Все выпуски  

Дар слова. Еженедельный лексикон Михаила Эпштейна.


Информационный Канал Subscribe.Ru

Рассылка 'ДАР СЛОВА. Еженедельный лексикон Михаила Эпштейна.'
 ДАР СЛОВА  #132 (185)
Проективный лексикон русского языка
16 октября 2005

                                    ГРАММАТИКА ПЕРЕХОДНОСТИ  (1)
                                                  Михаил Эпштейн



В этом выпуске мы подводим предварительный итог теме переходности. Нам представляется, что приобретение многими непереходными глаголами переходных функций, усиление переходности  - одно из главных направлений в грамматическом развитии русского языка.

Почему в России много работают, но мало делают? И кто виноват?
Ну конечно, язык.

1.

За шутливым подзаголовком скрывается  серьезная проблема.
"Работать" -  непереходный глагол, при нем не может быть прямого дополнения в форме существительного винительного падежа без предлога. Нельзя работать кого, что. А "делать" - глагол переходный. "Делать полезное дело. Делать нужные вещи. Делать шаг, усилие, выбор, вывод, ошибку...  Делать историю".

У переходности как грамматической категории есть своя легко различимая форма - и свое глубокое мыслительное содержание. Переходность - способность глагола иметь при себе прямое дополнение, которое обозначает то лицо или предмет, на который переходит действие, обозначаемое глаголом.
Например, "рубить дрова",  "брать чашку", "бросать мяч", "читать книгу",  "мыть руки", "понимать друга", "любить женщину". Нельзя сказать "он делает", или "он берет", или "он бросает", не добавив, что делает, берет, бросает. Хотя в некоторых случаях переходные глаголы могут употребляться и самостоятельно ("Тихо! Он творит!"  "Он любит по-настоящему"), собственно переходными они становятся благодаря дополнению, наличию объекта у глагольного действия. Глаголы, не способные иметь при себе прямого дополнения в винительном падеже без предлога, считаются непереходными: ходить, летать, служить, спать, болеть, скучать, смеяться... По ныне действующим правилам нельзя сказать  "летать кого, что" или "скучать кого, что". Переходный глагол означает направленность действия субъекта на объект, непереходный - замкнутость действия в сфере субъекта ("слуга служит", "пловец плывет", "самолет летит"). Все возвратные глаголы являются непереходными,   поскольку их действие "переходит" на самого деятеля через постфикс -ся (сокращенное возвратное местоимение "себя").

В русском языке непереходных глаголов больше, чем переходных. Точная статистика мне неизвестна, но можно воспользоваться некоторыми данными, приведенными в "Обратном словаре русского языка". [1] Всего глаголов в русском языке - 37,319, из них 13, 798 - возвратные, т.е.  непереходные. Известно, что возвратные глаголы прибавлением частицы -ся образуются  от всех переходных глаголов (мыть - мыться, строить - строиться, читать - читаться).  Значит, в русском языке не более 13, 798 переходных глаголов. На самом деле, гораздо меньше, поскольку возвратные образуются  и от многих непереходных (спать - спаться, верить - вериться, плакать - плакаться). Даже если  допустить, что всего одна седьмая  всех возвратных глаголов (примерно 2 тысячи) образована от непереходных, получается, что в русском языке около 12 тысяч переходных глаголов. Все остальные, включая возвратные, т.е. около 25 тысяч, - непереходные. Их по крайней мере в два раза больше, чем переходных. Примерно таково же численное  соотношение переходности и непереходности среди самых "корневых", бесприставочных глаголах. По оценке  академика В. В. Виноградова, переходные составляют "приблизительно 1/3". [2]

Непереходность - это как бы самое естественное, конечное состояние русского глагола. Любой переходный глагол может быть превращен в непереходный прибавлением постфикса  -ся. Петь - петься, строить - строиться, знать - знаться, видеть - видеться, читаться - читаться, иметь - иметься, хотеть - хотеться, торопить - торопиться  и т.д. По словам  В. Виноградова, "общая функция -ся  - устранение переходности глагола или усиление его непереходности..." [3]

