Все выпуски  

Дайджест "Саратовские новости" Субботнее чтение


Информационный Канал Subscribe.Ru


.:СаратоФФские новости:.

СКАЗКИ ОТ ОЛЕГА

(C) Олег ШИРОКИЙ, "ТерраПиа"

БЕЛОЕ ВОРОНЬЕ

Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет
В тяжелых нежных наших лапах.

А.Блок


НАРОДНОСТЬ
    Казалось бы, все про Стеньку Разина сказано. Был он и татем, и героем, и славой Русской, и позором державным, и княжон гордым губителем. Но поговорить, как ни странно, есть еще о чем. И разговор будет не столь историческим, сколь идеологическим, или, скорее, даже - филологическим. То есть речь пойдет о магии некоторых символов и слов.

    Начнем мы не с начала его Большого Пути а, наоборот, - со славной кончины на лобном месте. Во-первых, на лобном месте не казнили ни его, ни купца Калашникова, ибо лобное место - это трибуна, а не эшафот. Казнили рядом с ним, на специально возводимых для таких шоу помостах. Во-вторых (что важнее), советский и разночинско-дореволюционно-демократический миф гласит: Стеньку довели до эшафота злые бояре за то, что от цепей хотел народ освободить и, вообще, к свету и свободе тянул. К Воле, то есть...

    Увы, это есть глубочайшее заблуждение. И дело даже не в том, что Стенька вряд ли такое в самом деле говорил. А в том дело, что у Воли и свободы значения чуть ли не противоположные. Ну, например: Такова моя царская Воля. Своеволие почти что синоним своевластия. Воля в понимании тех времен ближе к власти, чем к свободе. Уж если и говорил Стенька: Я пришел дать вам Волю, то понимать надо - дать Власть. Голытьбе такое было больше понятно, чем свобода. И Волю/Власть он обещал людям беспредельную, как заволжские степи. То есть беспредел... Да-да, именно в том значении, которое сейчас каждому известно. И прежде всего, конечно, для себя самого (как для главного пахана). У этой приблатненной Воли есть существенное отличие от свободы. В зоне можно получить беспредельное право душить, издеваться, угнетать нижестоящих, но созидать и помогать права нет. А именно последнее - основополагающий столп свободы в цивилизованном понимании.

    Теперь о страшных боярах. Уж если и было в те времена движение в сторону свободы и либерализма в нашем понимании - то как раз от бояр оно и исходило. Как в Речи Посполитой, например, от шляхты - ее понимание свободы золотой было сродни нашему, современному. Именно поэтому пахан Богдан Хмельницкий (близнец нашего Разина) ненавидел и уничтожал именно шляхту. И... поддерживал короля (кстати, порою, не без взаимности). Не было там никакого национального движения, которое потом придумали в пропагандистских целях, а был разноплеменный сброд и запорожские казаки (тот же, собственно, сброд). У Разина - то же самое. Сброд и казаки донские. А ненавидел и уничтожал он именно бояр. И... возил с собой в красном челне виртуального наследника Алексея Алексеевича - монархический символ.

    Кстати, насчет национального движения - население Поволжья в те диковатые времена примерно настолько же отличалось от тех, кого называли московитами, как и население тогдашней Украины (окраины Речи Посполитой) от Великой Польши. И по языку, и по обычаям, и по вере. Не забудьте, что поволжские земли были покорены совсем исторически недавно, а никонианская вера была в ту пору еще в пеленках. Кстати, призывал Стенька не к чему-нибудь, а к походу на Русь, ибо взбудораженной голытьбе еще в те времена не объяснили доходчиво, что живет она на брегах исконно русского гидросимвола. Хмельницкому повезло больше, Разину - меньше. А если бы повезло, то прочитали бы мы в учебниках: Национально-освободительная война поволжского (казацкого?) народа против московских угнетателей.

    Поэтому параллели продолжим. Иногда войны Хмельницкого и Разина называют еще и крестьянскими войнами. Правильно называют. Потому что это были войны и против крестьян. И здесь нарываешься на одну интересную несостыковку. В ранний послереволюционный период у нас внедрялся интернациональный подход к истории. Поэтому Кутузов и Суворов были прислужниками сатрапов. А Разин, понятно, был героем. Вместе с Розой Люксембург и тому подобными ведьмами революции. А вот Богдан Хмельницкий угодил в сатрапы и враги украинского народа за то, что... беспощадно подавлял крестьянские восстания. А потом власть стала стремительно праветь. И появилось слово воссоединение (навеки) Украины с Россией. И тут Хмельницкого мигом перекрасили, сделали социально близким. Придворный писатель Иван Ле даже заставил юного Богдана читать утопии Томазо Кампанеллы. И стал он символом объединения с Россией. А потом - отъединения от России. А еще говорят, что у власти нет машины времени...

