Все выпуски  

Экологические новости, анонсы, обзоры


"Интервью Лиге Здоровья Нации главного редактора нашего журнала по поводу юбилея - 10-летия издания"

Журналу «Экология и жизнь» в этом году исполнилось десять лет. Издание это в своем роде уникально. Не многим сейчас, на волне всеобщего  упрощения и облегчения информации, удается держать высокую марку «мировоззренческой публицистики», говорить о сложных глобальных проблемах на языке обычного человека, требуя от читателя лишь желания думать и разбираться.  О том, как это получается, мы беседуем с главным редактором журнала Александром САМСОНОВЫМ.
- В январе ваше издание отметило десятилетний юбилей. Это прекрасный повод вспомнить о том, как все начиналось…
- Надо было обладать большой верой в перспективу этого начинания, чтобы им заниматься. Меня лично вдохновил Никита Николаевич Моисеев, известный ученый. Во всей этой истории он играл роль гуру, естественно совмещая в себе две вещи,  движущие сегодня миром – науку, которая сама по себе слишком суха, и мораль, которая слишком завернута в себя.
Никита Николаевич в свое время занимался теорией «ядерной зимы». Она получила наибольшую известность, а сам Моисеев прошел гораздо глубже и дальше в изучении проблемы отношений биосферы и общества, одновременно в 70-80 годах  она начала осознаваться как общезначимая проблема человечества.
В 73 —74 году настал момент первого энергетического кризиса, одновременно увидел свет первый доклад Римского клуба, к тому времени были описаны пагубные последствия ядерной войны. Осознание начало двигать научные работы, они, в свою очередь, двигать осознание, то есть возник такой клубок, который катился и в начале 90-х стронул с места всю махину социалистического государства.  В 86-м был большой толчок Чернобыля, и эта волна, неоднократно усилившись, снесла старые рамки и возбудила новые надежды. На волне надежд и возникло наше издание.
- Как изменился журнал за эти годы?
- Н. Н. Моисеев написал много публицистических работ к 95 году, когда мы стали задумывать журнал. По всей видимости, как я уже понимаю по прошествии 10 лет, он прекрасно понимал всю болезненность мировоззренческой проблематики и всю ее необходимость для общества – именно поэтому он отдавал ей столько сил в публицистике и книгах. Американский психолог Эрикссон, профессионально занимавшийся биографиями великих людей, сказал как-то, что суть великого человека в том, что он сам переболевает наиболее болезненными проблемами общества и совершает в своих работах процесс общественно значимого излечения.
По всей видимости, Моисеев задумал сделать такой процесс непрерывным, ведь не в силах одного человека, каким бы он не был замечательным, этот процесс постоянно поддерживать. Поэтому и появилась идея журнала как СМИ, где постоянно появлялись бы общественно-значимые материалы. Однако когда мы начинали, мы были очень далеки от того уровня, который необходим для такого СМИ…
Конечно, в первую очередь мы обратились к тем, кто занимался практической экологией. Но практическая экология – область с одной  стороны необъятная, с другой – это огромный массив инженерных дисциплин. Они решают конкретные технические задачи - очистить воду, очистить воздух, очистить почву - и безумно далеки от общественных проблем. А как насчет того, чтобы очистить человека от фобий - не в религиозном и психоаналитическом смысле, а чтобы у него появилось желание жить и работать? В чернобыльском срезе, например, наблюдалось такое явление: люди потеряли интерес к жизни в силу психологических причин… Негативная жизненная установка способна очень сильно изменить ситуацию.
Но сначала мы занимались, тем, что делали главным образом инженерные публикации. Пока мы ходили по этим инженерным дебрям - поняли, что без компаса не обойтись. Таким компасом во многом были работы и материалы Моисеева.