Зато обратная операция - превращение непереходных глаголов в переходные - в русском языке  регулярно не производится. Ехать - объехать город, сидеть - отсидеть ногу, служить - заслужить признание, играть - выиграть, проиграть, отыграть тысячу рублей...  Как видим, переходность выражается крайне нерегулярно -  приставки по-разному деформируют и сужают значение непереходного глагола, и поэтому соответствующие приставочные глаголы не могут рассматриваться как его переходные эквиваленты.  Кроме того, прибавление приставки в этих случаях меняет не только параметр переходности, но и вид глагола - от несовершенного к совершенному, что также меняет значение глагола (тогда как прибавление постфикса -ся не меняет вида).  Отсюда и вывод  В. Виноградова: "Не надо лишь преувеличивать способности приставок к переводу непереходных значений глагола в переходные". [4]  От многих непереходных глаголов:  болеть, завидовать, цвести, грустить, возникнуть, исчезнуть, смеяться, бояться и т.д., включая все отыменные глаголов на -ничать, -ствовать  (бездельничать, властвовать), - вообще нельзя образовать переходных глаголов.  Во всяком случае, очевидно, что образование переходных глаголов от непереходных по степени своей регулярности и отдаленно не может сравниться с регулярностью образования непереходных глаголов от переходных с помощью постфикса -ся.  Переходность и непереходность асимметрично выражены в русском языке, с сильным преобладанием непереходности.

Вот ряд весьма употребительных непереходных глаголов: быть, существовать,  жить, умирать,  действовать, идти (и все производные: пойти,  придти, уйти...), ходить (приходить, уходить, заходить...), ехать (поехать, приехать, уехать), шагать, плавать, стоять, сидеть, лежать, висеть, летать, падать, плакать, смеяться, разговаривать, молчать, поступать, происходить, случаться, спать, бодрствовать, служить, работать, бороться, бояться, появиться, возникнуть, исчезнуть, попасть, пропасть, расти, выступать, успеть, нападать, нравиться, помогать,  перестать, зависеть, завидовать, стремиться, спешить, медлить, путешествовать,  грустить, горевать, страдать, болеть, выздоравливать, ликовать, дрожать, дышать, созревать, цвести, вянуть...

Часто  непереходные и переходные глаголы составляют более или менее точную пару, например: висеть - вешать (т.е. делать так, чтобы кто-то висел или что-то висело), сидеть - посадить, мокнуть - мочить,  стоять - ставить, гореть - зажигать,  спешить - торопить,  белеть - белить, расти - растить,  умереть - умертвить, радоваться - радовать...  Второй, переходный глагол, указывает на действие, которое выступает причиной действия, обозначаемого непереходным глаголом. Зажечь - сделать так, чтобы нечто горело. Поставить - сделать так, чтобы нечто стояло. Положить - сделать так, чтобы нечто лежало. Растить - делать так, чтобы кто-то рос. Радовать - делать так, чтобы кто-то радовался.  В основе  действия или состояния, обозначенного непереходным глаголом, лежит  действие, его причиняющее, вызывающее, создающее - и обозначенное переходным глаголом. Такие глаголы называются каузативными, поскольку они каузируют, причиняют, вызывают в объекте то действие или состояние, которое обозначено непереходным глаголом.   Как указывает А. Н. Гвоздев, "морфологически все эти каузативные глаголы разнородны, и все типы их образования непродуктивны". [5]  Это значит, что такой важный разряд переходных глаголов, как каузативные, тоже не имеет регулярных способов образования в русском языке и новые глаголы в этом разряде не образуются.  В дальнейшем именно каузативным глаголам мы уделим преимущественное внимание в анализе переходности.

