатрии. Его близкий сотрудник, психиатр Дэвид Купер даже придумал определение антипсихиатрия для обозначения того, чем они занимались. Психиатрическое сообщество и масс-медия считали их психиатрами - диссидентами. При этом, однако, Лэнг продолжал работать с принуждаемыми психически больными, лечил шизофреников наркотиками (ЛСД) и никогда не критиковал процедур, относящихся к парадигме самой психиатрии, насильственной изоляции и помещению таких больных в клинику для принудительного лечения.
Хотя часто считают, что Лэнг отвергал саму идею психического заболевания, это не так. Среди целей Филадельфийской Ассоциации, организации с не облагаемой налогом деятельностью, которую он организовал в Великобритании, были следующие:
Облегчение психических заболеваний всех видов, в частности, шизофрении. Исследование и последующее изучение причин таких заболеваний. Обеспечение и организация обучения лечению шизофрении.
Вашему вниманию предлагается одна из работ Рональда Лэнга, которая раскрывает взгляд автора на то, как возникают психические переживания у человека, что с ними происходит и как они влияют на человека.

Скачать в формате zip...


Типичные признаки и симптомы психических заболеваний (1, 2 часть).

Описание каждого из подпунктов Вы найдете в разделе Психика и болезни тела.



I. Сознание: состояние, позволяющее ориентироваться в окружающем мире и собственной личности.

II. Эмоции: состояние, при котором субъект испытывает сложные переживания, связанные с физическими, соматическими раздражителями или с результатами собственных действий, обусловливающими соответствующий аффект и настроения.

III. Двигательное поведение (произвольные действия): аспект психической активности, включающий импульсивные действия, мотивацию, желания, влечения, инстинкты или страстные желания.

IV. Мышление: целенаправленная система идей, символов и ассоциаций, возникающая в процессе выполнения задачи и приводящая к выработке правильного решения; мышление нормально, если его результатом является логическая система выводов. Парапраксия (отступление от логического хода мышления, называемое также "фрейдистскими соскальзываниями") считаются проявлением нормального мышления.

Перейти в раздел...



Нервные заболевания при духовном росте. (2 часть)

Переживание ухода благодати очень мучительно, и в некоторых случаях оно влечет за собой сильнейший спад и серьезные расстройства. Вновь пробуждаются и с новой силой утверждают себя низменные влечения. Весь "мусор", поглощенный потоком, снова всплывает на поверхность.
Между тем процесс пробуждения уже утончил этическое сознание, усилил стремление к совершенству, человек судит себя строже, безжалостнее, ему может казаться, что он пал глубже, чем прежде. Это заблуждение подкрепляется тем обстоятельством, что на поверхность выходят ранее глубоко скрытые наклонности и влечения: высокие духовные устремления, являя как бы вызов этим силам, пробудили их и извлекли из бессознательного.
Спад может заходить так далеко, что человек начинает отрицать духовную значимость своего внутреннего опыта. В его внутреннем мире царят сомнение и самоунижение, он поддается искушению считать все, что с ним случилось, иллюзией, фантазией, сентиментальными "сказками". Он может стать ожесточенным и саркастичным, цинично высмеивать себя и других, отрекаться от своих идеалов и устремлений. Но несмотря на все усилия, он уже не волен вернуться в прежнее состояние. Красота и чудо того, что он пережил, остаются в нем и не забываются. Он уже не может просто жить мелкой будничной жизнью, его терзает и не дает покоя божественная тоска. В целом реакция крайне болезненна, с приступами отчаяния и мыслями о самоубийстве.
Подобные чрезмерные реакции преодолеваются ясным пониманием того, что происходит, и тем самым осознанием единственного пути для преодоления трудностей. Именно в этом человеку необходима помощь со стороны.
Нужно помочь ему осознать, что состояние благодати не может длиться вечно и что последующая реакция естественна и неизбежна. Прекрасное состояние, пережитое им, было подобно взлету к озаренным солнцем вершинам, с которых видна вся картина мира. Но каждый полет рано или поздно приходит к концу. Мы снова возвращаемся на равнину и потом медленно, шаг за шагом, преодолеваем крутой подъем, ведущий к вершине. И осознание того, что пережитый спуск или "падение" - естественный процесс, через который все мы должны пройти, утешает и ободряет странника, помогая собрать силы, чтобы начать уверенный подъем.

Прочитать полностью...