Конечно же, без научного подхода можно просто заблудиться и уйти в трясину практик, совершенно далеких от рациональности - экологию души, к примеру.  Много раз нам говорили, что есть такая экология души, но в силу того, что ее не определяли достаточно четко, она стала более чем аморфной, как многие общественно-политические науки советского времени. В то же время компасы науки и морали составляют систему координат, в которой уже можно ориентироваться… Я бы даже сказал, что эта система координат определяет ту плоскость, в которой рождается все новое. Эта плоскость или, если угодно,  прослойка, где проживает интеллигенция, но очень редко кому удается столь удачно сочетать в себе мораль и знания, чтобы выйти из этой плоскости. Выдающиеся личности выходят – и рождают идеи, которые способны двигаться в обществе – подобно цунами, катящимся по океанским просторам. Экологическая идея катилась уже давно, нужен был толчок, который бы правильно нас сориентировал. К счастью, у руля был Никита Николаевич, идейный вдохновитель того, что происходило и в моральной области, и  в области знаний. Его признанный талант математика (недаром - академик по отделению математики РАН!) позволял четко поставить задачи и ориентиры, согласно которым нужно было действовать.
- Сейчас много публикаций, которые рассматривают не только экологию окружающей среды, но и экологию личности, сознания, человека. Тема эта безумно интересна, но ее исследования часто уходят из научной плоскости куда-то в область эзотерики. Как вы занимаетесь этой проблемой в своем журнале?
- Психологическая проблема сама по себе очень сложна. Экология, как некая практика для занятия общественно-политических организаций (например, «Гринписа») исходит из принципа предосторожности – как бы не навредить. Это не физический, а чисто психологический принцип – как бы не обжечься в будущем.
И механизм Киотского протокола, и синдром глобального потепления, о котором столько спорят – они как бы и раскрыты, но, тем не менее, все осознают, что на сегодняшний день мы очень мало об этом знаем. И ученые зачастую признают, что  50 на 50 готовы примкнуть к прямо противоположной точке зрения (глобальное потепление или глобальное похолодание?). Здесь компасом является этот самый принцип предосторожности – «а как бы чего не вышло».
Нормальный разумный принцип, единственная беда, что слишком мало рациональный. Как правило, когда идет какое-то общественное развитие, принимаются какие-то общественные «рациональности» для того, чтоб двигаться вперед, зачастую, правда, они бывают ошибочны. Например, в 1917 году мы решили, что построим рациональную общественную систему, но не получилось, к сожалению. Поэтому принцип предосторожности занимает определенное место, которое сложно сейчас очертить.
Я бы построил такую пирамиду: есть природа, в которой общество составляет некую информационно насыщенную часть. Если мы возьмем отдельно общество, то информационно насыщенную часть в нем составят СМИ. И если мы возьмем СМИ как нечто целое, то увидим уже разные составляющие самой информации – это психологические практики и практики науки как знания. Новости и знания – это объективно, а те психологические ожидания, которые СМИ удовлетворяют в обществе определенным образом – это субъективная составляющая. Эта субъективность и определяет всю непредсказуемость работы СМИ в современном обществе. В то же время СМИ используются как некий камертон, в котором звучит основная тревога общества. Иногда звучит настолько громко, что говорят, надо бы приглушить…
- Ваш читатель – какой он? И каким вам бы хотелось его видеть?
- Это тоже интересный вопрос. В свое время та зеленая волна, которая смела систему и размыла   историю союза, породила верхушку некоего айсберга – людей, убежденных в том, что современный путь развития цивилизации порочен, поскольку техногенная цивилизация убивает все живое, засорят леса, водоемы. Я бы сказал так – это круг «экологически верующих» людей, но мы ориентированы на значительно более широкую аудиторию. Мы ориентированы на тех, кто хочет разобраться. Мы можем предоставить очень большой объем информации – адаптированной для массовой аудитории и свободной от какой бы то ни было специальной идеологической установки. Это «контент»,  переработанный из естественных наук и из исследований более мягкого гуманитарного плана, которые осмысливают пути развития общества и основные тенденции – и общественные и технические.
- Нужна ли какая-то специальная подготовка для читателя вашего журнала? Многие из тех, материалов, что можно прочесть в Интернете, предполагают некую научную подкованность…
- То, что выложено в Интернете, в основном относится к тому времени, когда мы преодолевали «инженерный период», период увлечения научно-технической составляющей экологии. Эта составляющая на сегодняшний день должна быть очень большой, чтобы иметь возможность то, что натворили, с помощью этой же самой науки преодолевать.