Таким образом, у подавляющего большинства непереходных глаголов нет переходных аналогов, "со-глаголов"; а те, что имеются, включая и  фразеологические аналоги, словосочетания,   не покрывают всего спектра значений непереходных глаголов. Например, переходная пара к  глаголу спать - это  либо глагол усыплять,  либо целые словосочетания вызвать сон у кого-л.,  уложить спать кого-л., т.е. "сделать так, чтобы кто-то спал".  Но очевидно, что ни одна из этих переходных пар не покрывает всего объема значений непереходного глагола спать.  Если, например, речь о ребенке, то мало его уложить, или усыпить, или вызвать сон - нужно еще и сидеть с ним, баюкать, напевать, успокаивать, отзываться на его крики, приносить питье - это целый  процесс "делания его спящим". Вот почему родители иногда говорят: "нужно выспать ребенка", создавая переходный глагол, которого "официально" в языке нет.

Категория переходности связана также с развитием системы отношений собственности.  Известно, что в европейских языках  это отношение  выражается переходной конструкцией: "я имею дом"; в русском - непереходной: "у меня есть дом". Это архаическая конструкция сохранилась в русском языке с индоевропейских времен в силу неразвитости имущественных отношений как в общественном бытии, так и в языке. Получается, что субъектом имущественного отношения выступает сам предмет, дом (он "есть"), а тот, кто им владеет, обозначается  как  косвенное дополнение ("у меня"). То же относится и к безличным конструкциям, столь распространенным в русском языке. По наблюдению  М. Я. Гловинской, "для русского, в отличие от других языков, характерны, в частности, такие синтаксические конструкции, в которых устранено представление о субъекте либо реальный субъект представлен  синтаксически как дополнение, как, например, в безличных предложениях Здесь хорошо спится. Ему не спится". [ 6]

Развитие переходности в языке - это еще и развитие системы субъектно-объектных отношений (в т. ч. имущественных), что способствует более ясному определению роли субъекта и объекта в связующем их предикате: активность одного, пассивность другого.

                                            2.

Преобладание непереходности в русском языке формирует такое непереходное мировоззрение,  для которого вещи случаются, происходят, движутся сами собой. Их никто не двигает, и они никого и ничего не двигают. Это мир, в котором нечто пребывает в себе или движется само по себе, но ничем не движется и ничего не движет, остается "непереходным".  Действия, обозначенные непереходными глаголами, самодостаточны  -  они ни на что не переходят.  Быть, сидеть, спать, цвести, работать, бояться...  Скорее это даже не действия, а состояния, поскольку у них нет предмета, они замкнуты на самом деятеле. "Человек  работает" (неперех. гл.).  Это значит, что он находится  в рабочем состоянии, является работающим, но это еще не значит, что он что-то делает. То же самое: "Человек трудится" (неперех. гл.).  Вся страна по имени СССР работала и трудилась, а вот что при этом делалось, вырабатывалось, производилось? Непереходные глаголы не нуждаются в дополнении, они характеризуют лишь своего субъекта, который в данном случае лучше назвать "носителем", поскольку сама категория субъекта соотносима только с категорией объекта.  Человек - носитель работы или труда... Собственно субъектом он становится лишь тогда, когда он совершает действие, переходящее на объект: делает, производит, создает, совершает нечто. Даже непереходные глаголы движения, казалось бы, сверхактивные, по сути, означают не действие, а  состояние, пребывание в некоем модусе движения:  идти, ехать,летать, плавать. Состояние - это признаковое действие, которое ничего не меняет, ни на что не переходит, а только характеризует своего носителя. Он  живет или умирает, идет или стоит, спешит или медлит, но все это - признаки его собственного существования: он живой или мертвый, подвижный или неподвижный быстрый или медленный.

