[Dailyreading] книга
Выпуск 538
Всем сердечный привет! От участников рассылки поступают выражения
удовлетворения этой книгой. Они предлагают публиковать её более
крупными частями. Поэтому сегодня читайте сразу три главы!
КАЖДЫЙ ДЕНЬ ПОД УГРОЗОЙ
Пока Гитлер получал от Сталина экономическую помощь, шел раздел
Восточной Европы. Одна треть национальной территории Румынии была
поделена между Россией, Болгарией и Венгрией. Влияние нацизма
благоприятствовало развитию Железной Гвардии. Члены этого
национального движения в Румынии пытались использовать православную
церковь для политического террора. В ночь накануне убийства
премьер-министра Калинеску, их основного противника, в одной церкви
девять фанатиков бросились на землю и образовали из своих тел крест. В
этом положении они провели много часов, прежде чем выполнили свою
миссию. Вскоре после этого Железная Гвардия помогла прийти к власти
Иону Антонеску, протеже Гитлера. Король Карол вынужден был отречься от
престола в пользу своего юного сына Михаила. От его имени правил
Антонеску, без согласия короля, как единоличный диктатор. Железная
Гвардия обладала полной свободой действий, расправляясь с евреями,
коммунистами и протестантами по своему усмотрению. Убийцы спокойно
разгуливали по улицам. Наша миссия обвинялась в измене. Мне ежедневно
угрожали. Однажды в воскресенье я увидел, как группа мужчин в зеленых
рубашках Железной Гвардии рассаживалась по задним скамейкам в церкви.
Прихожане, смотревшие на алтарь, не замечали посторонних. Но я видел
их револьверы. Я подумал: "Если это моя последняя проповедь, то она
должна быть хорошей". Я говорил о руках Христа. Они вытирали слезы,
обнимали детей, насыщали голодных, исцеляли больных. А потом их
пригвоздили ко Кресту. Эти же руки благословили юношей, прежде чем
Христос вознесся на небо. Потом я возвысил свой голос: "А вы, что вы
делаете вашими руками?" Прихожане удивленно смотрели на меня. Они
держали как раз молитвенники в своих руках. Я прогремел: "Вы убиваете,
избиваете и преследуете невинных людей. И вы хотите также называться
христианами? Вы грешники, очистите ваши руки!" Члены Железной
Гвардии свирепо озирались вокруг, однако в их намерения не входило
прерывать божественную службу. Я видел, что они вооружены. Они молча
слушали, как я произносил заключительную молитву и благословение. Люди
начали покидать церковь. Когда почти все беспрепятственно вышли, я
сошел с церковной кафедры и встал за занавесом. Я слышал нервные
торопливые шаги и выкрики: "Где Вурмбранд? За ним!" Я быстро прошел
через узкую дверь и затворил ее за собой. Этот потайной ход был
построен много лет тому назад. Пройдя через многие коридоры, я
пробился к выходу на боковую улицу и таким образом вышел. Во время
войны многие из небольших христианских общин таких, как адвентисты,
баптисты и пятидесятники вместе с евреями были угнаны в
концентрационные лагеря. В лагере погибла вся семья моей жены. С тех
пор как их угнали, она больше не видела своих родных. Я был трижды
арестован румынскими фашистами. Меня допрашивали, затем я предстал
перед судом, был избит и брошен в тюрьму. Этот опыт помог мне. Я был
хорошо подготовлен к тому, что мне предстояло пережить при
коммунистах.
ОХРАННИК ОТПРАВЛЯЕТ КСИВУ1
1) Ксива (жарг.) письмо заключенным и от заключенных (прим пер ) 1
Через окно тюремной камеры в Калеа Рахова я мог видеть только часть двора. Однажды
я выглянул в окно и увидел, как через ворота пропускали священника. Он быстро
пересек покрытый асфальтом двор
и скрылся за дверью. Это был доносчик, который пришел для того чтобы дать сведения
о своих прихожанах.
Я знал, что мне предстояли допросы, что меня ждет жестокость тюремщиков, возможно,
долгие годы заключения и смерть. Была ли моя вера достаточно крепкой? Я вспомнил,
что в Библии 366 раз, один раз на каждый день года, было написано: "Не бойся!"
366 раз, а не 365 в расчете на високосный год. В тот день было 29 февраля. Високосный
год. Совпадение? Это число напомнило мне, что я не должен бояться.
Казалось, они не спешили с моим допросом. Коммунистические тюрьмы похожи на архивы,
в любое время они готовы дать нужную информацию. В течение четырнадцати с половиной
лет, проведенных в тюрьме, меня вновь и вновь допрашивали. Я знал, что мои связи
с миссионерскими обществами на Западе и со Всемирным советом церквей в глазах
партии были изменой. Но были еще и другие, более важные вещи, о которых они не
знали и не должны были узнать от меня.
Я готовился к тюрьме и пыткам так, как готовится в мирное время солдат к жестокостям
войны. Я внимательно прочитал жизнеописание многих верующих, которые оказались
перед лицом подобных опасностей и испытывали искушение сдаться. Я думал о том,
смогу ли я применить их опыт к себе. Те, кто не был подготовлен подобным образом,
морально ломались или делали ошибки, говоря вещи, которые они не смели говорить.