Мы работаем над тем, чтобы стать гораздо более популярными. А от читателя требуется лишь желание разобраться. Стараемся не использовать специальных терминов и формул. В тоже время я уверен, что не существует проблем, которые «не для средних умов».  Кроме того, я уверен, что любые, абсолютно любые проблемы, стоящие перед обществом, способен обсуждать любой человек.  Конечно, он при этом должен быть грамотным и ответственным – и должен не только обладать способностью суждения по Канту, но быть активен в принятии и исполнении решений.
Государственный патернализм ушел в прошлое. Миновали времена, когда государство мягко или жестко направляло человека, скажем к станку или куда-то еще. Сейчас каждый принимает решение за себя, и в этом смысле последние 15-20 лет, когда мы отстроились от патерналистского состояния общества, дали возможность всем людям стать самостоятельными. И если человек принял решение, что ему что-то нужно, то он обязательно разберется, а мы только можем помочь ему в тот момент, когда осознание проблем начинает его беспокоить. Если же оно его не беспокоит, то здесь уже сложней.
- Но такой человек, наверное, и не станет читать ваш журнал?
- Комплекс мотивов здесь самоподдерживающийся. Постоянно идет какая-то негативная тревожная информация, которая побуждает  людей разбираться. Такова сейчас, к примеру, проблема трансгенных продуктов, радиационная опасность, проблема мутаций гриппа, которая  постоянно вызывает опасения, что мы все умрем от новой чумы, возможно, выпущенной из пробирки лаборатории.
Надо разбираться в этой проблеме, нельзя говорить: давайте накроемся белой простыней, поползем на кладбище, и там будем отдыхать – от науки, от прогресса, пока  все не рассосется. Мы не так устроены, мы должны понимать, с чем столкнулись и разумно это преодолевать.
Сегодня преследовать ученых, за то, что они изобретают новые и новые штучки, ломать машины, которые портят окружающую среду – это не тот разговор. Сегодня актуальна проблема переживания инноваций – их должна принять в первую очередь общественная мораль. Мы должны понимать, что инновации становятся постоянными, это непрерывный процесс, поэтому они превращаются в общественно значимое явление, создают новые измерения. А если есть ограничения (со стороны природы, например) то новые измерения – измерения свободы (или полноты свободы) становятся нам просто необходимы. Как Интернет возник? Где-то в недрах сети что-то объединялось – и вдруг возник целый мир, в котором можно свободно ходить…
- Ваш журнал поднимает достаточно тонкие и острые темы – трансгенные продукты, стволовые клетки, гомеопатия, биоэтика… С одной стороны, об этом сейчас не пишет только ленивый – а с другой, данные вопросы представляют собой благодатную почву для бесчисленных спекуляций. Удается ли вам держаться «золотой середины» и есть ли она в принципе?
- Дело в том, что в основе всякой спекуляции и любого информационного шума есть нечто объективное.
В свое время Галилея на суде священники спросили, какие свои заслуги в науке он считает значительными. Он ответил, что он отбирал лишь лучшие мысли своих предшественников, а остальные отбрасывал. По сей день мы используем в работе журнала этот метод. То, что можно проверить, проверяем - в академии наук, институтах, научных обществах... Мы постоянно на связи с российским научным сообществом, да и с международным тоже. В любом вопросе, с которым мы сталкиваемся, мы можем посоветоваться с большим числом экспертов.
Но проблема не в этом, она в том, что любой эксперт тоже может добросовестно заблуждаться (хотя может быть и сознательно недобросовестным) – это реальная проблема любой экспертной оценки. Кроме того, есть зерна, которые кажутся наиболее важными одному или другому. В ситуации, когда знаний недостаточно, мы рискуем оказаться в положении людей, с завязанными глазами ощупывающих слона. Каждый видит какую-то часть, а надо усмотреть за  ними нечто целое.
Как ни странно, помогает моральная составляющая любой проблемы. Она дополнительна к техническому прогрессу, составляя с ним пару подобно древнекитайскому Инь-Ян. В тоже время мораль заведомо консервативна и как раз исповедует тот самый принцип предосторожности, сдерживая «взрыв» инноваций. Мораль всегда служит самосохранению общества  - в этом ключ проблемы, то же самое явление поворачивается с другой стороны. Техническая и моральная стороны вопроса позволяют видеть некую стереометрию. И у читателя после наших публикаций, я надеюсь, складывается достаточно объемное впечатление – складывается образ реальности, а не плоское идеологическое клише.