Непереходные глаголы часто называются атрибутивными, поскольку они, подобно прилагательным, определяют свойства  лица или предмета. Собственно глагольное качество, предикативная функция выражены именно в переходных глаголах.   Если субъект описывается переходным глаголом: кого-то ведет , ищет или торопит,  что-то создает, делает или говорит, - значит, это уже не просто его собственное состояние, признак его существования, но это настоящее действие, которое переходит на объект и меняет его вместе с изменением самого субъекта. Непереходные глаголы, наоборот,  тяготеют к атрибутивности, смыкаются с прилагательными, характеризуют свойства, а не действия.   Точнее, сами действия выступают как свойства деятеля: они говорят нам, какой он, а не что он, собственно,  делает. Он едет, служит, действует,  но при этом не воздействует на мир объектов.  Это языческий, мифический, мистический, отчасти даже сновидческий мир, в котором лица и вещи наделены самочинными свойствами и способностями.   Это мир самодовлеющих субстанций, в том числе подвижных, но не мир отношений и взаимодействий.  Это недостаточно глагольный мир, он еще находится  в плену субстанциализма и атрибутивизма. В русском языке диктатура существительных и прилагательных: что и какой.

На протяжении всей своей истории русский язык впадал в непереходность. Ряд глаголов, раньше употреблявшихся  как переходные, впоследствии перешли в разряд непереходных: воевать  врага, править народ, работать сапоги...
Многие непереходные глаголы, образованные посредством возвратного постфикса  -ся от переходных, утратили свое переходное ядро,  исходную лексему. Раньше в языке были глаголы бороть, каять, сомневать, отчаивать, но постепенно они были вытеснены соответствующими непереходными глаголами с постфиксом -ся.   И вот уже люди могут каяться, но некому их каять или раскаивать. Люди улыбаются, но их никто не улыбает. Смеются - но их никто не смеёт.   Гордятся и сомневаются, трудятся и ленятся, борются и отчаиваются - но их никто и ничто не гордит и не сомневает, не трудит и не ленит, не борет и не отчаивает.   Нужно вырвать русский язык из этого оцепенения непереходности, заполнить его действием, оживить каждый непереходный глагол его переходной функцией, переводящей действие от субъекта на объект. Это значит - одновременно и субъективизировать, и объективизировать систему глагольного мышления русского языка, внести в нее динамику разделения на субъект и объект и их свободного сочетания. Нужно взорвать переходностью  этой оцепенелый мир, где преобладают признаки, состояния и их носители и где недостает субъектов и объектов, а значит, и настоящих действий!

Взаимообратимость переходности и непереходности - вот что стоит сейчас в повестке глагольного развития русского языка. Если каждый  переходный глагол может быть превращен в непереходный (прибавлением постфикса  -ся), то нужно ввести и обратную операцию превращения непереходных глаголов в переходные.    Для каждого действия, которое описывается в этом языке, нужно ввести деятеля и деемое, т.е. опереходить, транзитивировать глагольную систему. У каждого непереходного глагола должен появиться его переходный аналог, со-глагол. Эти соглаголы незачем выдумывать, они  функционально уже заданы в самом языке, нужно просто выделить эту функцию переходности в массе непереходных глаголов и научиться ею пользоваться. Если у непереходного глагола нет соответствующей пары, лучший выход - употреблять  сами эти глаголы в качестве переходных, в переходном значении.  Есть глаголы ходить, плавать, но нет глаголов, обозначающих "сделать ходящим", "сделать плавающим" (как вешать - "делать висящим"). Вот почему так важно развить категорию переходности в русском языке: чтобы мыслить мир  не "происходящим", а делающим и делаемым.

В русском языке практически нет глаголов, которые одновременно могли бы выражать и переходные, и непереходные значения. Только во второй половине 20 века стали  употребляться в переходном значении единичные непереходные глаголы, такие как "уйти" и "поступить", и то лишь в разговорном языке и в шутливом или ироническом значении.

Он сам ушел? - Нет, его ушли. И тебя уйдем, если начнешь  качать права.
Вот молодец, поступил в институт! - Да уж, поступил... Мои старые друзья его поступили.
  Характерно, что переворачивание непереходности в переходность здесь имеет смысл "противозаконный": направлено не только  против "законов языка", но и, в прямом смысле, против законов общества. Законом предполагается, что человек сам уходит или поступает, т.е. совершает присущее ему действие, обозначаемое непереходным глаголом. Когда же он  выступает как объект действия того же глагола, но уже переходного (его уходят или поступают), то это совершается в нарушение правил, обозначенных непереходным глаголом. Переходность вторгалась в глагольную систему языка и отвоевывала для своего выражения непереходные глаголы,  как уголовщина, как преступление.
    Лишь в самое последнее время зона употребления непереходных глаголов как переходных стала расширяться, оставаясь все-таки в рамках просторечного,  "ненормативного" стиля речи. Характерны такие выражения:
    Кто за девушку платит, тот ее и танцует.