    Разин к крестьянству относился не лучше, чем Хмельницкий. Это уже потом крестьянство, как феникс из пепелищ, восстало и в ноги благодетелю поклонилось. Под Берестечком, где украинская шляхта наклепала, наконец, Хмельницкому по первое число, могилы крестьян (быдляков, гречкосеев) находятся отдельно от казачьих могил. Они и после смерти брезговали рядом лежать. Казаки, пираты, воры, всегда презирали земледельцев гораздо больше, чем бояре и шляхта. Бояре хоть помнили, что народ надо беречь: их благосостояние впрямую от этого зависело.

    Еще один миф гласит, что главным эксплуататором работающего человека во все века был государственный чиновник. То есть носитель блатного сознания - когда становился чиновником. Но в действительности такому, будь он в банде или на госслужбе, от крестьянина ничего нужно не было. Ибо получал он жалование, а доппаек брал грабежом. Зато с бояр было чем поживиться. Да и имущество разорившегося боярина переходило в казну, а царская власть усиливалась. Потому беспредельная Воля чиновников всегда была выгодна престолу.

    Проницательный Иван Бунин, настрадавшись от революции, очень резонно считал Хмельницкого, Ленина и Стеньку явлениями одного порядка. Он называл Разина кровавым ханом. Уточнение от автора - скорее, кровавым паханом. А вот Василий Шукшин на удочку клюнул. И здесь один из характерных примеров того, как можно заморочить изощренную гуманитарную голову. Его произведение (в отличии от политграмоты Натана Рыбака и Ивана Ле) - пронзительное, честное, искреннее, талантливое. Супруга писателя вспоминала, что он даже плакал, описывая казнь: Такого мужика загубили! Описывает добрейший и честнейший Шукшин подвиги Стеньки: как он вешал, жег, топил, грабил своих и чужих, сопротивление в зародыше безжалостно карал и тут же... Жила в нем мягкая и добрая душа, которая могла жалеть и страдать... вся жизнь его, и раньше, и после, поступки и дела его тому свидетельство.

    Где? Когда? Хоть случай один в подтверждение?! Все подобное у Стеньки - банальный блатной кураж. Сладкий кайф от раскаяния, как от чифиря и ханки. Ведь для того, чтобы раскаяться, надо же сначала нагрешить. И нормальный человек, представляя, что было бы с его собственной душой, соверши он такие роскошные злодейства, очень сострадает раскаянию. А блатарь, повторяю, не страдает. Он тащится. Тут как у Экзюпери: Я пью, чтобы забыть, что мне совестно... пить; Я убиваю, шкуру и жилы деру, чтобы забыть, что мне совестно... драть.

    Про гуманитариев и верующих - а их, увы, немало - пословица хорошая есть: Семь кузниц исходил, а некован воротился. Но ладно. Возвращаемся к нашим баранам, дающим, по Мандельштаму, шкуры на барабаны.

САМОДЕРЖАВИЕ

    Немножко напоследок о боярстве. Любому бы Стенька и иже с ним шкуры на молельные барабаны пустил своей данной Волей. Ан нет - боярство мешало своеволию. Никак не давало Птице-Тройке всех подряд полозами давить, как делал это дальний потомок, военно-морской вариант Стеньки эпохи большевистского Кронштадта ухарь Павел Дыбенко.

    Повторим: уж если и было в те времена движение в сторону свободы и либерализма, то оно от бояр исходило. Возразят, что бояре и шляхта со своих холопов три шкуры драли, чем и вызвали восстание. Все так. Однако драли, да ремней не резали. Крестьяне им были живыми нужнее. А уж нужна ли крестьянам Воля? Вот в этом-то и усомниться не грех. Крестьянам нужна была не Воля, а стабильность и сытость. А еще, чтоб не грабили. И чтобы защищали. Все это мог в ту эпоху обеспечить только боярин. Остальные были, увы, заинтересованы в противоположном. Не были бояре и шляхтичи ангелами... Но может оно и лучше: ангелами-мстителями они ведь тоже не были.

    Потом, при Петре, хребет боярству практически полностью сломали. Народ, который бояр не очень жаловал, наконец узнал, что такое Воля. И боярские батоги показались утерянным раем перед государственными рудниками, крепостными заводами, перед круговой порукой и командировками в петербургские болота (без обратного билета).

    А тогда, в той Московии о свободе речь вообще не шла. Спросили бы какого крестьянина или стрельца - не поняли бы бедолаги, что это за зверь такой диковинный. И сам царь-государь, связанный по рукам и ногам этикетом, долгом, обязанностями, свободы тоже не имел. Он был волен - ежели кого мучить и казнить - но ни в коем случае не свободен. А вот бояре да шляхта в какой-то степени свободны все-таки были. Наш Стенька и уже не наш Богдан вешали и на кол сажали именно этих господ. А еще - лекарей, купцов (к ним Разин испытывал, наверное, просто охотничий азарт), иностранных военспецов, евреев (не нарушать же традицию!)...