- Сотрудничает ли ваш журнал с какими-либо международными организациями?
- Сотрудничество может сложиться на основе каких-то совместных занятий. К примеру, общественные организации ставят перед собой цели добиться каких-то изменений в обществе и добиваются их с помощью кооперации. Если ставятся научные цели, то собирается коллектив ученых, который долбит определенную проблему и в этом кооперация также помогает.
Что касается первой группы – общественно-политических целей - мы не ставим перед собой задачи позвать людей на баррикады, в том числе и экологические. Поэтому по линии экологических активистов сотрудничество не складывается практически никак,  журналу свойственно критическое отношение к лозунгам и шаблонам, мы ориентированы на всестороннее рассмотрение любого вопроса – и в первую очередь, реальных приоритетов и путей развития общества, независимо от «зеленой» или любой другой идеологии.
Что касается научных проблем, то здесь есть некоторые сдвиги. Существуют очень интересные проекты в области солнечной энергетики, водородной энергетики, которые предполагают международную кооперацию. Даже проект генома человека в свое время был первым примером международной открытой кооперации ученых. Эта сеть доступа к знаниям нас привлекает, как гигантский ресурс добывания добротного контента для журнала, с ответами на те вопросы, которые ставит жизнь.
Мы контактируем с различными группами ученых, недавно в редколлегию журнала вошел нобелевский лауреат Жорес Алферов. За разработками в области солнечной энергетики мы внимательно следим как за одним из перспективных направлений развития цивилизации. Гигантская проблема нашей цивилизации в том, что мы не умеем хранить энергию. Мы лишь умеем ее вырабатывать. А хранить не умеем. Я вижу главную проблему индустрии выработки энергии в том, что мы перегреваем планету.
Солнечная энергетика имеет принципиально другой подход – она берет тепло из окружающей среды. В этом отношении она очень привлекательна, мы следим за разработками, перспективами.
А что касается общественно-политических акций, то развивать сознание, которое всегда является движущей силой, конечно, нужно. Сознание в определенном смысле первично для человека. Но поддерживать «оранжевый пиар» или плыть по волнам «зеленого пиара» - прием не слишком корректный. Если ставятся общественно-политические цели, то надо честно об этом говорить, создавать партию и работать в партии, у СМИ – другие приоритеты.
- То есть вы каких-то акций не проводите принципиально?
- Ну почему? Проводим образовательные акции – Дни птиц, например. Собираем молодежь в парках и вешаем скворечники. Сейчас вот конкурс «Юный эколог» организуем совместно с Комитетом образования  Москвы, будем сочинения собирать, поделки различные, детский дизайн – и напишем об этом. Это важно – подавать и передавать пример активной, неравнодушной позиции – и для взрослых, но особенно – для детей.
- Часть вашей аудитории составляют дети?
- Иногда удивительно серьезную часть. Не так давно мы присутствовали на открытии библиотеки в Крылатском, передали в дар журналы и, воспользовавшись этим, спросили у пяти-шестиклассников – «Дети, а вы видели такой журнал?» Поднялся лес рук. А кто читал? «Лес» стал пореже, но оказалось, что и читали многие. Видимо, свою роль здесь сыграло то, что издание поступает в школьные библиотеки, но как ни странно, дети действительно читают. И если взять программу общественных дисциплин для 10-11 класса,  там есть вопросы, на которые многие взрослые затруднятся ответить – не потому, что так сложна программа старших классов школы, а потому, что вопросы мировоззренческие. Вот их мы и разбираем в постоянной части нашей работы.
- В рамках выставки "Пресса-2006" журнал "Экология и жизнь"  стал лауреатом Всероссийского творческого конкурса на лучшее научно-популярное издание года "Кентавр"...
Да действительно - мы получили эту премию и вошли в «Золотой фонд прессы» -  9 февраля в Ленинке (РГБ) состоялась официальная церемония награждения.
Вообще было много встреч в рамках подготовки к выставке ПРЕССА-2006, говорилось о том, что сейчас создано несколько комиссий по оценке качества изданий. Сейчас понятие качественного СМИ начинает поддерживаться на самых разных уровнях, этому понятию придается определенный смысл, по сути дела выставляется рейтинг.