    Кто девушку ночует, тот ее и завтракает.

Непереходные глаголы танцевать (с кем), ночевать (у кого), завтракать (с кем) выступают здесь как переходные. И хотя стилистика приведенных предложений далека от нормативной, в ней выражаются грамматические тенденции, которые ведут далеко за пределы лишь одного речевого стиля. Русский глагол  становится более гибким, подвижным, "шарнирным"  в плане переходно-непереходной дихотомии, способности выражать оба грамматических значения. Обычно новые грамматические тенденции начинают проявляться именно в ненормативных стилях, поскольку и сами они резко, демонстративно нарушают языковую норму, - и лишь постепенно эти тенденции усваиваются языком в целом.
    Другой сферой развития переходности является детская речь.
Гриша, что ты там делаешь? - Я хожу маленького Алешу. Он у меня уже ходит.
Ходить кого-нибудь - делать так, чтобы он ходил. Это не то же самое, что "вести", т.е. вести за собой, за руку. Это может быть: толкать, тащить, поднимать, ставить на ноги, удерживать в положении стоя, руками переставлять ноги "ходимого" (представьте ребенка 4 лет, который "ходит" восьмимесячного).
Папа, поплавай меня вон там, поглубже.

Мама, скажи папе, чтобы он меня отпустил.  Я хочу на берег, а он меня все плавает.

"Заставлять плавать", "пускать в плавание" - это лишь часть тех значений, которые мог бы иметь глагол "плавать" в переходном значении: быть рядом с другим человеком как причина того, что он "плывет"; поддерживать его в воде,  тянуть за собой, подталкивать, приближать и удалять, "делать так, чтобы другой плавал". И нет другого слова в русском языке, которое могло бы так полно выразить все эти активные, действенные, субъектно-объектные значения "плавания", чем сам глагол "плавать" в его переходном, каузативном значении. Хотя детская речь, как и новорусский жаргон, представляет собой стилевую окраину языка, именно с окраин обычно приходят те тенденции, которые впоследствии  могут преобразить язык.

                                                  3.

Если в русском транзитивация непереходных глаголов делает первые робкие шаги, то в английском она уже давно свершившийся факт.  В английском  есть множество глаголов,  употребляемых и в переходном, и в непереходном значении, что придает им функциональную гибкость, поливалентность. Таковы очень многие глаголы движения. По-английски  самолет летит  (airplane flies), но можно и летать  самолет  (to fly airplane, aircraft), т.е. делать его летящим, приводить его в состояние полета.  "To swim" - это плавать и вместе с тем заставлять другого плавать; to swim a horse - плавать лошадь, заставлять ее плыть, переплывать водное пространство.  "To sit"   - и сидеть (самому), и сажать, усаживать (другого). "Тo hurry"  - торопиться, спешить и вместе с тем  торопить кого-л., что-л.  "To serve", служить  - не только находиться на службе, в услужении, но и обслуживать, снабжать, заниматься клиентами, подавать  на стол, разносить пищу, кормить ("to serve dinner" - подавать обед). Как видим, один и тот же глагол может использоваться и как переходный, и как непереходный.

