Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay

Japanese Dolls

  Все выпуски  

Лейтенант Сунсаку Цудзи



Лейтенант Сунсаку Цудзи
2012-04-19 16:43


***

Знаешь, мама, завтра я стану ветром,
По священной воле разящим свыше.
Я прошу тебя о любви и вере,
И прошу - сажайте у дома вишни,
Я увижу, мама - я стану ветром.

Я не стою, мама, твоей слезинки,
Я вернусь - мы вечно идем по кругу.
И я буду видеть твои морщинки,
И на плечи лягут родные руки
В самом высшем, славой слепящем миге.

Не грусти, я жизнью своей доволен,
И смотри на небо - мою обитель.
Я проснулся, мама - мне было больно,
Что во сне последнем тебя не видел.
Ты прости - тебя забывал невольно.

Завтра утром встречу тебя за дверью,
Седины коснусь, унесу усталость.
Десять раз бы умер с улыбкой, верь мне,
Чтобы видеть гордость твою и радость.

...Я увижу, мама, - я стану ветром.

***

© Пилот-камикадзе, 1944 год. Письмо домой

55027b57eabf




Лейтенант Сунсаку Цудзи

Прощальные письма камикадзе

Лейтенант Сунсаку Цудзи, родившийся в префектуре Тояма, дважды был вынужден прервать свой самоубийственный вылет - 12 апреля и 13 мая 1945 года. Каждый раз он с товарищами вылетал с базы и, не обнаружив неприятельские корабли, возвращался на аэродром. Промедление было для него пыткой. Третий вылет оказался удачным - 17 мая в 19 часов 35 минут Сунсаку Цудзи атаковал эсминец Douglas J. Fox, курсировавший между Тайванем и Окинавой. Корабль получил серьезные повреждения и в боевых действиях больше не участвовал. О последних днях молодого пилота рассказывают его письма и письмо его подруги, служившей на авиабазе буфетчицей. 13 мая перед вылетом Цудзи написал прощальное письмо своим родителям. Вот оно:



Дорогие родители!

Сегодня, 13 мая, я вылетаю, чтобы атаковать неприятеля близ Окинавы. В моем сердце нет сомнений или недоверия в отношении того, что я делаю. В мой предыдущий вылет, к сожалению, я не смог обнаружить неприятеля по причине очень плохой погоды. Я развернул самолет обратно, проклиная свое невезение. Но на этот раз я намерен исполнить свою задачу. Это означает, что, хотя я и закончу свою жизнь, но я заберу с собой "большую награду".

Я получил кое-какие новости, которые чрезвычайно ободрили меня. Лейтенант Тадамаса Фукудзава полетит с нами, чтобы удостоверить итоги нашей миссии. Он из нашей деревни и учился в педагогическом колледже Тояма бок о бок со мной целых два года. Я так счастлив, что он будет свидетелем того, как я спикирую на авианосец, увидит, как авианосец взорвется и потонет.

Больше нет времени писать. Я желаю только одного - чтобы удача мне улыбнулась и я поразил авианосец. Прощайте, Папа и Мама! Мам, я беру с собой твою фотографию. Не плачь! Я молюсь о благополучи и здоровье нашей семьи.

Пожалуйста, передайте нашим соседям мои лучшие пожелания.

Сунсаку

Когда второй вылет Цудзи тоже окончился неудачей, он написал еще одно письмо, на этот раз последнее.
Оно датировано 17 мая.

Дорогие родители!

Я только что получил хорошие новости от вас о том, что Рицуко [сестра Цудзи] приняли в Префектурную гимназию. Я так мечтал услышать о ее успехах! Теперь я могу уйти с радостным сердцем. Мои поздравления Рицуко!

Мы вскоре вылетаем, в 5 вечера. На этот раз, я знаю, мне повезет. Рицуко, ты должна хорошенько заботиться о наших родителях вместо меня.

Сунсаку

После гибели Цудзи его родители получили длинное письмо от Миэ Юхаси, девушки, работавшей буфетчицей на авиабазе, где служил Цудзи, убиравшейся в казарме и помогавшей пилотам чинить форму. Она с семьей жила неподалеку от авиабазы. Свое письмо она отправила на следующий день после гибели Цудзи.

Родителям лейтенанта Сунсаку Цудзи.

Пришла пора, когда распускаются свежие зеленые листья. Надеюсь, вы пребываете в добром здравии. Я много общалась с вашим сыном и узнала его достаточто хорошо. Перед вылетом Сунсаку попросил меня отправить вам заметки, которые я прилагаю к письму. Я работаю в казарме, где Сунсаку жил, после того как прибыл с другой базы на Тайване.