Нетипичный секс. (1 часть)

Збигнев Лев-Ставрович

ОТСУТСТВИЕ СЕКСУАЛЬНОСТИ

В некоторых письмах женщины, затрагивая проблемы половой жизни, жалуются на отсутствие каких-либо потребностей в этой области. Они чувствуют себя лишеными секса, могли бы вообще обходиться без близости, их тело никак не реагирует на возбуждение, более того - последнее им совершенно незнакомо. Анализируя свою жизнь, пишут, что отсутствие сексуальности наблюдали y себя всегда, y них никогда не бывало фантазий или снов эротического характера, они никогда не занимались мастурбацией. Издания типа порно, эротические сцены в фильмах, телепредачах и литературе всегда оставляли их равнодушными. С учетом всего сказанного им кажется, что они асексуальны от природы. Соответственно, напрашиваются вопросы: реален ли такой феномен? Существуют ли женщины, полностью лишенные всяких сексуальных поребностей и ощущений? Возможен ли в этой сфере жизни абсолютный сексуальный нуль?
Если говорить о письмах, то иногда можно заподозрить некоторое преувеличение в описании корреспонденткой собственных проблем, но подобные случаи встречаются также в повседневной работе сексолога, иногда с просьбой о помощи обращаются женщины, уже измученные половой жизнью под принуждением и напрасно ожидающие y себя появления возбуждения или заинтересованности сексом. Некоторые из них пытались "проверяться" с другими мужчинами, но подобного рода тесты, как правило, лишь подтверждали их асексуальность. Понятно, что такие ситуации пробуждают в них беспокойство, ощущение собственной малоценности и опасение за судьбу их отношений с актуальным партнером.

Прочитать полностью...



ПСИХОЛОГИЯ ПОЛОВЫХ РАЗЛИЧИЙ

И.С. КОН

Анализ процесса половой дифференциации вплотную подводит нас к проблеме психологических различий между полами. Здесь возникают сразу три круга вопросов:

1. Какие психологические различия между полами установлены строго научно, в отличие от ходячих мнений и стереотипов массового сознания?
2. Какова степень этих различий, насколько жестко разграничиваются мужские и женские качества,
3. Какова природа этих различий, являются ли они универсально биологическими или отражают исторически преходящие формы полового разделения труда?

Э. Маккоби и К. Джеклин критически проанализировали и обобщили большинство американских и западноевропейских исследований о половых особенностях восприятия, обучаемости, памяти, интеллекта, когнитивного стиля, мотивации, самосознания, темперамента, уровня активности и эмоциональности, общительности, доминантности и т. д., опубликованных до 1973 г. Достоверно установленных фактов оказалось даже меньше, чем принято обычно думать. По мнению Маккоби и Джеклин, твердо установлено, что девочки превосходят мальчиков в вербальных способностях; мальчики сильнее девочек в визуально-пространственных способностях; y мальчиков выше математические способности; мужчины более агрессивны.
Напротив, мнения: что девочки "социальнее" и более внушаемы, чем мальчики; y девочек ниже уровень самоуважения; девочки лучше справляются с простыми, рутинными задачами, тогда как мальчики - с более сложными познавательными процессами, овладение которыми предполагает преодоление ранее усвоенных реакций, мужской когнитивный стиль более "аналитичен", чем женский; на девочек больше влияет наследственность, а на мальчиков - среда; y девочек слабо развита потребность в достижении; y девочек больше развито слуховое, а y мальчиков - зрительное восприятие - кажутся необоснованными...

Прочитать полностью...



МЫ И СМЕРТЬ.