Рассмотрим подробнее глагол "to run", один из самых многозначных глаголов в английском.   "To run" означает "бежать, бегать", но вместе с тем и "гнать, подгонять, побуждать к бегу, приводить в состояние бегания". Отсюда и следующий уровень значений: водить, управлять тем, что быстро передвигается  (автомобиль, автобус); вести дело, хозяйство; руководить предприятием, управлять заводом, фондом, организацией, государством.  Иными словами, "run" -  это бегать и вместе тем делать так, чтобы бегали другие, чтобы все вокруг бегало. Скажем, президент Буш  не только сам бегает по утрам, он еще и бегает всю Америку ("runs the state"), т.е. управляет ею как государством, заставляет ее бегать.  А вот в русском языке даже тот президент, который сам хорошо бегает, не может "бегать страну", поэтому она и при энергичном президенте остается инертной, бегать не желает.  Полезно было бы поставить и такой вопрос: не как президент правит страной (т.е. подчиняет ее себе), а как он бегает страну, как он бегает свою администрацию, аппарат, чиновников, служащих?  Насколько он способен сделать так, чтобы они быстро бегали? Способен ли он разбежать народ в будущее? Тогда мы бы получили более надежный инструмент для оценки деятельности высшего руководства. Оно тоже нуждается в проверке на переходность своих действий. Может быть, оно только работает, но мало что делает?

Каков переходный аналог у непереходного "летать"?  "Запускать в полет"  значит инициировать процесс полета, т.е. делать нечто "летающим" только в первой, начальной фазе. Между тем сам глагол "летать", если использовать его  в переходной функции, покрывает весь спектр непереходных значений этого глагола, одновременно придавая им каузативное значение. "Я хочу  летать этот самолет (аэроплан, дирижабль, воздушный шар)" (to fly the aircraft) . Это не то же самое что "летать на этом самолете" (т.е. ограничиваться ролью пассажира) или "запускать этот самолет" (т.е. ограничивать свое  воздействие  на него начальной фазой полета). Это значит: делать все то же самое, что делает и сам самолет, когда летает, но при этом быть причиной и деятелем этого летания, относиться к самолету как объекту своего действия, летать его (а не на нем, в нем или с ним).

Причем, как  переходный глагол, летать не обязательно относится только к самолету или другому средству воздушного передвижения.

Папа, полетай меня! Я люблю, когда ты меня летаешь.
Здесь можно сказать "подбрось меня", но  "полетать" имеет более широкое значение, например, когда отец на поднятых руках быстро несет,  подкидывает, подхватывает, кружит ребенка, "летает" его. Чтобы передать все значения переходного глагола "летать", пришлось бы сказать: "подбрось меня, побегай со мной, покружи меня в воздухе, чтобы я взмывал, и падал, и снова взлетал".

В английском "to jump" - "прыгать, скакать" и вместе с тем "заставлять, побуждать прыгать", "делать кого-то или что-то прыгающим", "трясти, дергать" (to jump a horse, a table, an engine  - заставить лошадь прыгнуть, трясти стол, завести мотор). Но и по-русски можно было бы выразить этим глаголам все соприсущие ему переходные значения:

    Впереди канавка, срочно прыгни лошадь (велосипед).

    Ой, как мы быстро бежим! Не прыгай меня так резко!
    (если один тащит другого за руку и рывком побуждает к прыжку).

Нет ничего противного природе русского языка в том, чтобы научиться использовать непереходные глаголы как переходные. Придать каждому непереходному глаголу переходную функцию - значит мобилизовать ресурсы языка на то, чтобы изменить мышление языкового сообщества, внести в него динамику  переходности, субъектно-объектных отношений. Если что-то бегает, значит, мы можем  его бегать, т.е. делать так, чтобы оно бегало.  Если что-то летает или плавает, мы можем его летать и плавать, а не просто запускать в полет или пускать в плавание. Эти соглаголы образуют  переходно-непереходные пары и различаются не лексически, но лишь по своей грамматической функции в предложении. Один и тот же глагол: летать, плыть, ходить - может употребляться как непереходный (в своей исконной функции) и как переходный (в своей новой функции).

Вот несколько примеров с глаголами путешествовать, танцевать, скучать.   "Саша путешествует с Машей" - этой непереходной конструкции могут соответствовать две переходных, в зависимости от того, кто играет роль субъекта и объекта для действия "путешествовать". "Саша путешествует Машу". "Маша путешествует Сашу".  Ведь не обязательно двое путешествуют друг с другом. Один из них может путешествовать  другого: возить его по миру, выбирать маршрут, составлять расписание, заказывать гостиницы, показывать достопримечательности, приводить в места, где он уже бывал раньше, водить по своим любимым музеям. Как иначе, проще и экономнее, можно выразить этот смысл, если не воспользоваться глаголом "путешествовать" как переходным?

