[Dailyreading] Читаем вместе

Выпуск 3213

франсин Риверс

Дитя примирения

- 2 -

Продолжение

Когда они подъехали к дому, было уже поздно. Этан не ждал Дину у общежития, но
оставил записку: <Я молюсь за тебя. Знаю, что когда ты все обдумаешь, то поступишь
правильно. Люблю, Этан>. Дина знала, о чем его молитвы. По правде говоря, они,
скорее
всего, не отличались от ее собственных.
Джанет села заниматься. Дина тоже раскрыла свой учебник и попыталась сосредоточиться.
Она с трудом сдала экзамен по английскому языку и знала, что высоких баллов ждать
не
стоит. Если так будет продолжаться, то можно в следующем семестре остаться без
стипендии.
Вот и еще причина поскорее со всем этим разделаться...
Она должна принять решение. <Чем дольше ты ждешь, тем труднее будет решиться...>
- Ну, все! - Джанет села, захлопнула учебник и бросила его на стопку других книг
на
своем столе. - За один раз я не смогу переварить больше биологии.
Она собрала туалетные принадлежности и вышла за дверь. Скоро Джанет вернулась
-
умытая, с вычищенными зубами и причесанными коротко стрижеными волосами. Она
пожелала Дине спокойной ночи и юркнула в постель. Через минуту она уже спала.
Дина все еще сидела на кровати, прислонившись спиной к стене, и читала. Она
вглядывалась в строчки, но чувствовала, как ее постепенно охватывает апатия.
Какой во
всем этом смысл? Она почти ничего не поняла из прочитанного, а то, что поняла,
казалось
ей бесполезной информацией.
<Господь, Ты не рассердишься, если я это сделаю? В Библии об этом не сказано
ни слова
- я искала. Но, конечно же, Тебе не нужен такой ребенок...>
От молитвы ее отвлек телефонный звонок. Сердце подпрыгнуло, наполнилось мрачным
предчувствием. Джанет спала, так что Дине ничего не оставалось, как поднять трубку.
- Это Джо.
Она с облегчением вздохнула, но, взглянув на часы и обнаружив, что уже далеко
за
полночь, снова обеспокоилась.
- Что случилось?!
- Я не знаю. Ты в порядке?
- Я... - Она собиралась солгать, но остановилась. - Не совсем...
- Хочешь поговорить об этом?
Нежность, с которой Джо говорил, вызвала на губах Дины улыбку. Она закрыла глаза.
- Я весь день только этим и занимаюсь. Говорю, говорю и говорю об этом. Только
вот не
помогает!
После недолгого молчания Джо сказал:
- Я беспокоюсь о тебе, Дина. И хочу, чтобы ты это знала.
Ее горло сжалось. Она бы, наверное, все отдала, чтобы услышать такую же нежность
в
голосе Этана. Но от Этана она видит только гнев и отвращение, и требования делать
то,
что он считает правильным. Ведь он знает, как лучше! Лучше для кого? И для чего?..
<Это и есть лучшее, Господь? Вот это - приготовленное Тобой лучшее? Эта
несчастная паршивая ситуация?!>
- Я беспокоюсь о том, что происходит с тобой.
Дина слышала волнение в его голосе и едва сдерживалась, чтобы не заплакать.
- Я не знаю, что мне делать, Джо.
- Не делай того, о чем потом будешь жалеть, - тихо ответил он.
Джо не надо было объяснять, что он имеет в виду.
- Этан считает, что я должна сделать аборт.
- Я знаю, что он думает. Но это не значит, что ты должна именно так поступить.
- А если не сделаю - то что тогда, Джо?! Он все равно будет любить меня? Этан
говорит, что Божий план для нас совсем другой. Бог не может ждать от меня, что
я рожу
этого ребенка...
- Этан не Бог, Дина. Как бы сильно ты его ни любила, он не Бог.
- Что ты хочешь сказать, Джо? Что я должна рожать, не так ли? Этан предупреждал
меня,
что ты это скажешь!
- Да брось ты трубку! - пробурчала Джанет, переворачиваясь на бок и накрывая
голову
подушкой.
- Я не хочу, чтобы тебе было еще больнее, чем сейчас, - мягко сказал Джо. - Я
забочусь о тебе.
Глаза Дины жгло от слез.
- Я знаю, о чем ты заботишься, Джо. Ты хочешь спасти нерожденного. - Она дала
отбой
и бросила телефон в бельевую корзину. Прижала колени к груди и опустила голову,
но тут
телефон снова зазвонил.
Внутри поднимался беспричинный гнев. Нацелен он был на Джо: на его принципы,
моральные ценности, его крепкий фундамент в Иисусе Христе. Не так давно Дина
и сама
разделяла эти принципы, но сейчас это наполняло ее невыразимым смятением и болью,
чувством вины и отчаяния. Опять этот Джо со своим кредо, с невысказанным, но
в то же
время повисшим в воздухе вопросом: <А как бы поступил на твоем месте Иисус?>.
Вскочив, Дина запихнула телефон еще глубже в кучу белья; потом схватила подушку
и
затолкала ее в корзину, пытаясь заглушить не прекращавшийся звон. Однако телефон
не
умолкал. Дина сорвала со спинки кровати полотенце и выскочила за дверь.
Стоя под душем, она подставила лицо под струи теплой воды, пытаясь утопить в
ней
мысли, звенящие в ее голове так же безостановочно, как и телефон в комнате. Надо
было
послушать врача! Надо было вернуться в больницу к двум тридцати! Сейчас все было
бы
уже позади, и ей не пришлось бы об этом думать!
Дина заплакала, она всхлипывала, обхватив себя руками; сверху на нее лилась вода
- это
как крещение в боль... Когда-нибудь это кончится? Или все изменилось - раз и
навсегда?
А если она сделает аборт, сможет ли когда-нибудь почувствовать себя чистой?