Тогда ваш сын был мне знаком только как имя в списке. Через несколько дней после того, как он вернулся из своего первого неудавшегося вылета, он зашел к нам в буфет, и мы немного поболтали. Он сказал, что потерял свою Хатимаки с Восходящим Солнцем*, которую он повязывал поверх своего летного шлема. Он сказал, что ее сдуло ветром, когда он летел к Окинаве.

Я сказала, что сделаю ему новую Хатимаки, и он обрадовался. И я ему сделала повязку.

В тот день он пришел к нам домой, в гости. У меня был младший брат, ровесник Сунсаку. Он тоже служил в авиации, и поэтому Сунсаку был мне особенно близок. Я старалась утешить его так, как если бы я была на вашем месте.

Я хочу сказать, что все пилоты Специального ударного корпуса, кого я встречала, - люди жизнерадостные, с чистыми сердцами. С первого взгляда невозможно понять, что они собираются встретить собственную смерть. Но я до сих пор не замечала, чтобы кто-нибудь из них был в подавленном настроении. Я всегда удивлялась, как юноши могут достичь такого праведного состояния души, чтобы встречать смерть с блаженной улыбкой. А еще они кажутся такими мужественными и страшно обаятельными.

Все эти молодые люди были добросердечными и нежно привязанными к своим семьям.

Все время, пока я работала с пилотами из Специального ударного корпуса, я испытывала чувство щемящей тоски. Меня переполняла невыразимая печаль. Но в то же время поняла для себя, как драгоценен дух жертвы, приносимой ради блага людей. Их вел дух подлинного альтруизма. То, что я встретилась со столь благородным духом, навсегда, до конца моей жизни останется для меня бесценным сокровищем. Я расскажу об этом, донесу эту историю до такого количества людей, до какого смогу.

Когда Сунсаку первый раз пришел к нам в гости, мы приготовили ему полную пиалу удон**. Он так обрадовался, что воскликнул: "Ух ты! Это же мое любимое блюдо. На прежней базе я искал, где бы поесть удон, но так и не нашел. Я так его люблю! Вот удача!"

В тот вечер Сунсаку съел три пиалы удон одну за другой. Мы все были очень рады, потому что не ожидали, что сможем так его порадовать. Потом Сунсаку сказал мне серьезно: "Я хочу попросить тебя об одолжении. После того, как подтвердят мою смерть, сообщи моей семье, что я отправился на последнее задание исполненным радости от того, что пировал с удон. В своих последних мыслях я уношусь к родителям. Их утешит, если они узнают, как я ушел".

Я пообещала Сунсаку исполнить его просьбу, он широко улыбнулся мне, и на его глазах выступили слезы.

<...>

Когда он шел от казарм к самолету, он улыбался, как будто направлялся на обычную прогулку по окрестностям.

В 5:00 вечера 17 мая 1945 года самолет Сунсаку благополучно взлетел. Можно было подсчитать, что Сунсаку должен обнаружить неприятельский корабль где-то между 7:40 и 8:00 вечера. Когда стрелки часов показывали это время, я отправилась в здешний синтоистский храм и молилась, чтобы он и его товарищи исполнили свою миссию. На следующее утро я узнала, что Сунсаку протаранил вражеское судно. Как доложил пилот сопровождения, летевший с ним, чтобы удостоверить результаты вылета, Сунсаку умело вел свое звено, и, когда настал нужный момент, каждый самолет, покачав на прощание крыльями, спикировал на цель.

<...>

Позвольте мне пожелать вам крепкого здоровья. На Тайване я молюсь о благополучии вашей семьи.

* Хатимаки - головная повязка, которую носили камикадзе.
** Удон – вид японской лапши.

