[Dailyreading] Читаем вместе
Выпуск 3274
Сирил Дэйви
НА ОБЛАКАХ В КИТАЙ
Повесть о Хадсоне Тэйлоре
4
ШАНХАЙ
Хадсон стал привыкать к какофонии
Шанхая. Гам голосов на базарах,
крики бродячих торговцев с
корзинами на плечах, необычный
звон колоколов в храме стали через
неделю или две привычными. Даже
отдаленные выстрелы пистолетов,
треск мушкетов и грохот пушек
перестали его беспокоить. Но
внезапно возникшие звуки вблизи
его нового жилья были ни на что не
похожими, и он подошел к двери
посмотреть, что происходит.
Неподалеку находилась водная
преграда, отделяющая китайскую
часть города от того района Шанхая,
где жили иностранцы. То был город в
городе, с более просторными домами
и широкими кварталами, чем
перенаселенные улочки старого
города. Причиной шума была группа
солдат, которые под выкрики и
насмешки толпы разбирали
сделанный из крепких досок мост
через реку. Когда Хадсон вышел из
своего жилища, мост был уже
разобран, и солдаты расположились
рядом, чтобы охранять это место.
Хадсон почувствовал холодок, как от
спустившихся сумерек. Под
недружелюбными взглядами он
прошел в свою типично китайскую
лачугу и закрыл за собой шаткую
дверь. Он чувствовал себя
совершенно одиноким в старом
городе, зная, что каждую ночь будет
повторяться одно и то же. Мост,
соединяющий два берега реки, на
ночь будет разбираться, а утром
восстанавливаться. Солдаты
отвечали за безопасность тех, кто
находился на противоположном
берегу реки и собирались охранять
все переходы через реку от
повстанцев.
Хадсон остался один. Он сам выбрал
это опасное место для жилья, и в
случае его смерти некого будет
винить. Он видел убитых
повстанцами мужчин и женщин на
узких улочках. В день его приезда на
это место прямо у него на глазах
пушечные ядра разрушили
несколько соседних домов. Он
полностью доверил себя Богу, хотя
многие люди говорили, что ему
самому не помешало бы проявить
большую заботу о себе. Но вся беда
была в том, что, кроме этого
опасного места, ему негде было жить.
* * *
В день своего прибытия, когда он
узнал, что семейство Медхарстов
переехало в более безопасное место,
чем то, которое арендовало для них
Лондонское миссионерское общество,
Хадсон почувствовал себя
совершенно растерянным. Слуга
подумал, что он один из шанхайских
европейцев, а не вновь прибывший, и
ушел. Хадсон, не зная, что
предпринять, стал бесцельно бродить
по дворику. Вдруг кто-то по-
английски окликнул его.
Обернувшись, он увидел
приближавшегося к нему молодого
человека, который направлялся к
дворику от небольшого дома,
стоявшего неподалеку.
- Меня зовут Эдкинс,- представился молодой человек.- Могу ли я вам чем-нибудь
помочь?
Никогда еще Хадсон не был так рад
увидеть англичанина. Эдкинс
пригласил соотечественника к себе в
дом и, представив его находившимся
там доктору Локхарту и мистеру
Уайли, послал слугу на корабль за
его багажом, уверяя Хадсона, что он
может оставаться здесь, сколько
пожелает.
Узнав, что нового миссионера
послало Китайское евангелическое
общество, все с сочувствием
посмотрели на него.
- Я надеюсь, вы получили от них деньги, необходимые для вашего содержания,- сказал
Эдкинс-
Ваше общество с легкостью посылает миссионеров, но с трудом оплачивает их расходы.
- и
заметив замешательство Хадсона, торопливо добавил:- В любом случае вы можете
оставаться
здесь, пока не уладите проблему с жильем.
Хадсон вынужден был признать, что
утверждение Эдкинса справедливо. У
Китайского евангелического
общества, которое оплатило его
проезд, было мало сторонников и
мало денег, когда его отправляли в
Шанхай. Тех денег, что ему
прислали, оказалось явно
недостаточно для оплаты дома в
районе для иностранцев.
Хадсон прожил у доктора Локхарта
несколько месяцев, помогая ему в его
врачебной практике и с завидной
быстротой изучая китайский язык.
Вскоре он мог рассказывать простые
истории из Библии и проповедовал об
Иисусе на улицах. То, что время от
времени его прогоняли и даже
забрасывали камнями, не смущало
молодого миссионера. Его тяготило
лишь то, что он живет в обузу
доктору Локхарту.
Однажды, побывав в китайской
части города, он вернулся домой
полный решимости.
- Можете думать, что я сошел с ума,- начал он,- но я снял ветхий домишко в старом
городе,- он
поднял руку, предупреждая протесты.- Беженцы с готовностью будут платить вам
десять фунтов
за пару комнат в этом безопасном месте. А я получаю в месяц только половину этой
суммы, да и то
лишь в тех случаях, когда общество платит мне регулярно. Дело решенное. Я завтра
переезжаю.