    И еще. Правовое государство строится из Центра. А разрушается оно снизу и сверху. Как вертикальными клещами сжимается самодержавием и народностью. Царь в таком криминальном обществе - представитель низов наверху. Он - главный чиновник и одновременно индикатор народности. Вот в последнее время вместе с другими припудренными пылью святынями благостной Руси всплыло и дореволюционное отношение к Стеньке. Если читать сусальные сказки о войске донском для юношества, писанные в начале века, то получается, что Стенька всем хорош, только на государя, на святое, собака такая, руку поднял. Если бы не это - быть бы ему добром помянутым, был бы он, понимаешь, орел степной - казак донской! Да вот беда - воровской. Про свободу - ни слова, про боярство вскользь, а вот что он государевых людей петлей голубил... И наши модерн-казаки на иномарках, познакомь их с таким Разиным, проникнутся к нему симпатией. Вырезал башкир до младенцев - так им, чурбанам, и надо (чем не Чечня?); княжну в Волгу - так удаль-то молодецкая!

    Даже жалко. Такой мужик, ну просто свой в доску - и против государя. Для нормальных людей сообщаю: разница между воровским казаком и простым - не в уровне криминогенности. Ибо гуманности в нашем понимании тогда тоже еще не было. Душегубить означало не убить, а душу погубить, а это не одно и то же. Если, например, казак башкирской девочке живот вспорол - это ничего, ибо нехристь она. Ей все равно в ад дорога. А стрельцам не подчинился - вор и изменник.

    Тут еще одна семантическая ловушка - на противопоставлении: государев человек - вор. Как сие злободневно! Из противопоставлений того же порядка государство - мафия. Когда мы аплодируем лозунгу борьба с оргпреступностью, мы все еще там, в XVII веке. Ибо идея абсолютной монархии - идея воровская. Пахан и абсолютный монарх - как два колеса на одной спице. В то время расцвет абсолютизма по всей Европе породил огромные пиратские гнездилища на Тортуге и в прочих романтических местах. А у нас - местную разновидность пиратства, не менее романтическую - казачество.

    ПРАВОСЛАВИЕ

    Некоторые думают, что в воровском мире - свобода. И очень туда стремятся. Наивные. Там - Вольница, а вор - винтик. При падении он - пыль, независимо то того, кем был раньше. И в воровском государстве - то же самое. Разногласия Алексея Михайловича и Разина в одном: кто-то уже у власти, а кто-то еще нет. Что было бы со страной, приди к власти Стенька? Были ли аналоги в российской истории? Да сколько угодно! Например, приход к власти династии Романовых. Вернее, тех, кто эту династию создал. В смутное время имели место события-то, в смутные... Лжедмитрий Первый, пожалуй, единственный за историю Московии легитимный, всенародно-избранный правитель. Анафема ему! Королевич Владислав тоже избранный, но менее демократично... Но намеревался же принять православие! И была это не иностранная интервенция, а попытка унии на равных правах, которая бы прекратила кровопролитие славян между собою. И был бы мир. Но - анафема ему! Ибо... Что ворам, шишам и казакам делать, если будет мир? Внутрь какого хозяина всасываться аскаридою? Работать бы пришлось или торговать. Эти нехристи - они еще и грабить не позволят... Такого блатарь-авантюрист Пожарский, а также работорговец Минин допустить не могли и... подняли воровской мятеж. Освободительная армия, состоявшая из запорожских, донских, рязанских казаков, разбойников, сектантов и сам черт не разберет кого, под знаменем спасения веры осадила столицу. Москвичи оборонялись героически, несмотря на голод и предательство поляков. Но проиграли. И к власти в стране вновь пришли воры стенькиного типа.

    Попытка покончить с истерзавшей страну военно-монашеской православной теократией провалилась. Память об этом - на Красной площади. Вглядитесь на досуге в эти измененные скульптором до неузнаваемости блатные хари! Может быть, и разглядите что под бронзы многопудьем. Возил ведь и Разин с собой в черном челне патриарха Никона, пока настоящий был в Ферапонтовом монастыре. Так что мятеж Стеньки был всего лишь неудачной попыткой сменить затупившиеся акульи зубы на более молодые и алчные...

    Человека, не желающего мириться с тем, что он живет в обществе, окружает порой суеверный культ, как в старину юродивого. Но белые вороны тоже обожают собираться в стаи. И стаи белого воронья гораздо страшнее воронья обычного, черного. Стоит помнить об этом.

   

Продолжение следует...

http://www.saratoff.ru
Архив на Subscribe.Ru
Поиск по архиву рассылки
"Дайджест "Саратовские новости""





http://subscribe.ru/
E-mail: ask@subscribe.ru
Отписаться
Убрать рекламу

В избранное