Танцевать с кем-то и танцевать кого-то - два разных действия. Одно предполагает совместность танцевальных действий, другое - действие одного партнера на другого.

Можно тебя пригласить? - Я танцевать не умею. - Ничего, я тебя сам танцевать буду. Я тебя растанцую.
Глагол скучать (с кем, по кому) - непереходный. Ему соответствует "переходное" словосочетание: заставлять скучать, вызывать, навевать скуку.  Но ни одно из этих словосочетаний не равнозначно переходному глаголу скучать кого-либо. Только употребление глагола "скучать" как переходного позволяет придать ему дополнительное значение активного, целенаправленного действия - намеренного причинения скуки:
Беликов приходит к знакомым, сидит молча и скучает их изо всех сил.

Пришел, развалился и стал меня скучать. Молчит, хмурится. Я повернулась и ушла.

Заметим, что подавляющее большинство непереходных глаголов, употребляемых в переходном значении, имеют своим прямым дополнением одушевленное имя существительное: кого, а не что.  Это связано с повышенной динамикой и обратимостью межличностных отношений сравнительно с отношением "одушевленный субъект - неодушевленный объект". Именно тот факт, что один человек может скучать, путешествовать, танцевать  сам,  делает возможным для него скучать, путешествовать, танцевать другого человека или одушевленное существо.

                            Окончание в следующем выпуске.
                            
----------------------------------------------------------------------------------------------
1. Обратный словарь русского языка. М., Советская энциклопедия, 1974, С. 940.
2. В. В. Виноградов. Русский язык (грамматическое учение о слове). М., Высшая школа, 1972, С. 506
3. Там же, С. 495
4. Там же, С. 506
5. А. Н. Гвоздев. Современный русский литературный язык. М., Просвещение, 1967, С.  297.
6. Русский язык конца ХХ столетия (1985 - 1995). М., Языки русской культуры, 1996, С. 275

__________________________________________________________________
Сетевой проект Михаила Эпштейна "Дар слова" выходит с 17 апреля 2000.  Каждую  неделю  подписчикам  высылается несколько новых слов, с определениями  и примерами  употребления. Этих слов нет ни в одном  словаре, а между тем они обозначают существенные явления и понятия, для которых  в языке и общественном сознании еще не нашлось места. "Дар"  проводит также дискуссии о русском языке, обсуждает письма и предложения читателей.  "Дар" может служить пособием по словотворчеству, введением в  мир языковых фантазий и мыслительных технологий. "Слово управляет мозгом, мозг -  руками, руки - царствами"  (Велимир Хлебников).

Подписывайте на "Дар" ваших друзей и знакомых
Форма для подписки - там же, где все предыдущие выпуски

Ассоциация Искателей Слов и Терминов (АИСТ) - лингвистическое сообщество в Живом Журнале.

PreDictionary  - собрание английских неологизмов М. Эпштейна.
 
 
 

© Михаил Эпштейн
russmne@emory.edu


Не хотите ли подписаться на рассылки?
ДАР СЛОВА. Еженедельный лексикон Михаила Эпштейна.
Новости компьютерной литбиблиотеки Б.Бердичевского
Кто-то ищет тебя... (Розыск людей)

(не забудьте вписать свой E-майл)

Вниманию авторов рассылок на ГорКоте! Если Вы хотите обменяться со мной формами подписки на Вашу рассылку, просто пришлите мне Ваши код и название. Я вставлю их в этот список и буду рассчитывать, что и Вы сделаете то же самое у себя!


Subscribe.Ru
Поддержка подписчиков
Другие рассылки этой тематики
Другие рассылки этого автора
Подписан адрес:
Код этой рассылки: linguistics.lexicon
Архив рассылки
Отписаться
Вспомнить пароль

В избранное