На следующее утро Дина позвонила домой. Она знала, что слишком долго откладывала
разговор с родителями. Тянуть дольше нельзя - будет еще труднее.
Трубку взяла мать.
- Ах, Дина! Слава Богу! Мы так беспокоились!
Услышав мамин голос, Дина снова чуть было не разрыдалась. Ей хотелось оказаться
дома,
в объятиях матери - но тогда бы все, что накопилось за это время, все ужасные
новости
выплеснулись бы наружу. Дина собрала все силы, чтобы голос звучал спокойно и
тепло, и
попросила прощения. Сказала, что плохо себя чувствовала, а не звонила, потому
что не
хотела их расстраивать. Сказала, что была очень занята на лекциях и экзаменах.
А тут еще
Этан отнимает столько внимания (ну ты же знаешь, мамочка, какими могут быть эти
мужчины!). Все было правдой. Она действительно сожалела - обо всем... У нее
действительно не хватало времени, и она плохо себя чувствовала. До отчаяния...
До
безнадежности... И это ставшее привычным утреннее недомогание.
- В самом деле все в порядке, Дина? У тебя какой-то странный голос.
- Все отлично! Правда, мам, все хорошо! <О Боже, Боже, Боже!>
- Дина, - продолжила мать мягким тоном (он всегда появлялся у нее, когда она
пыталась заставить дочь разговориться), - ты же знаешь, мне можно сказать все!
- Я знаю, мам! Я всегда так и делала.
Именно по этой причине она так долго тянула со звонком домой. Ее мать всегда
знала,
если у дочери что-то не так. У нее на это было какое-то <шестое чувство>. Дина
шутя
называла это <материнским радаром>. Но сейчас ей было не до шуток...
- А как идет учеба?
- Все хорошо. Лекции проходят хорошо независимо от того, присутствует на них
Дина
или нет.
- А Этан?
- Здоров.
Она прикусила губу, потом продолжила:
- Он все так же на хорошем счету у декана. Два раза в неделю проводит библейские
уроки.
- Это тебя беспокоит?
- Почему это должно меня беспокоить?
- Может, его занятость мешает вам проводить время вместе?
- Мы бываем вместе каждый день. И почти каждый вечер.
- Вы, случайно, не передумали сейчас играть свадьбу - ведь такие еще молодые!
- Нет.
<А может, Этан передумал? Передумал, раздумал...>
- Дина, - мать колебалась, подбирала слова, - может быть, ты и Этан... вы не
зашли в
ваших отношениях дальше, чем собирались?
Дина нахмурила лоб, пытаясь понять, к чему она клонит.
- Мы обручены, мам. Мы поженимся в августе.
- Да, конечно, и с нашего благословения.
- Вам же нравится Этан, правда?
Родители встречались с Этаном только однажды. Они прилетели сюда именно для этой
встречи, как только дочь сообщила им, что влюбилась в молодого человека из колледжа.
- Очень нравится, и твоему папе, и мне! Просто... ну, мы с папой хотели бы тебя
предостеречь.
Предостеречь... Слово прозвучало резко.
Она всегда чувствовала себя в безопасности. Отец с матерью любили и берегли Дину.
Ей
никогда не приходилось ничего бояться. Теперь же вся ее жизнь была пронизана
страхом.
Страх приносили мысли о том, что с ней случилось. О том, что росло внутри нее.
О том,
что теперь надо делать,
о будущем с его неизвестностью и болью. Бесконечный страх. Он, казалось, простирался
далеко вперед, на всю оставшуюся жизнь...
- Этан - здоровый молодой человек, - продолжала говорить мать. - Твой папа
и я
еще не забыли, каково это - быть молодым и влюбленным. Иногда... в общем, когда
двое
проводят столько времени вместе, приходит... искушение.
Дина понимала, что мать осторожно прощупывает почву, мягко пытаясь вытянуть из
нее
причины столь долгого молчания. Ей, наконец, удалось понять смысл, скрытый в
маминых
словах. Она подумала, что Дина с Этаном спят вместе. Потрясенная и обиженная,
Дина
закрыла глаза. <Ах, мама!..>
- Солнышко, - в голосе матери слышалось страдание, - я не хотела расстраивать
тебя
еще больше. Но, если причина в этом, ты сама можешь это прекратить.
- Ты не угадала, мам!
- Нет?!
- Нет.
Этан теперь не мог даже поцеловать ее так, как он это делал раньше.