Священникам постоянно твердили на допросах: "Вы христиане и обязаны говорить
нам всю правду". Я понимал, что все равно буду осужден независимо от того, какие
я дам показания. И я принял решение лучше страдать под пытками, чем выдать друзей,
помогавших мне в распространении Евангелия. Я твердо решил постоянно вводить
в заблуждение всех, кто меня будет допрашивать, чтобы в конце у них больше было
неясностей, чем до него.
Самой важной задачей для меня было известить как-нибудь моих собратьев о моем
аресте. Во всяком случае моя жена должна была узнать, где я. Мне удалось подкупить
охранника. Он взял на себя роль посредника, поскольку у моей семьи тогда еще
были деньги. В течение следующей недели он передал мои сведения, получил за это
5.000 немецких марок. Таким образом было потрачено все, чем мы владели.
Этот охранник сообщил мне, что шведский посол в Румынии выразил протест в связи
с моим исчезновением. По его словам, многие люди в Скандинавии и Англии сочувствуют
мне. Министр иностранных дел Анна Паукер ответила, что место моего пребывания
совершенно неизвестно с тех пор, как я недавно тайно покинул страну.
ИДУТ "ОСВОБОДИТЕЛИ"
Посол, как нейтральный представитель своей страны, не мог добиться правды в этом
деле, и менее всего у госпожи Паукер, перед которой испытывали страх даже сильные
мужчины. Я знал ее отца, верующего человека с фамилией Рабинович, однажды с печалью
сказавшего мне: "В сердце Анны нет сострадания к тому, кто рожден евреем".
Анна Паукер изучала медицину, а затем преподавала в английском миссионерском
обществе. Это было до того, как она стала заодно с коммунистами. Она вышла замуж
за инженера по имени Марсель Паукер, который имел такие же взгляды, как и она.
Оба были уличены в заговоре и арестованы. Она оказалась более преданным борцом
партии, чем ее муж. После освобождения, Анна переселилась в Москву, Марсель последовал
за ней, хотя и с меньшим энтузиазмом. В ходе чисток партии, которые осуществлялись
Сталиным перед войной, он был казнен. Говорили, что он был застрелен собственной
женой. Лишь немногие сомневались в правдивости этих слухов. Анна только внешне
была похожа на женщину, внутренне же, подобно леди Макбет "от макушки до кончиков
пальцев" была до краев переполнена дикой жестокостью. Она стала советской гражданкой
и конец войны провела в Москве, где достигла чина офицера Красной Армии. Затем
вернулась назад в Румынию и вступила в должность министра иностранных дел. Она
была влиятельнейшим человеком в Румынии. Прямолинейная верность России Анны Паукер
вошла в поговорку. Однажды солнечным днем ее спросили, почему она шла по улицам
Бухареста с открытым зонтом. Она ответила: "А разве вы не слышали прогноз погоды?
В Москве льет дождь как из ведра!"
Между тем группа политических вождей во главе с королем Михаилом оказалась весьма
храброй. Они сместили генерала Антонеску и положили конец отношениям с Германией.
Незадолго до этого в Москве была сорвана конференция, которая должна была решить
вопрос о том, какие формы примет послевоенный мир. Черчиль говорил Сталину: "Что
Вы думаете о том, если Вы получите на 90% господствующее положение в Румынии,
в то время, как мы на 90% получим власть в Греции?" Эти слова он написал на листке
бумаги. Сталин промолчал. Затем поставил на листе жирный крючек карандашом и
протянул его Черчилю.
Миллион русских солдат заполонили Румынию. Это были наши новые "союзники".
"Помощь, русские идут", для нас эти слова не были шуткой. Представители новой
оккупационной власти думали только о том, чтобы пить, разбойничать и грабить
"капиталистических эксплуататоров". Тысячи женщин всех возрастов и сословий подвергались
насилию солдатами, врывавшимися в их дома. У мужчин запросто отбирали на улице
ценные вещи: наручные часы, велосипеды. Однако вскоре командование Красной Армии
навело порядок. Продавцы начали снова поднимать свои жалюзи. Русские солдаты
просто немели, видя выставленные в витринах товары. Еще более они удивлялись,
узнавая, что большинство покупателей были крестьянами и фабричными рабочими.
Капитуляция, объявленная 23 августа 1944 года, отмечается каждый год как день
освобождения. В действительности же, освобождение заключалось в том, что страна
лишилась всего своего флота, большей части торгового флота, половины товарных
вагонов и всех автомобилей. Сельскохозяйственные продукты, лошади, скот, все
запасы нефти и керосина были отправлены в Россию. Таким образом, Румыния, бывшая
еще недавно житницей Европы, превратилась в голодающую страну.
***
Это сообщение от автора Michael Burchak
за номером 538
на тему [Dailyreading] книга,
опубликованое в день 2006-07-21 и в час 05:44:23,
разошлось для 15
участников телеконференции Ежедневные духовные чтения