***
© Источник: Kamikaze. Japan's Suicide Gods. Albert Axell and Hideaki Kase. Pearson Education, London, 2002 Перевод: Takamatsu




Буддийский храм Козан-дзи
2012-04-19 13:49

Буддийский храм Козан-дзи

Буддийский храм Козан-дзи (Kōzan-ji) относится к школе Омуро, он имеет еще другое имя - Тоганоо-сан Козандзи (Toganoo-san Kōsan-ji). Расположен храм в Киото и основан в XIII веке известным монахом Мёэ Сёнин-зо. В Козан-дзи хранятся многочисленные национальные сокровища и культурные ценности. В 1206 году монаху Мёэ в этом месте, глубоко в горах, позади храма Дзинго-дзи, была предоставлена земля для строительства храма для Императора Го- Тоба. Это место считается идеальным для горного аскетизма. Храм расположен позади храма Дзинго-дзи, здесь сохранилась оригинальная резиденция времен Мёэ. Простое строение с соломенной крышей и дорожками из гальки является весьма типичным для периода Камакура. Храм Императора Го-Тоба и его окрестности с древними кедрами и японскими кленами момидзи считается Национальным историческим местом. Также здесь находятся самые старые в Японии плантации чая, где Мёэ начал выращивать чайные кустарники из семян, привезенных из Китая проповедником дзэн буддизма Эйсай. В храме Козан-дзи хранится живописный свиток Тёдзюгига, который считается самым первым в мире манга.





Самое старое сохранившиеся здание буддийского храма Козан-дзи называется Сэкисуй-ин (Sekisui ) и датируется периодом Камакура. Эта постройка в стиле Иримоязукури имеет остроконечную четырехскатную крышу, покрытую дранкой. Рядом - чайный сад, это самое старое поле в Японии, где стали культивировать чай. Настоятель храма Козан-дзи монах Мёэ Сёнин-зо не только создавал здесь свои труды и выращивал чай, но и медитировал. Сейчас в Сэкисуй-ин находится лакированная деревянная статуя в сидящей позе самого преподобного монаха Мёэ.



В храме Козан-дзи вдоль дорожек расположены каменные фонари торо. Такие фонари попали в Страну восходящего солнца вместе с распространением буддизма и стали использоваться в буддийских храмах. Такие большие каменные фонари формировали характерную черту пейзажа, позже их стали использовать в храмах синто и в саду, фонари торо считаются одним из основных элементов японского сада. Каменные фонари торо различаются по видам, самый распространенный называется юкими-торо, у него очень широкая плоская крыша, поэтому он предназначен для любования снегом.





Тёдзю-дзимбуцу-гига или просто Тёдзюгига (Веселые картинки из жизни животных) - японские живописные свитки, созданные в XII -XIII веках монахами буддийского храма Козан-дзи. Их создателем традиционно считается монах Тоба Содзё, хотя достоверно подтвердить авторство невозможно. Тёдзюгига называют первой мангой - японским комиксом, хотя есть мнение, что первой мангой является Сигисан Энги. Как бы там не было, Тёдзюгига читаются так же, как современная манга и японские книги - справа налево. Самый большой по размерам свиток занимает 11 метров в длину и 30 см в ширину.











































Ryo Yoshida Doll
2012-04-19 09:42


***

А ей говорили - дура, следующего так просто не отпускай.
Ты наори на него и за волосы потаскай.
А то ведь видишь - какая теперь тоска,

Поздравляешь её "здоровья, любви, вина"
А её так тянет ответить: "Пошел ты на"
И дергаться, как лопнувшая струна.

А с утра ей стресс, а после в метро ей транс.
В пору кинуться на пол и валяться там, как матрас.
Декабред - это бред, увеличенный в десять раз.

И она смотрит в себя - и там пустота, пустота, пустота,
Белее любого безвыходного листа,
И всё не то, не то и она не та.

И щека у нее мягка и рука легка,
И во всем права, и в делах еще не провал.
В следующий раз она будет кричать, пока
Не выкричит всё, чем ты ее убивал.

***
© Вера Полозкова




Ryo Yoshida Doll

Японец Рё Ёсида (Ryo Yoshida) делает куклы лет сорок. Родился он в Кавасаки в 1952 году, окончил школу а Токио по специальности фотографии и начал учиться на кукольника. Его первая персональная выставка состоялась в 1979 году. Шарнирные куклы Рё Ёсида кажутся реальными девушками, мастер изготавливает их из порошкообразного камня и дерева, бумаги, а иногда и синтетической смолы. Корпус изготовлен из этих материалов, а руки и ноги крепятся со сферическими суставами. Куклы покрываются краской, которая состоит из порошка ракушки, смешаееой с клеем, стеклянные глаза вставлены в глазницы, зубы сделаны из керамики. Затем волосы встраивается в кожу головы, и, наконец, наносится макияж в виде краски на лице. Авторские куклы Рё Ёсида не безжизненный объект, мастер постоянно стремится привить чувство жизни в куклы, которые он создает. И это ему удается, куклы становятся зеркалами, которые отражают сердце тех, кто их смотрит. Сайт мастера здесь.
































































В избранное