Если мы говорим, что все хорошие, дружно друг друга поглаживаем и не очень различаем, то ситуация одна. Нынешняя ситуация с рейтингами кажется мне очень рациональной практикой, существуют методики, которые создают абсолютно четкие возможности для сравнения, выставления оценки. И каждый будет бороться за то, чтоб повысить свой рейтинг на этом рынке. Это нормально.  
Кроме «Кентавра» были многократные журналистские конкурсы. Так 10 конкурс «Экология России» принес нам высшую награду – «Берестяной слиток», а конкурс публикаций, проводившийся в 2005 году МПР (министерством природных ресурсов) – дипломы нашим авторам. Еще приятно, что в нашем журнале обнаружились «золотые зерна» (см. сайт http://www.witrina.ru). Вообще говоря, мы не очень привыкли к тому, чтоб издание читал кто-то из тех,  кто движет сегодняшнюю медиа-индустрию. В основном эта индустрия отвыкли от серьезного контента, все больше старается воздействовать на массовую аудиторию, а та воздействует на медиа-менеджеров, и вместе слаженно они идут в направлении облегчения от контента. И вдруг достаточно представительная комиссия во главе с Михаилом Ненашевым прочитала наш журнал и даже выставила оценки в виде «золотых зерен». Это свидетельство определенного поворота, на мой взгляд.
- Близко ли вам  такое понятие как «здоровье нации»?
- Это понятие очень важное. Заниматься здоровьем нации нужно серьезно, это тонкая тема, где возможны различные спекуляции.
Россия исторически представляет собой некий конклав народов, и если американцы гордятся тем, что их система – это плавильная печь для эмигрантов, у нас этот сплав достаточно давно произошел и приобрел определенную устойчивость. Поэтому нацию я понимаю именно как такой сплав. Сейчас будировать националистические настроения совершенно нелогично и непатриотично. Здоровье нации я воспринимаю, прежде всего, как устойчивость этого сплава. Этнокультурные основы каждой отдельной нации независимы, но вместе способны составить единое пространство мышления, взаимопонимания. Это единство и независимость дополнительны в том же смысле связи морали и прогресса, о которой мы говорили. Вообще это очень интересная тема объединение противоположных свойств – например, таких как устойчивость и развитие в понятии устойчивого развития в экологии. Это тема нашего мартовского (третьего в этом году) номера.
Человек существо принципиально двойственное – поэтому лечить его надо не только инструментальными методами. Фактор здоровья – в состоянии человеческих отношений, в климате общества.  И этот общественный климат связан как с природными факторами, так и факторами экономическими, политическими. Это очень чуткий индикатор неблагополучия в обществе. Поэтому то, что происходит с нашим здоровьем – это отражение ситуации с нашим обществом. Общество должно измениться - тогда изменится и ситуация в здравоохранении. Инструментальная база современной медицины огромна, чтобы ей заниматься, нужны приборы, методики, инструменты. Конечно, чтоб рассказать об этих методиках, нужны специализированные издания. Но ведь необходимо рассказать о том, как выстраивается общее движение на основе этих методик, путь общества, которое, отталкиваясь от научных практик, должно двигаться вперед,
Ведь у нас больше ничего и нет – только человек и природа, больше ничего. Все остальное – наши изобретения, которые определяются соображениями удобства, сегодня они могут быть одними, завтра – другими…Экология стоит на посту между человеком и природой – как средой обитания, а медицина – между человеком и его организмом, как внутренней средой. И устойчивость этой среды важна даже в большей мере, чем и среды обитания – в ней залог нашего выживания как вида. Природные условия менялись в ходе эволюции и, видимо, еще будут меняться, а как научиться жить и работать, как сохранить себя в этих условиях, как не стать одним из эпизодов истории, как мамонты динозавры – эта задача уже более чем актуальна, не даром столько говорят о кризисе демографии. Поэтому мы не только партнеры Лиги здоровья нации, наша связь глубже – в неразрывности внутренней природы человека и внешних факторов жизни, в дополнительности двух космосов -  огромного мира вокруг нас, и космоса здоровья человека, где встречаются и взаимодействуют независимые Вселенные психологии и физиологии.   

 http://www.znopr.ru

 


В избранное