Зигмунд Фрейд

Почтенные председательствующие и дорогие братья!
Прошу вас, не думайте, что я дал своему докладу столь зловещее название в приступе озорства. Я знаю, что многие люди ничего не желают слышать о смерти, быть может, есть такие и среди вас, и я ни в коем случае не хотел заманивать их на собрание, где им придется промучиться целый час. Кроме того, я мог бы изменить и вторую часть названия. Мой доклад мог бы называться не "Мы и смерть", а "Мы, евреи, и смерть", поскольку то отношение к смерти, о котором я хочу с вами поговорить, проявляем чаще всего и ярче всего именно мы, евреи.
Между тем вы легко вообразите, что привело меня к выбору этой темы. Это череда ужасных войн, свирепствующих в наше время и лишающих нас ориентации в жизни. Я подметил, как мне кажется, что среди воздействующих на нас и сбивающих нас с толку моментов первое место занимает изменение нашего отношения к смерти.
Каково ныне наше отношение к смерти? По-моему, оно достойно удивления. В целом мы ведем себя так, как если бы хотели элиминировать смерть из жизни; мы, так сказать, пытаемся хранить на ее счет гробовое молчание; мы думаем о ней - как о смерти!
Разумеется, мы не можем следовать этой тенденции беспрепятственно. Ведь смерть то и дело напоминает о себе. И тут мы испытываем глубокое потрясение, словно нечто необычайное внезапно опрокинуло нашу безопасность. Мы говорим: "Ужасно!!" - когда разбивается отважный летчик или альпинист, когда во время пожара на фабрике гибнут двадцать молоденьких работниц или даже когда идет ко дну корабль с несколькими сотнями пассажиров на борту. Особенное впечатление производит на нас смерть кого-нибудь из наших знакомых; если умирает известный нам Н. или его брат, мы даже участвуем в похоронах. Но никто бы не мог заключить, исходя из нашего поведения, что мы признаем смерть неизбежной и твердо убеждены в том, что каждый из нас обречен природой на смерть. Наоборот, всякий раз мы находим объяснение, сводящее эту неизбежность к случайности. Один умер, потому что заболел инфекционным воспалением легких - никакой неизбежности в этом не было; другой уже давно тяжело болел, только не знал об этом; третий же был очень стар и дряхл. Когда речь заходит о ком-нибудь из нас, евреев, можно подумать, будто ни один еврей вообще никогда не умирал от естественных причин. На худой конец, его залечил доктор, иначе он жил бы и поныне. Мы, правда, допускаем, что рано или поздно всем придется умереть, но это "рано или поздно" мы умеем отодвигать в необозримую даль. Когда у еврея спрашивают, сколько ему лет, он бодро отвечает: "До ста двадцати осталось лет этак шестьдесят!"
Психоаналитическая школа, которую я, как вам известно, представляю, смеет утверждать, что мы - каждый из нас - в глубине души не верим в собственную смерть. Мы просто не в силах ее себе представить. При всех попытках вообразить, как все будет после нашей смерти, кто будет нас оплакивать и т.д., мы можем заметить, что сами, собственно говоря, продолжаем присутствовать при этом в качестве наблюдателей. И впрямь, трудно отдельному человеку проникнуться убеждением в собственной смертности. Когда он получает возможность проделать решающий опыт, он уже недоступен любым доводам.
Только черствый или злой человек рассчитывает на смерть другого или думает о ней. Мягкие, добрые люди, такие, как мы с вами, сопротивляются подобным мыслям, особенно если смерть другого человека может принести нам выгоду - свободу, положение, обеспеченность. А если все-таки случилось так, что этот другой умер, мы восхищаемся им чуть ли не как героем, совершившим нечто из ряда вон выходящее. Если мы враждовали, то теперь мы с ним примиряемся, перестаем его критиковать. О мертвых следует говорить хорошее или ничего не говорить, и мы с удовольствием допускаем, чтобы на его надгробии начертали малодостоверную хвалебную эпитафию. Но когда смерть настигает дорогого нам человека - кого-нибудь из родителей, мужа или жену, брата, сестру, ребенка, друга - мы оказываемся совершенно беззащитны. Мы хороним с ним наши надежды, притязания, радости, отвергаем утешения и не желаем замены утраченному. Мы ведем себя как люди из рода Азра, умирающие вместе с любимыми.
Однако подобное отношение к смерти накладывает глубокий отпечаток на нашу жизнь. Она обедняется, тускнеет. Наши эмоциональные связи, невыносимая интенсивность нашей скорби делают из нас трусов, склонных избегать опасности, грозящей нам или нашим близким. Мы не осмеливаемся затевать некоторые, в сущности, необходимые предприятия, такие, как воздушные полеты, экспедиции в дальние страны, опыты со взрывчатыми веществами. Нас при этом гнетет мысль о том, кто заменит матери сына, жене мужа, детям отца, если произойдет несчастный случай, - а между тем все эти предприятия необходимы. Вы знаете девиз Ганзы: "Navigare necesse est, vivere non necesse" ("Плавать мы обязаны, жить не обязаны"). Сравните его с еврейским анекдотом: мальчик упал со стремянки, и мать бежит за советом и помощью к раввину. "Объясните мне, - спрашивает раввин, - как еврейский мальчик попал на стремянку?" ...

Прочитать полностью...





Вы можете задать свой вопрос специалисту-аналитику здесь или прислать его по e-mail

Ведущая рассылки: Макарова Марина Викторовна


http://subscribe.ru/
http://subscribe.ru/feedback/
Подписан адрес:
Код этой рассылки: psychology.epsy
Отписаться

В избранное