* * *
Хорошо, что у Хадсона крепкая вера
в Бога сочеталась с большим
чувством юмора. В темных со
скрипучими полами комнатах
полуразвалившегося дома он
подшучивал над страхами людей,
которые считали, что в таком доме
непременно должны были обитать
привидения, и не один раз
бесстрашно смеялся над опасностью,
когда, казалось, смерть стояла у него
за плечами.
Один такой случай произошел, когда
он с Эдкинсом и еще одним молодым
миссионером отправились
проповедовать лодочникам на остров
Воусанг, расположенный от материка
в трех часах ходу морем.
Как только их джонка вошла в
гавань под белым вздыбленным
ветром парусом, миссионеры сразу
заметили военные корабли
императорского флота. Они стояли в
гавани, оберегая город от нападения
повстанцев, и ночью нередко
раздавались раскаты пушечных
выстрелов, когда в море появлялись
неизвестные лодки, на которых
могли подкрасться мятежники.
Миссионеры приплыли на остров
Воусанг ближе к полудню и начали
работу среди китайцев, которые
семьями жили прямо на
бесчисленных больших и маленьких
лодках, разбросанных по всей бухте.
Миссионеры где продавали, а где и
раздавали книги и брошюры, при
этом Хадсону предоставилась
чудесная возможность
попрактиковаться в китайском
языке. После обеда лодочники, с
которыми они прибыли, начали
проявлять все большее и большее
беспокойство. А решение
миссионеров отложить свой отъезд до
темноты и вовсе повергло их в
панику. Только когда они,
возвращаясь, проплывали мимо
военного корабля, молодые люди
поняли, в чем дело. Светлая кожа и
русые волосы днем служили
достаточной гарантией безопасности,
но кто в темноте определит, что они
иностранцы и соблюдают
нейтралитет? Шороха парусов над
водой было бы достаточно, чтобы
моряки навели на них пушки и
разнесли джонку в клочья. Хадсон
отчетливо представил себе эту
жуткую картину.
- Это розовые дьяволы! Розовые дьяволы плывут в Шанхай! - закричали лодочники
пронзительными голосами, предупреждая моряков.
Никакого ответа со стороны
кораблей не последовало, и
миссионеры уже представляли себе,
как на них наводят пушки. Внезапно
Хадсону пришла в голову
спасительная идея, и над тихой водой
раздалось пение гимна. К нему
немедленно присоединились Эдкинс
с товарищем. Проплывая мимо
военных кораблей, они пели гимн за
гимном, пока не охрипли от
многочасового вокала. Лодочники
смотрели с недоумением на
<сумасшедших иностранцев>, но
моряки так и не выстрелили в них.
Ведь гимны могли петь только
<розовые дьяволы>, как называли их
лодочники. Опасность миновала.
Когда огни Шанхая засияли впереди,
миссионеры вместе помолились, а
затем вслед за Хадсоном с
облегчением рассмеялись.
* * *
Однако не все события оканчивались
столь же весело. За полгода
проживания Хадсона в старом городе
повстанцы продвинулись ближе к его
жилищу. Каждую ночь возникали
пожары: пушечные ядра поджигали
ветхие стены домов. На доме Хадсона
появились следы мушкетных пуль.
Вскоре пушки повстанцев стояли уже
в конце улицы и наводили страх на
всех жителей.
Развязка наступила однажды ночью,
когда Хадсон проснулся от треска
мушкетных выстрелов. Клубы дыма
валили в комнату, распространяя
едкий запах. Хадсон потянулся к
изголовью кровати и достал
спасательный пояс, который он
держал на случай, если ему придется
переплывать реку. Он быстро
поднялся по лестнице и взобрался на
крышу, чтобы оценить обстановку.
Пули засвистели вокруг него, и он
вынужден был сразу спуститься, но
успел заметить, что горит соседний
дом и снопы искр летят оттуда на
крышу его жилища. Ядро попало и в
нижнюю часть его дома. Снизу
слышались крики сражавшихся.
Выбежать на улицу и попытаться
переплыть реку было подобно
самоубийству, оставаться в доме
означало сгореть заживо. Положение
казалось безвыходным, но чувство,
возникшее у него год назад, когда
<Дамфрис> чуть не потерпел
кораблекрушение, посетило его и
теперь. Он полностью доверился
Богу, полагая, что Господь, призвав
его на служение в Китай, вряд ли
позволит ему умереть: ведь это
служение еще практически не
началось. Он спокойно помолился,
сложил спасательный жилет и снова
лег на свою жесткую кровать.
Вскоре, кроме громких выстрелов, он
услышал нарастающую барабанную
дробь, доносившуюся снаружи. Небо,
хмурившееся целый день,
разразилось наконец ливнем. Хадсон
поспешно поднялся на крышу.
Постояв минуту, он вымок до нитки,
зато увидел, что ливень сбил пламя
на соседнем доме и затушил искры на
его крыше. Он поблагодарил Господа
и под гул пушек и раскаты грома
безмятежно проспал до рассвета.
***
Это сообщение от автора Michael Burchak
за номером 3274
на тему [Dailyreading] Читаем вместе,
опубликованое в день 2008-10-05 и в час 06:20,
разошлось для 31
участников телеконференции Ежедневные духовные чтения