- Я знаю - что-то не так. Ну, я и предположила... Прости меня, Диночка! Ты ведь
раньше
звонила нам каждую неделю, а тут целый месяц молчания. Из писем твоих поймешь
не так
уж много. Мы любим тебя! Если вы с Этаном... ну, скажем, зашли слишком далеко...
что ж,
мы это можем понять!
Дина уставилась на стену, хлюпая носом и вытирая его тыльной стороной ладони.
- Никуда мы не зашли...
- Дина, я...
- Нет, мам!
- О'кей, - медленно проговорила мать.
В ее голосе было столько сомнения, что Дину прорвало.
- Клянусь всемогущим Богом, что я не спала с Этаном! Ничего такого не было!
<А то, что было, в сотни раз хуже... >
- Прости, дорогая! Я не хотела предполагать худшего...
Худшего... Худшего мать и не могла предположить, слава Богу! Дина не осмеливалась
даже подумать, что будет, если она расскажет ей о том, что ее дочь изнасиловали,
да еще
вдобавок она от этого забеременела! Это не просто потрясет родителей. Это разрушит
все
мечты о будущем, которое они готовили для своего ребенка!
Но, в то же время, сколько можно держать их в неведении? Как может Дина скрывать
это
от них - хотя бы и по той причине, что им будет больно узнать правду? В июне
она
должна вернуться домой, провести с ними все лето, а в августе - свадьба с Этаном...
В августе она будет на седьмом месяце беременности, если, конечно, сохранит ребенка...
В ужасе Дина представила себя стоящей перед отцом Этана; как он, в сияющей пасторской
мантии, проводит церемонию их бракосочетания. А за ней и Этаном - церковь, полная
родственников и друзей. Все желают им счастья...
<Боже! Боже! Я этого не перенесу!!!>
Мысль пришла холодная и ясная: ей и не надо ничего переносить... Родителям не
надо
ничего знать. Никому не надо знать. Если она сделает так, как хочет Этан, ни
его, ни ее
родителям так и не придется узнать, каким жестоким может быть этот мир!
- Вы с Этаном оба утверждены в христианской морали, - продолжала тем временем
мать. - Чистота - это драгоценный подарок, который преподносят друг другу муж
и
жена в ночь после свадьбы.
Чистота...
Растоптанная и уничтоженная...
Какой дар она преподнесет Этану, когда выйдет за него замуж? Тело, с которого
соскоблены следы лап насильника?
Очищенное, но все равно обесчещенное! Она видела это в глазах Этана. Их родители
могли так ничего и не узнать, но он-то знает!
- В чем дело, детка? - спросила мать. - Пожалуйста, доверься мне!
- Ах, мама, это давление, давление так ужасно...
- О каком давлении ты говоришь?
- Все вокруг, - мрачно сказала Дина. Она не могла решиться снять с себя это
бремя и
переложить его на плечи матери. Что это даст? Разве что-нибудь от этого изменится?
Она
все равно не забудет об изнасиловании. И то, что растет у нее внутри, не исчезнет.
Чтобы
оно исчезло, есть только один путь.
- Я не знаю, выдержу ли я все это, мам.
- Да конечно же выдержишь! У тебя для этого есть все необходимое, солнышко!
- Ты не понимаешь!
Как она могла понять? А Дина не могла объяснить...
- Ты всегда предъявляла к себе такие высокие требования, хотела делать все наилучшим
образом! Но жизнь вносит свои поправки: иногда приходится делать то, что необходимо!
- Необходимо...
- Выбери главное. Помнишь, мы с тобой говорили о муравье, который съел слона?
И верно, главное - аборт, тогда все остальное встанет на место! Как только с
этим будет
покончено, она начнет заниматься тем, чем и должна, - закончит учебный год, наберет
достаточно баллов, чтобы получать в следующем семестре стипендию, подготовится
к
свадьбе и будет смотреть вперед, в светлое, счастливое будущее...
- Сосредоточься на том, чтобы завершить текущие дела, - все еще говорила мать.
- Понятно, - ответила Дина, потирая висок. Значит, вот что она должна сделать!
Сосредоточиться на аборте... Сосредоточиться на том, чтобы пройти через это.
Сосредоточиться и продолжать жить... Сосредоточиться на том, чтобы это навсегда
осталось тайной!
- Ты сможешь, - ободряла мать с другого конца провода. - Я знаю - ты сможешь!
Иногда лучше разбить проблему на мелкие части, и тогда с ней легче разобраться,
чем если
браться за все сразу.
Глаза Дины жгли слезы.
- Ты обращалась за консультацией, дочка? - Она советовалась с врачом, с Этаном,
с
Джанет и с Джо.
Можно ли это назвать консультацией?
- Нет... не совсем...
- Я вот всегда хожу к пастору Дэну, когда что-то не заладится, - засмеялась мать.
-
Иногда объективный взгляд со стороны помогает правильно оценить ситуацию.
Дина не могла пойти к декану или к пастору той церкви, где Этан проводит библейские
уроки. Может, обратиться к пастору церкви, которую посещает Чарли? Нет! Чарли
часто
бывает в церкви, исполняя разные поручения, и он может ее там увидеть. А тогда
он
спросит, почему ее так давно не видно в его автобусе. Придется найти другую церковь,
другого пастора, который не знает ни ее, ни Этана. Может, поехать в Чикаго?
- Может, прилетишь домой на Пасху? Мы пошлем тебе билет на самолет!
- Не знаю, смогу ли я, мам. Сомневаюсь, что меня отпустят в библиотеке.
- В библиотеке? Ты же работала в Стэнтон Мэйнор хаус!
Щеки обдало жаром, когда Дина поняла свою ошибку!
- Я оттуда уволилась.
- Уволилась?! Это на тебя не похоже!
- Слишком долго было ехать на автобусе, и время работы неудобное...
- На автобусе? А что, машина снова барахлит? - Зачем только она сказала про автобус?!
- Немного, сейчас уже отремонтировали.
В сервисе поменяли топливный насос и аккумулятор, но скоро придется покупать
новые
шины. На это уйдет большая часть ее сбережений.
Интересно, а сколько возьмут за аборт? Доктор ничего об этом не говорил, но Дина
была
уверена, что он не собирается оперировать бесплатно. Покроет ли расходы ее страховка?
Нет, страховку она все равно не может использовать. Если воспользоваться полисом,
то
родителям отправят уведомление. Именно так они узнали о том, что в октябре Дине
пришлось сделать рентген, - тогда врач кампуса заподозрил у нее пневмонию. Она
могла
представить себе лицо матери, когда та обнаружит в почте уведомление страховой
компании о том, что ее дочери сделали аборт!
- Ну, я не думаю, чтобы библиотека в христианском колледже работала на Пасху,
-
говорила мать.
- Вообще-то не работает... Но я все равно не смогу приехать домой, мам. Я обещала
Этану поехать с ним в Миссури. - Дина пыталась сообразить, в каком она будет
состоянии на Пасху, если к тому времени еще не избавится от ребенка. Неполных
четыре
месяца, еще не очень заметно, но мама сразу заметит. Она все замечает!
А что, если и у родителей Этана такие же способности? Что Этан ответит им, если
они
зададут вопрос?
- Да, отец, она беременна, но уверяю - я тут ни при чем! Она позволила себя
изнасиловать, когда однажды вечером гуляла по Хендерсон-парку.
Интересно, они ему поверят? Или же, подобно остальным, сделают заключение, что
отношения Дины с Этаном зашли чересчур далеко? Как, например, решили ее мама
с
папой... Тогда его репутация окажется под угрозой!
- Ты ведь вернулась двадцать седьмого декабря, чтобы встретить Новый год с его
семьей. Я думаю, Этан согласится отдать тебя нам хотя бы на Пасху! Мы очень хотим
тебя
видеть!
- Я поговорю с ним об этом, мама!
- Мы скучаем по тебе, доченька!
- Я тоже скучаю, - ответила Дина, ее горло сжал ком... Молчание...
- У тебя, в самом деле, все в порядке, дорогая?
- Конечно! Мне надо идти, мам. Я... я опаздываю на лекцию.
- Мы любим тебя, Дина!
- Я тоже вас люблю! Пока!
Дина стояла посреди комнаты с трубкой в руках. Ей казалось, что только что оборвалась
последняя ниточка, которая связывала ее с миром, в котором ее оберегали и понимали...

***
Это сообщение от автора Michael Burchak
за номером 3213
на тему [Dailyreading] Читаем вместе,
опубликованое в день 2008-09-14 и в час 06:34,
разошлось для 31
участников телеконференции Ежедневные духовные чтения